Цена желания - 2. Цена решения.

      — Мы умерли?       — Я не знаю. А как это определить?       — Ну ты спросил!.. Гм. У тебя что-нибудь болит?       — Да нет.       — Значит, точно умерли. Нельзя ляпнуться с такой высоты и ничего не отбить!       — Ну… наверное. ***       — Слушай, а что теперь делать? Ты ржешь?! Что я смешного сказала?!       — Да ничего. Просто я думал «что теперь делать», пока был жив. А помер — и опять этот долбанный вопрос! А сама что думаешь?       — Не дергаться и ждать перерождения?       — Так, подожди с перерождением, пока я кое-что не сказал! У меня с Бо ничего не было, Кодзи моя семья, а ты моя женщина, значит, тоже моя семья, и я тебя люблю! Э-э-э-э, ну, всё, вроде.       — Что, не перерождаемся? Кстати, а почему столь глубокую мысль насчет «женщина — часть семьи», ты родил только сейчас?       — Эм, да не состыковывались у меня эти понятия.       — Таски, если бы ты уже не помер, я бы тебя придушила! ***       — А мы точно умерли?       — А что?       — Тебе хорошо, ты на мне лежишь. А у меня спина затекла, и край тессена в жопу врезается. Как-то оно… некомфортно перерождения ждать. Может, слезешь с меня, и осмотримся? ***        — Как-то я по-другому тот свет представляла.       — А как?       — Не знаю, но точно не как берег реки с огромным… А что это, кстати?       — Похоже на мост.       — Таких размеров?!       — Ну, это же преисподняя. Может, тут именно такие мосты.       — Почему сразу преисподняя?!       — Странно тут и воняет адски.       — Это да. ***       Таку разбудил телефон. Недоумевая, кто может звонить ему глубокой ночью, парень полусонно уставился на определитель номера. Миака?!       — Что случилось?! — панически выкрикнул он в трубку. На том конце забормотали:       — Така, Такочка, пожалуйста, они упали, это я виновата, он бы её удержал, но я его сбросила… Они упали… я не хотела… я очень не хотела… а потом я плакала… а потом уснула… а потом проснулась… Така, твоя машина на ходу? Надо их найти. Там река. И мост. Там темно, я не знаю, где это. Я боюсь! Така, приезжай быстрей… ***       Полуодетый, в пижамных штанах и ветровке, Сукунами Такахаси взбежал по лестнице к квартире Миаки, морально готовый к вывозу с последующим захоронением двух трупов, которые его ненаглядная умудрилась как-то организовать.       — Где они? — спросил он с порога, пошатнувшись под тяжестью бросившейся на грудь девушки.        — Я… я не знаю! — всхлипнула Миака. — Там темно… и река… и мост… пожалуйста, Така, их надо найти! Срочно! Это я виновата!       — Стоп, стоп, стоп! Кого «их»? Почему виновата? — попытался разобраться юноша, но Миака его не слушала. Сорвав с вешалки пальто, она бросилась вниз, и Таке оставалось лишь побежать следом. ***       — Миака, давай остановимся, и ты объяснишь мне, что происходит, и почему мы колесим по ночному Токио в поиске непонятно чего? — Така пытался оставаться спокойным, но эта бессмысленная поездка под истерические выкрики Миаки его уже основательно достала. — Тебе с утра в школу, у меня завтра важный семинар. Давай вернемся и поговорим?       — Но их надо найти! — возразила Миака.       — Кого «их»?! — закричал Така. Машина с визгом остановилась посередине дороги, к счастью, пустой в этот час. — Кого «их»? — повторил он уже тише. — Ты можешь внятно сказать — кого мы ищем?       Девушка беспомощно захлопала глазами:       — Я… я не знаю, — голос её упал.       Така все же удержался от того, чтобы шлепнуть себе ладонь на лицо. И от того, чтобы побиться лбом об руль. И чтобы прямым ходом отвезти Миаку в больницу. И от много другого, столь же разумного. Удержал его больной взгляд Миака. С таким видом не лгут и не выдумывают. Юноша глубоко вздохнул и попробовал по-другому:       — Давай ты как следует подумаешь и вспомнишь, что там еще было, в твоем сне, кроме реки и моста?       Миака благодарно закивала и крепко зажмурилась. ***       — Эй! Тут есть кто-нибудь?       Нурико, уже начавшая клевать носом, встрепенулась.       — Слышишь? — она вскочила. — Как думаешь, это за нами?       — Не глухой, — проворчал Такси, тоже поднимаясь. — И чего ты так радуешься?       — Да надоело сидеть, — деланно небрежно пожала плечами девушка, а потом стукнула кулачком по кожаной кирасе. — Не кисни. В этой жизни или в другой, а я всё равно тебя найду!       — Это вдохновляет, — криво усмехнулся Таски.       