Цена желания - 2. Цена решения.

      К полудню заметно потеплело. От земли поднимался туман. Он висел над мокрым снегом и струился между зданиями святилища. Но даже сквозь него Сукунами отчетливо видел фигуру, прислонившуюся к угловому столбу энгавы. Наверное, благодаря рыжим лохмам, светившимся в полупрозрачном мареве не хуже фонаря. Така поднялся на террасу и стал рядом с Таски. Тот мельком глянул на него, отрываясь от созерцания леса за главными воротами.       — Ты кто — Така или Тама?       — Оба. Мы… договорились, — осторожно сформулировал студент.       — Сторговались? — ухмыльнулся рыжий.       — Таски! — поморщился Така. — Это обязательно?       — А-га! — улыбка парня стала еще шире, но глаза продолжали цепко шарить по окрестностям.       — Нас правда… убили? — после недолгого молчания неловко спросил Тама.       — Ц-ц-ц, долго же ты созревал для этого вопроса!       Сукунами снова собирался огрызнуться, но потом передумал. Тама знал, что Таски останется Таски, даже если мир улетит в тартарары, и обижаться на него не то что глупо, а просто непродуктивно.       — А что ты последнее помнишь как Тама? — Таски перестал ухмыляться.       — Помню, что мы бежим по переулку. Потом толчок, боль и темнота.       — Да, всё так и было, — кивнул Таски. — Вас там убили. Вместе.       Тама опять замялся. Почему-то ему жизненно необходимо было знать ответ на следующий вопрос.       — Миака… не мучилась?       — Нет. Не думаю, что она вообще поняла, что произошло. Ты нес её на руках, помнишь? Стрела попала сначала в неё. Наконечник просто разорвал ей сердце. Мгновенно. Наверное, поэтому она сейчас такая спокойная. Просто не может осознать, что случилось, — Таски говорил спокойно, чётко, даже холодновато, без привычных ужимок, и Тама подумал, что за эти пару лет его друг всё же изменился.       — Это хорошо, — пробормотал Тама.       — Да, — согласился Таски, покачивая на сгибе локтя тессен.       Тама покосился на веер:       — Думаешь, что-то произойдет?       — Конечно, — удивился его вопросу Таски. — А то ты не чувствуешь, чем пахнет!       Сначала юноша подумал, что Таски выражается иносказательно, но потом увидел, что тот действительно принюхивается, и сам втянул воздух. Така сказал бы, что пахнет влажным лесом, подтаявшим снегом, немного благовониями из главного зала и готовкой из кухни, но Тама отчетливо слышал этот еще фантомный, но уже оседающий на языке медный запах.       — Кровью пахнет, — тихо сказал он. — Нападут?       — Нападут, — подтвердил Таски. — Не сейчас, но скоро. По-хорошему, надо драпать, но… Вот куда этого долбанного Кодзи с этой козой понесло?! — от вопля Таму едва не унесло с энгавы.       — В Токио, экзамены сдавать, — сказал он, потирая ухо.       — Да знаю я!!! Чай, не совсем тупой!!! Только какого хрена!!! На крайняк, нельзя было предупредить, что ли?!       — А ты бы отпустил?       — Нет, конечно!!! Вот хрен, расстаешься с человеком на год с небольшим, и он такую смурь начинает творить за спиной!!! Если еще и выйдет, что это эта заучка тебе подкузьмила, то… Ой, даже думать на эту тему не могу, мозг взрывается!!! Вот скажи мне Тама, какого он это выкинул?! Как его эта дура уломала?!       — Мне кажется, Кодзи нравится Юи, — сформулировал свои наблюдения Така.       — Чё??? — Таски вытаращился и завис, хватая ртом воздух. — Ты серьезно?!       — А ты не заметил? — поразился Така. — Он же вчера весь день вокруг неё увивался.       Таски хлопнул себе ладонь на лицо и застонал. А потом вдруг спросил:       — Ты умеешь обращаться с пистолетом? Я Таку спрашиваю, если что. Тама, понятно, не умеет.       — Блин, Таски, ты хоть предупреждай, когда ТАК тему меняешь! — в сердцах выругался вздрогнувший Сукунами и задумался. — Така умеет. Во всяком случае, знает, как его заряжать и стрелять.       — Угу. Эт хорошо. Така знает как, а Тама может убивать, — подытожил Таски.       Така-Тама опять вздрогнул.       — Слушай, Там… — на этот раз заколебался Таски. — Если что, ты… ну… Нурико… знаешь… поможешь… — парень начал теребить свободной рукой серьгу, перекатывая между пальцами рубиновую слезку.       — Ты вообще о чём? — не понял Сукунами. — Что-то случилось? Или… случится?       — Ни о чём! Ничё не случилось, ты чё! — тут же пошел на попятную Таски. — Всё, как тут говорят, у шоколаде! — и оскалился во все волчьи клыки. ***       — Я попробую добраться до Мориоки и вызвать полицию, — Тэцуя позвенел связкой ключей.       — Телефон? — кратко спросил Така.       — Не работает, — подтвердил худшие опасения служка. — Нет, не думаю, что провод перерезали! Тут перебои со связью зимой регулярно. Просто не повезло.       — Возьми с собой Миаку, — попросил Така.       — Я не поеду! — девушка выпрыгнула из-за угла, и студент подумал, что до гипотетического нападения он просто не доживет, скончавшись от разрыва сердца…       — Миака, ты идиотка!!!       Или от инсульта, предварительно оглохнув!       — Миака, Таски, конечно, не прав, но… — попытался убедить он девушку, но Миака, набычившись, молча и яростно замотала головой, всем своим видом показывая, что в машину её придется запихивать силой.       — Пойду с Нурико поговорю. Она тебя под мышку возьмет и просто унесет отсюда! Да и сама уберется, — решил Таски. ***       Голова у Нурико продолжала болеть, и поэтому на предложение Таски она ответила грубо и зло:       — Сам вали из храма, пока еще можно! Я тебе сто раз говорила, что не бегу, не реву, а дерусь! И не надо мне втирать, что Миаку и Тэцую кто-то должен прикрыть! Пусть Тэцуя попробует добраться до города, а у Миаки своя голова на плечах есть!       — Попытаться стоило, — подытожил Таски.       Нурико ответила емко и нецензурно.       — Фу, женщина, какой у тебя грязный рот! Совсем я тебя испортил! Голова болит? Иди сюда.       Таски присел рядом и начал осторожно массировать голову девушки. Сначала Нурико напряглась, но потом поняла, что ей становится легче, расслабилась и откинулась на парня, позволяя ему продолжать.       — Я и не знала, что ты так умеешь, — пробормотала она, млея.       — Ц, ты обо мне многого не знаешь! Лучше?       — Лучше, — подтвердила девушка и попросила: — Но ты не останавливайся. Продолжай. Давай просто посидим так. ***       За те месяцы, которые они прожили вместе, Нурико и Таски успели поругаться бесчисленное количество раз, устраивая срачи и разборки по поводам серьезным и нет. Иногда просто буквально на пустом месте. Они ругались, пререкались, даже дрались. Скандалили, ссорились, не сходились во мнениях. Порой Нурико думала — на кой демон ей это надо? А потом понимала, что, во-первых — ей это нравится, гораздо больше, чем ровные и спокойные отношения, во-вторых — среди всех этих баталий периодически наступали моменты — в работе, сексе или вот как сейчас, просто рядом — когда весь мир, кроме их двоих, переставал существовать. Девушка понимала, что это чувство эфемерно, словно мыльный пузырь, но в эти мгновения она чувствовала такое блаженство, что не могла передать словами. Просто наслаждалась.       — М-м-м-м-ха-а-а-а!       — Ты та-а-ак сладко стонешь! — многозначительно хмыкнул Таски.       — Отвали и продолжай!       — Слушаюсь, ваша противоречивость! ***       Таски закончил массаж и сдвинулся, вытягивая ноги и позволяя Нурико устроить на них голову. Невидимая пленка, укрывающая их от всего и всех, еще держалась, и девушка решила поговорить откровенно.       — Мы ведь не можем победить, да?       — Что значит «победить»? Выиграть бой — нет. Но мы можем сделать так, чтобы этому куромаку, кем бы он ни был и чего бы ни хотел, победа досталась слишком дорого. Кодзи сказал, что бойцов у них не так и много, всего-то человек двести. Они могут попросить подмогу в головной банде, но, если этот тип мутит воду, делать это он не будет.       — Всего-то — двести человек! — деланно изумилась Нурико. — А всё-таки было бы интересно узнать, кто этот куромаку и чего он хочет. Не хочу умирать в непонятках.       — Я тебе дам «умирать»! — Таски довольно ощутимо щелкнул её по макушке. — Миаку мы спрячем в сокровищнице и тебя тоже, если не изменишь настрой!       — Ладно, не буду! — усмехнулась Нурико. Почему-то она совершенно не боялась. Она знала, что потом придут и ужас в сердце, и трясущиеся руки, но сейчас ей было хорошо и совсем не хотелось думать о смерти.       — Слушай, то, что я сказала тебе на Райкаку, насчет выбора от Судзаку… — начала она.       — О-о-о-о, женщина, ты извиниться хочешь?! — оживился Таски.       — Не дождешься, — проворчала Нурико. — Нет, я о другом. Вот, предположим, Судзаку взял бы и превратил меня обратно! Что бы ты делал?       — Ну, я перестал бы с тобой спать, — ответил Таски, начиная накручивать на пальцы волосы Нурико.       — Почему?       — Ты серьезно спрашиваешь?!       Девушка с искренним недоумением пожала плечами:       — Как у вас, мужиков, всё сложно!       — Да, мы такие!!! Блин, Нурико, можно поговорить о чём-нибудь менее… зубодробительном?!       — Ладно, — с редкой для неё покладистостью согласилась Нурико. — Что ты будешь делать, если мы вернемся домой?       — Не если, а когда.       Нурико запрокинула голову и посмотрела на Таски:       — Ты думаешь, вернемся?       — Конечно, вернешься, — он улыбнулся, но Нурико снизу вверх не было видно, какой вымученной была эта улыбка.       — Так чем займешься? — боль прошла и Нурико сделалась сонной, но не унималась.       — А ты?       — Таски, не увиливай!       — Я не… это самое. Я… стесняюсь. Говори первая.       — Стесняется он! — фыркнула Нурико. Но бонусом состояния «одни-в-целом-мире» было то, что они начинали чувствовать друг друга. Вот и сейчас девушка ощущала, что Таски действительно смущен. Была в его настроение еще какая-то горечь, поэтому Нурико спросила:       — Ты на кого дуешься? На Кодзи? Ну, любовь зла…       — Вы серьезно… — обреченно вздохнул Таски. — Ни рожи, ни кожи, губки вечно поджаты в гузку куриную, характер ужасный… ЧТО ОН В НЕЙ НАШЕЛ?!       — Он же твой брат, значит, вкус на женщин у него тоже должен быть предельно специфический! — сказала Нурико и засмеялась, когда Таски заскрежетал зубами.       — Я хочу вернуться в Эйю, — быстро заговорила Нурико, пока Таски не начал орать, что, как она чувствовала, он был готов сделать. — В Долине хорошо, но… Я горожанка до мозга костей. Есть у меня одна идея… слегка бредоватая, да. Я тут пока насмотрелась того, сего, — девушка вдруг поняла, что сама запинается, набрала в грудь воздуха и выложила всё: — Я хочу открыть что-то вроде Дома моды. Не просто швейную мастерскую, а как-то, где я работаю… работала. Сама буду придумывать дизайн, найму портних, может, даже манекенщиц. Мне говорили, что в этом мире первыми манекенщицами были… э-э-э-э… ну, девушки из веселых домов. Не все они идут туда по своей воле, вот. А если я дам им работу, то всем будет хорошо. Да и семейный бизнес поддержу. Я давно домашних не видела, уже и соскучилась. Ерунда эти все планы, да? — она поняла, что тараторит, и обрадовалась, что не видит лицо Таски, потому что её собственное залил румянец. — А ты? Ты… останешься в Долине? — сердце сжалось.       — Ничуть не ерунда. Ты только это… не вводи моду на мини-юбки, а то тебя камнями побьют! — хмыкнул Таски и тут же добавил: — Нет, я не останусь в Долине. Я там задыхаюсь, — наконец признался он в том, что его так давно угнетало. — Как укрытие, Долина была хороша, и кто хочет, пусть там и живет. В любом случае, раз уж она моя, на самотёк я её не пущу, но сам переберусь в Эйю. Верней… ты только не ржи, ладно? Я тут тоже насмотрелся того-сего по телеку про полицию, пожарных там, скорую помощь.       — Ты в охрану хочешь пойти?! — Нурико действительно удивилась.       — Нет!!! Это не то. Это… ну, типа отряда быстрого реагирования. И охрана, и полиция, и спасатели, и войска. Всё вместе. И быстро! Не всем моим парням мирная спокойная жизнь нравится, да и вообще полно людей, которые и неплохие, но шило у них в одном месте, а куда его еще засунуть, они не знают, вот и влипают. А так будут при деле и Конану помогут. Ведь гарнизонные войска — это не то! У них профиль другой. Они только бандитов гонять и могут… безуспешно! — усмехнулся Таски. — Соберем не только воинов, но и там, строителей, лекарей, может, даже пару магов раздобудем, и если где вдруг что, то и вот тут мы… да. Я, типа, хотел Мицукаке и Титири позвать. Как раз врач и маг. И были бы мы все вместе, как в старые добрые времена!       — Старые добрые?!       — Ну, старые злые, если тебе так больше нравится!       — Ладно, временами они и правда были добрыми! У тебя планы масштабнее, — позавидовала Нурико. Она и не думала смеяться. — Значит, мы оба будем в Эйю?       — Ну-у-у, если всё выгорит, то я по большей части буду мотаться где-нибудь. Но… мне бы хотелось иметь место, куда… можно возвращаться.       Щеки у Нурико уже ощутимо пекло.       — Заведи собственное подворье. Хотохори участок даст, — посоветовала она.       — Да ну, на фик!!! То есть казармы построить, конечно, придется, но это не то. Это… может, одна принцесса выделит комнату одному бездомному князю, а? Он её за это даже замуж возьмет…       — Да ну, на фиг!!! — даже не задумываясь, ответила Нурико. — Это я про свадьбу!!! Слишком сложно для решения жилищных проблем! Комнату тебе еще отдельную, ишь ты! Моей обойдешься! Я даже кровать новую куплю! Широкую!       Рука Таски замерла на макушке девушки.       — Эйю, это не Долина, — сказал он. — Люди будут болтать.       — Ну и пусть! — скривилась Нурико. — Когда это нам мешало! Знаешь… давай для начала вернемся. А то понастроили планов. Плохая это примета!       — Это точно, — тихо подтвердил Таски.