Your eyes tell

Два следующих дня прошли в предвкушающем ожидании для Наруто – он не мог нормально работать, постоянно витая в облаках. Казалось бы, обычный концерт, ничего особенного, но у блондина от волнения подрагивали пальцы на руках. Итачи ходил эти дни чрезвычайно напряженным, тихим и Наруто сделал вывод, что это каким-то образом связанно с Саске, но старший Учиха на любые вопросы отмалчивался и говорил, что просто устал на работе. Блондин не стал выуживать из мужчины правду, но своим поведением тот все же посеял зерно сомнения в его душе – несмотря на все, что произошло, Саске не был ему чужим человеком и если уж с ним случилось что-то плохое, то парень хотел бы это знать и хоть чем-нибудь помочь, он не бесчувственный сухарь. И вот, минуя напряженные дни, наконец наступила суббота. Наруто проснулся довольно-таки рано – хоть концерт и должен быть вечером, он не мог долго спать и сейчас носился по комнате, подбирая подходящую одежду для долгожданного мероприятия. У парня был сегодня полноценный выходной, с Кибой он созвонился на следующий же день после того, как Итачи одобрил его затею – шатен заскочил к нему в лавку вечером этого же дня и объяснил что к чему и куда вообще нужно ехать. Тем временем, пока Наруто подготавливался к вечеру, Итачи находился на работе, разгребая бумаги в своем кабинете. Пришлось, по просьбе дяди, выйти в свой выходной и помочь разобрать «косяки» бухгалтерии – в понедельник обещали наведаться с проверкой. Итачи провозился с документами до часу дня – настроение было безбожно испорчено, а в глазах уже начинало рябить от огромного количества букв и цифр. Мужчина устало откинулся на спинку кожаного кресла, прикрывая глаза. В таком состоянии он просидел минут пятнадцать, уже начиная проваливаться в легкую дрему, пока его телефон не зазвонил, вынуждая брюнета разлепить глаза и вытащить надоедливо звенящее средство связи из кармана. Звонил, к слову, Мадара – он попросил Итачи зайти к нему, когда тот закончит с бумагами, дабы обсудить новости насчет Саске. Эти слова заставили мужчину встрепенуться и, взяв себя в руки, он тут же принялся заканчивать отложенную работу. За все это время от дяди не было никаких вестей о младшем брате и это беспокоило мужчину все больше и больше – Саске приходил на работу с каждым разом все более помятым. Кажется, будто он держится только на собственном упрямстве и потому вообще приходит, но по младшему Учихе было видно, что чувствует он себя, мягко говоря, хреново. Наконец покончив с оставшимися документами, брюнет поднялся с кресла, разогнул одеревеневшую спину и направился в кабинет дяди, однако на половине пути его остановил шум в компьютерном зале и он, не задумываясь, отправился разузнать что же там происходит. – Какого черта ты притащила мне это?! – Саске стоял в пустом зале перед сжавшейся миниатюрной блондинкой, указывая ей на небольшую стопку бумаг, которую он с силой сжимал в пальцах, – Я сказал, что мне нужны данные по продажам за прошлый месяц, а это что?!Ты настолько тупая, что не можешь выполнить обычное поручение?! – прокричал он и буквально впихнул листы обратно ей в руки, на что та чуть не выронила их из дрожащих пальцев. – Извините, Саске-сама, я перепутала, я сейчас же все исправлю…, – тихо пролепетала та, растерянно опуская взгляд в пол, не в силах смотреть брюнету в глаза. – Таким как ты место во вшивой забегаловке - разносить еду по столикам, – злостно прошипел парень в ответ, затем, криво усмехнувшись, добавил, –Хотя, ты бы и с этим облажалась. Девушка широко распахнула изумрудные глаза, в которых уже начал отражаться влажный блеск слез, и произнесла подрагивающим голосом, заставив себя заглянуть в затуманенные гневом черные зрачки