Живи

      Бледный вид Френсиса Фолка, как обычно явившегося в кабинет наставника с утра с отчётом, навёл Гарри на нехорошие мысли. Неужели кто-то из коллег подшутил над новичком? Водится среди мракоборцев такая нехорошая традиция: испытывать на прочность. Но нянчиться с пострадавшим от чёрного юмора в духе близнецов Уизли Гарри не намеревался. Хотя, насколько он успел понять характер стажёра, жаловаться тот не стал бы.       - Мистер Поттер, - светлоголовый паренёк покосился на закрытую дверь, ткнул в неё палочкой, пробормотав заклинание, и перешёл на шёпот. – Извините, но это правда, что вы ходатайствовали о передаче дела мисс Грейнджер вам?       Гарри нахмурился.       - Ты же не из любопытства спрашиваешь? И не шепчи, здесь всё давно зачаровано от прослушивания.       - Конечно! – Фолк отчаянно покраснел. А делал он это всегда, когда сильно волновался, из-за чего казался младше своих девятнадцати. – Я тоже не верю, что она виновна. И ещё я кое-что нечаянно услышал. Мистер Филипс, тот самый, бывший адвокат мисс Грейнджер, с кем-то обсуждал это. Кажется, важную улику не осветили в материалах. Я не разобрал, что это, но оно хранится в Министерстве.       Гарри похолодел. Вот только этого ещё не хватало!       В это утро Фрэнсис получил гораздо больше заданий, чем обычно, а самым важным на взгляд Поттера было поручение ни в коем случае не вмешиваться в дело мисс Грейнджер.       Над планом действий Гарри подумать не успел. Начальник центра вдруг заявился лично. Недоброе предчувствие подтвердило, что неспроста.       Ходить вокруг да около мистер Вудвилл не стал, прямо заявив: с сегодняшнего дня Гарри Джеймс Поттер отправляется в месячный отпуск, немедленно передаёт все дела и чтоб он, Ричард Вудвилл, своего подчинённого до конца отдыха не видел и не слышал. Сказано это было добродушно и спокойно, но глядел мужчина предупреждающе, раньше к этому добавлялась фраза «и никакого самодурства, Поттер!». Что поделать, если Гарри предпочитал рискнуть собой чаще, чем упустить опасного преступника.        Впрочем, грозные взгляды и слова давно на него не действовали. Да и начальник не имел привычки бросать подчинённых на растерзание вышестоящим, чтобы прикрыть себя. Возможно, подруга не зря беспокоилась о Поттере, предчувствуя проблемы.       Перебрав в голове последние дела и придя к выводу, что с его непосредственной работой внезапный отпуск не связан… не должен, во всяком случае, Поттер показательно отбыл, не забыв прихватить кое-что из архива отдела магического правопорядка – куда менее показательно.       Уже потом Фрэнсис через дневник сообщит ему, что в центре началась небольшая, но нудная и съедающая кучу полезного времени внутренняя проверка.       ***       Вид сосредоточенно читающей за столом крохотной кухни Гермионы согрел, как глоток терпкого сладкого чая перед камином в доброй компании. Сейчас обманчиво казалось: тот инцидент уже прошёл мимо грозовой тучей, и всё в порядке. Скоро так и будет, да.       Прислонившись к дверному косяку, Гарри всё смотрел и смотрел на неё, стараясь задержаться в этом теплом, тягучем ощущении. Пока не заметил, как с поджаристого тоста угрожающе свесилась растущая янтарная капля. Поттер не был поклонником мёда, но не устоял.       Девушка вздрогнула от хруста над ухом, и мужчина получил не только кусок тоста, но и медовый шлепок по носу.       - Гарри, - укоризненно – мужчина испытал нечто похожее на ностальгию – вздохнула Гермиона, бережно отодвигая книгу с подставкой, вокруг которой едва слышно гудела защитная сфера, и подала ему салфетку.        Застигнутый врасплох Поттер перестал воевать с вставшим в горле хлебом и попытался откашляться, не открывая рта. Салфетку заменила кружка с нетронутым «Эрл Греем».       - Извини, - он искренне был рад тому, что девушка не стала заострять внимание на случившемся. – Тебе тут… ничего не нужно?       - Спасибо, всего хватает, - с ужасом замахала та руками. – Ты уже столько для меня сделал…       - Давай, не будем об этом, - мягко, но непреклонно попросил Гарри.       