Я не монстр..

       Утром, как и говорил Союз, пришли двое санитаров. Немец, как только услышал звук открывающейся двери, открыл глаза и принял сидячее положение. Мужчины с опаской вошли в палату и поставили поднос с едой на стул, который стоял недалеко от двери. На подносе была тарелка с омлетом, кусочками колбасы и маленький кубик масла, рядом лежал ломтик белого хлеба, вилка и стакан с какао. Немец с недоверием посмотрел на еду, а после и на санитаров. Они были похожи внешне, возможно, что они братья. Оба брюнеты, у обоих карие глаза, даже форма лица была похожа. Они наблюдали за действиями немца, ведь им было известно, кто он такой. —Доброе утро. На завтрак вам дано 20 минут, затем вас заберут на процедуры. Чтобы их назначить, вас отведут к глав. врачу. Пожалуйста, ведите себя спокойно. — сказал один из санитаров. После что-то шепнул своему коллеге и они оба вышли, заперев немца. Рейх не спеша встал с кровати и подошёл к стулу с едой. Что-то ему не нравилось всё это. Слишком хорошая еда. В предыдущей поликлинике его кормили практически, как животное. Недовареная каша с какими-то странными примесями и всё. Ничего больше ему не давали. Увидев нормальную еду, тот насторожился. Но живот заурчал, напоминая о себе. Взяв поднос, тот быстро перебрался на кровать. Посидев ещё минуту, тот наконец взял вилкой кусочек омлета и положил его в рот. Приятный вкус сразу ощутился на языке. Закрыв глаза, немец принялся сразу же его смаковать, медленно жуя. Впервые за несколько лет он ел не помои. Но так как он был голодный, следущие кусочки он съел быстро. Обратной стороной вилки равномерно намазал масло на ломтик белого хлеба. Сейчас немец был относительно счастлив. Это трудно понять. Но.. Просто представьте, что вы половину своей жизни не ели ничего сладкого, а только пресную кашу и пили лишь ужасную воду, от которой пахло канализацией. Не самое приятное, согласитесь. Наконец он приступил к самой лучшей части этого завтрака - какао. Немец какими-то детскими глазами смотрел на напиток. Словно на новую игрушку. Быстро выпив какао, тот отложил поднос с посудой на пол, а сам лёг на кровать с довольным выражением лица. Так он провалялся оставшееся время. Затем в его дверь постучали и послышался звук открывающегося замка. Рейх тут же сел на край кровати, внимательно смотря на дверь. В его палату вошёл один из тех санитаров и низенький мужчина с забавными усиками и растрёпанными волосами. Он был похож на Энштейна, только вид не такой взбудораженный, а более спокойный и строгий. Глянув на немца, тот что-то отметил в своём журнале, а после тихо произнёс. —Пройдёмте за мной. Старенький доктор вышел из палаты и побрёл по коридору. Немец нерешительно вышел следом. Но тут на его плечо легла чужая рука, от чего немец сразу среагировал и ударил санитара коленом в область солнечного сплетения. Мужчина отошёл, чуть согнувшись и тихо матерясь. —Не трогай меня своими грязными руками. Прорычал немец и продолжил идти за доктором, который смотря за этим, лишь хмыкнул и снова записал что-то в журнал.       Вскоре они зашли в небольшой светлый кабинет. В нем было большое количество растений, раставленных на любом свободном месте, стеллаж с документами на разных пациентов, офисный стол возле окна, обычный стул, потертый и выцветший от времени, небольшой диванчик, который стоял недалеко от стола, он тоже был немного покоцанный, но всё такой же уютный и мягкий. На столе стоял относительно новый компьютер и куча всякой мелочи, на подобие листов бумаги, ручек и непонятно для чего лежащих скрепок. В кабинете было свежо и уютно. Даже был еле уловимый запах чая. Видимо врач завтракал тут. Доктор неспешно сел за стол, положив журнал наблюдений рядом с остальными бумагами, карандаш, которым он писал, заложил за ухо. Немец, всё также недоверчиво смотря на того, уселся на диван, начиная осматривать комнату. Бедный сенитар, косясь на немца, остался стоять у двери, скрестив руки на груди. —Кхем. И так, меня зовут Александр Иванович. Меня вы будете видеть редко, но прошу запомнить моё имя. Я хотел бы узнать, какие процедуры вы хотели бы посещать, а также кружки по интересам. Немец удивлённо смотрел на того. Ведь.. Единствеными процедурами для него были ужасные пытки.. От которых он и зверел. —Я.. Я и не знаю даже —Я перечислю вам все процедуры, которые вам могут помочь, а вы сами выберите понравившиеся. Ариец кратко кивнул, скрестив пальцы рук в замок. Врач открыл папку, что лежала рядом и начал перечислять. —Ароматерапия, плаванье в бассейне, музыкотерапия, массаж. Из кружков у нас есть рисование, лепка, пение. —Ну.., пожалуй ароматерапия. —И всё? А массаж? —Не хочу. Резко и как-то грубо ответил немец, а его взгляд сразу озлобился. —Что ж, арома, так арома. Может тогда ещё музыкотерапия? —Gut. Доктор быстренько записал немца, а после глянул на санитара. —Дмитрий, отведи его в 409 кабинет. Мужчина кивнул и лениво открыл дверь, он вышел из кабинета и стал ждать немца снаружи. Рейх неохотно встал с удобного диванчика, направляясь следом за мужчиной.       