напротив: – Да что Вы себе позволяете, я…, – но ее тут же перебил жесткий грубый голос. – Заткнись! – Саске, не контролируя себя, занес было руку для удара, но ее в тот же миг перехватили, крепко сжимая запястье. – Что ты творишь? – произнес Итачи, сцепляя пальцы вокруг запястья младшего брата сильнее. Тон его был настолько холоден, что у и так испуганной девушки неосознанно прошлись мурашки по коже. Она коротко поклонилась мужчине в знак благодарности и стремительно выбежала из компьютерного зала, оставив двух брюнетов наедине. Учиха-старший стоял, не ослабляя хватки, и со всей серьезностью смотрел на лицо младшего брата, искаженное гримасой злости, пока не опустил свой взгляд на его руку, которую так крепко сейчас сжимал – чуть приоткрывшееся из-под рубашки предплечье было обильно обмотано бинтами. – Что это такое…, – глаза Итачи ошарашено распахнулись и он тут же потянулся второй рукой к рубашке Саске, дабы подтянуть чуть задравшийся рукав выше. Младший Учиха в ту же секунду выдернул свою руку из чужих пальцев и посмотрел на брата с такой яростью, что казалось будь она осязаема – сожгла бы Итачи дотла. – Отъебись! Убери от меня свои руки! – гневно выкрикнул Саске и быстро зашагал прочь из зала, с силой хлопнув дверью. Итачи недоуменно замер, оставшись один в помещении, а волнение заскреблось уже где-то в глотке. Взволнованный мужчина тут же подорвался и направился в кабинет дяди, маневрируя между изредка встречающимися на пути подчиненными, которые тут же растерянно кланялись, удивленные поведением брюнета – Итачи всегда был необычайно собран и спокоен. Добравшись до кабинета Мадары, он постучал в дверь слишком громко и нетерпеливо, что посчитал бы неуважительным в другой ситуации, но сейчас его мысли были совсем о другом. – Если это не вопрос жизни и смерти, то никого нет, – послышался усталый голос за закрытой дверью. Брюнет, стараясь совладать с волнением в голосе, сухо произнес: – Это я, дядя, – ответом ему послужило короткое «Входи» и Итачи, не теряя времени, прошел внутрь, тут же закрывая за собой дверь. – Ты что-то выяснил? – задал он дяде вопрос, который волновал его уже давно, в несколько широких шагов подходя к, сидящему в своем кресле, мужчине. – Как раз за этим я тебя и позвал, – Мадара откинулся на спинку кресла и тут же прищурил глаза, вглядываясь в взволнованное лицо племянника, – В общем, первое время наблюдения Саске вел себя довольно скрытно - после работы лишь заходил в магазин за сигаретами и бутылкой виски, затем отправлялся домой и до самого утра больше не выходил. Однако, – мужчина выдержал короткую паузу прежде чем продолжить, – К нему пару раз приходил один молодой человек. Итачи тут же нахмурился, глядя на задумчивое лицо дяди, и произнес: – Удалось установить его личность? Мадара кивнул и принялся постукивать пальцами по лакированной поверхности стола. - Парня зовут Хозуки Суйгецу, возраст - 22 года, подрабатывает на автомойке, – произнес он и откинул мешающиеся волосы со своего лба, – Личность довольно непримечательная, никаких нарушений в полицейской базе данных не нашли. Есть семья в другом городе - родители и младшая сестра. Учиха-старший мгновенно поджал губы от разочарования и серьезно произнес: – Это ничего нам не дает. – Верно, – ответил Мадара и, подхватив ручку со стола, принялся прокручивать ее в пальцах - было видно, что он тоже не в восторге от такой мизерной информации, – Но вчера вечером Саске все же вышел из дома. Ты знал, что он посещает некий закрытый ночной клуб? Итачи проигнорировал вопрос, тут же задав свой: – Твои люди смогли туда проникнуть? – Конечно смогли, – мужчина усмехнулся, будто его спросили нечто глупое и развернулся на кресле к панорамному