Зелёный виноград

      Гарри присвистнул. Рон начинал выскальзывать у него из рук, и ему пришлось перехватить его поудобнее.       — У меня, — Малфой смотрел на дверь, — просто нет слов. Что только что произошло?       — Она пожертвовала собой, приятель, — сказал Гарри и посмотрел на Драко, — ради тебя.       Тот медленно кивнул.       — Кажется, да.       Малфой сглотнул, желудок привычно сжался. Сказать, что его поразил поступок Гермионы, значит, не сказать ничего.       — Зачем она это сделала, Малфой? Между вами что-то есть?       — Поттер, спроси ты меня об этом двумя часами ранее, я бы рассмеялся тебе в лицо, но сейчас я вообще ни в чём не уверен.       Уизли хмыкнул и поднял правую ногу, будто целясь ею в кого-то из них, а затем пробормотал что-то бессвязное. Они оба посмотрели вниз, вспомнив о том, что должны были отправить Рона домой.       В этот момент из-за угла показалась копна ярко-рыжих волос.       — О, как же мы быстро дошли до такого состояния! — крикнула Джинни, подлетая к брату.       Она упёрла руки в бока, в точности копируя свою мать, и перевела взгляд на мужа.       — Привет, любимый.       — Дорогая, — ответил тот кивком головы, будто валяющийся пьяный Рон был для них чем-то обыденным. Видимо, именно это Скитер и имела в виду.       — Как поживаешь, Малфой? — обратилась Джинни к Драко. Тот вздрогнул от неожиданности, посмотрев на неё сверху вниз.       — Бывало и лучше. Ты? — ответил он, пытаясь припомнить, когда же Уизли ещё обращалась к нему с таким дружелюбием. Нет. Не было такого. С другой стороны, когда ты дружишь с человеком, который находится в серьёзных отношениях, как правило, его вторая половинка знает обо всех подробностях.       Она склонила голову набок.       — Абсолютно так же.       Их взгляды снова обратились вниз.       — Джин, а ты что думаешь? