Код безумия

      1. Уникальный специалист       Двое мужчин в классических чёрных костюмах шли по коридорам секретной базы «Сектора 7» под плотиной Гувера.       — Вы уверены, что ваша специалистка достаточно компетентна? Задача стоит… нетривиальная, — нервный мужчина неопределённого возраста оглянулся на идущую за ними девушку. Высокая, сутулая, с длинными чёрными волосами, неряшливыми прядями рассыпавшимися по белой ветровке, она действительно не производила впечатления.       — Мисс Даниэль Алан уникальный специалист, агент Симмонс, — с нажимом ответил второй, с седеющими висками, грузной фигурой и выправкой бывшего военного. Представители разных секретных подразделений традиционно недолюбливали друга, и сейчас оба были недовольны, один тем, что пришлось просить помощи, другой тем, что пришлось её предоставить. И оба просчитывали, как извлечь максимум выгоды из этого вынужденного союза.       В кармане у первого зазвонил телефон. Он вытащил его, пожал плечами, глядя на мгновенно погасший экран, спрятал обратно.       Телефон зазвонил снова. И ещё раз.       — Дани? — второй оглянулся на девушку, следовавшую за ними с выражением глубокого равнодушия на лице.       — Демонстрация, — лаконично отозвалась она. Телефон зазвонил в четвёртый раз.       — Дани!       — Хорошо, больше не буду, — покладисто согласилась она. Впрочем, её внимание уже привлекло что-то другое, она насторожилась, прислушиваясь и принюхиваясь к чему-то, как охотничья собака, почуявшая дичь.       — Что это за спектакль? — нахмурился агент Симмонс.       — Вы потребовали лучшего специалиста по работе с защищёнными носителями информации. С таким носителем информации, к которому невозможно подключиться стандартными способами. Мисс Алан показала вам пример нестандартного подключения, — невозможно было понять, недоволен он действиями своей подчинённой или незаметно одобряет.       — То, что вы сейчас увидите, строго засекречено… — Симмонс предпочёл не раздувать конфликт.       — Я тоже, — прервала его Дани. — Ближе к делу.       Её начальник едва заметно нарушил ритм шагов. Шесть лет назад он сам участвовал в поимке и мотивации к работе одного юного дарования, курировал её работу в «Секторе 9» и знал — такую резкость в адрес старшего по званию она позволяет себе, только в исключительных случаях.       Агент Симмонс в характерном для него дёрганном стиле рассказывал историю обнаружения капитаном Уитвики инопланетянина небиологического происхождения. Дани честно пыталась его слушать, зная, как важна любая информация, но её уже отвлекала близость того, что ждало их впереди. Незнакомый несуществующий запах тревожил ноздри, покалывало кончики пальцев, под опущенными на миг веками вспыхивали символы неизвестного языка. Знакомое с детства шестое чувство, не имея собственных органов восприятия, проявляло себя в остальных пяти. В три года она уже знала, хотя и не могла объяснить, что сломалось в машине опекунов. В десять усилием мысли вызывала мелкие сбои в телефонах обидчиков. В четырнадцать обходилась без клавиатуры и мыши — достаточно было касаться системного блока, всё остальное делали мысль и воля. Только что непосредственный начальник заслуженно назвал её уникальным специалистом. Но сейчас она чуяла нечто абсолютно новое.       Стены расступились, выпуская троих на галерею, идущую по периметру большого зала. Внизу, приковывая внимание вошедших, покоился покрытый тонкой коркой льда гигантский робот. Дани резко выдохнула, шагнула вперёд и застыла, вцепившись в перила, окончательно теряя привычную маску равнодушия. Для детального изучения требовался физический контакт, но сейчас её и так накрыло лавиной ощущений, от паники до эйфории.       