А в Камелоте тролли водятся...

      Артур любит коротко лохматить буйные волосы Мерлина. Почему - не знает, но любит.       Это происходит неосознанно, почти на грани восприятия.       Вот он выходит с пирушки, видит Мерлина, усмехается, и... РАЗ, запуская пальцы в непослушные волосы и прижимая черноволосую голову к своему плечу, напрочь портит прилизанную прическу его слуги. Зачем, спрашивается, сделал непонятно, но зато Мерлин не грустно медитирует, а вполне громко и запальчиво обижается.       Или вот. Стоит Артур посреди тренировочного поля, строит рыцарей и в хвост и в гриву, гоняет до посинения, а вот видит Мерлина, усмехается... и РАЗ, неосознанно ерошит чужие волосы рукой. Мерлин шипит и краснеет, Артур усмехается и держит морду тяпкой, как будто так и надо. А рыцари... если они что-то и замечают, то виду не подают и слухи не распускают.       Слишком уважают Артура. И слишком привязались к несуразному мальчишке. К нему вообще невозможно не привязаться.       «И им знать совершенно не обязательно, что этот лопоухий мальчишка может с полпинка уничтожить весь Камелот»       Артур вздыхает, ругает себя на несдержанность и... опять в самый удачный момент отлавливает Мерлина, дабы снова весело наступать на эти грабли.       К слову, когда они наедине, маг даже особо и не против. Более того, сам льнет и урчит как кот. И очень очаровательно алеет ушами, если ладонью к шее скользнуть.       Но это все мелочи и телячьи нежности, в которых Артур признаваться себе не намерен.       Не пристало его царскому величеству нежить какого-то там слугу. И плевать, что все орда рыцарей жестоко улыбку давит, а Моргана так еще и изящно ерничает. Леди, что б ее. Она это умеет.       Артур вздохнул, припоминания последние особенно лестные остроты от сестры. Потер переносицу и слегка сгорбился, на своей кровати. Чувствовал он себя немного... усталым. И это очень мягко сказано. День выдался бешенным, пришлось чуть ли не убить ноги в хлам, чтобы уничтожить очередное магическое порождение. Медом что ли им здесь всем намазано?       Артур снова протяжно вздохнул, а после выпрямился, и принялся растирать ноющие плечи. Очень хотелось всем магическим "сущностям" выдать билет в один конец. Ну, или на крайний вариант попросить Мерлина барьер какой-либо вокруг города поставить. Интересно, а он так может?       - Сир?       Вспомни лучик, вот и солнце.       - Заходи Мерлин. Артур даже не стал оборачивать или спрашивать что-либо у крадущегося по холодному полу слуги. Говорить сегодня ни о чем не хотелось.       Хотелось упасть на любую ровную поверхность и уснуть. Желательно на подольше. Сутки или трое. Как получится.       - Массаж, сир?       - Да, Мерлин. Да.       Артур устало кивнул, слушая как на кровать забирается Мерлин, как разминает пальцы, и чуть ли не застонал, когда его воистину восхитительные руки принялись разминать плечи. Было иногда болезненно, но приятно.       И Артура мурлыкать заставляло именно это. Мерлин естественно все это знал. Во-первых, внимательный гад, во-вторых... волшебник тоже любил нежить принца. Только по-своему. И это заключалось в тихом касание лба, чтобы прошла головная боль. В незаметном и невесомом поглаживании руки, когда никто не видит. Или же незатейливом массаже, под видом помощи.       Что уж тут сказать. Если Артур предпочитал грубоватую ласку в отношение Мерлина, то Мерлин наоборот. Любил тихую, скрытную и невесомую. В прочем... их обоих это более чем устраивало.