Мой парень не существует.

      На кухне стоит приятный запах кардамона, смешивающийся с кофе. Такой яркий и выраженный, что полностью поглощает мысли. Утренние лучи светят достаточно ярко, но не излучают свежесть, как пару часов назад. Приятный день, который не благоволит ничего хорошего. Прошло уже больше трех часов, как пропал Уилла и никакого результата. Она ходили, спрашивали соседей, но никто ничего не видел. Хоппер сказал, что пока не надо давать огласку, ведь вдруг Том, или тот, кто похитил Уилла что-нибудь сделает. Они просто продолжали искать подростка. Нэнси сказала Майку, что он плохо выглядит и, что ему надо поесть, а то ведь не ел и не спал ночью. Уилер не стал противиться. Сейчас он сидел на кухне с сестрой и её парнем. Никто не говорил. Не хотелось еще больше наводить паники. Майк устало прикрывает глаза, потирая затекшую шею. Сердце так сильно сжимается, пока время течет не спеша, он сидит и просто ест, а Уиллу страшно. Он с тем с психом, и он, Майк, во всем виноват. Уилер пытается отогнать все свои мысли, но он так не сказал, что Том не просто хочет убить Уилла, а поиметь. Он хочет его любимого мальчика. Майк хрустит костяшками пальцев, нервно смотря на то, как Нэнси уходит говорить по телефону, и он с Байерсом остаются наедине.       — Майк, я хочу, чтобы мы серьезно поговорили. — начал Джонатан. Майк отвел взгляд. Он знал, что этого было не избежать. На такое приходится только тяжело вздохнуть и утвердительно кивнуть. — Почему вы не сказали нам, что все вспомнили? Или, когда начали вспоминать?       — Без обид конечно, но ты знаешь причину. Вы бы попытались огородить нас, если бы узнали… Знаешь, когда мы только познакомились, то Уилл попросил никому не говорить о наших встречах. Он очень боялся, что его семья разочаруется в нем, что он не послушался, начал общаться с незнакомцам, который впоследствии стал его парнем, — Майк радостно усмехается, но Байерс не поддерживал его настрой. — Я уверен, что вам сейчас кажется, что мы поступили эгоистично. Все винят себя, что не смогли предотвратить наше знакомство. Уилл, было тяжело… Ему было тяжелее всех, когда мы начали общаться. Он часто плакал, говоря, что он никчемный.       — Это не похоже на Уилла. — отвечает Байерс старший, на что подросток усмехается.       — Когда мы впервые встретились, то он хотел утопиться. Он никогда не говорил об этом после, а я не поднимал тему. Может, он посчитал, что я ничего не понял, но это не так, ведь он хотел сделать это. Я видел решимость в его глазах, но тогда появился я. Я сейчас благодарю ребят, что я пошел к этому озеру и встретил там Уилла. — Джонатана передергивает от этих слов. Между ними повисает молчание, которое сопровождается тиканье настенных часов. Уилер облизывает пересохшие губы. — Джо, я хочу, чтобы ты не относился к Уилл плохо, потому что он гей.       — Я никогда не будут этого делать, если у него другая ориентация. Он мой брат и я его люблю… но другое дело ты. Я рад, что Уилл все вспомнил и пережил эти тяжелые воспоминания. И теперь ему пора отпустить прошлое, включая тебя. Да, вы были близки, но все это не стоит ничего, ведь ты его предал. Майк, если ты сейчас спокоен, то это не значит, что твои вспышки гнева не вернуться. Я не хочу бояться, что ты снова попытаешься убить моего брата. Если он тебе дорог, то отпусти. — на это Майк ничего не отвечает. Байерс выглядит решительно.       