Голод

Акт 3

      Сердце бешено стучало в груди, дыхание облачком вырывалось изо рта и тут же растворялось. Ежевичка едва поспевал за старшими воинами, которые бежали намного быстрее него. Но не это пугало молодого оруженосца. В голове всё ещё раздавался крик Златошейки, ворвавшейся в объединённый лагерь племени Теней и Реки.       Как это могло произойти? Почему? Почему Терновник напал на Кисточку? Что сейчас творится в лагере? Вопросов было слишком много, а ответов Ежевичка не знал. Котик встряхнул головой и ускорил бег, стараясь не отставать от отряда.       Когда они были уже не далеко, по лесу прокатился отчаянный вопль. В нём смешались тоска, горе, вина, скребущие когтями сердце. Ежевичка застыл на месте, холодок пробежал по спине, подняв шерсть дыбом. Что там происходит?       Ворвавшись в лагерь отряд обнаружил сцену, от которой оруженосцу сделалось плохо. Он быстро отвернулся, но увиденную картину он никогда не сможет забыть. На краю поляны собрались его соплеменники. Они стояли вокруг Белоснежки, которая, запрокинув голову к небу, горестно выла. Её лапы были перепачканы кровью, а на земле перед белоснежной кошкой лежало мёртвое тело Терновника. Свалявшаяся шерсть молодого воина была пропитана кровью, на шее зияла широкая рана, а пустой взгляд стеклянных глаз застыл навсегда. «Я не хотела! Не хотела!» — кричала Белоснежка, зарываясь носом в перепачканную шерсть сына. Рядом с ней сидела Яролика, слёзы капали из её единственно глаза, стекая по щекам. Недалеко от них Пепелица хлопотала над израненной Кисточкой, затыкая её раны паутиной. На воительницу смотреть было даже страшнее, чем на горе матери. Тёмно-бурая шерсть кошки стала почти чёрной, дыхание было рваным и поверхностным, а паутина уже не могла остановить кровь, хлеставшую из жутких ран.       Что же здесь произошло?       Стараясь не смотреть в сторону воинской палатки, Ежевичка подошёл к оруженосцам, собравшимся у пенька. Котик осторожно подошёл к Уголька и шепнул ему на ухо:       — Ты знаешь, что тут произошло?       Серый оруженосец посмотрел Ежевичку, его глаза были расфокусированы и смотрели в даль, тихо прошептал:       — Это… это всё Терновник. Мы возвращались в лагерь после тренировки, когда услышали крики. Вбежав на поляну, мы увидели… Терновник… он просто рвал Кисточку когтями, а она кричала. К ним… к ним никто не осмеливался подойти… остановить… — Уголёк вздрогнул и отвернулся. — Когда Терновник заметил нас, он отшвырнул Кисточку в сторону и бросился к нам. Но… но вдруг…       — Это была Белоснежка, — продолжила Тростинка, потирая лапой раненый носик. — Она выскочила прямо перед нами и ударила Терновника. Я, я уверена, она не хотела ему вредить, но… Белоснежка попала прямо в шею… — Тростинка замолчала и тихо всхлипнула.       Ежевичка растерянно моргнул и сел рядом с товарищами. Над поляной разносился горестный плач белой воительницы. Коты испуганно перешёптывались, Огнезвёзд собрал вокруг себя старших воинов и о чём-то с ними говорил. Но молодой оруженосец ничего не замечал. Всё казалось неправильным, нереальным! Как так случилось? Почему Терновник напал на Кисточку? Ведь ещё вчера всё было в порядке… Было столько вопросов, но ни одного ответа.       Собрались вместе, оруженосцы прижались друг к другу и молча скорбели. Надвигающаяся ночь обещала быть тяжёлой.       