окну, устремляя взгляд на небоскребы, – Однако, не нашли в нем ничего необычного. Клуб как клуб - музыка, стриптизерши, выпивка и отбросы общества на любой вкус и цвет, – насмешливо сказал он, продолжая крутить ручку в пальцах, – Кстати, его дружок, который захаживал к нему домой, тоже там был. Итачи сжал кулаки – здесь все было неправильным настолько, что его сознание буквально кричало об этом. – Здесь что-то не так, дядя, – тихо произнес брюнет и помотал головой, – Нет, здесь все не так - у брата перебинтованы руки, – пальцы, прокручивающие ручку, чуть дрогнули и замерли. Мадара пару мгновений просидел, не двигаясь, и Итачи не было понятно, о чем тот думает – мужчина по-прежнему был повернут к нему спиной, однако затем он произнес следующую фразу совершенно спокойно, не выдавая никаких эмоций: – Я не сниму наблюдение. Не беспокойся, мы все выясним, – следом все же раздался еле слышимый вздох, – Я не допущу, чтобы еще хоть с кем-либо из моей семьи что-то случилось. Мужчина медленно поднялся со своего кресла и, обогнув стол, подошел к своему племяннику. – А сейчас, я понимаю, что сложно, но постарайся об этом не думать, – произнес он и со всей серьезностью заглянул Итачи в глаза, – Ты и так слишком много работаешь, тебе нужно расслабиться. Ты ведь говорил, что идешь сегодня куда-то с малышом Наруто? – На концерт, – коротко ответил брюнет, а мыслительный процесс в его голове все никак не прекращался. – Вот, сходи, развейся немного - вам обоим это необходимо, – Мадара положил руку на плечо племянника и мягко сжал, оказывая поддержку, – А я приложу все силы, чтобы докопаться до истинны и вытащить этого строптивого мальчишку из того дерьма, в которое он влез. Учиха-старший не смог ответить ничем кроме обычной благодарности: – Спасибо, дядя, – на этих словах Мадара пару раз похлопал брюнета по плечу и вернулся на свое место, усевшись в кресло. – Езжай домой, ты и так поработал сверхурочно, – произнес мужчина и затем слегка улыбнулся, – Хорошо вам погулять. Итачи ответил ему лишь слабой улыбкой, затем, кивнув, попрощался и покинул кабинет. Дорогу до дома он провел в мучительных размышлениях. Пожалуй, Саске – одна из немногих причин, умудряющихся выбивать старшего Учиху из колеи. Семья всегда была для Итачи на первом месте. Наверно еще потому что это было единственным, что у него, в общем-то, есть. Наруто он тоже считал частью своей семьи, однако однозначно решил не рассказывать ему ни о чем – блондин и так пережил стресс, сейчас у него проходит достаточно болезненный период жизни. К тому же, зная его, тот точно будет беспокоиться за Саске и все окончательно может выйти из-под контроля. В таких не столь приятных мыслях Итачи наконец добрался до дома и, выйдя из машины, глянул на часы – стрелки на циферблате показывали, что уже начало пятого. «Хорошо, значит, успею принять душ», – подумал мужчина и пошел к двери. После череды несложных манипуляций с замком, он отворил дверь и шагнул внутрь, однако был сразу же чуть ли не сбит с ног «блондинистым ураганом». – Ты наконец-то вернулся! А я уж начал было волноваться, что ты задержишься и мы не успеем поесть - я приготовил перекусить, чтобы мы не ехали на концерт с пустым желудком, – протараторил Наруто, крутясь вокруг разувающегося Учихи - от голубоглазого так и несло энергией, но затем он вдруг замолк, настороженно уставившись на Итачи, – Ты в порядке? Мужчина еле заметно вздрогнул, прикусив щеку изнутри, и медленно снял с себя пиджак, повесив на крючок для верхней одежды. «Ты не должен портить ему настроение, Итачи. Просто улыбнись и заверь его, что все в порядке», – пронеслось в голове брюнета и он, натянув на лицо улыбку, зарылся пальцами в блондинистые вихры и мягко потрепал