Какого это, иметь свою маленькую копию?

Чимин, как только Тэхён открыл дверь, сразу же рванул вглубь квартиры, дабы выцепить новорождённого Чона и затискать его. Благо, Чонгук успел закрыть дверь в их с Тэ спальню, от греха подальше. А Пака сразу же оттащили от двери, дабы успокоить гиперактивного омегу, который своей любовью и задушить может. Усадив неугомонного ребёнка девятнадцати лет на диван, все принялись поздравлять новоиспечённого папу в лице Ким Тэхёна, который только и успевал, что благодарить, кланяться и переставлять подарки на журнальный столик около телевизора. Закончив наконец с приветствиями и убедившись, что Чим не собьёт с ног Чонгука, Тэхён всё же позвал своего парня. Тот незамедлительно вышел в гостиную, бережно держа свою наиважнейшую драгоценность, которая во все глаза разглядывала всё вокруг. Все омеги в голос пропищали от такой картины, а старшие альфы чувствовали неповторимую гордость. Ибо Чонгук в их компании был самым мелким, а вот уже держит на руках своё собственное потомство. Родительская скупая слеза всё же сорвалась у Намджуна, пока Хосок уже в голос завывал от того, насколько его племянник милый, а младший братик взрослый. Переведя взгляд на Чимина, Гук подметил, что того сейчас разорвёт от переизбытка эмоций. Поэтому лишь одним движением спросил у розоволосого, хочет ли тот подержать малыша. А тому большего и не надо было, он тут же подскочил к ребёнку и, не смотря на свою импульсивность, бережно и медленно взял его к себе на руки. Счастью не было предела, да вот только эмоции тоже дали своё и на глаза уже наворачивались слёзы. Юнги же, заметив состояние своей пары, кинулся к тому. Аккуратно взяв в большие ладони уже заплаканное лицо омеги, альфа принялся вытирать мокрые дорожки на щеках. — Эх, знал же, что так и будет, — выдохнул парень, нежно улыбаясь Паку. — Ну ты чего, Чимин-а? Вытирай давай сопли и возвращай ребёнка родителям. А вот на этих словах парень начал отрицательно махать головой в разные стороны, чем озадачил Мина. — Как это «нет»? Малыш, я не думаю, что Чонгук обрадуется тому, что ты не собираешься расставаться с его сыном. Он и так уже несколько минут прожигает в тебе дырку. Так что будь лапочкой, — тёмноволосый приблизился к чужому уху и следующие слова уже прошептал, — отдай эту кроху его владельцам, а если так хочешь ребёнка, то можно устроить. Слова старшего моментально подействовали и уже в следующее мгновение Субин пускал слюни на отцовскую кофту, а тот в свою очередь прижимал сына так, будто его сейчас снова отберут. На что все лишь посмеялись. Все в компании знали собственнические наклонности макнэ не по наслышке, тот всегда был излишне ревнивым, особенно, когда дело касалось любимого хёна. А теперь же и единственного сына. Проходя мимо Гука и его дитя, можно поклясться, что было слышно рычание. Успокоить такой порыв удавалось только Тэхёну, который и сейчас, положив руку на плечо собственного парня, будто бы успокаивая. От чего тот моментально расслабился и перенёс ребёнка во вторую кроватку, что стояла около панорамного окна в гостиной и больше имела вид детского вольера. Зато малыша хорошо видно и можно не бояться, что тот выпадет или пораниться, ведь перила были обшиты паралоном и тканью. Спасибо Хосоку и его паре за такой подарок. Оставив наконец одного виновника торжества в покое, старшие уселись за стол и принялись отмечать. Стол не огромный, поэтому каждый сидел в плотную к своей паре, Чим даже успел усесться на колени к своему альфе, пока тот разговаривал с Хосоком. Обычно, Юнги бы спихнул неугомонную тушку, но сейчас в нём заиграл внутренний альфа, что заставляет старшего лишь ухватить эту бестию за бёдра, подтверждая, что этот омега только его. На самом деле, так происходит каждый раз, стоит оказаться Хосоку рядом с этими двумя или подойди к омеге, пока тот один. Юн никогда не был слишком импульсивным или же тем, кто идёт на поводу у эмоций. Но младший имеет слишком сильное влияние на него и неосознанно заставляет совершать не характерные для темноволосого вещи. Юнги и Чимин не истинная пара. Это можно сразу понять по их не идеально сочетающимся ароматам и метке, что каждый раз свежая, ибо старший не может пометить не своего предназначего на всю оставшуюся жизнь. Истинный темноволосого умер ещё в далёком детстве от порока сердца, Юн был хорошо знаком с ним и по сей день вспоминает добродушную улыбку и цветочного паренька с запахом подсолнухов, о которых он сам же рассказал Мину. Омега, что не смотря на юный возраст, всё понимал и умолял своего истинного жить дальше, без него. Так он сделает его самым счастливым омегой и выполнит свой долг, как альфы. Истинным Чимина же являлся Хосок, о чём прекрасно знал Мин. Разногласия они уладили уже достаточно давно. Чон пытался строить отношения с Паком и даже не собирался отпускать того в объятия другого альфы. Но у них ничего не получалось, а с Юнги омеге было бы лучше, да и насильно мил не будешь. Поэтому Хоби всё же уступил свою истинную пару, а на замену ей пришёл прекрасный и ужасно любимый омега с запахом парного молока. Видимо истинность дала сбой, ибо как объяснить то, что Юнги и Чимин идеально подходили друг другу. Холодный и серьёзный альфа, чей характер дополнял яркий и энергичный омега. И такие сцены собственничества всегда умиляли Хосока, ведь Юн никогда не упускал возможности заявить права на свою собственность. Пока Юнмины устраивали Хосоку очередную сцену, Джин принялся расспрашивать молодых родителей о том, как они провели это время и не возникло ли трудностей. Отвечал только Тэхён, как Чонгук в то же время всё поглядывал в сторону кроватки, где его ребёнок тянул свои ручки к игрушке над собой. Хотелось сейчас же подорваться к малышу и больше не выпускать того из своих объятий. Ну, не может парень ответить на то, от куда у него так быстро взялся родительский инстинкт и это непреодолимое желание оберегать свою кровинушку. Метания Гука успокаивала лишь рука своего омеги, что уже переместилась на колено и нежно поглаживала, пытаясь успокоить слишком нервозного сегодня младшего. Всё же наговорившись, пришло время для первого тоста, честь произносить который выпала Джину, как самому старшему в их компании. Подняв бокал шампанского, омега начал глаголить: — Что же, дорогие мои, если честно, то только узнав о том, что Чон Чонгук, эта мелочь, обрюхатил моего младшего братишку, я хотел самолично кастрировать его, — вот тут Чону уже было не до гляделок в сторону кроватки, а от заявления старшего он и вовсе подавился воздухом, — но сейчас, смотря на то, как вы оба счастливы держать на руках свою маленькую копию, я могу точно сказать, что и полностью счастлив. За вас, родные мои и за ваше новорождённое чудо. И послышался звон бокалов. Все сделали первый глоток шампанского, даже Чонгук, что настоял на том, что выпить за их благополучие это святое, хоть Джин и отнекивался. Все, кроме Тэхёна, который пока находиться на восстановлении и почему-то Чимина, что отставил бокал, выпивая вместо него стакан сока. Это конечно же не укрылось от Юнги, что прекрасно знал о некой любви младшего к спиртному. — Чимин-а, всё хорошо? Ты плохо себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил темноволосый, обхватывая плотнее талию и задавая вопрос шепотом, не привлекая излишнего внимания. — Немного тошно и голова болит, думаю это от эмоций, — также шепотом ответил Пак, — да и течка не за горами, думаю это всё скопилось и вылилось в моё самочувствие. Не переживай, всё хорошо. Лёгкий поцелуй в щёку и успокаивающая нежная улыбка, направленная лишь Мину. А тому ничего больше и не надо было, кроме как видеть её и чувствовать родной запах.