Акт 1

             Бледное солнце Голых Деревьев уже начинало медленно клониться к горизонту, длинные тени сосен расчертили землю чёрными полосами. Маленький рыжий зверёк сидел возле корней высокой сосны. В лапках он держал шишку и время от времени его чуткий носик вздрагивал, сообщая об окружающих запах. Зверёк был осторожен и внимателен и это часто спасало ему жизнь.       Рядом хрустнула, сломавшись, ветка. Слишком близко! Белка вздрогнула и, бросив недоеденную шишку, побежала к сосне. Молодая кошечка рассерженно зашипела и прыгнула за добычей, но это было бессмысленно. Белка уже скакала по верхним веткам дерева. Рыжинка проводила взглядом удачливую зверушку.       — Ты её упустила, — мяукнул кто-то из-за спины.       Рыжинка вздрогнула и обернулась к тёмно-серому оруженосцу, который тоже проводил взглядом упущенную добычу, зашипела:       — Без тебя прекрасно знаю! А если умеешь только комментировать, то иди от сюда и не распугивай мне дичь.       — Вообще-то ты сама упустила эту белку, — заметил котик, но поймав на себе уничтожительный взгляд Рыжинки, попытался быстро сменить тему. — Эм-м, а-а ты ещё долго будешь охотиться? — сумел выдавить из себя Кедролап.       Рыжинка ещё пару ударов сердца сверила котика взглядом, но потом отвернулась и тихо вздохнула. Она сорвалась. Опять.       — Нет. Я скоро закончу. Не хочу, чтобы в лагере о нас волновались, — кошечка с силой вонзила когти в землю. — Ненавижу это Кровавое племя. Им можно только падаль есть, а не дичь с территории племён.       — Не могу не согласиться, — кивнул Кедролап и хитро улыбнулся. — Слушай, может поймаем что-нибудь и съедим прямо здесь? Думаю, эти блохоголовые не заслуживают вкусной мышки.       Рыжинка хихикнула и боднула Кедролапка в плечо.       — Ладно. Идём, найдём другую белку. От нас двоих ей не уйти.       Тёмно-серый оруженосец заметно приободрился, и они вместе углубились в лес, тщательно прислушиваясь и принюхиваясь в поисках дичи. Рыжинка любила такие мгновения. Когда забываются все страхи и ужасы минувших дней, голод отступает и перед тобой лишь лес. Когда не нужно бояться сболтнуть лишнего, ведь в тени сосен, вдали от лагеря тебя никто не услышит.       Оруженосцам повезло и вскоре они наткнулись на белку. Эта была смелее своей подруги и сидела чуть дальше от ближайшего дерева. Дав знак Кедролапу затаиться и готовиться, Рыжинка проверила направление ветра и начала медленно и осторожно красться вокруг белки. Кошечка осторожно ступала по опавшим сосновым иглам, перенося вес на бёдра, и ей удалось незамеченной добраться до дерева. Серая белочка продолжала беспечно копаться в хвое, что-то выискивая. «Недолго тебе осталось, » — подумала Рыжинка, напрягшись и приготовившись к прыжку.       Вдруг белка подняла головку и замерла, её носик подрагивал. Заметила! Рыжинка быстро напружинила лапы и прыгнула, вытянув вперёд лапы с выпущенными когтями. Но белка в последний момент дёрнулась в сторону и поскакала к соседнему дереву. Она была совсем близко, когда на неё ловко напрыгнул Кедролап и одним быстрым укусом прикончил дичь. Рыжинка тихо заурчал от удовольствия и подбежала к товарищу, обнюхала добычу.       — По-моему, она немного меньше предыдущей, — придирчиво осмотрела белку кошечка и посмотрела на Кедролапа. — Пополам?       Тот кивнул, и они уселись возле добычи. Рыжинка и моргнуть не успела как от белки ничего не осталось. Этого жалкого кусочка дичи не хватило, чтобы утолить чувство голода и заглушить урчащий живот. Рыжинка с тоской вспомнила толстую мышку, которую поймала вчера и которую у неё вырвал какой-то кот из Кровавого племени. Тихонько вздохнув, она поднялась и посмотрела на небо.       — У нас почти не осталось времени, — пробормотала Рыжинка, — пора возвращаться. Встретимся у ежевики.       