Мир, в котором не стало волшебства

- Просыпаться от громких звуков - удовольствие посредственное и чреватое для здоровья нервной системы, - ворчал Сириус, на ходу приглаживая встрепанные волосы. Едва рассветные сумерки разлились молочной дымкой по притихшему лесу, дверь его комнаты затряслась под настойчивыми ударами кулаков. В полумраке коридора ожидал Рабастан Лестрейндж, злой и широко зевающий. Его вечно изможденное лицо теперь приобрело особенно болезненный вид. Вокруг глаз окрасились благородной синевой складки и припухлости, а нос выглядел бесформенным и непомерно большим. С непередаваемым французским прононсом он односложно сообщил о необходимости немедленно явиться на беседу к Родольфусу по приказу Тёмного Лорда. - Что с тобой произошло? Очередная неудачная попытка добиться расположения моей кузины? - Сириус, искоса поглядывавший на Лестрейнджа всю дорогу, поддался зудящему любопытству у входа в подвал. Юноша полагал, что Родольфус опять попробует вовлечь его в опыты по возрождению волшебства или даст поручение наведаться в город за провиантом. Потому предстоящая беседа занимала его в меньшей степени, чем чей-то точный удар. - Если бы ты относился к идеям господина с большим почтением, был бы в курсе безо всяких вопросов, - Рабастан проигнорировал едкий намёк на затянувшуюся полосу неудач в амурных делах и ускорил шаг. - Непомерная цена для желания справиться о здоровье соседа, - язвительная ухмылка растаяла в одно мгновение, едва Сириус отчетливо услышал знакомый голос. - Эй, непрощенные, а еда пленникам в вашей богадельне полагается? - сквозь прутья решетки взирал исцарапанный и осунувшийся, но не растративший бравады Джеймс Поттер. Поймав на себе оторопелый взгляд приятеля, он выразительно расширил глаза. - Чего встал, Блэк? Давай, шевели ногами, - рявкнул Рабастан. В тот момент меньше всего на свете он желал заботиться о голодающем виновнике не отступающей тупой боли в носу. - Оборотню хотя бы воды предложите. Ему и так непросто после ночи, - не унимался Джеймс, пока гулкие шаги непрощенных бились о стены подвала. - О чём это он? - Сириус поймал Рабастана за локоть и требовательно развернул к себе. Вопросительно изогнул бровь, наблюдая, как конвоир нервно сглатывает и отворачивается. - Если господин сочтёт необходимым, то лично даст тебе все ответы, - монотонно пробубнил Лестрейндж, с остервенением поворачивая ключ в вечно заедающем навесном замке. - Если ты хочешь в уборную, разрешение господина необходимо или допускается принять решение о справлении нужды самостоятельно? - с карикатурным беспокойством уточнил Сириус, наслаждаясь видом разбежавшихся по впалым щекам желваков. - Ты много болтаешь, - совладав с нахлынувшим раздражением, Лестрейндж разжал кулак и тихо выдохнул. Тёмный Лорд ценил мнение Ориона Блэка, и потому его старшему сыну по негласному велению спускали с рук слишком многое. Смерив несносного мальчишку ехидным взглядом, он указал на первую дверь в крыле лабораторий. - Жди здесь. Тебя пригласят. Игнорируя обрушившийся в спину град вопросов, Рабастан поспешно скрылся на лестничной клетке. Сириус позволил себе тяжкий вздох, не то посвящённый фанатичности ушедшего мужчины, не то Поттеру, непостижимым образом оказавшемуся взаперти. При прочих обстоятельствах он бы обрадовался встрече, ведь незаметно для себя успел привязаться к этому пареньку. Но комфортное общение с обменом новостями и шутками предполагало необходимость раздобыть ключи от камеры и незаметно провести Джеймса через целый корпус. Опять. Словно он нанимался в службу спасения патрульных. Когда Сириус мысленно приступил к плану по вызволению Поттера, беседа за плотно притворенной дверью зазвучала громче и агрессивнее. Настороженно прислушавшись, он различил голоса Беллатрикс и младшего брата. Визгливые интонации первой красноречиво свидетельствовали о подступающей истерике. Учащенный тембр второго казался явным признаком страха. - Белла, я понятия не имею, о чем ты говоришь! - гневно и вместе с тем почти жалобно воскликнул Регулус. - Ещё раз