Чёрная роза

Техён Время, проведенное здесь, пролетало незаметно, будто кто-то специально вращал быстрее стрелки часов каждый раз, когда я отворачивался. Я едва успевал замечать, как наступал вечер и солнце уже садилось за поместьем Чонов, а на небосвод выходила луна, если только небо не было затянуто огромными зловещими тучами, которые угрожающе нависали над покрытыми лесом холмами. В этот раз дождь пошел раньше, как в первую ночь, проведенную здесь. Я отдал погоде должное — дождь настойчиво лил весь день, весь вечер и с наступлением ночи только усилился. Когда я переоделся ко сну, первые вспышки молнии осветили мою темную комнату. Огромные тени падали на стены, и я наблюдал, почти с благоговением, как молнии врезались в землю. Через несколько секунд раскаты грома разнеслись над долиной. Занавеска, прикрывающая французские двери, немного качалась, когда сильный ветер пробирался через маленькие трещинки в оконной раме. Я забрался в постель, пытаясь прогнать детские страхи, и закутался плотно в одеяло, чтобы согреться. Затем закрыл глаза и ждал, пока не пришел беспокойный сон. Незнакомец в плаще пронесся через лес, глубоко в чащу, где правили бродяги. Такие же бродяги, как и он сам. Он шел очень тихо, его движения были плавными и изящными, как у жаворонка, но по-орлиному бесшумные и быстрые, как у сокола. Он одновременно был похож на них всех и наслаждался этим. Мужчина очень хорошо знал дорогу, поэтому не смотрел под ноги. Вместо этого сосредоточил все свое внимание на здании куда он направлялся. Это было изящное здание, но довольно неприметное, учитывая, что там находилось, — невысокое, полностью по строенное из серого камня, возможно гранита, мужчина не знал наверняка, и ему было все равно. Из открытой двери подул ветер, и незнакомец в плаще, страстно желающий покончить со своим делом, нетерпеливо спускался по ступенькам, перепрыгивая сразу через три. Если бы он был человеком, то, оказавшись внизу, сразу почувствовал бы значительное понижение температуры. Он наклонил голову, но не из уважения, а чтобы не удариться головой о низкий потолок, и быстро пошел по длинному коридору минуя место, где лежали обугленные трупы давно умерших вампиров. Его шаги были единственным звуком в темноте, и даже е нужно было напрячься, чтобы услышать их. Мужчина улыбнулся сам себе. Даже крысы не осмеливались спускаться сюда. Его эго рас пухло при мысли, что только ему хватило мужества исследовать темные глубины этого подземелья. Незнакомец вошел в комнату и осмотрелся, пока его глаза не остановились на молодой омеге, ноги которой были привязаны к каменному трону, охранявшему гробницы. Его голова поникла, щеки были безжизненно бледными, а из огромных ран на шее сочилась кровь. Его одежда была разорвана и почти не прикрывала обнаженное тело — он видел, что его молодая и когда-то гладкая грудь покрыта маленькими царапинами, живот красный и опухший, как будто его несколько раз сильно ударили. Кожа на связанных веревкой руках была содрана до крови, а из сломанной ноги торчала кость. Мужчина посмотрел на омегу с отвращением. Бродяги могли бы принести что-нибудь более аппетитное. Если бы его грудь не поднималась и не опускалась, можно было бы подумать, что он мертв. Он шагнул вперед. Его шаги эхом отдавались в тишине, и, вздрогнув, омега подняла голову, вглядываясь в темноту и пытаясь с средоточиться. — В-вы кто? — прохрипел он. — Кто я, тебя не касается, а вот что я… — поддразнил о крывая рот и демонстрируя два заостренных клыка. Глаза омеги расширились от страха, и он попытался ити назад, но веревки мешали