Тяни!
7 марта 2021 г., 12:00
«Тяни! Ты все равно меня не вытянешь
Тяни! Я все равно останусь для тебя в тени
Ничем не сможешь ты мне, милая, помочь
С тобой я обречен, мечтаешь о любви
А я-то тут причем?»
Король и Шут, «Тяни!»
Дело было в посольстве Алмазной Империи Ричмонда. Райнхольд и двое его учеников зашли туда, чтобы уведомить посла об успехе в своей миссии (вернее, об их отсутствии). Сейчас они обсуждают недавнюю битву за столицу и своё расследование за чашкой чая. Кстати говоря, само посольство каким-то чудом совершенно не пострадало. Впрочем, оно и не удивительно — принадлежащее богоизбранной нации здание защищает сам Великий Мастер!
— Расследование определённо зашло в тупик… — пробормотал Райнхольд. — Мы близки, очень близки! И всё равно, убедительных доказательств нет.
— Мастер, может быть, мы… — Начал было Альберт, однако тут же был прерван своим наставником, знающим его как облупленного.
— Нет. Мы не можем просто ликвидировать подозреваемого, не имея доказательств его вины. Правосудие должно вершиться в строгом соответствии с буквой закона, иначе чем мы отличаемся от мерзких чернокнижников и прочего отребья?
— Вы как всегда правы, мастер. — Альберт склонил голову, признавая мудрость своего наставника.
— Но это же просто нелепо! — а вот Штефан не согласился. — Уже ведь очевидно, что графиню фон Рихтер убил именно этот ублюдок Юлиан! Если и дальше будем тянуть резину, он в конце концов как-нибудь сбежит от нас и скроется от правосудия. Я считаю, что мы должны прикончить его немедленно!
Тяжело вздохнув, Райнхольд вальяжно закинул ногу на ногу и закурил трубку, прямо в помещении. Затянувшись в первый раз, наконец ответил своему ученику:
— Я услышал тебя, Штефан. И тем не менее, ты не прав.
— Почему?!
— Слушай. По своему опыту могу сказать, что ему невыгодно пытаться от нас спрятаться. Мистер Аккерман действует крайне осторожно — у него наверняка есть какие-то свои интересы, реализации которых преследование инквизиторов очень сильно помешает. А сбежать от нас — всё равно что расписаться в собственной виновности. Вот правда, я не понимаю, чего он вообще добивается и на что надеется… — Райн задумчиво посмотрел на свою трубку и стал размышлять вслух: — Может быть, его вполне всё устаивает? Фактически, это патовая ситуация. Мы не можем доказать его вину, он не может устранить нас или сбежать. Да нет, глупость какая-то… Возможно ли, что мистер Аккерман начал реализовывать свой многоходовый план и мы все уже попались в заранее расставленный им капкан?
В комнате посольского здания повисла мрачная тишина. Ученики обеспокоенно переглянулись, сам же Райн спокойно сделал затяжку, выдохнув облачко ароматного вишнёвого дыма.
— Будьте максимально бдительны. Прислушивайтесь к разговорам не только мистера Аккермана, но и всех его соратников. Любые слухи, подозрения, сплетни, что угодно — собирайте всю доступную информацию. Кто знает, может эти самые крупицы и позволят нам сложить общую картину?
— Есть, сэр! — хором отозвались стажёры.
Неожиданно ставни на окне раскрылись с громким хлопком. Все трое резко обернулись в ту сторону, Райн автоматически потянулся к пистолету в своей кобуре, правда трубку из другой руки так и не выпустил. Но это оказался всего лишь ворон.
— А, это ты… Чего надо, отродье Тьмы? — недовольно нахмурившись, процедил Райнхольд. — То, что ты вроде как не пытаешься похитить души людей, ещё не даёт права дерзко вламываться на территорию святой Империи!
— Извините за вторжение, карр. Но я прилетел с одним очень важным предложением. Предложением, от которого вы не сможете отказаться.
— Слушаю.