повторяю. О чаше я знаю только то, что в детстве рассказывала мама. Тёмный Лорд пытался создать из неё крестраж, но по необъяснимой причине ритуал закончился исчезновением магии. - Лучше скажи правду, малыш, - заворковала женщина и тут же закричала безо всякого перехода, - потому что если мы найдём в твоём плюшевом гиппогрифе осколок, господин не пощадит твоё щупленькое тельце. - Вы ничего не найдёте, ясно? - То есть ты спрятал его где-то в другом месте? - Сириусу потребовалось изрядно напрячь слух, чтобы разобрать жаркий шёпот. - Я ничего не прятал, потому что у меня ничего нет! - Может быть, пара передних зубов, которую не составит труда выдернуть из твоего лживого рта, прибавит нашей беседе ту недостающую крупицу откровенности? - Беллатрикс заливисто расхохоталась, точно предлагала кузену совместно прокатиться на карусели в парке развлечения. Регулус сдавленно вскрикнул. Раздалось чьё-то увещевающее бормотание, почти нежное, но не терпящее возращений. Сириус, не способный оценить по обрывкам разговора, является ли угроза женщины блефом, рывком распахнул дверь. Вальяжно зашёл в полутемную лабораторию, пропахшую едкой травой и потом. Бросил оценивающий взгляд на съёжившегося в медицинском кресле брата. Всмотрелся в раскрасневшееся от напряжения и эмоций лицо кузины, которой что-то торопливо нашептывал на ухо Родольфус. Кивнул привалившемуся к стене Руквуду, и тот равнодушно бросил: - Жди в коридоре, мы сами тебя позовём. - Я ждал, - Сириус широко улыбнулся, небрежно облокотившись на спинку кресла. - Но когда ваше животрепещущее обсуждение стало слишком громким, осознал, что не желаю оставаться в стороне. - И что это значит? - Руквуд нахмурился, с подозрением разглядывая Блэка. - Это значит, что я был бы крайне огорчён, узнав, что моя дражайшая кузина Беллатрикс разочаровала или даже, не приведи Мерлин, разозлила Тёмного Лорда, - вкрадчиво заговорил Сириус, поглядывая из-под густых ресниц на женщину. Та грубо оттолкнула замолчавшего жениха и вплотную приблизилась к юноше, подцепив кончиком пальца его подбородок. - Что ты пытаешься сказать, звездочка? - мамино ласковое прозвище из детства зазвучало в ее устах пошло и издевательски. - Я пытаюсь сказать, дорогая, что наш маленький Регулус - любимчик господина. Как бы тебе ни хотелось тешить себя мыслью, что ты - его единственная фаворитка. Если бы то дерьмо, что по какой-то причине для вас очень важно, действительно хранилось у моего братишки, Тёмный Лорд непременно был бы осведомлён, - тут Сириус умышленно покривил душой, принижая значимость объекта поисков. Осознавая к собственному ужасу, что приспешники Реддла откуда-то узнали про осколок и рано или поздно приступят к допросу Андромеды. - Потому, Белла, не боишься ли ты навлечь на себя гнев своего кумира, требуя заведомо ложное признание столь примитивными магловскими методами? - Твой кузен прав, любовь моя, - нежность в голосе Родольфуса поразительно контрастировала с тем, как сильно впились его пальцы в хрупкие плечи невесты. С тем, как рывком он привлёк ее к себе, грубо удерживая за запястье от попытки вновь ринуться вперёд. Дополнить хлесткий ответ звонкой оплеухой. - Когда все случилось, Регулус был совсем малышом. Да и сейчас он демонстрирует достойную уважения преданность господину. - Впрочем, если твоё желание причинить ему боль обусловлено ревностью... - протянул Сириус, позволив себе лишь тихую усмешку. - Как ты смеешь? - уязвлённое шипение Беллатрикс дало ему основания полагать, что предположение попало точно в цель, и теперь всю нерастраченную агрессию кузина обратит на него. - Ты можешь идти, Регулус, - Родольфус примирительно улыбнулся младшему Блэку, и тот, бросив на незадачливых дознавателей презрительный взгляд, скрылся за дверью. - Присаживайся, кузен, - Беллатрикс указала на освободившееся кресло с приторной вежливостью. Ее ярость схлынула столь же быстро, сколь и поднялась буйной волной в мятежной душе. - Ты так пылко защищал младшего брата, так трогательно доказывал его непричастность. Может быть, осколок у