Наруто по волосам. – Да, все хорошо, просто было много бумажной работы, – парень, не заподозрив обмана, сразу же улыбнулся в ответ и понимающе закивал, – Тогда я сейчас быстро схожу в душ и мы поедим, хорошо? – произнес мужчина и убрал руку, тут же скользнув взглядом по упавшей на лоб светлой пряди. «Уже такие длинные, быстро растут», – подумал он, неотрывно следя за смуглыми пальцами, убирающими непослушную прядь за ухо. – Ага, я пока накрою на стол, – блондин тут же скрылся в кухне, а Итачи тихо выдохнул и отправился на второй этаж. Порой Наруто слишком доверчив – однажды это может сыграть против него. Иногда он настолько сильно доверяется людям, что совсем не замечает очевидной лжи. Пускай сейчас брюнету это было на руку, но он совсем не хотел, чтобы люди этим пользовались в плохих целях – ложь Итачи была лишь во благо. Быстро приняв душ, брюнет присоединился к сидящему на кухне парню и, пока тот накладывал еду в его тарелку, поинтересовался: – Готов к концерту? – от слов мужчины Наруто тут же широко улыбнулся и энергично закивал головой. – На все сто процентов! – произнес он и принялся за еду, – Кстати, представляешь, до концерта еще будет автограф-сессия - Киба обещал провести нас туда! Там можно будет взять автограф и сфотографироваться! – поделился парень, активно жестикулируя палочками в воздухе, вызывая у Итачи неконтролируемую мягкую улыбку. – Здорово, – произнес он и тоже приступил к еде. Время у них было ограниченно, потому, быстро справившись с едой, они принялись собираться. Как ни странно, все это время, пока блондин без умолку болтал обо всем на свете, плохие мысли будто выветрились из головы Итачи. Вот и, как раз-таки, одно из самых интересных качеств Наруто – находясь с ним рядом, о чем-то другом думать невозможно. Он словно луч света, выжигающий собой тьму. Через пятнадцать минут мужчина уже стоял у порога и, прокручивая на указательном пальце ключи от машины, ожидал, пока Наруто зашнурует свои кроссовки. Блондин выглядел хорошо – на нем красовались голубые свободные джинсы, подвернутые снизу, рыжая длинная кофта в серую тонкую полоску, рукава которой закрывали ему половину ладоней, и в дополнении цепочка на ремне, выглядывающая из-под полосатой ткани. Волосы, к слову, Наруто повязал небольшой оранжевой резинкой, сделав тем самым маленький хвостик на затылке – объяснил он это тем, что волосы начали уже прилично мешаться. Итачи же был довольно далек от всех этих современных модных тенденций, он считал, что это прерогатива молодежи, да и мужчина редко когда ходил в чем-то неофициальном. Потому был сейчас одет довольно просто – черная водолазка, заправленная в такие же черные джинсы, черный ремень и в завершении обычная кожаная куртка. «Total black», как назвали бы этот образ какие-нибудь стилисты. До концертной арены они ехали практически в полной тишине – брюнет сразу же заметил, что Наруто довольно сильно волнуется, то и дело перебирая в руках цепочку на джинсах или утыкаясь в телефон, чтобы посмотреть время. – Не волнуйся, мы успеем, – произнес Учиха, остановившись на очередном светофоре, и заглянул в благодарные голубые глаза, получив в ответ лишь кивок и слабую улыбку. И правда, успели они как раз вовремя. Киба встретил их у входа и мгновенно был чуть не задушен в крепких объятиях Узумаки. После горячего приветствия от блондина, он, как и обещал, повел их на автограф-сессию, отчего Наруто вдруг сразу же как-то резко побледнел. Итачи ничего не оставалось, кроме как положить ему руку на плечо в качестве поддержки и, что удивительно, это помогло. Полностью от волнения блондин, конечно, не избавился – руки все равно продолжали слегка трястись, однако он выглядел действительно счастливым, когда