Мой парень не существует.

      Дождь с силой падал на землю, прибивая всю траву и все живое, словно хотел уничтожить. Шум заглушал голоса людей, а крики были не такие громкие, зато звуки машин были хорошо слышны, особенно, когда теперь на асфальте кругом лужи. Ветер так сильно завывал, словно хотел пробраться в самую душу. В общем, погода наводила страх, но если пристально посмотреть, то больше всего было не страха, а радости. Дождливая погода просто прекрасна, особенно, когда с неба гремит. В воздухе летает приятный запах свежести, капли падают подряд, окутывая с ног до головы.       Майк быстро забегает под крышу супермаркета, вытирая влажной рукой влажное лицо, — идеально. Уилер мысленно посмеивается над своей глупостью, ведь сегодня обещали дождь с грозой, но он никак не обратил на это внимание, надеясь на удачу. Видимо зря, ведь он в центре города, а после учебы нужно добираться еще до дома. Он закатывает глаза, доставая пачку сигарет, которые, боже, не намокли, хоть и были немного с сыростью. Он закуривает, смотря на проезжающие машины. На улице никого нет, ну, не удивительно, когда такой ливень. Майк коситься на двери магазина, откуда выходит парень, который недовольно что-то бурчит себе под нос, прижимая к груди пачку чипсов и спрайта, сильнее натягивая капюшон. Кажется, он решает — бежать или нет, но сдается перед погодой, покорно вставая у противоположной стены, шмыгая носом. Не проходит и меньше минуты, как он чихает. Майк редко разговаривает с незнакомцами, но он вроде воспитанный, поэтому слова быстро срываются с губ.       — Будь здоров. — он звучит тихо и достаточно неуверенно, а парень в толстовке на него не реагирует, поэтому он решает, что его просто не услышали, что, наверно, хорошо, но парень отвечает.       — Спасибо. — его толстовка спадает с плечь, словно она не его, а мужчины гораздо шире в плечах. Майк почему-то напрягается от немного хриплого голоса, а по спине проходят мурашки, но он ссылает его на удар молнии, хотя он никогда не боялся её. Молнии освещают небо, что выглядит жутко, но на том же уровне и красиво.       — Мне нравится твоя сережка, — тихо говорит парень, поворачиваясь к нему. Майк реагирует моментально на комплимент, дотрагиваясь до проколотого уха. Он тоже стоял боком, поэтому незнакомец не мог видеть его лица, но теперь они встретились взглядом. Уилер зависает на тонких губам, которые ужасно бледные и влажной челке, которая спадает на лоб. Она влажная, хотя он не выходил на дождь. Спрайт и чипсы падают.       — Уилл… — его голос уже сильно отвык произносить это имя. Мозг медленно переваривает информацию, обрабатывая знакомые черты лица, которые стали слегка четче с возрастом. Байерс пару секунд моргает, даже не собираясь поднимать свои покупки, но потом быстро хватает их, выбегая под дождь. Майку не требуется времени, чтобы выйти из-под крыши и схватить Уилла за руку, останавливая. Байерс выглядит ужасно бледным, когда снова смотрит на Уилера. Он сжимается, как котенок, тяжело вздыхая.       — Как? Что… что ты здесь… — он выдыхает, каждое слово дается с трудом. Они оба в растерянности, смотрят друг на друга большими глазами, но Майк продолжает держать руку, словно он сейчас умрет.       — Я переехал сюда три года назад. Мой университет в трех кварталах. — глаза Уилла сильнее расширяются, хотя куда уже       — Отлично… Отпусти меня. Мы не знакомы.       — Что за бред ты несешь?       — Я не знаю тебя, а ты меня. Отпусти. У нас нет ничего общего. Я не хочу тебя знать. — говорит Уилла, это больше похоже на больбу и жалкие речи, но Майк теряется, ослабляя хватку. Он не двигается с места, когда фигура Уилла отдаляется. Он убегает, не заботясь о лужах, да и о дожде в целом, хотя, как и Майк, который полностью промок.       Прошло больше трех лет — они снова встретились.