тебя? - Осколок чего? - Сириус - мастер лжи и притворства. Он знает, как заставить девушку поверить в то, что она и впрямь особенная. Умеет демонстрировать уважение тем, кого считает ничтожеством. Понимает, как незаметно перевести тему. Практически манипулирует сознаниями тех, кто податлив и не слишком умён. Потому его брови насмешливо взлетают изящной дугой под пышную чёлку. Потому его голос звучит недоуменно и равнодушно. - Это ты мне скажи, - Беллатрикс с любовью ведёт кончиками пальцев по изогнутым на концах щипцам, пока закативший глаза Родольфус отступает к Руквуду и переговаривается с ним о чем-то почти неслышно. - Вы разбудили меня до рассвета, чтобы поиграть в шарады? - злость даже изображать практически не приходится. Взгляд становится колючим, а интонации закаляются звонкой сталью. - Темному Лорду стало известно, что кто-то из нас скрывает от него осколок чаши Хельги Хаффлпафф, - Беллатрикс цепко следит за ним. Ждёт, когда вздуется нервно венка на шее. Метнутся тревожно зрачки. Но Сириус твёрдо смотрит перед собой, ощущая лишь, как ускоряется предательски сердцебиение. - Любопытно, - он чуть нахмурился, точно кузина сообщила нечто весьма неожиданное. - Осколок как-то связан с оборотнем, которого вы держите в подвале? - Откуда ты знаешь? - Родольфус не выглядит удивленным. Он просто измотанный, невыспавшийся человек, который утратил тотальный контроль над ситуацией. - Кто-то из пленников бормотал про оборотня, пока Рабастан вёл меня сюда, - теперь разыгрывать безразличие Блэку не с руки. Он активно демонстрирует интерес, потому что нет здесь непрощенного, который не цеплялся бы отчаянно за любые крупицы информации о волшебстве. - Пленники безумны, - мягко откликнулся Лестрейндж. - А ты? - Сириус дерзко вскинул голову. - Это же ты утверждал, что повстречал в лесу оборотня? - Сейчас мы говорим не обо мне, - может быть, Беллатрикс и поддаётся провокациям. Распаляется, теряет контроль, превращается в беспощадную богиню смерти. Но Родольфус воспитывал в себе выдержку с малолетства, и теперь его холодный рассудок - мощное оружие и лучшая броня. - Так что? Тебе есть, что нам рассказать? - старшая из сестёр Блэк присаживается подле него на подлокотник. Обивает плечи ледяными руками. Вдыхает исходящий от волос запах речного ила и брезгливо морщит нос. - Нет, - Сириус смотрит в глаза Лестрейнджу. Беллатрикс может издеваться над своей жертвой бесконечно, но ее жених из тех, кто ценит время. И ему не прочитать по бесстрастному лицу, что все эти годы осколок хранила у себя скромница Андромеда. Что в старинном пабе похожая на городскую сумасшедшую прорицательница сулила Реддлу смерть от руки еще не родившегося человека. Что теперь мощный артефакт надежно спрятан в доме патрульной. Невыносимой, заносчивой, узколобой патрульной, чьи бегущие по чувствительным позвонкам пальчики не так-то просто выбросить из головы. Родольфусу не догадаться, что Сириус и сам мечтает выяснить об осколках побольше, но регулярные хождения с Джеймсом в «Дырявый котёл» не приносят результатов. Воспоминания дедов и собранная по клочьям страниц библиотека непрощенных не выходят за рамки известной с детства были. Расследование стоит на месте дольше месяца, и дефицит информации сводит с ума. Лестрейндж видит лишь недоумение и любопытство. - Ты часто бываешь в городе, - говорит он обманчиво доброжелательно, без тени осуждения. - Может быть, что-то показалось тебе подозрительным? Например, вещица на чёрном рынке? Или случайно подслушанный разговор? - О чем, например? - Сириус едва заметно напрягается, ощущая, как крошечный пласт чего-то важного готов поддаться ему. Сорваться с чьих-то губ. Приоткрыть пошире завесу тайны. - Например, о других осколках, - огрызается уставший молчать и взмокший от духоты Руквуд. - О тех, что у маглов или старейшин. Ты же не гнушаешься трахать городское отребье. Может в перерывах что-то заметил или услышал? - Часть осколков у маглов и старейшин? - Сириус пытается подняться с кресла, но железную хватку Беллатрикс не так-то просто