Подросток чувствует себя уязвимым. Оставить Уилл, для того, чтобы он был счастлив? Звучит, как страшный сон. Он ведь любит его. У Уилла такие приятный мягкие руки, которые он мажет облепиховым кремом, а еще он пользуется гелем для душа с клубникой, что потом просто кружит голову. Майк просто никогда не может насытиться всеми этими запахами, и Уиллом, который звонко смеется, потому что Майк слюнявит его футболку, нюхая шею. Байерс всегда смущается, но при этом игриво играет бровями, целуя Уилера. Майк на такое детское поведение закатывает глаза. Уилл частенько просил приготовить для него что-нибудь. Майк всегда сначала отнекивается, но потом соглашается. Особенно они любят проводить завтраки вместе, когда в доме Байерсов никого кроме их нет.       От этого он должен отказаться? От ласки, любви, поцелуев, разговоров и приятного молчания. Майк прикусывает губы, чувствуя, как блага начинается скапливаться в уголках губы. Он иронично улыбается, быстро вставая со стула. Нэнси как раз возвращается на кухню, но не успевает ничего сказать, как замечает плачущего брата, убегающего в ванну. Майк прекрасно понимает, что это позор. Джо и Нэнс видели, как он плачет. Но с эти ничего нельзя сделать, когда боль рвется наружу. Он здесь, а Уилл сжимается где-то от страха. А если он один в темноте? Он так боится оставаться один в темноте. Он говорил, что раньше, когда он гулял один, то делал это не долго, потому что ему было страшно.       Майк включает воду в раковине, всхлипывая, прикрывая лицо руками, чтобы не смотреть на свое отражение в зеркале. Уилер психует, ненавидит себя, а рука со всей силы впечатывается в стену, отчего он стонет, но делает повторный удар, и еще и еще. Майк стонет, опуская на пол, смотря на разбитые костяшки. Он криво улыбается. Он тут страдает, а Уилл… Он не хочет думать о самом с страшном. Что Том хочет взять Уилла силой. Он так же, как и будет трогать его бедра, так же кусать бледную кожу, так же зарываться в волосы, пока Уилл будет стонать его чужое имя. Уилер выключает воду, прислушиваясь. Тишина правда длится недолго. Тут же слышаться шаги к ванне, а затем голос сестры.       — Майк, все хорошо? — Уилер младший решает не отвечать, а просто выйти. Сестра смотрит на него обеспокоенно, Майк же старается не смотреть ей в глаза.       — Все нормально, — неправдоподобно он ей отвечает, направляя к коридору, чтобы взять курточку.       — Ты куда?       — Нужно продолжать искать Уилла. Думаю, что это будет не быстро. поспрашиваю знакомых, может они что-то знаю. — монотонно он ей отвечает.       — Майк, скажи честно. Ты что-то не договариваешь насчет похищения Уилла. — подросток смотрит сквозь девушку, замечая тень, которая исходит из кухни. Байерс слушает из разговор. Майк хмыкает.       — Том хочет Уилла — он произносит это так официально и спокойно, словно озвучил распечатать бумаги. Нэнси застывает, смотря на младшего брата, испуганными глазами. Майк быстро замечает, как тень дергается.       — Что ты имеешь виду? — снова задает глупый вопрос девушка. Майк хмурится, закатывает глаза.       — Он хочет его трахнуть, отыметь, на сухую, засунуть свой член в него. Так достаточно понятно? — огрызается подросток. Слова произносятся быстрее, чем он успел подумать. Звучало грубо. Но все уже достали. Лезут в чужую жизни, не заботясь о чувствах окружающих. Уилер прикусывает губы, тяжело вздыхая. Он просто молча выходит из дома, не получив никаких больше вопросов.

