связанные насмерть

      "История любит повторения. Есть вещи, которые, сделав круг, снова и снова возвращаются назад до тех пор, пока не уничтожат тебя. Или пока ты не уничтожишь их в ответ." Эпоха Чосон Каждый король с нетерпением ждет появления на свет первенца – своего сына, который станет защитником страны, великим полководцем или грамотным дипломатом, а в будущем займет трон. Дочери, увы, рождаются не для этого. Принцессам уготована роль стать товаром в выгодной сделке, ведь заключить мир между двумя враждующими сторонами или укрепить позиции в отдаленных землях лучше всего с помощью брака. Поэтому Дженни, принцесса королевства Нонсан, одетая в самый лучший, самый цветастый ханбок, ехала во дворец Гоксон, чтобы предотвратить неизбежно разгорающуюся войну и выйти замуж за принца Джина. Служанка всю дорогу твердила, как ей повезло. О принце Джине ходило много слухов, говорили, что он невероятной красоты и доброго нрава человек, да и вообще более удачную партию трудно найти в целом свете. То же самое упоминал и отец перед ее отъездом. - Если бы мы сомневались в добропорядочности принца, мы бы ни за что не отдали нашу драгоценную дочь в чужие руки, - обнимал король девушку на прощание. Руби Джейн слабо улыбалась. Она знала, что родители искренне переживают за нее и рассчитывают на этот брак. Вести войну с Гоксон сейчас очень опасно, Нонсан только-только оправился от сезона плохого урожая. Как принцесса своей страны, Дженни должна выполнить долг, поставив личные интересы на порядок ниже. Повозка остановилась. Огромные двери парадного входа во дворец раскрылись, приглашая Дженни пройти туда вместе со свитой. По краям выстроился почетный караул с поднятыми знаменами. Площадку внутреннего двора заполнили придворные дамы, солдаты, советники и прочая знать. Руби Джейн спрятала ухмылку, маскируясь под очаровательную скромность и вежливо кланялась, пока шла. Ее не впечатляла подобная помпезность и показушность, скорее, смешила. Нелепо. Она спокойно дошла бы и сама, но нет, нужна целая процессия, нужно согнать всех обитателей дворца сюда, чтобы все пялились на нее, как на представление заезжих циркачей. А в конце пути – еще один глубокий поклон королю Тэри, сидящему в кресле. Поднимая взгляд, Дженни отметила, что король выглядит очень плохо. Бледный, с черными кругами под глазами, худой и осунувшийся, тем не менее, Тэри довольно тепло поприветствовал девушку и представил своих сыновей. Руби Джейн, впрочем, и без пояснений сразу же узнала Сокджина, стоявшего по правую сторону от правителя. Действительно, слухи не врали. Высокий, широкоплечий, красивый, с добрыми глазами и чистым взглядом – будущий жених широко улыбнулся невесте и сделал почтительный поклон. Дженни считала, что неплохо умеет разбираться в людях. Похоже, Джин действительно был хорошим человеком, в отличие от братьев. Второй принц, Тэхен, показался Руби Джейн красивым и очень надменным, мало заинтересованным в происходящем. Скучным. Зато от третьего, Юнги, у Руби Джейн пробежались мурашки по коже. «Опасен! Этот может быть очень опасным» подумала девушка, поспешно отворачиваясь, чтобы поприветствовать первого министра короля Пак Сынмина вместе с его детьми – очаровательными братом и сестрой, Джису и Чимином. Затем король Тэри с трудом поднялся из кресла, чтобы зачитать речь, согласно этикету. - ..