сбросить. - Заткнись, кретин, - взбешённо шипит она, игнорируя тот факт, что Руквуд годится ей в отцы и пользуется среди прочих непрощенных изрядным уважением. - Он все равно узнает, - мужчина пожимает плечами, проигнорировав хамство. - В этих стенах тайное становится явным омерзительно быстро. - Откуда вы узнали про другие осколки? - в глазах Руквуда Сириус Блэк - просто мальчишка. Нахальный и любопытный, но не представляющий угрозы. Потому его попытки разговаривать на равных, вскидывать требовательно идеально очерченную бровь можно игнорировать. - Можешь идти, Сириус. Если ты нас обманул, последствия для тебя будут самые плачевные, - в усталой дежурной фразе Родольфуса нет угрозы. Если бы Рабастан обнаружил в его комнате что-то важное, давно примчался бы. Да и сложно поверить, что этот начисто лишенный амбиций и тяги к знаниям повеса всерьёз может скрывать что-то вроде могущественного артефакта или действительно значимой информации. Давно бы выдал себя или проболтался очередной пассии. Замешкавшись на долю секунды, Сириус соскользнул с кресла и, оставив издевательский поцелуй на щеке кузины, покинул лабораторию. Коридор мерил шагами ожидавший своей очереди ещё сонный и очень взбудораженный Альфред Гринграсс, получивший клеймо лишь за то, что отец его когда-то по несчастливой случайности оказался в плохое время в плохом месте. - О чем они хотят поговорить? - он робко преградил дорогу Блэку, с которым в целом всегда неплохо ладил, но ответа получить не успел, потому что Родольфус уже окликнул его по имени, поторапливая зайти внутрь. Ободряюще хлопнув приятеля по плечу, Сириус направился к лестнице, где столкнулся лоб в лоб с младшим братом. Хотя разница в возрасте мальчиков Блэк составляла всего год, сходство в них ограничивалось лишь понятием красоты, но не чертами. Будь волосы Регулуса светлее на несколько тонов, стал бы идеальным кандидатом на роль Маленького Принца Экзюпери. Пухлые, вечно будто бы поджатые в обиде губы. Распахнутый, чуть наивный для девятнадцатилетнего паренька взгляд. Аккуратные, точно накрученные маменькой на папильотки, мягкие локоны. - Спасибо, что заступился, - серьезно взглянув на брата, Регулус задумчиво пожевал губы и строго добавил. - Но больше не вмешивайся. Я и сам могу постоять за себя. - Несомненно, - Сириус не смог сдержать покровительственной улыбки. - Я серьезно, - глаза юноши вдруг показались непривычно темными и исполненными мрачной решимости. - Занимайся своими привычными делами и не лезь, куда не просят. - Боишься, что Реддл станет реже приглашать тебя на приватные беседы, узнав, что ты не презираешь брата, не разделяющего страсти по чистоте крови? - Сириус поморщился, ощущая, как грудь сдавливает тягостная тоска по тем временам, когда Регулус таскался за ним верной собачонкой, умоляя поиграть вместе. Когда Регулус ещё не был зациклен на идеях Темного Лорда. - Да, - согласно кивнул тот, даже не пытаясь кривить душой или скрашивать грубую правду нелепыми оправданиями. Какое-то время Блэки сверлили друг друга напряженными взглядами, а после, не проронив больше ни слова, разошлись в разные стороны. Гулко звучали по увитым трещинами ступеням шаги Регулуса. Мягко ступал по подвальному полу Сириус, решивший, что для одного дня потрясений с него более, чем достаточно. Остановившись у двери, за которой Джеймс уже не первый час пытался принять относительно удобное положение, непрощенный прильнул к решетке и едва слышно зашептал: - Поттер, я попробую вытащить тебя ближе к ночи, хорошо? - Не только меня, - с громким кряхтением Джеймс поднялся на затёкшие под пеньковыми веревками ноги и прыгнул ближе к выходу, с трудом удержав равновесие. Его обычно встрепанные волосы облепили голову сырыми сосульками, а неизменные очки лишились одного из стёкол. Различив клацание замка в противоположном конце коридора, Сириус торопливо продолжил путь, терзаясь догадками, кого вздумал спасать неугомонный патрульный на этот раз. Кивнул прошедшим навстречу Рабастану и мистеру Бэрку, тяжело опиравшемуся на кривоватую трость. Степенно