наконец получил долгожданный автограф и даже заставил Итачи встать рядом с ним, попросив какого-то парня сфотографировать их с участниками группы. После автограф-сессии Наруто ждало еще большее потрясение – спустившись в концертный зал, он был ошеломлен габаритами помещения и количеством людей. Блондин не видел куда идет, толпа несла его вперед и на какой-то момент он даже испугался, что потеряет Итачи в этом бурном потоке людей, а потому крепко схватил брюнета за руку, боясь отпустить. Гул голосов не утихал, Наруто, как загипнотизированный, не мог оторвать взгляд от огромных экранов и яркой сцены, освещенной огнями десятков прожекторов. Толпа вдруг взревела – музыканты поднялись на сцену и наконец концерт начался. Итачи, не привыкший к подобному, тоже был заметно ошеломлен. Музыка была настолько громкой, что давила на перепонки, но это не раздражало – было необычно. Также необычно, как и голос солиста. Мужчина пел на английском и голос его был довольно приятен для ушей, не вызывал неприязни, как порой происходило, когда Итачи натыкался на каких-то современных исполнителей по радио в машине. Энергичные песни заставляли толпу реветь, двигаться в безумном ритме и громко подпевать любимому кумиру. Пускай музыка и была полна энергии, однако в песнях все время шла речь о чем-то тяжелом. Брюнет понял почему многих влечет их музыка – просто раненные душой люди ищут утешение и поддержку в текстах, объединенные обычной человеческой болью. На мгновение он задумался – то же ли самое чувствует Наруто, раз ему нравится эта музыка? Итачи перевел взгляд на блондина – тот был переполнен поистине детским восторгом. Глаза его лучились восхищением, он также не стоял на месте, повинуясь мощной энергии толпы, а губы его раскрывались в такт словам. Учиха-старший вдруг осознал, что видеть парня таким счастливым бесконечно приятно и ради этого он готов пойти еще на сотни таких концертов. Песни проходили одна за другой, воздух был горячим настолько, что, казалось, обжигал легкие, а волосы противно липли к вспотевшему лицу. Вокруг пахло потом и чем-то еще, похожим на смесь дезодорантов и духов, дышать становилось все тяжелее с каждой минутой – у Итачи уже начинала болеть голова, вызывая легкое головокружение. После череды взрывных хитов, солист объявил о последней песне, завершающей этот концерт и под спокойные звуки клавиш пианино зал резко словно бы совсем затих.

«I love you more than any man, but something’s getting in the way» (Я люблю тебя больше всех, но мне всегда что-то мешает)

Мелодичный теноровый голос пел мягко, кажется, пел что-то о любви, но брюнет плохо вслушивался в слова, так как был полностью поглощен созерцанием вдруг замершего на месте Наруто. Губы его больше не шевелились в такт словам – он словно завороженный не отводил взгляд от сцены и выглядел при этом невероятно печальным и одновременно совершенно пустым. Это сдавливало Учиху, образовывая в горле какой-то непонятный комок, а глаза никак не могли перестать смотреть в сторону светловолосого парня. На припеве Наруто слегка вздрогнул, еле заметно, но Итачи это увидел. Парень не плакал, но глаза его блестели влагой и загнанными в ловушку чувствами. Строчка за строчкой, казалось, он начинал дрожать все сильнее. Мужчина мог только догадываться, что сейчас испытывает его сердце, о чем он думает, какую боль переживает в эти минуты. Брюнет искренне хотел понимать его сейчас, но, как бы ни старался, в голове было пусто – он видел лишь голубые глаза, отражающие в себе яркие блики прожекторов.

«You know I’m grateful, I appreciate» (Ты знаешь, что я благодарен и ценю, что ты делаешь)

Следующие строчки парень отзеркалил губами, будто читая про себя немую молитву.

