А в Камелоте тролли водятся...

      Мерлин внимательный.       Когда Артур первый раз об этом задумывается – это происходит задолго до начала их недоотношений. Ибо какие вообще нормальные отношения могут быть между слугой и господином?       Правильно. Никаких. Тем более, когда один безродный оборванец с улицы, а второй высокородный принц. Но сейчас не об этом.       Мерлин всегда и почти все знает и делает это почти неосознанно. Когда у Морганы кошмары – он рядом и всегда готов успокоить. Когда Гвен необходима помощь эмоционального характера – всегда материализуется рядом. Про Артура даже говорить нечего.       Если Артур хандрит – Мерлин всегда крутится рядом и несет всякую чепуху. Он становится настолько болтливым, что Артур даже удивляется: а с какого его-то самого называли болтуном и хвастуном? Ибо вот оно, чудо черноволосое, идет рядом и рот не затыкается. Это раздражает… но и помогает. Мерлин прекрасно знает, как отвлечь своего господина от тяжких дум.       Он многое знает, но и о многом молчит. Так же еще, как истинная зараза, он прекрасно умеет игнорировать потребности Артура и свои обязанности слуги в целом. Не потому что слуга плохой. А потому что… Ну зачем ему это?       «Затем, чтобы хотя бы делать вид, что служишь своему господину!»       Артур совсем не тихо рычит, пугает всех нахмуренными бровями и целенаправленно исследует дворец. Он очень хочет ругаться на таком языке, на котором завсегдатаи из кабаков разговаривают. А еще Артур очень хочет прибить одного лопоухого идиота за все хорошее и не очень. Или обнять и не отпускать пока либо в себя не придёт, либо просто не успокоится. Артур еще не определился.       Вместо этого Артур обходит дворец вдоль и поперек, успевает попасть под горячую руку отцу, мимоходом поругаться с Морганой и навести шороху среди рыцарей.       Никто не знает точно, что Артур ищет, но все догадываются кого он потерял. Пендрагон тем более лучше всех знает, что все знают, но пока молчат, то и держит морду святой тяпкой.       Хвала богам у него благодаря его личному магу такого опыта теперь хватает. Хоть пособие пиши. Тысячи способов сдержать удивление или страх перед магией. Автор и ответственный составитель – сам Артур Пентрагон, редактор – Мерлин. Слуга обыкновенный одна штука.       «Только вот эта штука куда-то задевалась».       Артур стонет, опирается на окно и с пустым взглядом устремляет свой взор к краю горизонта. Мыслей у него, куда мог пойти его долбанутый маг, почти не осталось. Он все проверил. Все. Абсолютно. Кроме темницы и пары подвальных, но там ему делать нечего.       «А если есть?»       Артур вскидывает голову, к нему широко открыв глаза. В голове вихрем проносятся мысли и тут же прикидываются шансы… Которые оказываются вовсе не заоблачными, а самими обычными. И именно этот в конце концов заставляет Артура сорваться с места. Ибо если вспомнить правильно, то под Камелотом на цепях сидит дракон. Настоящий, огнедышащий и очень любящий говорить загадками. Почему загадками Артур в душе не чает, ибо все это он знал со слов Мерлина (да и то украдкой и огрызками) и именно по его душу сейчас буквально летит по всем лестницам стабильно вниз.       Артур не хочет признаваться, но за Мерлина ему очень и очень боязно.       Мерлин – олух, но добрый. А вчера на его глазах погибла девочка-друид. И не просто на глазах, но и по его вине, пусть и косвенной. А вообще… задание вчера по поимке твари решительно пошло по звезде еще в самом начале. Были проблемы с припасами, были и с людьми. Тварь сама по себе попалась больно живучей. Даже пришибленное магией оно сумело не только ранить рыцарей, но и девчонку убить. А Мерлин… Мерлин не смог сделать ничего.       И это явно его сильно и сильно подкосило.       Это было видно невооруженным взглядом. В том, как Мерлин улыбается чуть надрывнее чем обычно, как слишком громко смеется, как в два раза чаще встречает лбом все косяки и выступы, как... Да многое еще в чем! Артур видел это все невооруженным глазом. Молча. Все ждал, когда его олух таки обратиться за помощью, но... не дождался.       «Черт».       Артур ругается, спрыгивает по ступенькам почти что через одну. Он очень торопится и… не особо хочет думать, что его там ждет. Но думает. И, наверное, именно поэтому почти сразу налетает на Мерлина, едва сворачивает в знакомый поворот.       - Пресвятые панталоны!       Пендрагон тормозит быстро и резко, а слишком задумчивый маг отшатывается неуклюже, путаясь в ногах, руках и реакциях. Он бы точно упал на пятую точку, если бы не Артур с его знаменитой реакцией. Тот не мешкал, а ловко позволил себе сцапать Мерлина за руку и крепко прижать к груди.       Мерлин на это только и смог что удивленно похлопать глазами и недоуменно протянуть:       - Сир?       И тут же замолчать, едва слышит от Артура прямолинейное:       - Бога ради Мерлин… Просто заткнись.       Артур не хочет признавать, но он реально волновался за олуха. Три дня непрерывной хандры – это вам не шутки. И увидев его сейчас такого задумчивого и тихого, не смог не притянуть в объятия. Не пытаясь даже оправдать свое поведение. Он видел. Мерлину легче, но... черт возьми. Как ему от этого стало легче дышать.       И Артур не сомневается: Мерлин, как и он сам, заметил все. И яростно бьющееся под его руками сердце будущего короля, и обще взъерошенное состояние того. Артур чувствовал, как он сначала хмурился, потом улыбался. Так что… Смысл изворачиваться? Да и к тому же… Мерлин молчал, как и просил его Артур, только обнимал в ответ, тихо успокаивающе гладил по спине и давал ощущение тепла и защиты. Казалось, что тут особенного? Но Артуру хватало и этого. И плевать, что по идее это он должен успокаивать мага. У них все никак у людей.       - Не пропадай так. Слышишь? Это приказ твоего господина. Не смей так пропадать!       Артур шипит. Мерлин только тихо улыбается в чужое плечо и сам обнимает в ответ.       - Слушаюсь, сир…       Артур выдыхает.       Все-таки Мерлин внимательный. И понимает все и всегда с полпинка. А Артур… что ж. Артуру пришлось учится. Но он не жалеет. Главное, чтобы Мерлин слушался его всегда, отдавая ему всего себя в ответ.