Я здесь

Хитоши шумно и жадно дышит, лёжа на прогревшейся от солнца земли. Небо сегодня чистое, нет ни облачка, и ветер чуть дует, не позволяя остыть разгоряченному телу. Воздух слишком сухой, настолько, что его не хватает и выровнять дыхание не получается. Шинсо жмурится, прикрывает лицо рукой, пряча глаза от ярких лучей солнца, которые слепили глаза. Спортивная форма неприятно липла к вспотевшему телу, а мышцы отзывались ноющей болью. Сколько раз он уже упал? Сколько раз его сбили с ног? Наверное много, он потерял счёт после пятнадцатого падения. — Шинсо, ты в порядке? — обеспокоено спрашивает Кендо, сегодня она досталась ему в напарники для отработки атак в спарринге. — В порядке, — хрипит альфа, в горле сухо, глоток воды сейчас бы не помешал. — Может всё же будешь использовать причуду, так ведь будет честно? — Ицука уже спрашивала об этом, но стоит попробовать ещё раз. — Или может мне не стоит использовать причуду, мы можем отрабатывать приёмы в рукопашном бою, что скажешь? — Нет, — Хитоши с усилием приподнимается, присаживаясь на землю. Тыльной стороной ладони он стирает размазанную на впалых щеках грязь и с каким-то хмурым прищуром смотрит на Кендо. — И даже не вздумай жалеть меня или сдерживаться. От этого взгляда Кендо на миг напрягается всем телом. Альфа непреклонен, его глаза полны решимости и уверенности, Шинсо будто менялся? Нет, альфа и раньше усердно тренировался, но сейчас весь измотанный, в грязи и царапинах, он продолжал стоять на своём. Этот спарринг изначально был нечестным. Шинсо отказался от использования причуды, он пользовался лишь своей физической силой и новым оружием отца, бинты из особой прочной ткани, с которыми полностью совладать у него не получалось. Кендо не раз предлагала изменить условия спарринга, придумать альтернативный вариант их тренировки, но альфа наотрез отказывался от подобного. Сейчас повторялось тоже самое. Да и если бы Кендо хотела смягчить атаки, теперь она не может позволить себе этого, как она это сделает, когда напротив неё горят глаза полные решимости? В такие моменты Ицука не может не гордится своими одноклассниками, их успех — это её гордость и её радость. Она не может отказать Шинсо. — Хорошо, как скажешь, — выдыхает она с лёгкой улыбкой и протягивает руку, предлагая помощь, чтобы подняться с земли. — Продолжим? — Да, — Хитоши тянет руку Кендо, но его ладонь в одно мгновение перехватывает кто-то другой и резко дёргает, поднимая на ноги. В какой-то момент Шинсо даже показалось, что сейчас он снова приземлится на пятую точку. — Я смотрю вы тут мило беседуете, — натянуто улыбается Монома, с силой сжимая плечи Хитоши, будто пытается придержать его, чтобы тот не полетел обратно. Вот только Шинсо по хватке ощущает, что придерживает его Монома вовсе не из-за этого. — Что ты тут делаешь? — неодобрительно смотрит на него Ицука. Было бы неплохо, если Нейто дал бы хоть один повод гордиться им, но пока он делает всё наоборот. — Тебе разве не с кем отрабатывать свои атаки? Под недовольный взгляд своей омеги Монома ослабляет хватку, будто невзначай смахивает пылинки с плеч своего друга и прокашливается. — Почему же не с кем? — снова мирно улыбается Нейто, глядя на Кендо. — Просто подумал, может нам стоит сменить пары? Например, ты и я будем вместе, а Шинсо… — Нет, — отрезает Ицука. — Что? Почему? — непонимающе гундосит Нейто, словно маленький. Шинсо мнёт плечи, глядя на начинающиеся словесные разборки Кендо и Мономы. У Нейто достаточно крепкая хватка. Посмотрев на них со стороны даже в голову не придет что они встречаются, пусть и недолго. Их отношения напоминают связь матери и ребёнка: мама вечно ворчит на своё дитя, стараясь привить только лучшие качества. Конечно под всем этим кроется забота и любовь, но в их случае это выглядит в большей степени забавно. Хитоши даже тихо усмехается от таких выводов, чтобы его не заметили ненароком. На мгновение голову Шинсо посещает странная мысль: «Интересно, а как со стороны выглядим мы с Мидорией?» Альфа хмурится и встряхивает головой, глупая мысль, сейчас они с Изуку друзья, не больше. Навряд ли они смотрятся как парочка. Но ведь Хитоши нравился Мидория, теперь он точно это понимал, правда в тему отношений он не углублялся и толком ничего не знал. Из всех своих дум альфа успел сделать один очевидный вывод: «Отношения-сложная штука» — На сегодня тренировка окончена, — громко объявляет учитель и их классный руководитель Секиджиро, — можете идти переодеваться. Благо раздевалки в академии оснащены душевыми, поэтому Шинсо удаётся принять прохладный душ, смыть грязь и немного снять напряжение в теле. В самой раздевалке как обычно стоял шум, голоса сливались в неразборчивый гул парней. Все ребята делились на небольшие компашки с общими интересами, ничего удивительного, ведь такие компании можно встретить в любой школе. Вот например Йосецу Авасе и Косей Цубураба, с виду серьёзные альфы, но на самом деле те ещё идиоты. Любят подурачиться. Даже сейчас не могут успокоиться, бегают с голыми задницами по раздевалке и размахивают полотенцами в разные стороны, пытаясь задеть друг друга. В этой компании самообладание удавалось сохранять только Каибаре, этот парень