Гермиона кивнула с видом «хорошо, но тема не закрыта» и указала на книгу, которую Поттер ей принёс из хранилища.       - Здесь ничего толкового я не вижу. Точнее, не так: взрыв как следствие неправильно наложенного заклинания происходит в одном из трёх случаев. Но, учитывая силу выброса, если я правильно высчитала коэффициент повреждения, то вероятность ошибки близка к нулю.       - Значит, действие намеренное? – Гарри поставил кружку обратно и полез в нагрудный карман своей мантии. – А источник и первопричина выброса?..       - …всё, что угодно, - зябко пожала плечами девушка. – Но склоняюсь к чарам или артефакту. Учитывая, что всё произошло в библиотеке, это книга либо нечто спрятанное в ней – думаю, скорее второе. Хочу ещё раз изучить копии дела.       - Что ж, есть с чем работать, - на стол опустилась пожелтевшая от времени стопка газет.        - Хочешь сказать... - нахмурилась Гермиона.       - Пока не знаю, - Гарри отряхнул ладони от приставшей местами типографской краски – от времени даже консервирующие заклинания не спасали. Палочка легко бы всё очистила, но при девушке Поттер интуитивно старался не демонстрировать того, чего она была лишена. - Но о таких происшествиях принято писать. Если моя догадка верна, мы найдём схожие случаи.       И закон больших чисел сработал.       Стопка периодики постепенно превратилась в столбик, а потом и в угрожающе пошатывающуюся колонну. Работалось вместе на удивление легко и споро, о времени было позабыто.       Только когда строчки стали расплываться перед глазами так, что читать стало невозможно, а Гермиона задремала с газетой в руках, перерыв наступил сам собой. Гарри, поколебавшись – разбудить или нет, остановился на втором. Девушка не проснулась ни когда он нёс её в спальню, ни когда тихо выругался, ударившись об угол прикроватной тумбочки.       Устроив Гермиону поудобнее, Гарри на минуту присел на краешек кровати и прикрыл глаза.       Они, конечно, не нашли того, что могло им раскрыть всю картину, но… Если верить выпуску «Пророка» пятидесятилетней давности, с момента основания библиотеки подобные выбросы там случались. Происходили и подозрительно похожие, вот только пострадавший всегда был один. Примерно в одном зале, но в разных секциях. Репортёр, видимо, имел свой источник в Министерстве – статья оказалась достаточно подробной. Очень странно, что никто с тех пор до их сути не докопался. Поговорить бы с тем репортёром, да и с библиотекарем не помешало бы…       Библиотека… Кто бы мог подумать, что Гермионе Грейнджер скопище книг принесёт несчастье?       Мужчина посмотрел на спящую подругу через плечо.       На работе они сталкивались крайне редко, порой, Гарри видел мелькнувшую среди служащих знакомую фигуру в строгом костюме.        Когда они в последний раз говорили с глазу на глаз? Этой весной? Тогда ещё Рон должен был подойти с тренировки. Они всё ждали, и это затянувшееся ожидание не позволяло нормально пообщаться, разговора по душам не вышло. Хотя раньше всё было иначе, как будто они знали друг друга не двадцать лет, а двести…       И правы шепчущиеся за спиной коллеги, что нельзя жить одной работой, даже любимой, что от беспросветной жизни можно загреметь в мунговское отделение для душевнобольных, что ещё немного - и сгоришь. Гарри думал - уже.        Ресницы Гермионы едва заметно дрогнули, она чему-то улыбнулась во сне. И Гарри поймал себя на том, что улыбается и сам.       ***       Потом он зачем-то вернулся на место разгромленного дома Гермионы. Покружил, не нашёл ничего нового. Разве что смутно знакомое ощущение на том месте не покидало Поттера. Словно на старом месте чьей-то насильственной смерти… Но за всё время существования постройки здесь ничего подобного не происходило. Здесь и волшебники-то жили сплошь как один добропорядочные.       По маггловским базам тоже выходило, что всё спокойно.       Тогда что?       И та неясная улика… Гарри, конечно, пересёкся с адвокатом Гермионы и сообщил ему о возможном происшествии. Гейт обещал разобраться с этим своими методами.