***

      Он знает, что это глупо и ни на что не надеется, но продолжает бежать к реке. Майк тяжело дышит, приближаясь к шалашу. Он построил его с Уиллом еще, когда им было еще двенадцать. Майк хочет найти его там, ведь Том мог узнать об этом убежище и утащить Байерса туда. Когда он стоит уже перед старым сооружением, то отчетливо слышит всхлипы. Это обычное деревянный маленький домик, который немного кривоват, но достаточно большой внутри. В самый раз для двух людей. Майк приближается к нему, наклоняется, заглядывая внутрь. Уилл смотрит на него испуганными глазами, сжимается, отползая. Уилер смотрит на Тома, который лежит рядом с Байерсом без сознания, кровь течет из черепа, но он дышит, хоть и едва уловимо. Байерс вздрагивает, сильнее вжимаясь телом в собственные коленки. Майк неотрывно смотрит на него. Внутри что-то взрывается, разлетаясь на мелкие кусочки, но он не подает виду, смотря на голые ноги парня. Пижамные штаны валяются в стороне. Уилер на секунду прикрывает глаза, сжимает кулаки, но тут же успокаивается, смотря, как Байерс захлебывается слезами. Майк падает тут же перед ним на колени, беря за руки.       — Уилл, мой хороший, все хорошо, теперь все хорошо. Я рядом. — Уилл кажется совершенно его не слушает, потому что отрицательно мотает головой. Тяжело дышит, тянясь к своим штанам. Майк неотрывно смотрит на тело подростка, пока он одевается; он не хочет видеть застывшую сперму на животе, не хочет видеть красные отметины на бедрах и шеи, не хочет видеть засосы на груди и внизу живота. А Уилл не дурак. Видит, как лицо Уилера кривиться от подобного, но никто не решает начать говорить.       — Нам нужна скорая. Я не хочу быть убийцей. — сипло говорит Байерс. Майк только соглашается. Накидывает на хрупкие плечи свою курточку, берет за руку и выводит из домика.       Они не говорят, даже, когда оказываются в доме Байерсов. Там никого не оказывается.Майк звонит по телефону, говоря, что Том у реки и ему нужна помощь, так же, чтобы его задержали. Фотографии при нем же. Уилл ничего на это не говорит, молча берет новую одежду и уходит в ванну. Майк скатывается по стене у двери, закрыв глаза. У него нет ни слов, ни сил, чтобы описать, что он сейчас чувствует. Он не понимает, что он должен думать и чувствовать. Он понимает, что ненавидит себя и то, что произошло с Уиллом. Том сделал это — ранил в самое сердце. Он прикрывает глаза и видит, как Хесли вбивается в Уилла, как вылизывает его живот, как Байерс вскрикивает, как Том сильнее трахает его, даже при всем этом хорошо не растянув.       Майк вытирает скатившуюся слезу, слыша, как вода в душе выключается. Уилл выходит в обычных джинсах и джемпере, прикрывающее горло. Байерс улыбается ему как обычно, но на дне зрачков плещет боль. Уилер встает и заключает его в крепкие объятия. Майк просто дышит. Вдыхает запах его шампуня и кондиционера для белья, и любимого крема для лица. Уилл жмется к нему сильнее, держась как можно крепче. Они отстраняются смотрят друг другу в глаза. Уилл улыбается ему, немного натянуто. незнакомец подумал бы, что это даже искренне, но это не так, потому что в ту же секунду Уилл отводит взгляд, отходя назад.       — Нам нужно время. Тебе будет неприятно. — Майк хмурится, стойко отрицая.       — Не неси чушь. Не нужно нам ни какое время. Я люблю тебя, поэтому все нормально. — Уилл снова пытается улыбнуться, но его попытки быстро меркнут, как и он сам.       — Поцелуй меня. — прозвучало, как вызов, поэтому Майк без промедления приближается к заветным губам, но останавливается в паре миллиметром, когда горячее дыхание обдувает его кожу. Уилл слегка подрагивает ресницами, приоткрывает рот. Чувствует запах зубной пасты, но ему даже отсюда кажется, что привкус Тома точно остался на губах. Он так резко дергается, отчего пугается, и он и Уилл. Байерс постыдно отводит взгляд, дотрагиваясь кончиками пальцев до своих губ.       — Просто признай, что теперь я тебе противен. — Уилер сразу же хочет возмутиться, но прикрывает глаза, пытаясь собраться с мыслями.       — Нет, нет, ты мне не противен… просто, мне сложно принять тот факт, что я не успел… это моя вина и я сожалею. Ты мне никогда не будешь противен, Уилл. Все произошло так быстро, что сейчас я не могу собраться с мыслями. — Байерс на его слова только кивает. Больше они ни о чем не говорят, дожидаясь прихода старших.