«But in fact it’s baleful, how I suck you dry» (Но на самом деле, я безжалостно выпиваю тебя без остатка)

И в этот же миг он обернулся и посмотрел на Итачи таким взглядом, что у мужчины сердце словно провалилось куда-то в желудок, заставляя посмотреть на Наруто совсем другими глазами – его хотелось защитить. Неважно от чего, просто защитить от всего на свете. И мужчина, повинуясь эмоциям, схватил влажную ладонь и потащил блондина сквозь толпу на выход, расталкивая людей вокруг. И было совершенно плевать, что песня еще не закончилась – Итачи просто хотел увести парня подальше от тех чувств, что тот испытывает сейчас. Холодный вечерний воздух на улице прошелся по разгоряченному лицу, обдавая легкие чуть ли не болезненной прохладой. Брюнет облегченно выдохнул и, отойдя чуть дальше от входа, наконец остановился и выпустил дрожащую ладонь из своих пальцев. – Прости, я все испортил, – раздался тихий голос Наруто, заставляя Итачи обернуться, – Ну, что я за размазня-то такая…, – произнес он и нервно рассмеялся, потерев рукавами раскрасневшиеся глаза, – Правильно Саске всегда говорил - ною как девчонка. Учиха-старший свел брови к переносице, глядя на кривую печальную улыбку, уродующую смуглое лицо, и произнес: – Нет ничего плохого в том, чтобы показывать свои эмоции - это нормально. Если ты хочешь поговорить об этом…, – в ответ на эти слова Наруто сразу же слабо помотал головой, но затем поджал губы и все же решился говорить. – Знаешь, если быть честным, я уже смирился, что между нами все кончено, просто…, – его голос ощутимо дрогнул, – Просто мне грустно, что все так получилось. Когда, казалось бы, я остался совсем один, Саске появился в моей жизни и всегда был рядом, что бы ни происходило. Он был первым, кто подошел ко мне, не испытывая ни жалости, ни неприязни. Он был первым кто признал меня и стал моим другом, – блондин горько усмехнулся и зарылся рукой в собственные волосы, – Да черт возьми, он был моим первым во всем. И сейчас мне очень грустно осознавать, что с ним нужно попрощаться, отпустить. Это необходимо, потому что такие отношения убьют нас обоих, – произнес Наруто и опустил голову, потерянно разглядывая собственные кроссовки, – Прости, что приходится выслушивать это все… Итачи не знал, что делать – он не умел поддерживать, не понимал, как подобрать нужные слова, а потому просто сгреб блондина в охапку и прижал к себе. Первые секунды блондин просто стоял не двигаясь, после чего медленно обхватил руками широкую спину мужчины и уткнулся холодным носом тому в плечо. – Ты не один, – прошептал брюнет, чуть заметно вздрогнув от ответного прикосновения. Наруто молчал, Итачи тоже не решался нарушить образовавшуюся тишину – он понимал, что сейчас парню были не нужны лишние разговоры, просто тактильная поддержка. Мягко отстранившись через какое-то время, блондин заглянул в беспокойные черные глаза и, слабо улыбнувшись, произнес: – Итачи-сан, поехали домой, – на это мужчина лишь кивнул, тяжело выдохнув, и повел парня к машине. Наруто чувствовал себя ужасно уставшим и говорить о чем-либо совсем не хотелось, поэтому, будучи уже в машине на пути домой, парень откинулся на спинку сидения и, отвернувшись к окну, принялся разглядывать вечерние улицы, освещенные фонарями и ярким светом огромных вывесок. Итачи время от времени поглядывал на блондинистую макушку – хотелось как-то расслабить Наруто, немного отвлечь от всего произошедшего. – Хочешь выпить? – спросил брюнет, не придумав ничего лучше, чем помощь в виде алкоголя. – Хочу, – прозвучал совсем тихий ответ и Учиха, недолго думая, повернул руль в сторону ближайшего круглосуточного магазина. Доехав до небольшого маркета, Итачи прихватил с собой карту и направился за обещанным алкоголем, оставив Наруто дожидаться его в машине. Мужчина решил остановить свой выбор на пиве – все-таки его целью было расслабить блондина, а не напоить. Оставшаяся дорога до дома была недолгой – минут пятнадцать от силы, и в скором времени брюнет уже открывал ключом входную дверь, пропуская Наруто вперед. Тот, еле передвигая ноги, шагнул в дом и, разувшись, сразу же направился переодеваться. Итачи же, стянув с себя куртку, прошел на кухню и, помыв руки под краном, принялся выставлять купленное на стол. Наруто вернулся через пять минут и мужчина, сказав ему, что тот может уже начинать без него, сам отправился