— Юлиан Аккерман и есть убийца графини… — Начал Невермор, но его мгновенно перебили.
— Мы уже в курсе. Это всё, что ты хотел сказать?
Невермор издал какой-то непонятный звук и немного приоткрыл клюв, будто бы в удивлении.
— Как?.. Тогда почему вы его до сих пор не арестовали или казнили? Карр?
— Нет прямых доказательств. Убив человека просто так, пока есть хотя бы малейшие сомнения в его виновности, мы станем такими же преступниками. И уж лучше позволить потенциальному убийце избежать наказания, чем казнить невиновного. — заявил Райнхольд, сложив руки на груди. Трубку, понятное дело, пришлось убрать.
— Ясно… Что ж, всё пройдёт несколько проще, чем я предполагал, карр. Аккерман долгое время обманывал меня, но недавно я узнал правду. Лишь он в тот день мог призвать Гаргамиуза, потому что… — Невермор выдержал драматическую паузу, нагнетая напряжение, — ему известен весь текст Апокрифа.
А вот эта новость произвела уже куда больший эффект. Штефан и Альберт осенили себя святым знаком Мастера и забормотали молитву о спасении своей души, Райнхольд же лишь удивлённо хмыкнул. Впрочем, все, кто его знают, могут ручаться, что по его меркам это довольно резкая эмоциональная реакция.
— Да не может быть. Какие у тебя есть доказательства?
— К сожалению, я не могу показать вам страницы из Апокрифа, Аккерман выучил его и уничтожил. Однако мне удалось убедить его вызвать Астральный кризис.
Услышав слова Невермора, двое стажёров вообще упали на колени и принялись молиться вдвое усерднее и громче, с неподдельным религиозным рвением. Райнхольд тут же выхватил пистолет и наложил на пулю святые чары.
— А теперь назови хоть одну причину, почему я не должен прикончить тебя прямо здесь и сейчас! — Рыкнул он, целясь в демоническую птицу. Правда, Невермор от этой угрозы даже не моргнул.
— Запросто. Я сообщу вам место и время проведения ритуала и вы можете поймать его с поличным. Уж тебе, инквизитору третьей квалификации, должно быть прекрасно известно, что таким заклинанием может располагать лишь владелец Апокрифа.
Немного подумав, Райн опустил пистолет. Но не убрал святые чары, просто на всякий случай.
— Резонно. Однако чего ради мистер Аккерман согласился на подобное? Едва ли Астральный кризис в его интересах.
— Хоть я и не в курсе его планов, тем не менее, этот человек готов пойти на что угодно ради достижения своих целей. Ему плевать на то, что демоны могут захватить Глаидор. Плевать на то, что пострадает огромное множество людей. Однако война с Идущими мешает ему не меньше, а то и больше Астрального кризиса. Нам, демонам, нужны именно человеческие души… Да что я объясняю такие очевидные вещи!
— Да-да-да… Я верно уловил ход твоей мысли: ты намекаешь, что если открыть демонам врата в Глаидор, они займут сторону людей в этой войне?
— Именно. Позволите ли вы Аккерману вызвать Астральный кризис или помешаете — решайте сами. Я и сам не знаю, как лучше поступить в этой ситуации… В общем, ладно. Ритуал будет проводиться в катакомбах завтра в 21:39. Вечером я принесу их карту с отмеченным местом.
— Будь ты человеком — Церковь Великого Мастера выделила бы приличную сумму в качестве вознаграждения за помощь в поимке настолько опасного чернокнижника. Однако то, что мы позволили тебе жи… — Райнхольд запнулся и поправился: -…существовать и дальше, уже само по себе награда.
— Я знаю. — бросил Невермор, собираясь улетать. — Но деньги меня и не интересуют. Нам, демонам, они ни к чему.