дабы заключить союз между двумя великими странами… - голос короля звучал тихо, но уверенно. Когда речь зашла о браке, Джин снова улыбнулся, чуть шагнув вперед, ближе к Дженни. Внимательная Джен вместо скучных речей правителя разглядывала новых знакомых и быстро подметила настоящую драму, разворачивающуюся прямо перед ними - долгий, печальный взгляд красивой маленькой брюнетки Джису, направленный в спину первого принца после упоминания свадьбы и мелькнувшую, словно тень, гримасу мрачного удовлетворения, пробежавшую по лицу Тэхена. «Ясно. Значит, мне здесь достается роль злой разлучницы, и совсем не по моей воле» с досадой поморщилась Дженни. Не хотелось бы оказаться втянутой в любовные разборки и приобрести лишних врагов. Утомительная церемония приема гостьи закончилась. Правитель внезапно охнул, схватившись за живот, и закашлялся. Свиток с речью выскользнул из его ослабевших пальцев. К Тэри мгновенно подскочил очень высокий молодой человек в черных одеждах хакчханги и, приобняв того за плечи, увел вглубь помещения. - Вот так, ваше сиятельство, идемте, я дам вам целебный отвар, подождите еще чуть-чуть. «Значит, это доктор. А королю, похоже, недолго осталось» сделала вывод Дженни. Джин помог Намджуну увести правителя. Служанка легонько потянула девушку за край рукава, привлекая внимание. - Идемте, госпожа, вам следует отдохнуть с дороги. - Да. Идем, - согласилась Руби Джейн. Оглянувшись напоследок, она снова машинально посмотрела на Юнги, который, прищурившись, словно бы изучал ее с ног до головы. Почувствовав липкий холод, пробежавший по позвоночнику до кончиков пальцев, Дженни поежилась. Странно. Вроде бы ничего особенного в третьем принце не наблюдалось, однако Джен бросало в дрожь при одном его присутствии. - Давай уйдем, - поторопилась девушка, подталкивая недоумевающую служанку, чтобы скорее скрыться из поля зрения этих цепких, пронизывающих душу глаз. Юнги хмыкнул. Резко крутанувшись на пятках, третий принц вошел под прохладные своды дворца. Пересекая многочисленные анфилады коридоров, он уверенно двигался по направлению к покоям отца, застав там Намджуна, аккуратно прикрывающим дверь спальни. - Как отец? Ему стало хуже? – спросил юноша без особого сочувствия в голосе. Намджун нахмурился. - Да, хуже. Кровотечение с трудом удалось остановить, - хотя Юнги в иерархии дворца занимал положение выше, чем лекарь, пусть и самого короля, однако Намджун всегда держался самодостаточно, не пресмыкаясь перед принцами или министрами. Что, естественно, ужасно злило Юнги. - Как скоро его высочество умрет? – в лоб поинтересовался третий принц, говоря об этом так просто, будто речь шла об обыденной вещи. Доктор оценил подобную прямолинейность. - Разве вам не полагается быть в трауре и молить богов о выздоровлении нашего достопочтенного короля? – с легким смешком произнес Намджун, наслаждаясь иронией ситуации. - Каждый день я просыпаюсь с надеждой, что мой отец поправился и прошу небеса забрать меня вместо него, - с абсолютно непроницаемым лицом выдал давно заученную тираду скорби Юнги, скрестив руки на груди, - и все-таки, мне крайне интересно, сможет ли присутствовать правитель на свадьбе собственно сына с принцессой Нонсан или же скончается раньше? - Раньше, - нехотя ответил Намджун, - а теперь, если позволите, я отправлюсь за травами. Едва поклонившись, доктор оставил третьего принца в одиночестве. Юнги проигнорировал такое вопиющее неуважение к своей персоне. Для мести всегда найдется более подходящий момент, а у него в голове, тем временем, созревал новый план по захвату власти.