Оруженосцы кивнули друг другу и разошлись в разные стороны. Рыжинка шла за своим запахом, собирая небогатый сегодняшний улов: маленькая полёвка, две мышки и ящерица. Ей пришлось оббежать пол-территории, чтобы хоть что-то поймать. Лес словно вымер, дичь стала редкостью, а птицы, которых можно было бы поймать, летали среди верхушек сосен и не думали спускаться на землю.       Длинные тени сосен падали на шкуру молодой кошечки, тревога когтями вгрызалась в её грудь и даже сладкий запах дичи не мог рассеять тёмных мыслей. Как-то там Рябинка? Цел ли? Если сегодня всё было хорошо, то, возможно, завтра им удастся нормально поесть.       «Завтра…» — Рыжинка тихо зашипела на себя. Она даже не заметила как мысли о добыче и постоянная тревога заместили собой волнение от предстоящей битвы. Нет, даже не волнение. Ужас! Она не хотела сражаться против племён, против своих соплеменников, против семьи. Но у неё не было выбора! Последние дни она жила в страхе за свою жизнь и жизнь своих товарищей. Пусть Кедролап и Рябинка были старше её, но она чувствовала ответственность за них. Она не могла показать свои страхи перед ними, но каждый раз, возвращаясь в лагерь, сердце кошечки сжималось от тревоги, что она не увидит одного из оруженосцев. Кровавые коты не знали пощады.       Рыжинка встретила Кедролапа возле лагеря у густых ежевичных зарослей. Из пасти котика свисала тощая ворона и маленькая ящерка. Этого было недостаточно и Рыжинка мысленно поблагодарила Кедроцапа за предложение перекусить в лесу. Возможно это будет их последняя дичь за сегодня. Рыжинка кивнула Кедролапу и они вошли в лагерь, прижимаясь к боку друг друга.       Стоило оруженосцем выйти из ежевичного прохода, как в нос им ударил мерзкий запах бродяг. Рыжинку передёрнуло от отвращения, пока она шла к центру поляны. Запах крови, который принесли с собой коты Кровавого племени, впитался в землю лагеря, медленно отравляя всё вокруг. Тощие, взъерошенные бродяги сидели на поляне и о чём-то переговаривались, но их взгляды тут же приковались к пришедшим охотниками.       Оставив в куче всю добычу, кроме маленькой полёвки, Рыжинка развернулась и направилась к палатке оруженосцев. Вдруг путь ей преградил огромный белый кот с пятнистой шерстью и злобно зашипел:       — Куда это ты понесла эту добычу, маленькая дрянь? Вся дичь должна быть отдана нам.       В груди Рыжинки начал медленно подниматься гнев. Как смеет этот кот упрекать её в чём-либо? Она вскинула голову и смело посмотрела в жёлтые глаза бродяги.       — Эта полёвка для Рябинки и если хотите и завтра увидеть добычу в куче, то не будете мешать! — прошипела Рыжинка. В глазах кота вспыхнула ярость, шерсть поднялась дыбом.       — Да как ты смеешь?! Немедленно оставь эту дичь или я тебя на клочки порву! — бродяга шагнул вперёд, нависая над ученицей.       — Нам тоже нужно что-то есть, — она махнула хвостом в сторону палатки, — как мы можем охотиться, если едва лапы таскаем от голода?       Кот зарычал и замахнулся на неё. Рыжинка вздрогнула, когда последние лучи солнца блеснули на удлинённых когтях Кровавого кота. Кошечка напряглась, она была готова увернуться от удара. Но этого не потребовалось.       — Щелчок, оставь в покое эту мелочь, — занесённую лапу бродяги оставил крупный чёрно-белый кот. На его шее болтался ошейник с клыками, а холодный взгляд был прикован к Рыжинке.       — Но она забрала полёвку!       — Этой полёвки даже крысе не хватит, не то что тебе. Пусть едят, — кот мерзко усмехнулся. — Эта дичь лишь распалит их голод и заставит охотиться старательнее.       Рыжинка выдержала взгляд бродяги и прошествовала к палатке. Оттуда за ней с тревогой наблюдали Кедролап и Рябинка. После слов чёрно-белого кота Рыжинка словно впервые увидела своих соседей по палатке. Тощие, со свалявшейся тусклой шерстью, они затравленно осматривали поляну. Оруженосцы не должны так чувствовать себя в своём лагере, никогда. Но это уже давно не был их лагерь.       