***
— Том! Фрэнк! Что я ни приду — вы всё бухаете! — взбешённая Джейн выхватила у них бутылки с алкоголем и быстро выплеснула всё содержимое прямо в окно. — Ты не поверишь: что ни сядем бухать — ты приходишь! — ответил шуткой Фрэнк и тяжело вздохнул, посмотрев на пустую бутылку. — Это не смешно нихуя! Алкоголь — зло, он делает из людей тупых безответственных животных! У меня родители так… а, неважно. — Ладно, прости, Джейн. Мы больше не будем пить… по крайней мере до конца праздников, — попытался успокоить её Том, но вышло так себе. — Ладно Фрэнк, но ты-то чего, Том?! У тебя тело подростка, не забыл? Ой, да идите вы в жопу, короче… — выпалила девушка и буквально выскочила из таверны, громко хлопнув дверью на прощание. «Кретины! От этого яда одни беды! Ну как они не поймут? Хм, возможно, стоит подключить Алису. Она всегда имела на Тома большое влияние». Джейн уже так и собиралась поступить. Она сейчас должна быть на рыночной площади неподалёку — закупается зельями маны и кристаллами для аккумулирования излишков магической энергии. Однако немедленному исполнению плана помешал Невермор, окликнувший её сверху: — Джейн, карр! Стой, разговор есть! Пришлось той остановится, удивлённо разглядывая приземляющуюся на её плечо демоническую птицу. Она недоумевала, что ему нужно — они очень редко общались. — Я тебе не помешаю? — спросил Невермор, аккуратно устроившись на плече девушки. — Ну вообще-то да, у меня есть дела. — Ясно. Извини, это ненадолго. Мне нужна твоя помощь кое с чем. — Ох… А это не может подождать? — взмолилась Джейн. — Нет. Дело срочное. — Ладно. Что тебе нужно? — Давай сначала отойдём в какое-нибудь безлюдное место… Они свернули в узкий тёмный переулок и Джейн некстати подумала, что это напоминает начало какой-то всратой хентай-манги… Невермор же не превратится вдруг в чудище с тентаклями, верно? А то мало ли. Хотяя… Если так подумать, подобный опыт был бы весьма интересным. «Очисти свой разум, очисти свой разум, очисти свой разум! Печать, не пробуждайся! Сейчас не время для этого говна». — Мне нужно, чтобы ты оставила свой отпечаток ауры на этой руне. С активированной Печатью. — заявил Невермор, показав ей свою правую лапку. К ней оказалась привязана маленькая деревянная фишка через проделанное в ней отверстие. На ней какая-то неизвестная Джейн руна… Руническая фишка была довольно распространённым способом тестирования особо опасных заклинаний в средневековье. Обычно этот процесс выглядит так: маг придумывает первоначальную версию руны для нового заклинания и наносит её на какую-либо поверхность. А затем пробует различные варианты вычислений, активируя руну. Если была допущена ошибка, руна скорее всего уничтожится вместе с поверхностью, на которую была нанесена. Поэтому удобнее всего наносить её именно на такие фишки, ведь можно заранее сделать большое их количество. Джейн с Агатой тоже пользовались похожими фишками, когда разрабатывали оружие против нечисти. Стоит ли говорить, что этот метод тестирования хоть и удобен, но опасен для мага? С развитием технологий в Глаидоре появились более безопасные и удобные способы, например наносить руны на многоразовые пластины из антимагического сплава. — Эээ… «С активированной Печатью?! Нахера, а главное зачем? И получается, зря я подавляла свои сексуальные фантазии…» — Прошу, Джейн. Это очень важно для меня, карр. Просто активируй Печать и коснись фишки. Большего не прошу. — Ну хорошо. — вздохнув, Джейн начала развивать свою недавнюю фантазию про тентакли. Представила, как они залезают под юбку, стягивают с неё трусики. А затем эти гладкие, влажные щупальца входят внутрь… — Ахх… Готово. — Спасибо! — получив желаемое, Невермор улетел как ни в чём не бывало. А Джейн пришлось бороться с нахлынувшим желанием вернуться в свою комнату таверны и помастурбировать. «Вот же… блин. И что делать? Идти за Алисой теперь уже не хочется. Может, Тома на кровать завалить?»***