***

Чимин положил цветок с персикового дерева на столешницу перед сестрой, чтобы хоть чуточку поднять той настроение. Он знал, что когда Джису грустно, та всегда стремится уединиться где-нибудь в укромном уголке, например, в беседке в дальнем углу сада. Именно там Пак ее сейчас и нашел. Су поблагодарила брата и грустное лицо брюнетки немного просветлело. - Я в порядке, не обязательно меня утешать, - девушка покрутила цветочек в пальцах, - просто…совсем чуть-чуть расстроилась. - Кого обманываешь, - Чимин сел рядышком на скамейку, - ты же мечтала выйти замуж за Джина лет с 6 вроде? - С 5, - вздохнула Джису, облокотившись о перила беседки, - эх… Парень рассмеялся, взъерошив сестре волосы. - Да не переживай. Найдется тебе жених, еще лучше прежнего. А Джин дурак, раз до сих пор не упал в ноги перед такой красотой. - Вообще-то эта принцесса Нонсан тоже очень красивая, - задумчиво протянула Джису. Без зависти или злобы, а просто констатируя факт. - И я ей не завидую, - пожал плечами Чимин, - быть женой будущего правителя жуткая морока, да еще и жить в другой стране. Вокруг одни чужаки. Но если уж тебе хочется выйти замуж непременно за принца, то как насчет, ну, скажем, Тэхена? Джису ударила брата по плечу, молниеносно вспыхнув от гнева. Пак расхохотался, чуть не свалившись со скамьи. Он ожидал подобной реакции от Су, прекрасно зная, как сильно Чичу ненавидит второго принца. - Очень смешно! Да я умру лучше! Тэхен вечно издевается надо мной, высмеивает мою неуклюжесть прямо перед Джином, вечно позорит меня! – возмущенно выпалила Су, сжимая руки в кулачки. - Ты и правда неуклюжая, - возразил Чимин, снова получая тычок от Джису. Потирая плечо, парень внезапно притих, заметив оживление возле ворот поместья Паков. Су тоже замолчала. Вдвоем они ловко подобрались поближе к дорожке, спрятавшись за густо раскинувшимися кустами и притаились. Возле ворот стояло несколько слуг, сам хозяин поместья и неизвестный господин, одетый в весьма дорогой чонбок, который могли носить только военные. Чимин с Джису успели застать лишь конец разговора – их отец, Пак Сынмин явно негодовал по поводу какой-то подставы и велел прислать посыльного для срочного известия. - Ясно. А где же теперь дочь Сонгюна, Розанна? Исчезла? Услышав знакомое имя и фамилию, Чичу вскочила, покинув их секретное место с братом, хотя Чимин изо всех сил и пытался удержать Су. Увы, когда сестру что-нибудь беспокоило, девушка перла вперед, как вол, сметая преграды у себя на пути, поэтому ее сейчас не удержали бы и семеро взрослых мужчин. - Розэ? Что с ней случилось? Отец, в чем дело? – взволнованно крикнула Чичу, цепляясь за рукав Сынмина. Министр не обрадовался появлению дочери, впрочем, мужчина также понимал, что от Су нельзя просто отделаться отговорками или отослать девушку в дом. Сынмин вздохнул, морально сдаваясь под натиском дочери. - Ладно, я скажу вам. Да, Чимин, ты тоже выходи, я видел вас…и в кого вы такие любопытные дети? Юноша с извиняющимся видом присоединился к сестре. Министр снова вздохнул. - Боюсь, моего старого товарища, Пак Сонгюна, подставили. Вы знаете, что у него маленькие угодья в восточной части страны, почти возле границы. Пару дней назад Сонгюна обвинили в государственной измене и подпольной торговле с Нонсаном, предоставив якобы неопровержимые доказательства, а затем по приказу короля задержали. Во время задержания семья Пак оказала сопротивление, их дом загорелся, однако Сонгюна все же арестовали, лишили титула двенадцатого министра и отправили в тюрьму. Розэ не нашли. Подумали, может, она сгорела при пожаре. - Я лично видел, как госпожа Розанна скрывалась в лесу, пока горел дом, - вмешался в разговор неизвестный гость, - полагаю, госпоже удалось сбежать, однако, куда именно, мы не знаем. - Ах, - облегченно и одновременно опечалено выдохнула Джису. С одной стороны, хорошо, что подруга вообще жива и не в тюрьме, а с другой стороны, Пак вынуждена скитаться где-то, продолжая подвергаться опасности. - А вы работали на министра Сонгюна? – обратился Чимин к гостю. - Да. Один из личных советников. Мне чудом удалось избежать ареста и теперь предстоит выяснить, кто же подставил господина Пака, - подтвердил мужчина. - Ах, дочка, не переживай, - отец ободряюще коснулся плеча Джису, - твоя подруга обязательно найдется. Я распоряжусь отправить наших людей на ее поиски, хорошо? - Вот именно, от твоих переживаний толку мало, - согласился Чимин, в своей привычной, немного грубоватой манере выражая заботу о сестре, - да и ты ведь помнишь, какая Розэ сильная и смелая. Она справится. - Ладно, не буду, - Чичу, наконец, отпустила рукав отца. Действительно, Розанна сильный духом человек. А слезами делу не поможешь.

