Живи

      Лязгнула зубами-замками дверь камеры, выпуская свою жертву. Поттер невольно обвёл фигуру девушки взглядом, выискивая следы нездоровья и готовый тут же поставить на уши дежурного колдомедика. Она провела здесь неделю – весьма насыщенную.       - Привет, Гарри, - Гермиона смотрела почти так же, как с колдографии, разве что синяки под глазами и опущенные уголки губ выдавали, что их хозяйке несладко приходится.       - Привет, - мужчина чуть сжал её ледяные руки в своих. А ведь здесь было не холодно. – Как ты?       - Ну, - Грейнджер сделала шаг назад и неловко убрала руки в карманы мантии, присела на краешек скамьи, стоявшей у стены. – Ты ведь уже знаешь, что случилось. Это… ужасно и странно. И… Я ничего не помню, - в карих глазах промелькнул страх, голос сорвался на шёпот. – Веритасерум, омут, легилименция, гипноз – в моей голове просто ничего нет, ни одной мысли. Как будто я зашла в тот зал, и отключилась.       - Это не ты, - твёрдо произнёс Гарри, присел перед ней, поймав взгляд подруги. Он ни на толику не сомневался в своих словах. – Ты не виновата в том, что там произошло. А если тебе будут навязывать обратное – отправляй к дементорам. Есть варианты, кто мог это сделать?       Девушка покачала головой, хоть уже и без прежней апатии.       - Спасибо за доверие. Я не мешок с галеонами, чтобы всем нравиться, да и в работе были щекотливые моменты но… Пожиратели, их родственники – стиль больно похож. Только в пострадавших – Нотт и ещё кое-кто. Стал бы мститель жертвовать чудом оставшимися в живых наследниками древних родов?       Гарри припомнил список пострадавших, а заодно и о шоколадке, которую захватил с собой и которую не посмел конфисковать волшебник на входе – приносить что-либо на встречу с заключёнными, вообще-то, запрещалось. Лакомство было тут же вручено Гермионе.       - Ладно, это ещё обдумаем. Сначала вытащим тебя отсюда, - он окинул взглядом унылое помещение.       - Я, конечно, надеюсь на скорый исход дела, - по мере того, как Гермиона продолжила говорить, её голос креп. – И знаешь, Гарри, тебе не стоит вмешиваться в это всё. Я очень тебе благодарна, но если… всё кончится плохо, можешь пострадать ты. С моей стороны было очень эгоистично позволить тебе…       Поттер по-доброму усмехнулся, давая понять, что аргумент не засчитан.       - Можешь не позволять, я сам себе разрешу.       - Но Гарри! – в её голосе послышалось отчаяние. Кажется, девушку сейчас больше волновала судьба старого друга, будто это с ним произошло странное происшествие.       - Ты бы отошла в сторону, если бы на твоём месте был я? – прямо спросил Поттер.       - Разумеется, нет! – вскинулась Гермиона. – Но… Ох. Будь осторожнее.       ***       Когда Гарри сообщили, что время встречи истекло и пришлось уходить, он спросил у следившего за порядком волшебника, кто посещал Грейнджер. Ответ неприятно удивил: похоже, кроме инспектора, экспертов и адвоката её общество интересным не показалось никому.        Ещё надоедливой занозой зудела мысль, что Рон так и не ответил на его письмо. Впрочем, как и на прошлое, и позапрошлое, отправленные больше из вежливости, чем от желания пообщаться.       Гарри попытался связаться с ним через зачарованное зеркало - они в последнее время стали распространены и популярны - и это удалось далеко не с первого раза.        Уизли выслушал его, как-то между делом посочувствовал Грейнджер и спросил, чего от него хочет Гарри.        Тот даже немного оторопел от вопроса.       - Да что угодно, что может помочь Гермионе. Ты что, не понимаешь? Её просто выставляют виноватой... как Сириуса в своё время.       - Ну дыма без огня не бывает, - со значением произнес Рон. - Да она сама...       - Сам-то в это веришь? - оборвал его Гарри.       На том конце связи засопели.       - Какая разница? - в голосе собеседника послышались сварливые нотки. - Когда я говорил, что она свихнётся на своей работе,   Гермиона только фыркала! В итоге, мы разъехались. Чего теперь от меня хотите? Я  на сборах, устаю тут, как Мерлин знает кто...       - Нашу подругу могут приговорить к пожизненному в Азкабане.        - Просто так туда не попадают, сам знаешь.       Зеркало в руке Гарри стала опасно потрескивать, не выдерживая накала эмоций, и мужчина предельно аккуратно положил его на стол перед собой стеклом вниз.       Глубоко вздохнул и потёр лоб по старой привычке. Что ж, он и впрямь не особо-то рассчитывал, что школьный друг сделает  нечто решившее бы проблему, но спокойно уложить в голове услышанное было сложно.       ***       Гарри был… хотелось бы сказать «прежним», в какой-то мере он и остался верен себе, но несколько лет в мракоборческом центре наложили неуловимый отпечаток.       В чём именно это проявилось – в линии ли губ, ставшей более жёсткой, во взгляде, полном колдовской зелени, или в самой манере передвигаться, скупой, но вместе с тем плавной – сложно было сказать.       Но лёгкое отчуждение, какое бывает во время встречи после долгой разлуки, растаяло быстро.       Гермиона отправила последнюю, горьковато-сладкую дольку шоколадки в рот и смяла бумажную упаковку. Не феликс фелицис, но уверенности у девушки прибавилось. Или не в шоколаде дело?       Как бы то ни было, сейчас она могла только довериться судьбе и ждать хоть чего-нибудь.       Грохот дверного замка известил о посетителях, и Гермиона, машинально сунув бумажный комок в карман, поспешила к выходу.       