***

      Два месяца и три недели прошли, как в тумане. Рождество в этом году было самое мрачное. Майк пытался вести себя, как обычно, нет, при друзьях он и вел себя, как обычно, но маска веселья спадала тут же, как он оказывался один. Его словно сдавливали со всех сторон. Он задыхался, хватал ртом воздух, плакал, бился в истерике, не спал ночами, а потом день повторялся. Он шел в школу, словно ноги не подкашивались, а глаза не хотелось выколоть от яркого солнца. На улице стоял мороз, кругом был снег, в нем он и хотел утонуть — упасть и замерзнуть насмерть. Прошло почти три месяца, как Тома поймали. Против него выдвинули обвинения, фотография послужила доказательством, в итоге, он сознался. Полицейские спрашивали Хесли о причине похищения Байерса, но то только гадко ухмылялся, говоря, что он просто хотел его избить. Уилл же подтвердил, что его украли, и, что он оборонялся, ударив Тома. Больше он ничего не сказал. Никто и ничего не говорил об изнасиловании. Джо тоже ничего у него не спрашивал. Попытался завести этот разговор с Майком, на что Уилер взбесился. Теперь отношения со старшим Байерсом испортились окончательно, хотя с младшим было не лучше. Уилл первый месяц его полностью игнорировал, да Майк и не лез. Они встретились за эти три месяца раза два — у реки, как в первый раз. Уилл прямо сказал, что хочет порвать. Майк на это ничего не сказал. В этом не было нужны, если Байерс утверждал факт. После этого Майк пытается восстановить свою жизнь, так, чтобы она была, как раньше. Пытается общаться с друзьями, ходить на пижамные вечеринки, подкалывать Джейн и таскать её на руках, как ребенка; помогать матери по дому, сидеть с младшей сестрой, всегда готовить ужин. Теперь отец презирает его, почти не общается, раньше, конечно, тоже не сильно общался, но теперь полностью игнорирует его существование. Майк не жалуется. Думает о том, что через полгода уедет в другой город. Не важно куда, просто уедет и будет там учиться и никогда не вернутся жить в Хоукинс.       Ему очень нравится готовить пирожные, которые просто обожает сестричка и мама. Они всегда радуются, когда он их делает, а Майк очень рад, что делает их счастливыми. Порой он вспоминает Нэнси, ведь та сразу же уехала обратно в другой город после Рождества. Конечно, он знал, что она не может уволиться, да и живет с Байерсом. Майк правда за неё счастлив, но ему так её не хватает. Она бы обязательно дала ему совет. Что есть другой вариант, а не резанье рук. Не то, чтобы он подсел на это, но под толстовкой красуются красные полосы. Сейчас зима и у него достаточно времени, чтобы скрывать новые порезы, но летом все выйдет наружу. Он пытается это остановить, но нож так легко проходит по рукам, что он почти ничего не чувствует.       Сегодня вторник. Он сам не знает почему, но именно в этот день он целую ночь гуляет по городу. Он ужасно мерзнет, до костей, кончики всех пальцев уже не чувствуются, а снег постоянно попадает в ботинки. Он всегда идет к одному и тому же месту — к реке. Сам не понимает чего хочет добиться, но его просто манит, он просто прилип к тому месту, как магнит. Он достаточно часто туда приходит, чаще всего днем, и никогда никого не встречает, поэтому сердце уходит в пятки, когда он замечает фигуру на льду. На нем капюшон, и стоит он спиной, смотря куда-то в даль. Уилер пугается, подходя ближе. Сейчас хоть и зима, лед замерзший, но их штат никогда не славил суровой зимой, чтобы лед мог быть прочным. Просто чудо, что он не треснул.       — Хей, уходи от туда сейчас же! — он подходит к берегу, крича тому парню. Он достаточно далеко от берега, что пугает. Майк неуверенно тоже встает на лед и, к счастью, ничего не трескается. — Ты меня слышишь? Ты можешь утонуть. — он снова кричит, маленькими шажками направляясь в сторону того сумасшедшего.       — Тебе лучше не приближаться, если тоже не собрался утонуть. — голос Уилл достаточно тонкий. Майк пугается и останавливается в десяти шагах.       — Уилл, черт возьми! Иди сюда аккуратно. Лед ведь может треснуть. — Байерс на его слова разворачивается, но с места не двигается. Уилер дрожит от холода, щурясь в темноте. Лицо Уилла плохо различимо, но он понимает, что они смотрят друг другу в глаза. Майк преодолевает между ними расстояние, останавливаясь в двух шагах. — Уилл, блять, нам нужно уходить от сюда! Какого черта ты здесь стоишь? Обойди меня и приближайся к берегу, а я…       — Майк, никуда я не уйду. Я целенаправленно пришел сюда, чтобы утонуть. — повисает угнетающая пауза. Уилер стоит с широко распахнутыми глазами, смотря на Уилла, который тянет уголки гул вверх. Так фальшиво и натянуто, что тошнит. Ха, значит он не один, кто пытался покончить с собой. Майк злиться, отчего резко хватает Байерса за руку.       — Мы уходим. — Уилл поддается хватке Майка, недовольно что-го говоря. — Уилл, я не позволю тебе умереть вот так. — Байерс слабее Уилера, поэтому его тащат ближе к берегу, отчего Уилл психует и со всей силы бьет лед ногой. Оба замирают, прислушиваясь. Майк недовольно смотрит, опускает руку, и недовольно отступает.       Треск. Майк замирает всего на мгновений и в ту же секунду земля уходит из-под ног. Все тело резко пронзает невыносимый холод, чувство, что маленькие иголочки втыкаются в тело. Одежда становится тяжелее, делая движения неуклюжими. Майк начинает непроизвольно барахтаться, хватаясь за лед, который трещит. Их река не славилась течением, но почему-то его тянет под лед. Уилл начинает кричать, падает перед ним, тоже оказываясь в воде. Уилер застывает, хватая Байерса, прижимая к себе.       — Тихо, не двигайся. — говори Майк. Уилл перестает барахтаться. Уилер держится рукой за лед, а другой Уилла, который дрожит от холода. — Аккуратно. Сейчас ты попытаешься вылезти. — Майк обхватывает его за талию, толкая на целый лед. Байерс пытается держаться, ползет с трудом, но Майк толкает его как можно дальше от дыры. Уилл испуганно на него смотрит, когда оказывается на прочном льду. — Иди к берегу — шипит Уилер, когда Байерс снова приближается к нему, но тот отрицательно качает головой, но, к счастью, с места не двигается. Майк собирает все силы вместе. Ноги не чувствуются от жуткого холода. Он набирает в легкие как можно больше воздуха, чтобы попытаться выбраться из-под льда. Уилер молит всех богов и благодарит, когда лежит на животе на льду. Он аккуратно ползет, решая не вставать. Он ползет к берегу, прося Уилла делать тоже самое. Через минуту они оказываются на прочной земле. Байерс дрожит, смотрит на Майка, беря его за руку.       — Майк, Майк, прости… я… — Уилл дрожит, прижимая к себе парня. Майк обнимает его в ответ, пытаясь почувствовать хоть немного тепла. Уилер дрожит, одежда мокрая и морозит, собираясь замерзнуть вместе с ним. Уилл отстраняется, нервно смотрит, снова обращаясь к Майку. — Тебе нужно срочно в ванну. Пошли быстрее. Черт, твои родители точно увидят тебя… — Байерс был действительно обеспокоенным и испуганным, на что Уилер только слегка улыбнулся, поглаживает чужие волосы, смотря в эти изумрудные глаза.       — Все хорошо. Пошли ко мне. Мама нас не заметит, да и тебе надо принять ванну. — Уилл ничего не отвечает, только кивает, продолжая передавать свой тепло через свою руку Майку.