***

Прошлая ночь проносилась отрывками, яркими сполохами огня в памяти длинноволосой девушки. Эти же сполохи снова возникали у нее перед глазами, стоило их только на секунду прикрыть. Горло начинало щипать от подступающих слез, а воздух будто бы стремительно покидал легкие. Но Розэ обещала самой себе не плакать. Слишком уж унизительно будет еще и разреветься здесь, перед этими мерзкими разбойниками. Девушка помнила, как ее в панике разбудила старая служанка, которая присматривала за Пак с раннего детства. Помнила, как они поспешно покинули поместье, пока вокруг царил настоящий хаос – дом вместе с соседними постройками горел, солдаты в форме короля сражались с солдатами отца, люди бегали туда-сюда, пытаясь спастись. Дважды Пак сбивали с ног, однако она упорно поднималась и продолжала следовать за служанкой в небольшую рощицу. - Дальше без меня! Бегите, молодая госпожа, спасайтесь! – крикнула запыхавшаяся, выбившаяся из сил пожилая женщина, - я попытаюсь пустить их по ложному пути. И помните, никому не называйте своего настоящего имени. - Но почему? – Розэ совершенно не понимала, в чем дело. Еще пару часов назад она безмятежно спала, а теперь родной дом Пак полностью уничтожен и под угрозой оказалась ее дальнейшая жизнь. - Вашего отца объявили государственным предателем. Бегите же, ну! – служанка оттолкнула от себя Розэ и бросилась обратно, в самую толпу, где ее вскоре настигла смертоносная стрела, пущенная каким-то солдатом в шею. Захлебываясь в рыданиях, спотыкаясь о толстые корни деревьев босыми ногами, девушка углублялась в чащу леса, все дальше от криков, огня и звона оружия. Все дальше от мест, которые она любила. Лишь к рассвету Пак вышла к дороге, озябшая, в одной тоненькой ночной сорочке. Босые ступни молодой госпожи, не привыкшей ходить пешком, покрывали ссадины и кровоподтеки. - И куда теперь? – спросила саму себя Розэ. Впрочем, долго размышлять над этим вопросом ей не пришлось. Буквально через пять минут, завернув за небольшой холмик, девушка угодила прямо в лагерь разбойников. Взвизгнув, Пак попыталась убежать, однако крайний разбойник догнал ее и, ловко поставив подножку, скрутил Розэ руки. - Ого, вот это птичка попалась нам в сети! – плотоядно потирая ладони, к ним приблизился огромный бугай. Видимо, главарь банды. - Посмотри на сорочку, какой дорогой материал. Наверняка из знати, - второй приподнял край ночнушки вверх, оголяя бедра Пак. Возмущенно прошипев, Розэ заехала ногой по лицу мужчины. Главарь расхохотался. - Ого, а зверушка то кусачая! Ну, откуда же ты, красавица, к нам пожаловала? – бугай повертел лицо Пак, внимательно оглядывая его на наличие каких-нибудь изъянов. - Я…меня зовут Чеен, - Розэ назвала первое пришедшее на ум имя, - я беглая служанка. - Тц, тц, ой, как нехорошо, - покачал головой предводитель банды, - так, нам следует вернуть тебя хозяевам? Думаешь, они много заплатят? - Эй, Кулак, ее можно продать в бордель в городе, - тот бандит, что держал Розэ в захвате все это время наконец подал голос, - там наверняка дадут раз в десять больше. Девчонка симпатичная, им как раз новый товар нужен. Главарь, чутка поразмыслив, дал добро. Розэ попробовала умолять их отпустить ее, однако вскоре поняла, что это бесполезно. Какой им толк лишиться наживы, за которую можно выручить приличную сумму? Девушке связали руки веревкой, а в рот засунули кляп, чтобы болтала поменьше и грубо зашвырнули в повозку. Рядом посадили пару людей для охраны. Так, без остановок, они добрались до столицы к вечеру. Розэ ужасно хотелось пить, тело затекло, а на запястьях остались красные следы от веревок. «Думай о хорошем, думай о хорошем» она прокручивала в голове одну и ту же мысль, не давая себе впасть в отчаяние. «Из