Разумеется, Гарри. Кажется, он единственный человек в Англии, кто умудряется выкроить для неё время в трудную минуту. Разумеется, она не жаловалась, натура не та. Просто констатировала факт.       - Рон собрал пресс-конференцию в твою защиту. Приехать не смог, но... вот, - Поттер как-то неловко вложил в её руку конверт. Девушка тихонько хмыкнула. Что ж, хоть у кого-то всё шло, как надо. Расставание, каким бы болезненным оно не было, обоим пошло на пользу.       Пресс-конференция, надо же… Широкий жест. И в какой-то мере рискованный – для самого Рона.       Она обязательно поблагодарит его при первой же возможности.       - Спасибо, Гарри.       - И… - друг замялся, будто хотел сообщить что-то малоприятное. Гермиона напряглась, готовясь к худшему. Не дай Мерлин, у него тоже возникли подобные проблемы…       - Думаю, ничего страшнее того, что уже произошло, ты мне не скажешь, - подбодрила она с замиранием сердца.       - Твоя квартира… пострадала, - вздохнул Поттер, будто сам был главным причинителем ущерба. – Целиком. Безвозвратно. Виновных нашли.       - Родственники погибших, так? – кажется, она предчувствовала это. Новый адвокат – мистер Гейт – вообще обмолвился, что свежих газет ей в ближайшие месяцы лучше не читать. А написали там наверное тако-о-ое… Но одно – предполагать, а другое – выяснить, что предположения оказались верны, и ты осталась без крыши над головой, большей части имущества и практически без кната в кармане. Благо самые ценные экземпляры книг хранились в другом месте. Да и чёрт с ним, с имуществом. Если бы она сама оказалась в разъярённой толпе или, хуже того, кто-нибудь вообще никак к происшествию не причастный…       Поёжившись, она сцепила руки перед собой.       - Да, - подтвердил мужчина. – Ты можешь стребовать с них компенсацию.       - Не стоит, - покачала девушка головой. – Пока я не буду уверена, что действительно невиновна.       ***       Всё же магическое общество ещё помнило Тёмного лорда и заслуги Гермионы Грейнджер в борьбе с ним. Нашлись те, кто верил в девушку и был крайне недоволен тем, что с ней случилось. На стол министру легла петиция об освобождении девушки из-под стражи, и малому составу Визенгамота пришлось незамедлительно её рассматривать.       Следующим утром трое патрульных сопроводили Гермиону и передали с рук на руки поручителю – Гарри Джеймсу Поттеру.       Он уже снял квартиру в немагической – чтобы поохладить пыл погромщиков, если у них вновь возникнет искушение наведаться в гости – части пригорода Лондона, подальше от шумихи. Учитывая, что палочка Гермионы по-прежнему хранилась в Министерстве, жилище было заполнено различными маггловскими устройствами. Телефон, холодильник (Гарри набил его под завязку, из-за чего бутылка кетчупа и головка сыра, которым было тесно, постоянно норовили сбежать), микроволновка, стиральная машина, телевизор, радио – в каждой комнате что-то, да стояло. Разве что нишу у входной двери было решено максимально освободить от всего, чтобы привязать точку перемещения.       - Мне придётся часто бывать здесь, иногда не будет возможности предупредить, - виновато сказал Поттер, вынимая батарейки из дверного замка. Всё равно скончаются после первого же перехода. – Заранее прошу прощения.       Гермиона, кажется, не расслышала.       Он обернулся, чтобы увидеть, как она растерянно касается мебели, непривычной и чужой. Гермионе здесь явно было неуютно, и Поттеру захотелось плюнуть на запреты и предложить подруге его апартаменты на Гриммо двенадцать. Было бы ей лучше там?..       Гостей дом не любил.       Джинни – единственной, пожалуй, девушке, успевшей там пожить – тоже отчаянно не нравился.       И как-то она сказала, что у Гарри синдром рыцаря. Ему всё время надо кого-то или что-то спасать, и на неё времени совершенно не остаётся, что было не вполне справедливо, учитывая род занятий Гарри. А потом его невесте пришло приглашение из Хогвартса - второй раз в жизни, как любила пошутить младшая Уизли - и она уехала туда обучать юных магов искусству защиты от тёмных сил.       На удивление спокойное расставание – и вновь во-второй раз – получилось, Гарри сам поразился тому, что не испытывал потребности видеть, касаться, целовать. Теперь они напоминали о существовании друг друга парой открыток в год, и все вроде бы довольны.       Он не скучал, но стало как-то пусто, благо работа съедала всё личное время.       А теперь всё снова менялось, и если бы не причина этих перемен, Поттер, честно говоря, был бы рад.              Отступление       Элизабет захлёбывалась от яркого злого счастья: нашла! Нашла! Почти три сотни лет ожидания, столько сил зря потрачено… но теперь всё окупится. Надо лишь немного постараться… и поспешить, иначе нужный человек исчезнет. Люди, даже волшебники, до обидного хрупки… и так легко поддаются эмоциям.       Брось в толпу камень и укажи на другого – растерзают.       И камень был брошен.       Всё пошло как по нотам. Ей хватило воли управлять совсем юной порывистой волшебницей, чья подруга пострадала из-за взрыва в библиотеке. Носовой платок и пара волосинок отправились в заговорённый мешочек. Потом девушка даже не вспомнит, что делала возле заброшенного склепа, признанного магглами культурным наследием. А что заболела после этого – сильные переживания ещё никому не шли на пользу. И конечно не стоит ни о чём говорить родителям…       Вообще никому не стоит.