Какого это, иметь свою маленькую копию?

— Чимин, что с тобой? Юнги не на шутку перепугался, застав свою пару в обнимку с белым другом. Казалось, ещё чуть-чуть и Пак вместе с завтраком лишиться всех органов. Такой расклад старшего не устраивал, но и что делать в этой ситуации он не знал. Поэтому, всё что оставалось ему на тот момент, это быть рядом. Присев около розоволосого, Юн принялся гладить того по спине, периодически убирая со лба прилипшие пряди волос. Спустя пару минут, Чимина немного попустило и он просто обессиленно осел на пол, после чего его притянул к себе Юнги, давая тому откинуться на собственную грудь. И, пока младший переводил дыхание, Мин уже набирал заученный номер. — Доктор Ли, добрый вечер. — ненавистное имя собственного частного врача Чимин не переваривал, поэтому, когда услышал его из любимых уст, не на шутку перепугался. — Да, в этот раз серьёзно. Хорошо, спасибо, через час будем в больнице. — Юнги, не надо. — попытался выдавить хоть что-то из себя омега, хоть сил не было от слова «совсем». Но ехать в ненавистную больницу он точно не хочет. — Чимин, это сейчас не тебе решать. — набирая уже следующий контакт, Юнги, не смотря на холодный тон, успокаивающе массировал затылок младшему, иногда переходя на виски. — Меня всего-лишь стошнило, от этого не умирают. — Дорогой мой, ты ничего не ел с утра, кроме одной булочки. От чего же тебя так вывернуло тогда, скажи мне. — всё таким же строгим тоном продолжал альфа. — Джин? Я знаю сколько сейчас времени, это срочно. Через пол часа у нас. — Хён, прошу, не надо. Мне уже лучше. — Пак для наглядности даже собирался встать, хоть руки и потряхивало. Но любые попытки к движению присёк Юнги. — Так, всё. Ничего не хочу слышать. — заканчивая попытки младшего отменить поездку к врачу, Мин поднялся на ноги, подхватывая омегу под колени одной рукой и под лопатки другой. — Так, принцесса, будешь капризничать ты — буду злиться я. А ты знаешь, что ни к чему хорошему это не приведёт, поэтому будь паинькой.

***

Джин приехал так быстро, как только мог. Эти тонсэны когда-нибудь его до инфаркта доведут. То Чонгук телефон своими звонками оборвал, то Хосок, который использует старшего, как Google, теперь Юнги звонит, когда уже все должны спать и требует приехать. Наверное что-то срочное, и если бы не волнение Джина и его безмерная любовь ко всем этим особям, он бы ни за что не оставил приболевшую дочку со своим мужем надолго. Прибыв ровно через 30 минут к месту жительства Юнминов, Джин влетел без стука, скидывая на пол сумку «со всем самым необходимым» и верхнюю одежду. Сам же Юнги за это время успел собрать Чимина, переодеть того во что-то теплее, и собрался сам, хватая с собой лишь три вещи: ключи от машины, телефон и омегу, что к слову, всё это время молчал и изредка кидал грустные взгляды Мину. Пака на самом деле пугала не сколько больница, а тот факт, что в этот раз от разговора им не уйти. Этот врач уже давненько ведёт Чимина и следит за его здоровьем. И может это доброта душевная, а может стоимость этого самого врача в месяц, но когда омега в слезах умолял ничего не рассказывать Юнги о имеющихся проблемах, бета всё же сжалился, при условии, что Пак будет обследоваться каждый месяц в назначенный день. Но сегодня всё тайное наконец станет явным. К добру это или нет, но хуже вряд ли будет. Их отношения и так состоят сейчас из сплошных недомолвок, а ощущение, будто ещё немного и всё рухнет. Может так казалось только Чимину, но он прекрасно понимал, что больше откладывать не стоит. Поэтому, даже когда темноволосый оставлял указания Джину с розоволосый на руках, и когда сажал того в машину, даже когда они уже подъехали к ненавистному зданию, Пак просто молчал. Не было сил ни плакать, ни ругаться. Он просто молча ждал, пока любимый человек занесёт его в нужный кабинет, а большие ладони бережно уложат на кушетку. Родные губы оставят лёгкий поцелуй на лбу, обещая что всё будет хорошо. И хоть Пак не мог быть в этом уверенным, всё что ему тогда оставалось — это доверять. Впрочем, как и всегда.

***

Выслушав причину, по которой его вызвали на ночную смену из тёплой кровати, доктор Ли попросил Юнги подождать снаружи, пока тот проведёт осмотр омеги лично, без лишних глаз. — И так, Чимин, давай откровенно. Мы не первый год знакомы и я хочу, чтобы ты был со мной полностью честен. Хорошо? — надевая новые одноразовые перчатки и подходя к абсолютно обессиленному парню, искренне просил врач. — Хорошо, хён. — выдавил из себя Пак и приготовился к очередному осмотру, удобнее устраиваясь на кушетке. На самом деле, Ли Минхо хороший человек, он старше самого Юнги всего на 4 года. Бета всегда был приветлив и строг в нужные моменты, а вне работы это очень дружелюбный человек. С Чимином тот знаком уже два года и за это время они успели даже немного подружиться, но лишь при условии, что вне больницы никто не будет поднимать «больную» тему. Так было проще для обоих. Юнги о некой дружбе этих двоих не знал. Да и знать ему было не о чём. Полноценной дружбой это не назовёшь, ибо виделись они куда чаще в кабинете Минхо, чем за чашкой кофе в ближайшей кофейне. Закончив с основным осмотром на гинекологическом кресле, бета о чём-то задумался, что не ускользнуло от взгляда Чимина. — Что, совсем всё плохо? — свисая ногами с кушетки, Пак просто смотрел на сидящего перед ним врача. — Что, почему ты так думаешь, Чимин-щи? — Вы всегда так смотрите, с некой жалостью и сожалением во взгляде. Ясно же, что ничего не улучшилось. — голос звучал совсем безжизненно и отчаянно. — Не стоит делать поспешных выводов, мистер Пак. Для того, чтобы составить полный диагноз, одного десятиминутного осмотра не достаточно. — поднимаясь со своего места и выбрасывая перчатки, бета прошёл к своему столу. — И что Вы предлагаете? — Как обычно, Чимин-щи. Анализы, УЗИ и повторный осмотр через пару дней. — проговорил доктор и подарил пациенту ободряющую улыбку. Но она почему-то не дарила ту уверенность, которую младшему давала лёгкая улыбка любимого альфы.