борделя гораздо больше шансов сбежать. К тому же, я в столице. Если вырвусь на свободу, то смогу обратиться за помощью к Джису, Су точно меня не бросит в беде». От возникшего перед глазами образа лучшей подруги Пак стало немного спокойнее, так что девушка хладнокровно прошла через процедуру досмотра и оценки в борделе. Хозяйка дома развлечений, внушительных размеров женщина, облаченная в ярко-красный сэктон, осталась вполне довольна ею, только поругала бандитов за синяки и царапины. - Идиоты. Сколько раз просила осторожнее быть с товаром. Им потом этими страшными руками господам соджу разливать! – ворчала женщина, отсчитывая купюры. Выпроводив, наконец, шумных громил из обители любовных утех, хозяйка занялась нашей героиней. Прочитав целую лекцию о новых обязанностях Пак, женщина не забыла и о страшных наказаниях за непослушания. - 10 ударов плетью за каждый проступок, грубость или непочтительное обращение с клиентами. За роман на стороне тебя побреют налысо и понизят до прислуги. За побег же…, - тут хозяйка сделала многозначительную паузу, - ты пожалеешь, что вообще родилась на свет. Вроде бы все. Так, теперь служанки помоют тебя, причешут и оденут, а то смахиваешь на лесное чудище. Нельзя прятать такое милое личико, им нужно сводить мужчин с ума. Ступай. С Розэ наскоро смыли дорожную грязь и пыль, вычесали веточки из волос, облили с головы до пят дешевыми резко пахнущими духами и вручили весьма откровенное одеяние, оголяющее плечи. В довершение всего девушке накрасили губы вульгарной красной помадой. Служанки работали в 4 руки, вертя Пак в разные стороны, поэтому беглянка окончательно пришла в себя только когда ей всучили поднос с напитками, отправив обслуживать гостей. «Ладно. Соберись, Розэ. То есть, Чеен. Осмотрись хорошенько и запомни обстановку, чтобы набросать примерный план дальнейших действий». Розанна аккуратно, едва ступая по паркету, медленно продвигалась по коридору, слабо освещенному приторными ароматическими свечами. В коридор выходило множество дверей, прикрытых занавесями, откуда периодически раздавался женский смех или громкая ругань мужчин. В воздухе клубился дым от сигарет, смешиваясь с запахом алкоголя и этих жутких духов. У Пак закружилась голова, девушка решила выйти на улицу, однако заплутала и вместо дворика попала в другой коридор. Здесь обстановка казалась более приватной, нежели разгульная атмосфера первого отсека. Розэ собиралась вернуться обратно и снова начать поиски свежего воздуха, как вдруг услышала знакомый голос. Привстав на цыпочки, Пак заглянула в просвет между шторами внутрь крайней комнаты. За столом сидели те, кого Розэ знала, пусть и не близко, но уж точно пересекалась с ними во время различных праздников и церемоний. Второй принц беседовал о чем-то с третьим принцем. Девушка обратила внимание, что юноши были одни, без куртизанок. Видимо, решили встретиться в борделе специально, раз во дворце на каждом шагу доносчики и шпионы. - Ты наверняка догадываешься, зачем я позвал тебя сюда, - Юнги разлил напиток по чашкам, протягивая брату стопку. Тэхен криво усмехнулся, отказываясь от угощения. - Да уж, это не сложно сопоставить один к одному. Нашему любимому отцу становится хуже день ото дня. - И скоро развернется борьба за престол, - Юнги подбирался к главной теме. - Какая еще борьба? Согласно правилам наследия, старшему сыну переходит титул короля и Джин прекрасно подходит для этой роли, - в голосе и мимике второго принца читался неприкрытый сарказм. Розэ поежилась. От Тэхена всегда исходила очень неприятная энергетика, еще с тех пор, когда Пак гостила у Джису и юноша регулярно доводил бедняжку Су до слез своими остротами, создавая отрицательное впечатление о себе. Впрочем, третий принц