***

Майк, наверно, точно дурак, раз не пошел за любовью всей своей жизни. Ему хватило всего пару мгновений, чтобы оживить старые воспоминания, которые до сих пор казались самым трепетным, даже нелепыми, ведь они были просто подростками. Хотя, можно говорить, что он был подростком, который любил до безумия, но это было правильней, ведь когда он стал старше, то даже не смог побежать за самым дорогим человеком. Уилл был всем в его жизни. Уилер в тот же вечер напивается, пытаясь заглушить депрессивные мысли, ведь хочется просто умереть. Мысли постоянно возвращаются к Байерсу. Уилл стал ещё красивее. Теперь он шире в плечах и выше, но небольшая худоба никуда не делась. Майкл вспоминает, что он был в старой толстовке, которая, кажется, была совершенно не его. Может у него уже кто-то есть? Уилер обиженно скрипит зубами, но он не может видеть его, ведь их давно ничего не связывает. У Майка были не одни отношения и с девушками и парнями, но длились не больше полугода. Утром он просыпается полностью пьяный, но пропустить занятия в университете не может, поэтому приходится одеваться, при это пытаясь сдерживать рвотные рефлексы. К счастью, ехать на автобусе полчаса, поэтому хороший сон обеспечен, хоть теперь можно не быть зомби. В здании уже много народу, — лекции должны начаться с минуты на минуту, поэтому он едва садиться за стол, как заходит преподаватель. Безумно хочется спать, но ему нужен материал, которые рассказывают.

***

      Совершенно недавно он захотел добавить себе одну интересную лекцию — историю искусств. Он совершенно туда не хочет, но поспорил с Дастином, что будет ходить туда целый семестр. Майк быстро проскользнул в аудиторию, усаживаясь на задние ряды. В эту же секунду к нему подсел парень, — Уилл, который запыхался и смотрел на профессора, который посмотрел на него, но ничего не сказал, так как только сам зашел. Байерс выдохнул, растекаясь по стулу. Уилер смотрел на него большими глазами, поэтому Уилл сразу же посмотрел в ответ. Они оба застыли, нервно смотря, оба боясь пошевелиться. Байерс привстал, но посмотрел на учителя, который уже начал объяснять тему и сел на место, сжавшись.       — Привет, — шепнул Майк. Хотелось придвинуть стул, чтобы оказаться как можно ближе, но он не решался и между ними было расстояние в сантиметров пятьдесят, которые сильно давили. Да, он мог бы дотянуться рукой, но ему хотелось больше. Уилер нервно поправил свои кудри. Теперь его волосы значительно длинней, чем, когда он встречался с Уиллом. Байерс проследил за его взглядом и безысходно вздохнул, облизнув потрескавшиеся губы.       — Не говори со мной. — хрипло проговорил Байерс. Голос показался слишком надломанным. Но это может из-за того, что он нервничал. Между ними снова повисла долгая тишина. Они начали записывать лекцию. Майк не мог совершенно сосредоточиться, постоянно поглядывая на непроницательное лицо Уилла.       — Я так не могу. Я учусь здесь третий год, и даже не видел тебя, твою мать. — снова шепчет Уилер, наклоняясь ближе к Байерсу, чтобы его не услышали. — Ты учился здесь все это время? - Байерс молчал - Уилл, поговори со мной. Ты не можешь избегать меня, — он продолжает настойчиво говорить. Уилл не отвечает и не поворачивается, но и не пишет. Он молчит, а затем бросает ручку, прикрывая лицо руками.       — Майк, прошу, не говори со мной. У нас уже ничего нет. Я не хочу иметь с тобой ничего общего, — хрипит Уилл. Его голос совершенно охрипший, как будто у него болит горло и пора в больницу. Он пытается звучать грубее и строже, но голос подводит. Совершенно не смотрит на Майка, точнее на лицо, только бегает глазами по всему телу. Уилер собирается сказать еще, возмутиться, да вообще закатить на такие заявления истерику, как девчонка-подросток, но замечает строгие взгляд учеников, которые сидят неподалеку. Он извиняется и замолкает, даже отсаживается чуть дальше от Байерса. Уилл прикрывает глаза, снова берет ручку, но так и ничего не пишет. Пытается начать, но быстро прекращает, только нервно теребит рукав вчерашней толстовки и постоянно поглядывает на часы.       Лекция быстро заканчивается, но, кажется, Уилл был в прострации, поэтому реагирует не сразу, а значит сейчас можно не удивляться, что Майк перегородил ему дорогу, смотря с серьезным лицом, ведь намерение поговорить никуда не собиралось исчезать. Уилл закусил губу, посмотрев на линолеум. Он так долго смотрел, что можно подумать, что он считал полоски. Майк тяжело вздохнул, отступая на шаг. Байерс вскинул голову с каменным лицом, но в глазах плескалось удивление, как и приоткрытый рот. Уилл тут же его закрыл, дожидаясь объяснений Уилера.       — Нам в любом случаи придется поговорить. — начинает Майк, — Мы не чужие люди друг другу, поэтому я уверен, что сможем поговорить. Я хочу просто поговорить. Я уже давно смирился, что мои чувства были для тебя бременем, — он хмурится от своих же слов, а Уилл поднимает голову, смотря удивленно.       — Это не так! Твои чувства были для меня всем! — он говорит так неожиданно и уверенно, что оба теряются. — Раньше… твои чувства были очень важны для меня… раньше. — Уилл смутился, бегая глазами по Маку, чтобы не смотреть ему в глаза. Майк выдавил из себя самую улыбку, хоть в груди и кольнула старая рана.       — Спасибо. Сейчас ведь все прошло? — Уилл смотрит на него не проницательным взглядом словно о чем-то сильно задумался, но это длится буквально пару секунд, а потом он просто тянет уголки губ вверх, словно прикладывает невероятную силу.       — Хорошо… Ладно, да, у меня тоже… — Майк пытается не обращать на ноющий комом в горле. Слова словно режут его. Уилер улыбается, откидывая назад волосы, пока Байерс следит за его каждым движением так жадно, словно хочет впитать все что только что увидит. Майк с надеждой смотрит на него, спрашивая, — Теперь мы ведь можем общаться? Возможно, мне не хватает разговоров с тобой, поэтому я предлагаю дружбу. Как раньше… —       — Как раньше… — неуверенно говорит Уилл для себя. — думаю, что я бы тоже хочет с тобой общаться… Сейчас мне нужно идти. Мы может встретиться в столовке во время обеда? — Майк молча кивает, и Уилл так же молча уходит. Уилер даже не оборачивается, чтобы посмотреть ему в след. Легкий шлейф одеколона все еще стоит в воздухе, щекоча нос, но его хочет вдохнуть еще сильнее, чтобы глаза зажгло, и до головокружение.       Уилер сглатывает вязкую слюну, облизывая высохшие губы. Он уговаривает себя, что они точно статут снова замечательными друзьями. Но в голове бьет жилка, стуча по черепной коробке; стучит предупреждение — он может еще сильнее погрязнуть; но Майк улыбается таким мыслям, разворачивается, удаляясь из кабинета.