ему. — Пожалуйста… — Как тебя зовут? — перебил ее незнакомец. — Б-богом. Он снова улыбнулся, обнажая блестящие клыки. __ Ну что ж, Богом, у меня есть для тебя предложение. — Он наклонился к ней. — Мы с тобой можем повеселиться немного, и ты станешь таким же, как я, когда я с тобой закончу. Или ты можешь стать моим ужином, и тогда ты умрешь. Выбор за тобой. По щекам омеги потекли слезы. — Просто убейте меня. Пожалуйста, — зарыдал он, по крайней мере он решил, что это рыдания. Хотя было больше похоже на вой собаки. Улыбка сползла с лица незнакомца. У него были другие намерения. Похоть и жажда пульсировали в нем, управляемые мертвым сердцем, и он хотел, чтобы все было так, как хочет он. Мужчина вытер слезы омеги своим большим пальцем, поморщившись, когда заметил на нем грязь. Он погладил его по щеке, нежно проводя большим пальцем по коже, стараясь сохранять спокойствие. — Ты уверен, Богом? Мы могли бы очень весело провести время, — напомнил он, тяжело вздыхая. — Мне очень больно! Просто убейте меня, — всхлипнул он, снова опуская голову. Мужчина знал, что его сознание скоро отключится и он уже не почувствует боли. Он не позволит Богому отделаться так просто. Незнакомец взял его за шею двумя руками и снял с нее веревки. — Тебе повезло, что я очень милосердный вампир. Сказав это, он сломал его хрупкую шею, почти разорвав на две части. Треск эхом отозвался в тишине, и он почувствовал, как он обмяк. Мучимый жаждой, он вцепился в его шею своими клыками и начал пить. Кровь Богома была горькой, и он не мог напиться, но на какое-то время ему хватит. Подняв его истерзанное тело на руки, мужчина вышел на улицу и бросил труп в темном лесу. Маленькая струйка крови потекла по его подбородку. Он вытер ее, улыбаясь сам себе и уже желая еще. Я сидел на кровати и вопил, крик эхом отражался от стен. Холодные капли пота текли по моему лбу, и я дрожал, задыхаясь между криками. — Техён! — Дверь распахнулась, и в комнату влетел испуганный Юнги. — Техён, что с тобой? Он бросился ко мне, вытаскивая меня из-под одеяла, в которое я завернулся, пока спал. Рыдания душили меня, и мне пришлось сделать несколько коротких и неглубоких вдохов, чтобы кивнуть но у меня не получилось. — Что не так? Что случилось? — пытался выяснить он, обнимая меня за плечи. — Я спал… — начал я смущенно, блуждая глазами по комнате в поисках несуществующих ответов. — Тебе приснился плохой сон, Техён? — спросил Юнги глядя на меня своими успокаивающими голубыми глазами. Я кивнул. — Что тебе приснилось? Это был кошмар? — спросил он, пока я продолжал судорожно дышать в неуверенности, рассказывать ему или нет. Он не поймет. Как он сможет понять? Он никогда не спит, ему никогда не снятся сны, тем более кошмары. — Там был альфа. И омега. О-он убил его, — снова зарыдал я. Комок подкатил к горлу, когда я вспомнил, как он умолял о смерти, и меня чуть не стошнило. — Все казалось таким реальным. — Это был просто кошмар, Техён, — твердо сказал Юнги, но неубедительно. — Обязательно скажи мне, если будут еще, хорошо? — Только если ты пообещаешь никому не говорить, что мне снятся кошмары. — Это была странная просьба, но я не хотел, чтобы кто-нибудь знал об этом, особенно Чонгук. — Даю слово, — сказал Юнги, вставая с моей кровати и собираясь уходить. — Теперь ты в порядке? Я улыбнулся и кивнул, и он неохотно ушел. Но я не был в порядке. Когда я закрыл глаза и начал погружаться в сон, страшная мысль промелькнула у меня в голове Если сон был настоящий, тогда этот невинный омега умер на самом деле и теперь в близлежащем лесу в ночной мгле бродит настоящий монстр.