Розанне тоже не нравился. - Хватит ломать комедию. Или хочешь сказать, будто тебя титулы не интересуют? Помимо Джина мы также претендуем на наследство. Все зависит от того, сколько министров поддержат твою кандидатуру. А еще, насколько я знаю, мертвые принцы автоматически вычеркиваются из списка претендентов. Так почему бы нам не объединиться, чтобы избавиться от помехи на пути к власти? - Юнги сделал весьма многозначительный намек. Розэ практически ахнула, однако вовремя зажала рот рукой. Неужто Юнги планирует убить Джина? Тэхен поднялся на ноги. - Вперед, мне плевать на дорогого братца. Вот только после Джина следующим по принципу старшинства иду я. Так какой же мне смысл объединяться с тобой? В этой войне каждый сам за себя. И, к огромной досаде Юнги, второй принц стремительно покинул комнату. Пак поздно сообразила, что спрятаться ей негде и столкнулась нос к носу с Кимом. В надежде, что он не узнает ее в яркой одежде и вульгарном макияже, Пак застыла, точно статуя, отчаянно отводя взгляд в сторону. «Пройди мимо, пройди мимо, проходи же мимо» сквозь сжатые зубы бормотала девушка. Тэхен притормозил. Развернулся. В следующую секунду сердце Розэ рухнуло в пятки. Юноша схватил ее за ворот ханбока и победно оскалился. - Ха! Кто тут у нас? Дочь государственного предателя? Хитро же ты замаскировалась. - Нет, вы обознались, господин, - Розэ попробовала вырваться, однако парень был значительно сильнее Пак и крепко держался за расписную ткань. - О нет, наоборот, кажется, я сорвал джекпот. Идем, подруга Джису, - Тэхен, в приподнятом настроении, бодро направился вперед по коридору, буксируя за собой тщетно упирающуюся Пак. - Куда? – жалобно пискнула она, выронив поднос на пол. Чашки со звоном покатились по дощатому паркету. - К твоей хозяйке. Я собираюсь выкупить тебя и сделать своей собственностью, - ответил принц. «И использовать в нужное время, в нужном месте. Спасибо, что пригласил меня сюда, братец» добавил Тэхен уже мысленно. Теперь можно и поиграть в игры, которые затевает Юнги.

***

Джин всегда считал - его проклятие в том, что он действительно мягкий и добрый – как снаружи, так и внутри. Министры уверяли, будто бы он станет идеальным королем, однако сам юноша считал иначе. У Кима не хватит хладнокровия поднять руку на родных братьев, хотя скоро те наверняка попытаются вонзить нож ему в спину. Ему не хватило смелости отказаться от глупой женитьбы на принцессе чужой страны. Не хватает храбрости просто бросить все и уехать куда-нибудь от дворца подальше. Тяжело вздохнув, парень сбросил халат на пол и погрузился в воду, всколыхнув гладкую поверхность, усеянную лепестками роз. Жизнь знати тоже порой бывает тяжелой. Однако насладиться купанием юноше не удалось. В тот миг, когда парень достиг середины купальни, кто-то набросился на него сзади, прижав кинжал к горлу. Второй рукой нападавший удерживал голову принца в грубом захвате. Очевидно, посторонний человек сидел все это время под водой, затаившись и выжидая подходящий момент. - Стой, подожди! Кто тебя подослал? – Сокджин попробовал оттянуть момент неизбежного. - Не твое дело. Прощайся с жизнью, дружок, - прошипели ему прямо в ухо. Парень с удивлением отметил, что голос, как и тонкое запястье, определенно принадлежали женщине. - Кто ты? – страх сгинул и пришло недоумение. Разве бывают наемники женского пола? Ответить незнакомке помешал Чонгук. Личный телохранитель первого принца и просто хороший друг Кима ворвался в купальню, выбив дверь с ноги. - С дороги, ваше высочество! – крикнул Чон, обнажая меч. Джин, воспользовавшись замешательством врага, сумел вырваться и прыгнул в сторону. Наемница пустилась наутек. Ким успел заметить только ее стройную фигуру и длинные волосы