всегда сдержан и серьёзен. Он и сейчас не обращает внимание на дурачество этих двоих. Как вообще Каибара поладил с ними? Хитоши не понимал, так же как и большинство его одноклассников. Но несмотря на такие разные небольшие группы людей они всегда оставался дружелюбным по отношению друг к другу. — Отлично потренировались! — улыбается ТецуТецу приближающемуся Шинсо. — Не то слово, — устало выдыхает Хитоши. Его тренировки начались на следующий день после разговора с отцом. Теперь альфа ежедневно занимается не только в академии, но и дома в специально оборудованном додзё с Айзавой. Отец учит его обходится без причуды, полагаться только на собственные силы, он даже доверил Хитоши свои бинты. Правда научиться обращаться с ними не так просто, как кажется. Каждая тренировка давала о себе знать, непрекращающаяся мышечная боль, которая мучала при любом действии, даже при обычной ходьбе. Всё это продолжалось примерно неделю и за это время Шинсо не мог не заметить, что его отец ещё более суров, чем Сэкиджиро Кан. — Да, особенно Шинсо, — посмеиваясь встревает Монома. — Он замотал себя своими же бинтами, как мумия, это нужно было видеть. — Злишься из-за Кендо? — спрашивает Хитоши. — С чего ты взял? — насупился Нейто, взъерошивая полотенцем влажные волосы. — Ты всю тренировку наблюдал за нами, — делает замечание Шинсо, — иногда от твоего взгляда становилось не по себе. — Теперь понятно чем Монома занимался всё это время, — смеётся ТецуТецу, — ревновал. — Не правда! — возмущается альфа. — Я не ревновал! — Ревновал, — кивнув, соглашается Хитоши. — А вот и нет! — теперь возмущения Нейто обращены к Шинсо. — А вот и да! — смеясь передразнивает его ТецуТецу. — Да ну вас, — после недолгих споров наконец сдаётся Монома. Переодевшись, они втроём выплетаются из раздевалки, обсуждая мелочи и забавные моменты дня. Сегодня никаких занятий больше нет, поэтому они не спеша расходились по домам. Первый с ними попрощался ТецуТецу, а пути Шинсо и Нейто немного пересекались, поэтому сейчас они молча брели по дороге. — Всё ещё злишься из-за Кендо? — Хитоши кидает взгляд на своего друга. Молчание не беспокоило, но в присутствии этого альфы как минимум было непривычным. — Нет, дело не в этом, — задумывается Нейто. — Хотя, может быть вы правы и я действительно слишком сильно переживаю за неё. — Ты хотел сказать ревнуешь? — поправляет Шинсо. — Ладно, хорошо, я ревную. Сегодня ревновал и ревную всегда, — закатывает глаза Монома, понимая что нет смысла отрицать очевидные вещи. — Когда я вижу, как в сторону Кендо бросают неоднозначные взгляды, это раздражает до зуда в клыках. Неужели ты не понимаешь это чувство? Ты никогда никого не ревновал? — Не припомню такого. А ведь действительно, испытывал ли Шинсо когда-нибудь такое чувство как ревность? Терзающие сомнения и переживания из-за верности дорогого человека? Нет, альфа не мог вспомнить подобного. Да и ревновать было некого, правда сейчас появился один омега… — Монома, мне нужна твоя помощь, — лицо альфы принимает серьёзный вид. -Ого, редко от тебя можно услышать просьбу о помощи, — удивляется Нейто. — Я весь во внимании. — Расскажи мне больше об отношениях, — Хитоши старается сохранять невозмутимый вид, но чуть порозовевшие щёки выдают его, всё же просить о подобном очень неловко. Нейто вскидывает брови от удивления и какое-то время молча смотрит на Шинсо, словно ему послышалось или вообще померещился его друг. Альфа промаргивается и с прищуром смотрит на Хитоши. Это точно Шинсо? Его не подменили? Переварив услышанное Монома не может сдержать смеха. Он никогда бы не подумал что подобный вопрос ему задаст Хитоши. — Я сказал что-то смешное? — спрашивает Шинсо. — Нет, просто никогда бы не подумал, что ты спросишь о чём-то таком, — Нейто всеми силами пытается успокоиться и перестать смеяться. — И кто же тебя настолько сильно заинтересовал, что ты даже задумался об отношениях? Стой, не говори, это же тот милый веснушчатый мальчик, Мидория, да? Шинсо ничего не отвечает, лишь отводит взгляд в сторону, поджимая губы. Альфа ещё ни с кем не говорил об этом и чувствовал себя крайне неловко. А Мономе всё понятно без слов и он с трудом сдерживает очередной смешок, Нейто изначально знал что между ними что-то есть. — Ладно, я попробую помочь, — с энтузиазмом заговорил Монома. Всю оставшуюся дорогу альфа с воодушевлением раздавал Хитоши советы, все возможные наставления и делился своим опытом. На самом деле у Нейто не такой уж богатый опыт и он вовсе не профи в любовных делах, но явно разбирался лучше Шинсо. В этом деле Хитоши не мог похвастаться ни опытом, ни знаниями. После нравоучительной беседы с Мономой альфа по привычке направляется на встречу с Мидорией, который уже ждал Шинсо на их месте, они договорились что это будет тот же самый парк. Омега задумчиво смотрит в телефон, облокотившими на массивный ствол дерева, и не сразу замечает подходящего к нему Хитоши. Но как только Изуку видит альфу, то сразу машет ему рукой и тепло улыбается. Улыбается без веских на то причин. Эта нежная улыбка, которая теперь намного чаще появляется на веснушчатом лице, греет душу и Хитоши перестаёт замечать как сам каждый раз улыбается в ответ этому омеге.