Рыжинка подошла к палатке оруженосцев и бросила полёвку к лапам Рябинки.       — Ешь.       Тёмно-рыжий котик голодным взглядом посмотрел на принесённую добычу, сглотнул и посмотрел на товарищей.       — А вы? Вы ведь тоже ничего не ели и весь день охотились, а я сидел здесь. Я не могу съесть её в одиночку!       Кедролап наклонился к уху друга и тихо что-то прошептал. Рябинка пару раз моргнул, благодарно кивнул и принялся за полёвку. Наблюдая за тем, как котик с жадностью поедает мелкую полёвка, Рыжинка чувствовала, как что-то в ней трескается. Она не могла смотреть, как её соплеменники голодают среди чужаков, как бывшие воины Теней бродят среди городских бродяг… не могла представить завтрашнюю битву.       Она не будет сражаться вместе с Кровавым племенем.       — Мы больше не можем тут жить, — тихо прошипела Рыжинка. — Нам нужно уходить и чем раньше, тем лучше.       — Ты это к чему? — наклонил голову Кедролап.       — Подумай сам, завтра будет битва. Нам придётся сражаться против друзей и семьи. Ты согласен с этим? Готов пролить кровь соплеменников ради бродяг?       — Нет! — замотал головой Кедролап.       — Это не правильно, — подтвердил Рябинка. — Мы не сможем сражаться за Кровавое племя.       — И это значит… — страшная мысль пришла в голову Рыжинки, кошечка прижала уши к голове, -…значит, что мы для них будем бесполезны.       Молчание, воцарившееся в палатке, было хуже боевых кличей. Трое оруженосцев мрачно переглядывались, никому не нужно было озвучивать мысль, которая была на уме у каждого. У них очень мало времени.       — Мы должны сбежать до того, как в лагерь вернуться другие коты. Так у нас будет больше шансов убежать дальше.        Рыжинка и Рябинка молча кивнули. А что им остаётся?

***

      По лесу прокатился жуткий вой, глаза оруженосцев в панике распахнулись. Бродяги узнали о их побеге!       — Бежим!       Рыжинка со всех лап помчалась в сторону Гремящей Тропы. Кедролап и Рябинка бежали за ней. Лапы оруженосцев стучали по голой земле, коты петляли между деревьев. Они преодолели половину пути, когда Рыжинка с ужасом поняла, что за ними погоня. Яростные крики бродяг становились всё громче и ближе.       — Мы не успеем перейти Тропу! Они нас нагонят!       — Успеем! — Выкрикнул Кедролап и помчался ещё быстрее.       Оруженосцы вместе выскочили на полоску земли перед Гремящей Тропой. Даже не оглянувшись Кедролап ступил на Тропу и побежал.       — Стой! — Рыжинка рванулась за ним, но кто-то схватил её за хвост и с силой отдёрнул назад. В нос ударил едкий смрад Чудищ, земля под лапами задрожала. Пятнистая кошечка в ужасе смотрела, как Кедролап застыл посреди дороге, а на него с рёвом несётся Чудище. Кошечка зажмурилась, но глухой удар и хруст костей был слышен даже сквозь шум. Даже не останавливались над своей жертвой Чудище умчались прочь. Взгляд остановился на маленьком тельце, распростёртом на Гремящей Тропе.       — Надо идти, тут недалеко тоннель под Тропой. Мы сможем перейти.       Рябинка подтолкнул держащую Рыжинку в сторону. Он и сам дрожал, слёзы катились по щекам. Кедролап не должен был так бессмысленно умереть. Они всего лишь хотели убежать из лагеря, вернуться к друзьям и семье.       Яростный вой вернул Рыжинку к реальности. Озлобленные бродяги были совсем близко.       — Мы не успеем добежать! Нам нужно спрятаться!       — Где?! Здесь ничего нет и они сразу найдут нас!       — Мы залезем на деревья! Здесь так воняет, что они не поймут где мы скрылись!       Рябинка растерянно посмотрел на кошечку. В его глазах мелькнула искорка надежды, но потом она погасла и котик сделал шаг назад.       — Прости меня…       Рябинка развернулся и побежал вдоль Тропы. Рыжинка хотела крикнуть, но голос отказал. Кошечка рванулась к ближайшему дереву и с силой вцепилась в кору. Прямые стволы сосен были самой худшей тренировкой для кота, но громкие крики котов заставляли лезть дальше. Рыжинка им последних сил лезла вверх, мышцы горели огнём, но она смогла добраться до нижней областной ветки и судорожно вцепилась в неё. В этот миг прямо под ней пронеслась целая толпа котов. Они лишь на пару мгновений остановились у края Гремящей Тропы, но потом… они заметили Рябинку. Он почти добежал до тоннеля, уходящего под Тропу, но бродяги с яростным воем бросились за ним.       Рыжинка видела ужас в распахнутых глазах оруженосца, как он отчаянно рванулся и юркнул тоннель. Но было поздно. Обезумевшие бродяги вытащили его из спасительного тоннеля и накинулись всей стаей. Они рвали его когтями и зубами, а Рябинка вопил от боли и страха. Рыжинке хотелось оглохнуть и ослепнуть, чтобы никогда не слышать этих душераздирающих воплей, не видеть этой крови и не чуять запаха смерти! Вцепившись когтями в обломок ветки, высоко над землёй сидела маленькая пятнистая кошечка и тихо плакала. Ей больше не для кого было сдерживать эти слёзы и серебристые капельки одна за другой скатывались по её щекам, впитываясь в шёрстку.       Эти смерти были напрасны…       — Их было трое! Где ещё одна дрянь?! — крикнул Щелчок, оглядывая ряды котов.       — Наверное она успела перебраться на другую сторону дороги, — выплюнула какая-то кошка.       — Значит мы найдём её и разорвём в клочья! — завыла другая кошка и многие бродяги подхватили этот вой. Но все.       — Какое вам дело до мелкой ученицы? Завтра мы сможем порвать всех котов, что останутся в лесу, зачем торопится? — это говорил тот самый чёрно-белый кот, который остановил до этого Щелчка.       — А в чём смысл откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня, — прорычал Щелчок. — Мы хотим крови!       Коты снова завыли в поддержку слов пятнистого бродяги. Рыжинка тоже слышала его и с трудом верила своим ушам. Они хотели напасть на племена?! Но там ведь никто не готов! Никто не знает об этом!       Кошечка уже не слышала окончания разговора, внутри медленно поднималась паника. Умрут. Все умрут. Её друзья, соплеменники, семья — все умрут и всё из-за неё. Она подтолкнула котов Кровавого племени к преждевременному нападению. Из-за неё бессмысленно погибли Кедролап и Рябинка. Из-за неё…       Очередной вой пронёсся по лесу, целая толпа бродяг перебежала Гремящую Тропу и скрылись в лесу, небольшая группа оставшихся котов развернулась и пошли в сторону лагеря. Рыжинка немного подождала и начала спускаться. Лапы болели от долгого напряжения, перед глазами всё плыло, но она упорно спускалась дальше. Когда лапы коснулись земли, кошечка слегка пошатнулась и посмотрела на Тропу. Она не могла бросить своих товарищей вот так, на растерзание воронам и крысам.       Собравшись с силами, Рыжинка подошла к Гремящей Тропе. Вокруг было тихо, поэтому кошечка смогла быстро подбежать к телу товарища и за загривок оттащить обратно. Он казался таким лёгким, маленькое изломанное тельце волочилось по земле, глаза, которые совсем недавно блестели жизнью, сейчас были пусты и едкий запах смерти пропитал мёртвое тело оруженосца. Рыжинка уложила его под одинокий маленький одинокий кустик и забросала пожухлой травой. Он не плакала, её слёзы давно кончились.       Рыжинка немного посидела — слишком мало, чтобы это хватило для прощания — и направилась к тоннелю.       Растерзанное тело лежало в луже запёкшейся крови, были вырваны целые куски плоти, а оставшаяся шерсть слиплась и стала красной. Ком подступил к горлу, Рыжинка не могла на это смотреть и отвернулась. Она не могла даже оплакать погибшего друга. Она ничего не могла.       — Прости меня… — это были его последние слова и теперь она тоже их сказала.       Рыжинка бросилась к тоннелю, выскочила с другой стороны и побежала. Она бежала изо всех сил, но знала, что никогда не сможет убежать от своих воспоминаний.       Она никогда не забудет клочок земли и растерзанное тело Рябинки, погибшего по её вине.