переодеться. Когда брюнет вернулся на кухню, парень сидел на стуле и гипнотизировал открытую банку пива в своей руке, полностью провалившись в свои мысли. Итачи тихо присел рядом и взял одну из банок себе – пришлось составить Наруто компанию, так как блондин наотрез отказался пить в одиночку. Учиха старался увести голубоглазого от плохих мыслей, заводя разговор на отвлеченные темы и наконец, спустя пару банок, Наруто уже ощутимо расслабился, слегка охмелев – щеки его приобрели розоватый оттенок и разговаривать он стал намного охотнее, чем какое-то время назад. – О, вспомнил, подожди секунду - я мигом, – воодушевленно произнес Узумаки и подорвался прочь из кухни, чуть не впечатавшись по пути в дверной косяк и вызывая этим у мужчины тихий смех. Через пару минут, громко топая ногами, Наруто влетел в кухню, сжимая в руках альбомный лист. – Вот, это тебе, – сказал он слегка запыхавшись и протянул Итачи лист бумаги, – Я закончил. Брюнет подцепил пальцами протянутый лист и заглянул в него, сразу же начиная улыбаться – это был тот портрет, что рисовал с него Наруто, только уже полностью законченный. – Когда успел? – поинтересовался мужчина, разглядывая карандашные линии, умело вырисовывающиеся в его лицо. – Мне не очень хорошо спалось эти несколько дней, нужно было чем-то себя занять, – пожал плечами блондин, отхлебывая порцию пива из банки. – Мне очень нравится, спасибо, – Итачи благодарно заглянул в синеву глаз напротив, – Ты никогда не думал заняться рисованием серьезно? – задал он вопрос, ловя взглядом смущенную улыбку парня. – На самом деле, я бы хотел попробовать поступить в «Гэйдай»*, – ответил Наруто, с улыбкой рассматривая банку в своих руках. – Думаю, тебе однозначно стоит это сделать - уверен, у тебя все получится, – произнес брюнет, а Узумаки, подняв на него взгляд, улыбнулся так искренне, как улыбался когда-то в детстве, заставляя Итачи чувствовать, распространяющееся в груди, тепло. Прикончив вместе с Наруто оставшееся пиво и заметив, что тот уже прилично «клюет носом», Учиха погнал парня спать, заверив, что сам уберет весь мусор на кухне – блондин настолько сильно устал, что даже не стал с ним спорить. Запихав все пустые банки из-под пива и упаковки от снэков в мусорное ведро, Итачи расположился в гостиной, надеясь быстро уснуть. Но, к сожалению, его надеждам не суждено было сбыться – он никак не мог провалиться в сон. Казалось бы, что алкоголь и довольно-таки насыщенный день должны были положительно повлиять на его сонливость, но мужчина продолжал просто лежать, а сна не было ни в одном глазу. Итачи принял сидячее положение и устало потер переносицу, мысленно сетуя на чертову бессонницу. Выпитое пиво начало давать о себе знать, побуждая мужчину с тихим вздохом направиться в туалет. Справив нужду и помыв руки, он хотел было уже отправиться обратно, но, находясь в коридоре, услышал непонятные звуки, исходящие из спальни. Не сумев побороть любопытство, брюнет подошел к закрытой двери и прислушался – по ту сторону доносились непонятное бормотание, стоны и тяжелые вздохи. Мужчина осторожно постучался в дверь, и тихо позвал блондина: – Наруто-кун? У тебя все в порядке? – однако, ответа не последовало, а звуки за дверью не прекращались, чем ужасно взволновали брюнета. Он дернул ручку двери, открывая ее, и заметил в темноте комнаты ворочавшегося, словно в бреду, парня. Наруто бросало из стороны в сторону, он что-то мычал, тихо поскуливая, и сжимал пальцами одеяло. Итачи подорвался к блондину и навис над ним, вглядываясь в его лицо – парню снился кошмар, кожа его горела, а челка прилипла ко взмокшему лбу. – Наруто-кун, проснись, это всего лишь сон, ты слышишь меня? – произнес взволнованный брюнет, отбрасывая светлые пряди с его лба. Наруто чуть приоткрыл свои мутные от сна глаза, видя лишь блеклые очертания лица и бесконечно глубокие черные глаза. – Саске…, – тихо произнес он на выдохе и в следующий миг потянулся вперед, сталкиваясь с теплыми чуть шершавыми губами. Всего на мгновение, почти невесомо, после чего снова обмяк, погружаясь, на этот раз, в спокойный сон. Наруто перестало судорожно трясти и метать по постели – он наконец успокоился. А вот Итачи, оставшийся наедине с собственными мыслями, успокоить свое нездорово колотящееся сердце никак не мог. * - один из старейших и наиболее престижных ВУЗов Японии в области искусства.