прошествовал мимо и, едва добравшись до очередной лестницы, опрометью кинулся наверх. Промчался по безлюдному коридору, различая мимоходом чей-то рычащий храп. Достигнув нужной комнаты, он толкнул на удачу дверь, но та оказалась предсказуемо заперта. Стараясь не создавать лишнего шума, Сириус постучал по иссохшему дереву кончиками пальцев. Прислушался к скрипу кровати и шороху легких шагов. Едва заспанная Андромеда в ниспадающем до самого пола клетчатом халате вопросительно и недовольно уставилась на кузена, тот прижал к ее губам ладонь и толкнул вглубь комнаты. Такой же аскетичной и серой, как у него самого. - Реддл откуда-то узнал про осколок и дал своим ищейкам задание выяснить, у кого он, - выпалил юноша, оставив манеры с праздным пожеланием доброго утра до лучших времён. - Нас с Регулусом уже допросили. За тобой могут прийти в любой момент. - Так, - Андромеда нервно схватилась за собственную косу, петли которой ослабли за ночь и приобрели богемную небрежность. Принялась отчаянно теребить атласный лоскуток ткани, что служил подобием заколки. - Так-так-так. Как они допрашивают? Считают пульс? Заставляют принять что-то дурманящее? - Пока нет, - Сириус опустил взмокшие ладони на плечи кузины и ласково заглянул в глаза. Если он, будучи на взводе, сможет успокоить ее - чудеса и впрямь существуют. - Не бойся. Пока они полагаются лишь на свои инстинкты. - А вдруг они поймут, что я вру? - Андромеда мелко задрожала и, импульсивно подавшись вперёд, спрятала пылающее лицо на учащенно вздымавшейся груди Блэка. Словно это вовсе и не она старше на долгих шесть лет. - Мерлин, что они со мной сделают, если узнают? - Они ничего не узнают, - бережно приподняв в ладонях ее бескровное лицо, он пригладил к вискам вьющиеся пряди и уверенно заговорил, - слушай, я достану для тебя ту настойку, что принимает мама от бессонницы. Она снимет беспокойство, и на допросе ты будешь выглядеть холодно и отстранённо. Как всегда. Никто ничего не заподозрит. - Они опросят всех, ничего не узнают, и начнут по новой, - нет, Андромеда Блэк не причитала и не пыталась нагнетать обстановку. Сведя к переносице тонкие брови, молодая женщина рассуждала о своём скором будущем с присущей ей сдержанностью и рационализмом. - Второй круг уж точно будет жёстче. Как быть тогда? - Энди, ты же ее сестра. Она не причинит тебе боли. Да и потом, кто всерьёз заподозрит в хранении осколка тебя? - А кого бы заподозрил ты, Сириус? - она хмыкнула, наконец, отстраняясь. Поспешно стянула с крючка чопорное платье невнятного цвета и, велев кузену отвернуться, спешно скинула халат. - Тех, кто трясётся от звуков собственного имени или его последователей? И те, и другие слишком боятся, чтобы хранить подобное втайне от господина. - Например, Бэрк. Одному Мерлину известно, сколько вещиц он успел затащить в свой магазин в промежутке между исчезновением магии и ссылкой сюда. Или Каркаров. Отец рассказывал, как в день казни он голосил, точно взбесившаяся мандрагора, что на него наложили Империус, - Сириус принялся загибать пальцы на левой руке, но Андромеда, коротко хихикнув, прервала его. - Я поняла твою логику. И все же... - Слушай, я никому подобного ещё не говорил, но я люблю тебя, - Сириус без спроса шагнул к кузине, что выворачивала руки в попытке застегнуть крошечную пуговку позади шеи. Аккуратно вдел ее в неприметную петлю и продолжил, - потому я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Если только они попытаются причинить тебе боль, мы сбежим отсюда и начнём новую жизнь. Тихо рассмеявшись, Андромеда щелкнула по носу отважного заступника, который пока даже не подозревал о том, насколько пророческими окажутся его слова. Допрос Андромеды Беллатрикс и впрямь свела к дежурному сценарию, удовлетворившись лишь холодным «не понимаю, о чем ты». Эта страстная вспыльчивая женщина была невероятно умна и проницательна, но, как и все люди, имела свои слабости, к которым относилось неукоснительное доверие к ближайшим членам семьи. Да, ее не устраивало и порой отчаянно раздражало безучастное скучное