***

      Никто не ведает, как у них получилось забраться в дом незамеченными. Майк облегченно вздохнул, когда оказался в своей комнате. Уилл неуверенно мялся у окна. Майк развернулся к нему и с вызовом стянул с себя верхнюю часть одежды. Байерс отвел взгляд, стягивая с себя курточку, но больше ничего не делая. Уилер не стал тянуть время, просто взял парня за руку и они вместе зашли в ванную комнату.       — Раздевайся, — приказал Уилер, вызвав испуг у Байерса. Тот сжался, отступая, правда не к двери, потому что там стоял Майк. Уилер закрыл двери на замок, а затем начал стягивать джинсы, которые прилипли к телу и не хотели этого делать. Он полностью разделся, прошел спокойно к ванне, включая воду. Уилл продолжал следить за ним, не предпринимая никаких действий, словно он вообще не понимал, что и как ему нужно делать.        — Уилл, раздевайся. Нам нужно полежать в горячей воде или оба заболеем. — снова повторил свою просьбу Уилер.       Байерс неуверенно кивнул, послушно снимая всю одежду. Он не смотрел на Майка, тут же залезая ванну, прижимая ноги к себе. Уилер сглотнул, что очень четко было слышно, хоть и шумела вода. Он сел сзади Байерса, расставляя ноги по разные стороны от него. Уилл ничего не говорил, сильнее сжимаясь. Майк смотрел на выпирающий позвоночник и бледную кожу. Он невольно прильнул губами в косточкам на позвоночнике, вызвав мурашки по чужому телу. Холодная кожа била по губам, заставляя снова мерзнуть, но, к счастью, вода полностью набралась, и теперь их тела принимали тепло. Майк обвил руками талию Байерса, прижимая его к себе, утыкаясь в шею, чтобы вдыхать его запах. Уилл слегка подрагивал, но уже точно не от холода. Он шумно выдыхал, пока Майк оставляя поцелуи на коже, особенно выделяя плечи, оставляя на них легкие укусы. Контролировать собственное тело он не смог, поэтому после тихий вздохов Уилла, у него появляется возбуждение, и он понимает, что Уилл чувствует это, прижимаясь к нему спиной. Уилер поглаживает бедра, слегка сминая их, проводит рукой по напряженному животу, продолжаясь оставлять отметины на спине.       — Майк, остановись, — тихо шепчет Байерс, но сжимает его руку, когда он гладит его живот. Уилл издает тихий стон, который отдается эхом. — Я не хочу, чтобы нам обоим потом было больно. Мы расстались и пути обратно нет. Прошло почти три чертовым месяца, а теперь…       — А я все еще хочу тебя. — перебивает его Майк. Уилер встает из воды, чувствуя холод. Байерс встает следом, смотря Уилеру прямо в глаза. Он вздрагивает, когда Майк приобнимает его, скользя руками по напряженным ягодицам. Когда это прекратится? Они даже не могу нормально поговорить. Майк прикрывает глаза, добавляя спустя пару минут. — Если конечно ты хочешь…       — Хочу. — отвечает быстро Байерс, чем это положено.        Майк легким движением поднимает его, неся обратно в комнату. Они полностью мокрые, но это не заботит, он кладет Уилла к себе на кровать, нависая сверху. Байерс затуманено фокусируется, прикрывает глаза, притягивая Уилера к себе для поцелуя. Майк жадно его целует, почти не давая воздуха, он просто вжимает Байерса в кровать, поглаживая его везде. Ему стонут в рот, раздвигая ноги. Байерс тянется за ласками, зарываясь в любимую копну волос. Майк целует его тело, оставляя после себя мокрую дорожку. Рукой проводит по возбужденному члену Байерса, вызывая вздохи. Уилл мечется по кровати, цепляясь руками за подушку, чтобы прикрыть свое лицо, что очень не понравилось Майку. Тот рычит, проникая двумя пальцами в напряженным анус, вызвав растерянность, что позволило Уилеру убрать подушку от лица Уилл, давая себе возможность наблюдать за гаммой эмоций.        Уилл закусывает губы, растекаясь от прикосновений. Внизу приятно ныло, вызывая покалывая в груди и напряженном анусе. Майк тщательно его растягивает, постоянно целуя, что вызывает слезы у Уилла, но не только от переизбытка чувств, а от отвращения к себе. Майк так нежен с ним, что он не понимает, как не может не чувствовать отвращения, ведь сам Уилл просто ненавидит своё тело. Отвратительно. Когда Том вбивался к него, то только грубо рычал над ним, зажимая рот рукой. Он тогда ничего не смог сделать. Он пытался отбиться, но его со всей силы прижимали к земле. Он так ненавидел себя, что был таким слабым, что тело слишком легко поддалось, что он принял кого-то в себя, кроме Майка. Байерс стонет, выгибаясь в чужих руках, когда Майк надавливает на ту самую точку. Уилер светится, целует, получая тяжело вздохи в ответ и красивые стоны.       — Все хорошо, — говорит Майк шепотом, обдувая горячим дыханием ухо. Только Майк будет с ним так нежен, он так благодарен ему, что у него был такой первый раз. Он действительно был счастлив. В тот момент ему было страшно, но он был уверен. Сейчас же он тоже уверен, а желание блещет внизу зрачком, как настоящий огонь. — Расслабься, я вхожу. — он и не напряжен. Он полностью доверяет Майку, поэтому протяжно стонет в чужие губы, чувствуя, как в него медленно погружаются. Байерс выдохнул весь воздух, подставляя шею для поцелуев. Ему вовсе не было больно, просто не всегда можно привыкнуть, когда в тебе член. Когда в тебя входят, так распирает изнутри, от чего ноги становятся ватными. И как бы он не признавал, но ему было ужасно стыдно лежать с раздвинутыми ногами, пока в нем двигаются, но, черт, это так приятно. Он гортанно стонет, пока Уилер задевает нужное место. Байерс всхлипывает, сам не знает, но слезы наворачиваются, а Майк обеспокоенно слизывает их, тут же успокаиваясь, когда Уилл стонет, цепляясь за плечи, прижимаясь к горячему телу. Сердце просто выскакивает, готовясь разорваться, но оно оказывает прочным, когда Майк надрачивает ему, отчего он кончает в руку. Уилер хрипит, собираясь выйти, но Уилл снова прижимает к себе.       — Нет. Хочу, чтобы ты кончил в меня. — просит Байерс, отчего Майк рычит, впиваясь в губы, истязая их, толкаясь, а затем кончает. Байерс тут же вздрагивает, когда его заполняют изнутри. Он распахивает рот, пока горячее семя стекает по стенкам внутри него, немного вытекая. Уилл продолжает держать Байерса, не давая выйти. — Останься пока во мне. — чужой член внутри пульсировал, а может это он внутри пульсировал. Майк кусает его за ухо, все-таки выходя, получая измученный вздох Байерса.       Они молча лежат, не разговаривая, пытаясь отдышаться. Уилл поворачиваясь на бок, смотря на запыхавшегося Майка. Уилл стонет, придвигаясь ближе. Байерс лениво седлает бедра Уилера, ложа рука на груди, наклоняясь к губам, чтобы прикусить соски. Байерс ерзает задницей, пачкая их обоих спермой. Слишком грязно, слишком открыто, но ему нравится, как Уилер пожирает его взглядом. Уилл целует Майка, жадно вдыхая воздух, водя рукой по члену. Уилер возбуждается, теперь упираясь в Байерса. Уилл подрагивает, слегка привставая, беря в руки в член, направляя в себе. Майк смотрит на него непрерывно, но затем откидывает голову, стонет, пока Уилл входит в него. Это достаточно легко, ведь он растянут, но поза достаточно неудобная, поэтому он делает это аккуратно, но Майк берет его за бедра, насаживая до конца. Уилл давится воздухом, а в голове темно, потому что Майк снова полностью в нем.       — Прости, что грубо… — виновато шепчет Уилер, но руки не убирает.       — А я хочу, чтобы было грубо. — отвечает Байерс, начиная двигать бедрами, получая облегченно рык. Уилл откидывает челку, которая уже слишком отросла. Он полностью теряется в реальности, голова кружится, а вот рту сохнет. Это сверх блаженство — идеально, чтобы затеряться в потоке ярких чувств.

