черти

       Вону давится своим утренним кофе, выплевывая его в лицо ни в чем не повинного Ли Чана, который застывает, зажмурив глаза и поджав губы. — О, Господи, извини, — выдыхает Чон, хватая всевозможные салфетки и вытирая лицо парня. — Я не хотел.        Чан недовольно фырчит, отталкивая руки парня от себя, и кидает: «пойду умоюсь». Вону возвращает свой взгляд на Джихуна, который держится с Суненом за руку, улыбается ему так миленько, и что-то говорит. Вону щипает себя за руку, на всякий случай, мало ли, какие дурные сны могут присниться, и осознав, что это не сон, он поднимается с места, быстро шагая в сторону друга.        Джихун, увидев его, отпускает руку Сунена, с разбегу запрыгивая на Вону, из-за чего тот зашатается, но успевает выровняться. Сунен щурит глаза, заставляя Чона нервничать, но ничего не говорит, из-за чего он чувствует себя еще хуже. — Я ждал тебя утром, — ноет Джихун, слегка отстраняясь. — Но ты не отвечал на звонки. — Я, эм, я… был занят, — тихо говорит Вону, отводя взгляд. — Ты что-то скрываешь от меня? — Джихун в подозрении щурит глаза, хватаясь ладонями за щеки Вону и заставляя смотреть на себя. — Извиняю тебя, крошечное недоразумение, но это ты держал Квон Сунена за руку пару секунд назад, и это у тебя засосы на всю шею. — Не только на шее. — Что? — Засосы. Они не только на шее. — Нет, вот я вообще выглядел как человек, который хотел знать это? — Спрашивает Вону, смотря на омегу со всей серьезностью. — Длинная история коротко: вчера он увязался за мной, — рассказывает Джихун. — А потом поцеловал меня. И мы переспали.        Вону вздыхает. Ну конечно. С Джихуном по другому и не бывает. Он сжимает бедра Джихуна в пальцах, пытаясь отодвинуть от себя и заставить того встать на ноги, но Ли прижимается ближе, укладывая голову на плечо друга и устало выдыхая. — Вы всегда обнимаете друг друга? — Интересуется Сунен, улыбаясь, но улыбка эта кажется для Вону чем-то угрожающим. — Как не увижу вас, так вечно в каких-то странных позах. — Мы лучшие друзья с детства, — отвечает на это Вону. — Поэтому мы всегда тянемся друг к другу, даже если неосознанно. Привычка. — Вону всегда приятно обнимать, — тянет Джихун. — Он такой те-еплый, костлявый, правда, но если привыкнуть, то нормально. — Йа, ты крошечная заноза в моей заднице, — недовольно говорит Вону. — Слезай, у меня руки устали держать тебя. Ты, вообще-то, не пушинка.        Джихун спрыгивает с Вону, поворачиваясь к Сунену лицом, но тянет руки Чона на себя, заставляя обнять себя сзади. Так он чувствовал себя защищенным перед Суненом. Особенно после всего, что произошло вчера. Это смущало его слишком сильно, и он ненавидел себя за то, что позволил этому произойти так быстро. — Мне пора на занятия, — говорит Сунен, взглянув на наручные часы. — Сегодня репетиции не будет, — напоминает он Джихуну. — Но я заберу тебя после занятий. — Зачем? — Ли неловко кашляет, сжимая рукава толстовки Вону сильнее. — Поведу тебя на свидание, глупый, — отвечает на это Сунен, склоняясь и оставляя невесомый поцелуй на лбу омеги, а после поднимает взгляд на застывшего Вону, который надеялся просто испариться и быть незамеченным. — Присматривай за ним. — Говорит ему Квон, улыбаясь уголками губ, а после уходит. — Кто тут еще за кем присматривает, — бубнит недовольно Джихун, дуя губы. — Уф, ну вот и обязательно ему быть таким, не понимаю? Как будто я здесь железный стою. — Опять ты ворчишь, как дед старый. — смеется Вону. — Йах, ты! Мне бы не пришлось идти с ним в университет и позорно держать его за руку, если бы ты ответил на звонок утром, так что, объяснись. — Обойдешься.        Вону вырывает свои руки из захвата, убегая как можно быстрее, потому что Джихун бежит за ним, с громким: «я твой лучший друг и должен знать!»        Чан провожает их взглядом, обещая себе больше никогда не говорить ни с Вону ни с Джихуном.