поведение средней сестры. Но, глядя в ее вишневые глаза, накручивая на палец тугой локон, чуть более светлый, чем ее собственный, Беллатрикс Блэк видела отражение себя, и потому не допускала даже мысли о вероломном предательстве крови. Убедившись, что на какое-то время любимая кузина в безопасности, Сириус перешёл к следующему делу из своего короткого, но оттого не менее внушительного списка. Он устроился в кресле каминного зала, что заменил непрощенным привычные британские салоны, где самопровозглашенная элита имела обыкновение обмениваться свежими сплетнями и заводить полезные знакомства. Помешивая в чашке отвратительно заваренный чай, юноша хмуро разглядывал ближайших соратников Реддла. Вот Эйвери и Розье тянут из мутных бокалов что-то пьянящее, склонившись голова к голове. Долохов раздосадованно ударяет ладонью по шатающемуся столу, проиграв партию в бридж. Трэверс углубился в чтение потрепанного фолианта и не обращает внимания на кокетливые улыбки Кэрроу. Люциус Малфой манерно придерживает за локоть Нарциссу, что-то нашёптывая ей. Задача Сириусу предстояла непростая. Если ключи от общих помещений, включая подвал, ему доверяли, то доступ к камерам открывался лишь тем, кто занимался экспериментами по возрождению магии. Попросить нужную связку, не вызвав подозрений, представлялось заведомо невыполнимой миссией. Много месяцев назад его причастность к побегу МакКиннон не стала достоянием широкой общественности лишь по причине малодушного страха Мальсибера. Молодой человек слишком боялся признаться старшим товарищам в том, что лично оставил Блэка наедине с пленницей, не удосужившись запереть дверь. Потому и предпочёл объяснить исчезновение пронырливостью и сноровкой патрульной. Теперь Сириусу не следовало полагаться на чьё-то пренебрежение обязанностями. Ему надлежало разработать ход настолько тонкий и хитрый, чтобы ни одна живая душа не заподозрила, что старший сын Ориона вздумал выступить против самого Темного Лорда. Сириус постукивал пальцами по подбородку в ожидании поистине гениальной идеи. Стрелки механических часов неумолимо бежали вперёд, приближая полночь. Убывающая Луна заглядывала в полу-тёмный зал сквозь бреши в изъеденных молью занавесках. Треск дров в камине все явственнее слышался за увядающими шепотками сонных непрощенных. - Мне пора, - Люциус прижался губами к виску Нарциссы. Позволил себе задержать прикосновение к нежной коже на лишнюю секунду и грациозно поднялся с затянутой гобеленовым чехлом кушетки. - Будь осторожен, обещаешь? - она поймала его руку и встревоженно заглянула в глаза. - Ну, конечно, радость моя, - взгляд - нежный и исполненный гордости, возникший однажды на его лице и теперь даруемый лишь ей одной - скользнул по миниатюрной, точно детской фигурке. - Я обниму тебя ещё до рассвета. Заберу одну вещицу, и сразу домой. - Я буду ждать, - покорно улыбнувшись, Нарцисса спрятала ладони в складках юбки. - Захвати это в спальню, - он опустил связку ключей подле неё, прежде чем накинуть на плечи старомодный сюртук. Кивнув через всю комнату отцу, прошагал мимо затаившего дыхание Сириуса и скрылся за тяжелыми дверями. - Цисси, в подвале и впрямь держат оборотня? - дородная дочь Ноттов с жадным любопытством уставилась на подругу. - Я слышала, Руди и Люциус притащили его из города, - брюнетка, чьё имя Сириус вечно забывал, перешла на заговорщический шёпот. - Нам никогда ничего не рассказывают, - поджала губы третья сплетница, протягивая Нарциссе костлявое запястье. - Наверняка, тебя-то Малфой в неведении не держит. - Ты хотя бы намекни, - Нотт сложила руки в умоляющем жесте. - Мы никому тебя не выдадим, - девушки принялись упрашивать наперебой, успевая попутно пожаловаться на своих женихов, подосадовать на погоду и осыпать комплиментами. Растерявшись от столь рьяного напора, Нарцисса нервно огляделась и прошептала: - Ну, хорошо, только не здесь. - Ты лучшая! - восторженно воскликнула брюнетка. - Ну, скорее же, - Нотт подхватила ее под локоть и чуть ли не силой увлекла за собой в одним девочкам известные комнаты