— Юлиан, милый… тебе необязательно делать все эти ужасающие вещи. Давай просто сбежим из этой поганой страны, скроемся от всех и будем жить мирной, счастливой жизнью. К чему нам все эти интриги, сражения, охота за страницами? Я буду с тобой, куда бы ты ни пошёл, лишь бы подальше отсюда. Я помогу забыть тебе обо всех печалях и страхах, буду любить тебя так, что ты забудешь обо всех несчастьях! Ты можешь измениться к лучшему, я верю. Моя милая Флориан, прекрасная и утончённая как молодой цветок лотоса, стоит передо мной, а в глазах её горит робкий огонёк надежды. Она молит меня закончить со всем этим, создать семью и жить как все. От этих слов у меня аж дыхание перехватило. Какой же… невероятный бред! Как эта шлюха посмела вякнуть нечто подобное своим грязным ртом?! Я тогда вышел из себя и сильно избил её, до кровавых соплей. Она плакала и молила остановиться, но меня было не переубедить. Ты была такой наивной, Флора… Мою душу давно поглотила Тьма. В ней больше нет места ни жалости, ни сожалениям. Настоящему магу Оникса путь к спокойной счастливой жизни закрыт. Ведь просто некому больше взять на себя грехи человечества, жертвовать собой ради людского благополучия. Все остальные и особенно Алмазные — просто ханжи, боящиеся запачкать свои белоснежные перчатки. Но жизнь — штука жестокая, она не прощает слабость. Сильные всегда пожирают слабых и выживают. Таков основной закон природы и нам не дано этого изменить. Ведь человек — точно такое же животное и от своей натуры ему не убежать. Тьма… многие считают, будто это что-то плохое. Многие и вовсе отождествляют её со злом. Но это не одно и то же. Нет людей абсолютно злых и абсолютно добрых. Такое просто невозможно. Алмазный или хрустальный запросто могут ограбить и убить человека, а ониксовый — спасти из лап демонов, например. Церковь Греха Ониксовой орды не ставит своей целью сделать из человека идеальное высокоморальное существо, в отличие от алмазных фанатиков. Напротив, она проповедует, что человек — всего-навсего животное, которому просто посчастливилось обзавестись разумом. Животное со своими инстинктами, низменными желаниями и пороками. И если Мастер не создал нас идеальными и безгрешными — значит, так было нужно. Идти против его замысла — вот единственный настоящий грех. Наша вера принимает человека таким, каков он есть. Ониксовые священники любят рассказывать такую присказку: «Один мудрец обронил монету и всю ночь искал её под фонарём, потому что там было светлее. Стоит ли говорить, что монету он не нашёл?» Большинство людей просто боятся Тьмы и незаслуженно. В отличие от Света, она существовала всегда. Луч света думает, что он самый быстрый, но тьма уже на месте и дожидается его. Человек рождается во тьме и умирает во тьме. Космос состоит на 99% из тьмы. Так зачем же противиться ей? Но Флора так не считала. Пусть её душа и была заражена Тьмой от меня, Флора продолжала наивно предполагать будто она — та самая избранная, которая сможет меня исправить, вернуть на путь истинный. Но это всё равно что пытаться зарубить ножом ветер. Десятки тысяч лет человеческой истории не смогли ничего сделать, а ей удастся? Что за абсурд. И тем не менее, я обязательно верну мою милую Флору. Она — единственный человек во всём этом грёбаном мире, кто хоть как-то понимает и принимает меня. Сегодня в полночь прогремит красная молния. Нет… множество красных молний. Невермор подстрекал меня вызвать астральный кризис, чтобы инквизиторы взяли меня с поличным — пусть. Я готов. Он хотел, чтобы я решился. Он просил меня сделать это… Здесь дыра в мире.***
