Недопонимание

В выходные забиваю на работу, жру таблетки, сплю, дрочу в душе, нахожу номерок одного интересного агентства, где можно заказать любую проститутку, даже альфу. Но понимаю, что почти ничего из этого не поможет. Ночью снится странный сон. Вскакиваю с постели в три часа, испуганный, сердце бьется быстро-быстро, спина вся вспотела, но на руках мурашки и все волоски стоят дыбом. Еще страшнее становится, когда понимаю, что глаза на мокром месте. Сатана сидит рядом, на второй половине широкой кровати, и смотрит на меня желтыми глазами, отражающими лунный свет из окна. — Караулишь, друг? — спрашиваю у него, почесывая за ушком. Сатане это не очень нравится, он отворачивается и убегает. Успокоиться помогает только третья сигарета, мой любимый запах пряной вишни и табака, свежий ночной воздух, высота тридцатого этажа и замерший город под моим балконом. Был бы я романтичной девчонкой, уже бы десять раз обкончался от вида. Но когда окурок улетает вниз, все еще продолжаю стоять на холодном балконе и смотреть вперед, на этот огромный чертовый город, вниз, на маленькие черные точечки припаркованных машин и аккуратные елочки. Когда-нибудь я совсем слечу с катушек, перелезу через ограждение и сигану вниз. До самого утра не сплю, даже умудряюсь немного поработать и составить пару рекламных макетов, но когда на улице полностью светает, подпитанное кофеином и табаком тело не выдерживает, и я снова засыпаю. Ненадолго. Снова вскакиваю от странного чувства неконтролируемого страха, снова долго торчу на балконе, пытаясь отдышаться. Потом собираются тучи, падает давление и идет дождь, а у меня начинает ныть чертова кость в ноге, но хотя бы эта привычная боль заглушает чешущий зуд в моем животе. В понедельник, когда впервые за прошедшие дни встречаюсь с Морисом, он долго на меня смотрит и цыкает. — Хреново выглядишь. — Говорит он, попивая минералку из бутылочки. От него слабо пахнет сладенькими духами, явно не его запах. — Поебаться надо? — сразу угадывает он. — Завались. — Скидываю ему на стол рекламные макеты пены для бритья, прокладок и дешевого пива. — Я поеду договариваться по поводу съемок, потом вряд ли вернусь сюда. А это пусть ребята посмотрят и доработают. Впарим заказчику как охуенную идею. — Гарри займется. — Обещает Морис. Возвращаюсь в свой кабинет. Не такой большой, как у Мориса, конечно. Но меня устраивает. Главное, что я здесь один и могу запереться ото всех, когда этого захочу. Ребята у нас иногда чересчур деятельные и общительные — команду Морис подбирал под стать себе. К обеду уже договариваюсь о встрече. Закидываю в себя очередную порцию таблеток, покупаю латте внизу и еду смотреть сценарии рекламных роликов. Тачки Мориса на парковки я тоже не нахожу. У него сейчас трудный период с аудитом и налоговиками, в офисе его почти не застать. Сегодня мне намного лучше, чем было в выходные. Гормоны вернулись в норму, стояк и смазка исчезли, да и мозги прочистились. Даже дерьмовые пугающие сны перестали сниться. Вот только мне все равно стремно от всего этого. Странная реакция на альфу, очень странная. Я в курсе, еще со школьного возраста, что на разных альф омега реагирует по-разному. И я это знаю, я это чувствую всегда на себе. Но не в этот чертов раз. Мне нужно во всем разобраться. Но даже не у кого спросить. И это бесит. С работой заканчиваю поздно, покупаю вишневое пиво, консервы для Сатаны и возвращаюсь домой уже под самую ночь. Сатана встречает меня ласково, трется об ноги, а потом запрыгивает на стойку и тянется мокрым носом к моему лицу. Позволяет почесать за ухом. Открываю ему консерву, — самый дорогой паштет, который я сумел найти в круглосуточном супермаркете — ставлю перед собой и тут же вскрываю упаковку с пивом. — Приятного аппетита. — Говорю ему. Уже на этой неделе мы проведем съемку в «Вавилоне», возможно в пятницу или на выходных. Поговорю с Амандой по душам, узнаю все про этого альфу. Если мое тело хочет его, то пусть получит и уже успокоится. Вот только сначала нужно проверить его медицинскую карточку.