***

      Это утро просто на удивление прекрасное и солнечное. Весна в самом разгаре, только середина, а уже хочется поскорей лето и каникулы. Экзамены достаточно близко, но думать о ним совершенно не хочется, но придется, ведь надо поступать в колледж. Это достаточно большая возможность, ведь есть шанс уехать из этого маленького городка.       Да, утром хорошее, теплые лучики солнца подогревают, и вовсе не мешают на лице. Почти, как и должно быть. Почти… Вторая половина кровати пустует. Это кажется до ужаса привычным, ведь Майк всегда так просыпается, но не сейчас — все должно быть не так. Не хватает Уилла в это чудесное утро. Уилер подскакивает, оглядывая комнату. Ничего почти не меняется, но маленькие детали врезаются в глаза: его одежда сложена, а одежда Байерса нигде нет. Он скользит взглядом дальше, замечая на столе тарелку с беконом и кофе, который все еще дымился. Он встает, подходя в столу, даже плевать, что полностью голый. Рядом с тарелкой бумажку.       Это не просто записка. Я хотел сказать тебе что-то на подобии — спасибо? Я правда был счастлив этой ночью. Майк, ты делаешь меня счастливый. Спасибо за все. Ты даже не представляется, как мое сердце сейчас разрывается. Но я знаю, что так лучше. Лучше для нас. Я не буду говорить прощай, потому что я знаю, что мы еще встретимся.       Я хочу, чтобы просто отпустил меня. Чувства, которые между нами — пройдут. Надеюсь, что они уже проходят. Найди любимого человека, который будет не таким ужасным человеком, как я. Я уничтожаю нас обоих. Я не жалею ни о чем… Хотя, наверно, только о том, что не смог разбудить тебя утренним поцелуем.       Пусть наши чувства улетучатся, оставив сладкую нотку. Теперь, закрой глаза и представь, что это был просто неплохой сон. А сны со временем становятся не такими яркими. P.S. Я забрал твой футболку. Мне просто так захотелось. Прости. Уилл       Маленькое послание? Как мило. Майк отбрасывает листок в сторону, сжимая кулаки, впиваясь ногтями в ладонь. Прости, блять, что? Ему хочется закричать, а еще впервые хорошенько разукрасить лицо. Неплохой сон? Да это, блять, сказка с плохим концом, — кошмар! Уилер стоит, пытаясь работать своим мозгом. Он не написал ничего конкретно. Как будто они больше не увидятся. Но он же может придти к нему домой без приглашения. Так он и сделает!

***

      Майк намеренно пропускает школу, направляет в сторону дома Байерсов. На улице стоит умиротворенная тишина, а у него все бурлит от гнева. Майк сразу замечает Джонатана, который, как он знает приехал вчера вечером сюда по делам. Тот хмуро выходит из машины, громко хлопая дверью, но его гнев быстро пропадает, когда он замечает подростка в паре шагов от себя. Сначала напрягается, а затем усмехается.       — Ты опоздал. Он уехал. — понуро оповещает Джонатан. Майк хмурится, пытаясь собраться нужны решения в своей голове, но, кажется, полностью тупит.       — Что значит уехал?       — Утром нашел письмо, где он пишет, что собирается доучиться в другом городе. Мама, оказывается, уже оформила перевод, а я не знал. Хотел его остановить, но уже поздно.       — Куда уехал? — серьезно спрашивает Уилер.       — Без понятия. Мама отказывается говорить. Сказала, что поклялась перед Уиллом… А ведь это все из-за тебя. — Байерс хмурится. — я все злился на тебя, хотя и сейчас немного, но мы поговорили с Уиллом. Думаю, что он знал на что шел… Прости, Майк, но вам не по пути.       — Это мы еще посмотрим! Что он сказал тебе? Что все, хватит, что ему надоело быть со мной? — кипятиться подросток, в плотную приближаясь к Байерсу. Тот смотрит пристально, отрицательно качая головой.       — Он сказал: «Я не знаю, как это описать, но когда он смотрит на меня, то мне кажется, что я из золота. У него такие красивые глаза, а еще мне нравится, когда он смеется. Он правда веселый. Наверно, этого во мне и не хватает? Я так безумно его люблю. Знаешь, как во всех фильмах, когда ломит кости, правда у меня еще и глаза от постоянных слез. Я схожу по нему с ума. Мне так страшно, я испорчу ему жизнь. Он достоин кого-то лучше, чем я. Я так чувствую себя убожеством рядом с ним. Я застрял между реальностью и вымыслом, а он продолжает стремительно двигаться дальше, все преодолевая. Теперь я окончательно жалкий, ведь не могу бороться с собственными чувствами. — тяжело вздохнул Байерс, когда произнес подобную речь. Он соврал. Уилл не говорил этого, но это было в одной из записи его дневника, а Джо очень четко все запомнил, хоть немного и с погрешностями.       — Ты сейчас шутишь? — заикаясь, произносит Майк, безысходно беглая глазами, чувствуя подступающий ком в горле и жжение в глазах. Его глаза слегка краснеют, но лицо остается каменным, когда Джонатан отвечает.       — Нет, Уилер, это конец. Начни все заново. Такое бывает в отношениях. Но тебе повезло, ведь Уилл взял большую часть проблем на себя, чтобы вам обоим было легче принять расставание.       Взял на себя? Вот большой спасибо!. Какого черта?!