Из темноты тем временем доносилось настойчивое:       — Отзовитесь, вы здесь? Или это в другом месте? Така, ты почему фонарик не взял? Ничего же не видно!       Этот звонкий, настырный голосок Таски определенно слышал раньше. Не веря своим ушам, парень мотнул головой и, подумав, что терять, в принципе, им уже нечего, спросил:       — Миака? ***       Когда Миаку позвали по имени, Така понял, что или мир сошел с ума, или он. Последние несколько часов он раздумывал, как бы заставить девушку обратиться к врачу, а если тот установит, что это серьезно, найти денег на частную клинику. И вот галлюцинация отзывается!       Миака восторженно вскрикнула:       — Это вы!       — И эта радуется! — недовольно проворчал голос.       — А что, не должна? — растерялась девушка.       Из темноты донесся истерический смешок:       — Ну это, конечно, как посмотреть на ситуацию!       Така решительно шагнул вперед:       — А вы кто такие?       Тьма обрадовалась:       — О! И Тама здесь! Э-э-э-э, то есть я не то чтобы рад, что ты здесь, но, типа, вы вдвоем и все такое… да.       — Мы знакомы? — не понял Така. Его опять называли чужим именем!       — Тамчик, прекрати говнить! — проникновенно попросил тот же хрипловатый мужской голос.       — Что?! — возмутился Така.       — Да он просто тебя не видит, дубина! — второй голос был выше и нежнее.       — Да? Ну, рекка шеннен.       В темноте вспыхнул свет. Сначала Така подумал, что у кого-то хватило ума включить фонарик, но потом увидел, что на самом деле это горит нечто похожее на факел, освещая парня и девушку, выглядящих так, словно они только что сбежали из Акихабары. И определенно Таке не знакомых!       — Так лучше? — спросил парень, приподнимая факел выше. Огонь высветил его рыжие волосы и придал фиолетовый отблеск прическе его спутницы.       «Точно фрики», — неприязненно подумал Така, но Миака вдруг взвизгнула.       — Я вспомнила! Вспомнила, как вас зовут! Нурико и Таски! ***       — Мы должны залезть в ЭТО?! — рыжий тип по-хамски ткнул в свет очей Таки.       — Между прочим, — процедил юноша, — не у каждого студента есть личная машина! А я вот смог накопить уже на первом курсе! — не смог он удержаться.       — Да кто бы сомневался, что накопил! — рыжий нагло заржал. Вообще, он вел себя так, словно они с Такой были как минимум старыми знакомыми, чем раздражал неимоверно.       — У Таки очень хорошая машинка! — пришла на помощь Миака. — Хоть она и маленькая и ломается часто… Ой, я не это хотела сказать! — она прикрыла рот ладонью.       — Да не в этом дело, — вздохнула девица. — Миака, ты уверена, что нам надо куда-то ехать? — она тоже вела себя с ними как с приятелями.       — Конечно! — закивала школьница. — Кейске в горах на каком-то там спецкурсе, мама уехала к родственникам, так что вся квартира в моём распоряжении!        Така считал, что тащить домой двух подозрительных типов в высшей степени глупо, но его мнение никого не интересовало.       — Да я не совсем об этом, — девушка — Нурико — потерла лоб и посмотрела на рыжего — Таски. — Есть у меня нехорошее предчувствие. ***       Таски со стоном уперся руками в стену, и его опять вывернуло.       — Да что за!.. — простонал он. Почему он даже на тот свет попасть не может по-людски! Или это таки ад и эта маленькая, тесная, раскачивающая, смердящая штука — разновидность адского котла? Похоже!       — Я… больше… с… места… не сдвинусь! — прохрипел парень, пытаясь сдержать очередной спазм.       — А больше и не надо! — голос Миаки звучал непозволительно бодро. — Мы уже приехали!       — Дальше на реинкарнацию? — с надеждой на окончание мучений спросил Таски. Нурико пхнула его в бок и прошептала на ухо:       — Знаешь, мне кажется, мы не на том свете!       — С чего ты взяла? — Таски был уверен, что лично он в аду.       — Есть причины, — несколько туманно ответила девушка. ***       Они поднялись в квартиру Миаки и Таски, у которого всё еще в голове мутилось, брякнул, оглядываясь:       — Миленько. А что, в загробном мире все так живут?       Нурико зашипела:       — Идиот! Я же сказала, мы не…       Её перебил молчавший, в отличие от непрерывно, но бессвязно щебетавшей Миаки, Така:       — А с чего вы взяли, что мертвы? Таски продолжало нести:       — Но вы же здесь!       Миака замолкла, а Нурико шлепнула себя пятерней по лицу.       — И что? — зло и тихо спросил Така.       Таски наконец сообразил, что заткнуться следовало раньше, но сейчас делать это было уже поздно:       — А то, что вас убили, — сказал он.