Ближе к вечеру того же дня. Раздался стук в дверь комнаты Тома, Джейкоба и Лироя. Правда, последние двое отсутствовали, а вот Тому пришлось спешно натягивать штаны. — Мистер Эдвардс, можем мы войти? — это голос того инквизитора, Райнхольда. «Чёрт, как же они не вовремя!.. Джейн только ушла». Около часа у них был обстоятельный разговор на тему нездоровых пристрастий к спиртным напиткам… Том был очень не согласен с тем, что эта проблема имеет такие уж большие масштабы и увлечённо доказывал ей это во всех позах. Но Джейн была непреклонна… — Д-да, минутку! Полностью одевшись, Том впустил Райнхольда и его учеников к себе. — Вы хотите о чём-то поговорить? — Да. Эээ… — заметив валяющийся на кровати бюстгальтер, Райнхольд деликатно кашлянул и внезапно очень заинтересовался ногтями на своих пальцах. Его ученики поступили аналогичным образом. Смутившись, Том поспешил спрятать «улику» под одеяло. — Кхм, в общем, мы наконец напали на след убийцы вашей матери. Это отличный шанс для вас отомстить ему лично. — И кто же это? — напряжённо спросил он, невольно сжав кулаки. — Юлиан Аккерман. Я могу заявить об этом практически со стопроцентной уверенностью. — Ясно… В принципе, это было очевидно. У вас есть план действий? — Да. Послушайте, в чём он состоит…***
— 21:37, хозяин. Пора начинать? — Да. Последний раз сверившись с механическими часами на запястье Пейааморес, взятыми из Глаидор-бета, Юлиан ухмыльнулся. Маргарита отлично сыграет свою роль в этом спектакле… Кстати, тело у неё просто великолепное. Впрочем, Юлиан не собирался её трахать — пожалуй, она единственная кто вызывает уважение из всех, с кем ему приходилось последнее время общаться. — Базагрефер, развяжи Маргариту. — приказал чернокнижник своему новому демоническому слуге, проверив насколько туго связаны его собственные руки. Пойдёт. Базагрефер сейчас находится довольно далеко отсюда, но демоны-слуги прекрасно слышат все команды своего хозяина вне зависимости от разделяющего их расстояния. Все декорации подготовлены, актёры прекрасно знают свои реплики, а скоро явятся и зрители. Итак, спектакль начинается! [То же время, неподалёку отсюда] Даже не посмотрев на пробегающего мимо беса, Райнхольд на ходу испепелил его вспышкой света и, нисколько не замедлившись, пошёл дальше. Альберт и Штефан прошептали что-то уважительное о своём наставнике. Том ещё крепче вцепился в рукоять Воли Мастера. С самого их спуска в катакомбы меч практически непрерывно мерцает, сигнализируя о демонической активности. В принципе, ничего удивительного — в этом Богом забытом месте хрен знает сколько десятилетий не ступала нога алмазного. Здесь довольно сыро и воздух спёртый, дышать трудно… Но все четверо пока что держатся. Впрочем, нечисть — далеко не единственная опасность, которая может поджидать невесть как забредшего сюда обычного человека. Катакомбы Ричмонда — излюбленное укрытие бандитов, воров и убийц всех мастей, а также сектантов и чернокнижников. В сотнях запутанных коридоров сам чёрт ногу сломит, а потому скрываться здесь от стражников не составляет особого труда. В общем, местечко не из приятных и простому гражданскому сюда лучше не соваться. Однако три инквизитора и сын графа с могущественным магическим мечом — другой разговор. Они более чем способны за себя постоять, кто бы ни встретился на их пути. Вдруг им преградил путь какой-то человек. В неровном свете единственного факела Тому удалось разглядеть, что он одет в длиннополый фрак. — Стойте. Дальше вы не пройдёте. — заявил он неприятным хриплым голосом. Штефан без лишних разговоров запустил в него световой вспышкой, однако загадочный мужчина во фраке мгновенно исчез и появился за спиной у Тома. Вызванные силой Звёздного Пути звёздочки тут же среагировали на него, выстрелив тонкими