светлого оттенка, в которых запутались лепестки роз. Гук слегка задержался, чтобы удостовериться в безопасности принца и лишь затем пустился в погоню. Убийца с поразительной ловкостью петляла среди строений и забиралась на крыши, словно кошка. Гук с меньшей грацией преодолевал препятствия и умудрился потерять меч где-то по пути. Только спустя 10 минут Чону удалось загнать девушку в тупик. Та спряталась за деревом, раскинувшим длинные ветви над покатой черепицей соседнего дома. Лиса, прижавшись спиной к теплой коре, тихо выругалась. Какая глупая промашка. Хотя, может, получится забраться по дереву вверх? - Выходи с поднятыми руками и без глупостей, - с трудом переводя дух, скомандовал парень, нацеливая лук с тугой тетивой, - я не шучу. - Что, прям выходить? – раздался в ответ насмешливый голос. - Да, сейчас же, - Чон постарался придать себе как можно более устрашающий вид. Девушка, бросив кинжал на брусчатку, медленно покинула убежище. Гук приготовился атаковать, но стоило ему увидеть наемницу, как он тут же отвернулся, опустив оружие вниз. - Тты..ты почему голая? – возмутился Чон. Все его лицо пылало от смущения. Лалиса хихикнула. Именно на такой эффект она и рассчитывала. Сама Манобан стеснения не испытывала. - Я разделась, чтобы лучше спрятаться под водой, а когда убегала от тебя, то свои вещички прихватить забыла, - спокойно пожала плечами девушка. - На, накинь, - продолжая отворачиваться, Гук снял с себя магоджу - черную куртку, и передал Лалисе, - а потом я тебя официально арестую за покушение на жизнь будущего правителя страны. - Конечно, как скажешь, - покорно согласилась Манобан. Девушка закуталась в предложенную куртку и в два больших рывка забралась на верхушку дерева. Чон бестолково закрутился на месте, осознав, что его обманули. - Пока, мальчик, знай, ты мой герой, - помахала ему на прощание Лиса и скрылась из виду. Гук в сердцах швырнул оружие, раздосадованный таким глупым поражением. - Я тебя еще найду, вот увидишь!

***

Настоящее время Дженни в ужасе закричала, вскакивая в постели. Ей снова снилась какая-то чертовщина, дворцы, ханбоки и короли, однако в этот раз сон был удивительно реальным и подробным. Настолько подробным, что девушка бросилась в ванную комнату, стремясь смыть кровь с ладоней. Да, с ладоней Руби Джейн капала настоящая кровь. Ее кровь. И жуткая боль, разливающаяся волнами от раны на животе. Дрожа всем телом, Ким щелкнула выключателем. Загоревшийся светильник озарил бледный силуэт Дженни, отразившийся в зеркале. Лихорадочно открыв воду, девушка принялась споласкивать руки, как вдруг до нее дошло – кровь исчезла. Раны в животе тоже больше не было. Дженни плеснула холодной струей себе в лицо, чтобы прийти в норму. Пальцы все еще бешено тряслись. Как же так? Она ведь отчетливо ощущала эту боль и эту противную липкую жидкость с запахом железа. Настойчивый писк будильника вернул Джен в реальность. 6:40 утра. Пора собираться в университет. Подумаешь, кошмар приснился. - Честное слово, реагируешь, словно ребенок малый. Еще заплачь и позвони мамочке, - резко сказала своему усталому, разбитому отражению Дженни, - соберись, а не то опоздаешь, и староста снова влепит штрафные очки. Потом засадят в качестве наказания целую вечность архивы перебирать. Привычные утренние хлопоты помогли девушке окончательно успокоиться. Рассеянно напевая под нос модную песенку, Ким проглотила прописанные доктором транквилизаторы, чтобы провести день без тревожных мыслей. Закрывая дверь квартиры на ключ, Руби Джейн запоздало подумала, что староста группы – Сокджин, просто до жути похож на принца-жениха из ее странного сна. И еще Дженни озарила не менее странная уверенность в том, что все это с ней когда-то уже происходило.