***

      Они уже сидели в столовой, где было невероятно много народу, здесь ужасно неудобно говорить на личные темы, но в какой-то степени это удобное место, ведь идти вместе куда-то было бы странно… пока… Уилл ел пюре, которое на вид было не очень, но что сделать, если ты студент ну, а денег не особо-то и много. Майк откусил яблоко, ничего больше не лезло. Неприятно чувство продолжало на него давить.       Там много голосов, что можно потеряться, а толпа из длинной толпы наводит панику. Обычный день студентов в обед, когда идет борьба за место в очереди. Уилер снова посмотрел на Байерса, который уже аппетитно ел булочку, его настроение моментально поднялось, он даже улыбнулся Майку, продолжая есть свою любимую еду. Может он и понимает людей, который говорят, что могут насытиться, только посмотрев на то, как их любимым человек есть с аппетитом. Хм, на друзей, наверно, это тоже распространяется.       — Ты все так же до невозможности милый. — подметил Уилер, не переставая улыбаться как дурак. Байерс смущенно улыбнулся в ответ, но быстро ответ взгляд, когда на телефон пришла смс. Он тупо пялился в телефон минуту, а затем поспешно ответил. Пару раз моргнул, словно приходя в себя, а затем натянуто улыбнулся.       — Не говори так. Мы же друзья…       — О… прости, — смущенно ответил Майк, не подумав, что его фраза может звучать странно. — я не имел в виду ничего такого. Знаешь, я сейчас ужасно нервничаю, а ты сидишь будто меня здесь нет. Не то, чтобы я чем-то не доволен, ведь ты согласился со мной поговорить — я счастлив, но ты ведь еще будешь со мной дружить. Да? Ох, не смотрит так, ужасно теперь себя чувствую, словно я идиот.       — Ты точно идиот. — говорит Байерс, ухмыльнувшись, доедая свой обед, — точно такой же, как и в первые наши встречи. Хотя, наверно, потом я уже был сильно влюблен и не замечал твоего тупизма.       — Эм, ну, сейчас я не очень понял, но ты вроде обозвал меня, но я рад, что ты вообще со мной разговариваешь. Стоп. А почему ты не хотел со мной разговаривать? Сам же сказал, что все в прошлом, поэтому мы может начать все сначала, как самые лучшие и счастливые знакомым во вселенной.       — Самые лучшие и счастливые знакомые во вселенной значит? Хм, звучит забавно. Можно сказать, что я в деле. — Уилл искренне улыбается, а затем смущенно прячет лицо в руках. Майк криво улыбается в ответ, ничего не спрашивая о синяках на запястье, которые видно из-за того, что рукав толстовки задрался.