Шли они по главному коридору. Просторное помещение с длинным и мягким ковром по середине, по которому было приятно идти босыми ногами, бархатные шторы на каждом окне, между окнами висели разные картины, на которых был небольшой слой пыли. Смех, разговоры, иногда даже крики, всё это было слышно во время ходьбы по коридору. Хоть это и было обычным делом для такого заведения, но было как-то уютнее. Не такая мрачная атмосфера, нежели раньше.. Немца привели в нужный кабинет. Он выглядел так же, как и у глав. врача, но была ещё одна дверь сбоку и несколько пронумерованых песочных часов на столе. За самим столом сидела молоденькая девушка в очках. Она была светло-русая с серыми глазами, еле заметные веснушки были на её щеках, волосы аккуратно собраны в пучок. На ней, как и на остальном персонале, был белый халат. —Катюха, есть свободная кабинка для этого? —Дима, о новых посетителях нужно сообщать заранее. Его Иваныч записал? —Записал. Буквально пару минут назад. —Хм.. Хорошо. Заведи его в шестнадцатую кабинку. —Его одного нужно. Это тот новенький. Тут врачиха немного занервничала и посмотрела на немца, который всё это время косился на Дмитрия. —Ты оставишь его на меня? —А вас что-то не устраивает? Рыкнул немец, переведя свой ледяной взгляд на девушку. От чего та немного напряглась и начала обеспокоенно отводить взгляд. Хоть она и работала в подобном месте, но Екатерина была очень пуглива. —Дим, в восьмой тогда. Сказала та и перевернула песочные часы, показывая, что время пошло. Санитар прошёл в просторную комнатку, в которой находились кабинки на разное количество мест. Внутри кабинок были мягкие мешки-кресла для каждого пациента. Немца завели в нужную кабинку, закрыв дверь. По среди основной комнаты стоял спецальный аппарат, который и распространял нужный запах. Сегодня это был фруктовый чай. Такой сладкий, нежный вкус, совсем отличается от запаха плесени и сырости, а то и чьей-то рвоты и мочи.. Через минуту к немцу вновь пришла та медсестричка и принесла плеер с наушниками. Так сказать, решила соеденить две терапии в одну. Немного боязно протянув это арийцу, та внимательно следила за ним. —И чего же ты меня так боишься? —Я вас не боюсь. Вздохнув, немец взял своё занятие на пару часов и удобнее уселся в кресле. Катя же быстро закрыла кабинку и вернулась на своё место. Наци минут пять пытался разобраться, как вообще эту штуку включать, но быстро смекнул и, вставив наушники в уши, подключил их к плееру и нажал на спецальную кнопочку. В ушах плавно начала играть класическая музыка времен царских балов и банкетов.       Время тянулось долго, да и самому немцу не хотелось, чтобы это заканчивалось. Уж больно спокойно сейчас ему было. Весь негатив будто растворился в этом прекрасном аромате фруктов. Он полулёжа расположился на диванчике, смотря с приоткрытыми глазами на картинку собаки, что висела на противоположной стене. Этот милый пёсик был породы лабрадор, маленький щеночек с красным мячиком. Он так и просил "брось мне мячик". Но всё хорошее рано или поздно заканчивается. Дверь в кабинку немца открылась, а за ней стоял уже санитар. Увидев его, Рейху ничего не оставалось, кроме как оставить это райское местечко и вернуться в свою палату, хотя и там было вполне уютно. Когда прошёл обед. Немец сытый лежал на кровати. Ему здесь с каждым часом нравилось всё больше. Больница теперь не была для него тем адом, что был в предыдущей. Время обеда подошло к концу и в комнату немца пришёл Дмитрий. А пришёл он за посудой. Немец спокойно наблюдал за мужчиной, с неким недоверием в глазах. Дима забрал поднос и тихо что-то шикнув, покинул палату немца, оставляя того в одиночестве. Хотя долго ему побыть не дали. Вскоре после ухода санитара, дверной замок вскоре зашумел, а на пороге показалась знакомая высокая фигура Союза.