для обмена секретами. Сириус зачарованно смотрел на забытую кузиной связку ключей, пока говорливая процессия шествовала по залу, то и дело хихикая. Отставив в сторону недопитый чай, юноша сладко потянулся. Убедившись в том, что никто из засидевшихся допоздна знакомых не интересуется его персоной, направился к кушетке. Неспешно нагнувшись, подхватил увесистую вещицу и, спрятав ту за пазуху кардигана, вышел в коридор. Всю дорогу до подвала Сириус бежал. Он не имел ни малейшего понятия, как скоро Нарцисса вспомнит о своей потере, и потому отчаянно спешил. Приговаривая себе под нос проклятия в адрес длинных переходов и тугих замков, он преодолел последнюю решетчатую дверь. Прислушавшись, вычленяя среди звуков безумия возможные шаги других непрощенных, бросился к камере Джеймса. Позвав того громким шепотом, дрожащими от напряжения руками принялся подбирать нужный ключ. Когда заедающий механизм щелкнул и заскрипели несмазанные петли, Сириус отер со лба крупные капли пота. Опустившись на колени перед забывшимся тревожной дремой Поттером, вспорол карманным ножом жесткие петли верёвок. - Что-то ты долго, - ухмыльнулся патрульный, разминая онемевшие руки и ноги. Тело казалось ватным и непослушным, но забрезжившая на горизонте свобода придавала сил нестись прочь во весь опор. - Если что-то не устраивает, могу снова запереть тебя, - хмыкнул Сириус, подталкивая приятеля в коридор. - Шевелись, давай. Мне ещё ключи возвращать. - Мы должны выпустить еще кое-кого, - Джеймс двинулся в строго противоположном направлении от крыла, через которое пролегал путь к комнате Блэка. Он заглядывал в камеры через прутья решёток, не будучи уверенным, где именно держат Римуса. - Кого же? - недовольно протянул Сириус. - Только не говори, что твоя хмурая подружка тоже здесь. - Помощник бармена из Дырявого Котла приглянулся местным, как и я, - обнаружив, наконец, сжавшегося на полу паренька, патрульный махнул Сириусу, призывая открыть еще одну дверь. - И не просто так. Сам не понимаю, как такое возможно, но он обратился в это полнолуние. С воем, когтями и прочими прелестями ликантропии. Покосившись на Поттера, Блэк разумно решил оставить разговоры на потом. Подобрав с четвёртой попытки нужный ключ, он осторожно толкнул носком ботинка обмякшее тело. Римус слабо застонал, но веки не разомкнул. Лишь поджал ноги ближе к животу и продолжил спать. Ошмётки проволоки и верёвок хаотично валялись вокруг него, наглядно свидетельствуя о мощи волчьего торса. Желтоватую кожу испещряли ссадины и царапины, а дыхание казалось хриплым и рваным, точно легкие поразила неведомая болезнь. - Римус, очнись, - Джеймс несильно похлопал юношу по щекам. Встряхнул за безвольные плечи. Больно ущипнул за ухо, и тот, наконец, открыл глаза. Уставился непонимающе на склонившихся над ним парней. Нахмурился, попытался что-то сказать, но лишенное воды горло пересохло, и неоформленный вопрос прозвучал невнятным сипением. - Пора идти, - Сириус решительно дернул Римуса за руку, помогая подняться. - Все хорошо, приятель. Скоро мы с тобой будем дома, - прошептал Джеймс, перехватив настороженный взгляд Люпина. - Ты сможешь проползти по дереву ярдов пятнадцать до земли? - Блэк с сомнением посмотрел на вялого юношу, лицо которого сменяло теперь поочередно все землистые оттенки. Но тот, собрав волю в кулак, утвердительно кивнул и шутливо напряг незаметные под бесформенным джемпером мышцы плеча. Поколебавшись немного, Сириус принял решение вернуть ключи в каминный зал позже. Дождаться, пока непрощенные улягутся в свои постели. Спуститься по тихой темной лестнице на цокольный этаж, вдыхая стылый воздух пустоты и уныния. Вздрогнуть, приняв нелепую тень за человека. Зашвырнуть связку под кушетку. Пусть думают, что хотят. Принцессу Цисси в освобождении пленников уж точно не обвинят, а допросы и так того и гляди станут здесь обыденным делом. Успешно миновав несколько пролетов, ребята крадучись двинулись по коридору к комнате Сириуса. Мысленно он уже поздравлял себя с очередной удавшейся шалостью, когда из-за угла