***

Юнги сидел под кабинетом около часа. Он уже, как и Чимин, а может даже и больше, привык к этим белым стенам. Его всегда выпроваживают из этого кабинета. И Мин не жалуется, хоть и хочется в такие моменты держать своего малыша за маленькую подрагивающую ладошку и периодически целовать того в щёчки. Но может для младшего так будет лучше, может тому так комфортнее. Обычно за такими мыслями альфа и проводил от часа до двух, сверля хмурым взглядом стену. И сейчас, как по сценарию, который все уже заучили, дверь спустя полтора часа открывается и из кабинета выходит вымученный Чимин, а за ним и врач. Юн тут же подрывается к парню, бережно обнимая того, а доктор лишь наблюдает за этим, не смея прервать идиллию. Но и это приходится сделать. — Юнги, будь так добр, зайди сейчас ко мне в кабинет. — уже заходя обратно, врач приостановился. — Без Чимина. Такой тон врача настораживал. Это впервые, когда Минхо зовёт того после осмотра, чтобы поговорить один на один. Обычно Мина звали в кабинет, где он присаживался перед врачом рядом с младшим, а после выслушивал назначения и запоминая новые названия лекарств и витаминов. И такие извинения в привычном сценарии не радовали. Ничего хорошего это не предвещало. Убедившись, что омега нормально себя чувствует и сможет посидеть немного в одиночку, Юнги зашёл в кабинет, прикрывая за собой дверь и садясь на стул напротив врача. Оба сидели какое-то время в тишине. Юнги хмурился и мысленно готовился к не самому приятному разговору. Минхо смотрел на свои руки, сложенные на столе в замок. Первым молчание прервал бета. — Юнги, я хочу быть с тобой полностью честным. За то время, что я работаю с вами, вы оба стали для меня можно сказать родными. И я очень переживаю за Чимина. Поэтому выслушай меня и попробуй понять, не смотря ни на что. — врач выдохнул и в упор посмотрел на Мина, начиная этот разговор, который всем давался с трудом. — Юнги, у Чимина есть определённые проблемы о которых ты знаешь. Но есть и те о которых ты не осведомлён… Юнги слушал внимательно, не сводя лисьего взгляда с доктора. Внешне альфа оставался спокоен, но внутри него происходило нечто, состоящее из различнейших эмоций и вопросов.

***

Чимина уже конкретно трясло от волнения. Юнги уже 15 минут сидит в том кабинете. А в коридоре тишина, так как ночь и в этом крыле никого нет, то и создавать хоть какие-то звуки некому. Это напрягает. Было бы лучше, если бы Пак слышал хоть что-то. Пусть то даже будут крики злости, ругательства, но не тишина. Она всегда угнетает и даёт хорошую почву для дурных мыслей в бедной розоволосой головушке. Чего ожидать от Юнги, Чимин впервые не знал. Было страшно. Очень. Пак боялся не альфу, а последствий. Последствий той лжи, которая всё это время накапливалась. И вот, дверь в который раз за эту ночь открывается. Чимин вздрагивает, но взгляд не поднимает. Ему не нужно смотреть, чтобы понять, кто именно вышел от туда. Юнги не спешит, он обходит Чимина и становиться напротив того. И снова молчание, как тогда в кабинете. Только на этот раз его разрывает Мин. — И долго ты ещё собирался это скрывать? — тон голоса абсолютно безэмоциональный. Это заставляет сжаться. На глаза предательски накатывают слёзы, но ни одна из них пока не спешит упасть, украшая щёки мокрой дорожкой. — Держи. Чимин не говорит ни слова, но взгляд всё же немного поднимает, что позволяет рассмотреть в родных руках бумажку с какими-то надписями. Повторять дважды не надо, да и Юнги ждать не собирается, поэтому просто впихивает лист в руки омеги, что всё так же трясутся. — Читай. — в приказном тоне, что не особо действует на парня. — Я сказал, читай. Прочитай грёбанную бумажку, Пак Чимин. Альфе пришлось сорваться на лёгкий крик, чтобы омега хоть немного шелохнулся. Может грубо и не совсем уместно, зато подействовало и в следующую секунду, громко взглотнув, розоволосый всё же начал читать. — Пак Чимин, 19 лет, омега. — начал перебирать слова младший. Голос заметно дрожал, в горле пересохло, но выжидающий взгляд сверху заставлял продолжить. — Диагноз: беременность…