лучами, которые прошили их противника насквозь, оставив несколько сквозных дыр. Из них повалил чёрный дымок. Том уже собирался использовать артефакт, чтобы добить его, но Райнхольд оказался быстрее — Демон Средней Длани, значит. Какая неожиданность. — пробормотал тот и нацелил на демона пистолет. — Отправляйся обратно откуда пришёл. Выстрел! Демон попытался увернуться от зачарованной святой магией пули, однако та словно намагниченная резко изменила траектории и попала прямо ему в голову! Взревев нечеловеческим голосом, он рассыпался кучкой пепла. — Ого, это было круто, наставник! — восторженно заметил Альберт. — Уложили Базагрефера одним выстрелом! — Значит, это был Базагрефер, демон-спекулянт? — равнодушно переспросил Райнхольд, на ходу перезаряжая своё оружие. — Я вот даже и не понял, а ты так быстро его распознал. Отличные теоретические познания, кадет! Из тебя выйдет замечательный инквизитор… если выживешь. — Д-да! Буду стараться! Штефан что-то завистливо пробурчал, за что удостоился сурового взгляда своего наставника и пугливо втянул голову в плечи. Зависть — это грех. Как бы там ни было, надо продолжать путь. Очевидно, этого демона на них натравил Юлиан, чтобы выиграть себе хоть немного времени. Так, дальше разветвление. Райнхольд достал карту и сверился с ней, после чего уверенно повёл группу направо. И тут Том понял, что во всей этой ситуации есть нечто неправильное. Отец рассказывал ему, что Джонасон II вызвал астральный кризис двадцать седьмого сентября — это единственный день в году, когда заклинание сработает. Иначе законы нумерологии, — в частности, Закон Троек, — будут нарушены. Но сейчас уже конец октября… — Стойте. — Что? — Райнхольд остановился и обернулся к Тому. — Тут что-то не так. Вызвать астральный кризис можно лишь двадцать седьмого сентября. А сегодня уже тридцатое октября. — Неважно. Идём дальше. — Что?! Райнхольд, вы понимаете, что это скорее всего ловушка?! Юлиан не собирается вызывать никакой астральный кризис! — Даже если и так… что это меняет? Раз мистер Аккерман уже так открыто хочет избавиться от нас, мы наконец получили законное право ликвидировать его. Всё, идёмте! Времени осталось мало. Том так и не нашёл что на это возразить. Логика, конечно, железобетонная… Похоже, Райнхольд ничуть не сомневается в том, что они смогут убить Юлиана. Итак, дойти до места проведения ритуала осталось совсем немного. Вскоре они уже услышали голос, читающий заклинание: — Двадцать седьмое число девятого месяца, девятый день лунного цикла… День, когда луна находится в своей максимальной фазе, когда астральные сущности наиболее сильны… А вот теперь Райнхольд остановился словно вкопанный. Голос был женским! Это никак не может быть Юлиан! — Что… за… — Маргарита?! Какого хрена?! — изумлённо зашептал Том. «Невермор обманул меня?!» — лихорадочно размышлял Райнхольд. — «Но зачем? Какая ему от этого выгода? Может ли быть так, что Юлиан подготовил ритуал сам, а сам вместо себя отправил Маргариту, чтобы оказаться вне подозрений? Но почему она сама вообще на это согласилась? Или он были заодно с самого начала?!» Инквизитор даже не обратил внимания, что в заклинании прямым текстом говорится: «Двадцать седьмое число девятого месяца» и здесь явная нестыковка. Некогда об этом размышлять! — Плевать, мы должны ей помешать! Быстрее! — больше не пытаясь быть тихим, Райнхольд на всей скорости помчался вперёд по коридору и остальным пришлось догонять его. — Три — испокон веков главное магическое число, девять — три тройки. Три тройки, что дополняют и во сто крат усиливают друг друга… Три, три, и ещё раз три… Три раза по три. Девять смертных грехов, девять кругов ада, девять Граней. Двадцать семь — три раза по девять, девять по три раза! Три на себя само три раза…