***

— Ты же тоже это чувствуешь? — спрашиваю у него, снова прикуривая. Сегодня уже половину пачки прокурил. Аманда все прекрасно поняла, сказала, что знала, что я омега, что сама догадалась, почему мне стало плохо, что даже уже поговорила с этим рабочим и сегодня он не появится в торговом зале. Потрясающая женщина. На столе передо мной лежит лист его анкеты. Тут есть и медицинские данные, здоров, «венеру» я от него не подцеплю. Вот только остальное удручает. Очень сильно удручает. В другой ситуации, мы бы с ним и в одном кабинете не оказались. — Вы — омега. — Говорит этот альфа. — Спасибо, что заметил. Вообще он не плох. Мелковат для альфы, те почти всегда больше обычного мужика, да и качаться любят, но не мельче меня. Молод, младше меня на год, с немного странной и непонятной внешностью. Он стоит в паре метров от меня, засунув руки в карманы комбинезона, смотрит в сторону и дышит через раз. Ну да, меня-то хоть табачный дым пока спасает. Пока. — Я очень сильно на тебя реагирую, знаешь, почему так? — Нет. — Отвечает он. Стоит как школьник перед директором, смотрит мимо и все ему похер. Аж бесит. — Вот и я не знаю. Но не хочу морить себя голодом, если ты понимаешь, о чем я? — он понимает, потому что все-таки переводит взгляд на меня. Он испуган. О, Боже, я такой страшный? — Только не говори, что я совращаю девственника? — пытаюсь пошутить. Он и не говорит. Молчит и пахнет. Вот и все. Сигарета у меня заканчивается, а кровь из-за запаха альфы начинает бежать быстрее по моим венам и артериям. Смотрю на часы — съемки уже должны были начаться. Откидываюсь на мягкую спинку стула, закидываю ноги на стол. Эй, чувак, посмотри, какие они охуенные в этих пидорских узких джинсах. — Я настолько непривлекателен? — пытаюсь дать ему еще один шанс. — Вообще-то даже не думал, что ты откажешь. Я-то и сам не в восторге от этой охуенной ситуации. Думал, ты должен понимать, что выбора-то… — Я уже встречал это раньше. — Прерывает он мои откровения ледяным голосом. — Что? — Нам просто не нужно больше пересекаться. — Альфа, наконец-то, смотрит на меня и не отводит взгляд. — Все быстро наладится. Он не хочет меня? Да и мне тоже не нужен такой отброс, и я бы на него и внимания никогда не обратил, но он-то из-за чего носом крутит? Что, много омег за ним бегает? Да и запах этот, сносящий крышу. Намного легче, чем в первый раз, но все же… — А в прошлый раз? — спрашиваю у него. — Что было в прошлый раз? Альфа долго мнется, сверкает глазами, и даже запах у него меняется, приобретая горькие нотки. Да он перепуган до чертиков! — Я все честно скажу, хорошо? — начинает он мять булки. Я же убираю ноги со стола, видно же что никому они здесь не нравятся. — Говори. — Разрешаю ему. — Вы попадали в аварию лет семь назад? — Было такое. — Ну… Я там был. — Выдавливает он. — Через месяц все пройдет, обещаю, что мы больше не встретимся, так что все будет нормально. И он разворачивается и уходит. Вот так просто и быстро. Стучу пальчиком по листику досье этого альфы, вдыхаю остатки запаха и пялюсь в закрытую дверь. Семь лет назад в аварии? Я, конечно, нихрена не помню, так как все веселье пропустил, пока валялся в отключке. Матиас Ланг — написано в его досье. Я не тупой и долго гадать мне не надо. Аманда сказала, что он на условке. Вот и понятно из-за чего. Эта тварь убила моего Мика. Нет, милый, не надейся, мы еще точно увидимся.