***

Празднование затянулось уже часа на три. Субин давно спал в комнате родителей, дабы его сон никто не тревожил. Джин отпускал дедовские шуточки, уложив голову на плечо Джуна, а тот лишь перебирал волосы своего мужа и был благодарен тому, что они успели завести Джеллибин к бабушке и дедушке, предупредив, что заберут её завтра к вечеру. Хосок уже в хлам и поэтому не сдерживал громкий смех от шуток, которые даже не до конца слышал, приняв лежачее положение на столе. Благо, любимый омега сейчас находиться в Кванджу у родителей, а миссию доставить пьяную тушку домой взяли на себя семейство Ким. Чимину так и не стало лучше, что заметил уже и Тэхён. Подавленное состояние друга не давало ему покоя, поэтому он решил дать возможность Паку и Мину, что не отпускал омегу ни на шаг от себя, уйти раньше, чтобы остальные не начали причитать. Оставляя в центре внимания Чонгука и Джина с его шутками, Ким проводил друга и его альфу в коридор. На прощание лишь обнимая обоих и желая удачи по дороге к дому. Вернувшись назад, блондин увидел, как оставшиеся гости уже собирались уходить. Ухватив под одну руку Джина, а под вторую Хосока, Намджун, распрощавшись, покинул квартиру вслед за Юнминами. Что же, теперь они наконец остались лишь вдвоём, но сил уже не оставалось ни на что, даже на то, чтобы стянуть с себя вещи. Поэтому молодые родители просто завалились на свою кровать, засыпая моментально в объятиях друг друга под тихое сопения своего малыша.