Робот был великолепным. Совершенным. Чудовищным. Механизмом и, одновременно, живым разумным существом. Вызывал острое чувство сострадания, тут же сменявшееся невыносимым страхом. Она не могла отвести взгляда от чёрной брони, плавных хищных очертаний, громадных когтей на руках. Прекрасный, грозный. Беспомощный…       — Дани?       — Да, сэр. — она с трудом разжала стиснутые на перилах пальцы. — Это, несомненно, механизм. Живой, разумный механизм. Я не знаю аналогов в реальности. Если только в каком-нибудь аниме. Она снова посмотрела на робота, и её передёрнуло.       — Уничтожьте.       — Объяснись?       — Он… злобный, — она выглядела одновременно сосредоточенной и растерянной. — Я никогда такого не чувствовала, так не бывает, не может быть эмоционального отклика от компьютера или микроволновки, а от него есть. Он жуткий. А здесь его семьдесят лет держат в плену, живьём разбирают на запчасти, — она мрачно покосилась на агента Симмонса. — Если очнётся, будет мстить. Кто угодно стал бы, но этот, — Дани снова поёжилась, почти с мольбой посмотрела на обоих агентов. — на нас не остановится. Плотина, город близко… Давайте выковыряем из него процессор, и я сниму с него всю необходимую вам информацию? Должно получиться, технология чуждая, но отторжения я не чую.       — Исключено! — возмутился Симмонс. — Это единственный в своём роде экземпляр, мы не можем его лишиться из-за ваших страхов. Не беспокойтесь, заморозка удерживает его больше ста лет. С чего бы ему вырваться именно сейчас?       — Если неприятность может случиться, она случается.       — Дани, отставить панику. Спустись вниз, посмотри поближе, пощупай, как ты любишь, — не дал завязаться спору старший. — Потом будем обсуждать.       — Да, сэр, — она охотно сбежала вниз по ступенькам. На её внутренних весах привычка подчиняться приказам легла на одну чашу с любопытством, временно перевешивая страх.       — Как вы это терпите? — поморщился Симмонс, наблюдая, как черноволосая девушка в белой ветровке обходит тело робота, касаясь его кончиками пальцев левой руки. На миг прислоняется к броне на плече лбом и обеими ладонями, отшатывается, снова идёт по кругу.       — Гражданское лицо, — пожал плечами второй. — Технический специалист. Высокий уровень лояльности. Отвага и тупая исполнительность не являются необходимыми качеством для её работы.       Она вернулась, медленно поднялась по ступенькам, хмуря лоб, дыша на озябшие руки.       — Что скажешь?       — Чините.       — Дани?       — Он живой, — неохотно объяснила она. — И ему больно, даже сейчас. Не спрашивайте, как может быть больно машине, и откуда я это знаю. Не знаю. Но я специалист по информационным технологиям, а не вивисектор. И я хочу жить. Желательно, не в психушке. Столько энергии… Не хочу проверять, спалит ли мне мозги откатом, если он умрёт во время подключения.       — Допустим, агент Симмонс выполнит твою просьбу. Твоё мнение о выполнимости задачи?       — Выполнима, — она в задумчивости накручивала на палец растрёпанную чёрную прядь. — Процессор мне откликнулся. Язык программирования неизвестный, точнее, это вообще не программы в нашем понимании, больше неопределённости. Вероятно, особенность живого существа, мне не с чем сравнивать. Но законы физики во всей галактике должны быть одни, можно расколоть. Но уровень сложности и объём памяти у него… колоссальные. Месяцы работы. Даже годы.       — Технологии достаточно изучены, мы можем вернуть все изъятые блоки, — заторопился Симмонс, мгновенно сообразив, что коллега-соперник сделает всё, чтобы не отдавать ценного — уникального! — сотрудника на столь долгий срок.       — Ваш объект, мой сотрудник. Полученная информация будет в равной мере доступна обоим секторам.       — Принято, — неохотно согласился Симмонс.       Дани снова прислонилась к перилам, рассматривая чёрного робота. Любопытно, страшно, жалко. Очень страшно.       Осталось совсем немного времени до встречи Сэма Уитвики и автобота Бамблби.