раздался жалобный голос Нарциссы: - Я отошла всего на минуту, а когда вернулась, их уже не было. - Ты должна быть собраннее, - жестко и раздраженно пеняла сестре Беллатрикс. - Среди нас завёлся предатель, и такая халатность может стать причиной... - Любовь моя, думаю, Нарцисса уже осознала свою ошибку и очень сожалеет, - осторожно перебил ее Родольфус. - Уверен мы найдём их на полу... - Быстрее, - произнёс Сириус одними губами и лихорадочно сунул ключ в замочную скважину. Но нескольких злополучных секунд оказалось недостаточно. Возможно, виной всему стало то мгновение, что потребовалось дочке Ноттов, чтобы расправить шуршащее платье. Или слабая интуиция Сириуса, что не позволила подобрать нужный ключ с первого раза. Или время, что Джеймс потратил на приток крови к связанным долгие сутки конечностям. Значения первопричина уже не имела, потому что показавшаяся из-за угла Беллатрикс округлила глаза и завизжала оглушительно громко: «Предатель!». Этаж наполнился шорохом быстрых шагов. Заскрипели чужие двери, обнажая настороженные лица непрощенных, что успели уже провалиться в сон. Лестрейндж кинулся к беглецам, вытянув вперёд руки. Точно желал поймать мальчишек за шкирки, как шкодливых котят. Но те, подгоняемые побледневшим Блэком, успели ворваться в комнату. Щелкнула хлипкая, но такая спасительная задвижка. На дверь обрушились сокрушительные удары кулаков, зацикливая бесконечный день единым раздражающим действом. Сириус схватил с крючка куртку, подаренную Марлин холодным зимним днём. Метнулся к окну. Привычным жестом вытащил спиленные прутья решетки. Изменяя извечной осторожности, швырнул их на дощатый пол, не заботясь более о тишине и сохранении своей маленькой тайны. Сдвинул шпингалеты и распахнул настежь высокое окно. Бросил через плечо короткий взгляд на крошечную комнату, что так и не стала ему родной. Перебрал молниеносно в уме свой скудный скарб, осознавая, что не желает уносить с собой ничего из этого быта. Оттолкнулся ногами от узкого подоконника и повис на толстой ветке, что скреблась в ветреную погоду по стеклу. Быстро перебирая руками добрался до широкого, будто взращённого специально для беглецов ствола. Спрыгнул на землю, ощутив, как гудят от легкого столкновения мозолистые пятки. Когда Римус и Джеймс присоединились к нему на палой листве, похороненной в далеком ноябре под толщей снега, хлипкая дверь, что долгие годы оберегала приватность своего хозяина, сдалась под чужим натиском. Вылетев из проёма, рухнула с грохотом на пыльный пол, впуская чужаков. Высунувшись из окна, Беллатрикс закричала: - За ним, живо! Но ребята, конечно же, не дожидались, пока Родольфус и Эйвери заберутся на ветку. Пока непрощенные, поднятые по команде фаворитки Темного Лорда, толкаясь и отпихивая друг друга, выбегут через парадные выходы на улицу. Пока погоня обретёт поистине королевский размах. Джеймс, Сириус и Римус, не оборачиваясь, бежали по ночному лесу. Прыгали через испещрившие валежник, растопившие надоедливую ледяную корку ручьи. Жмурились, не тратя времени на отведение в сторону хлестких веток. Смеялись хрипло и заливисто, точно гонка их была всего лишь детской забавой. Поглядывали искоса друг на друга, примеряясь к зародившейся в сыром подвале нерушимой связи. Когда прогремел выстрел, Сириус зацепился ногой за неприметную в темноте корягу и неповоротливо рухнул на живот. Поскальзываясь на сыром мхе, скатился на дно неглубокого оврага. Голоса непрощенных зазвучали громче. Он уже мог различить, как Родольфус приказывает зычно и уверенно другим непрощенным разойтись вширь, чтобы прочесать каждый дюйм притихшего леса. Как кричит Беллатрикс что-то об осквернении крови. Как мечется пламя дюжины факелов меж рослых деревьев. - Да вставай же ты, - чья-то сильная ладонь сжала его воротник и с силой дернула вверх. Джеймс и Римус, верно решив, что Блэк получил несовместимую с ходьбой травму, закинули его руки себе на плечи и потащили за собой. - Я их вижу! - прорычал Мальсибер, и в этот самый момент непрощенных накрыла ослепительная синяя волна света.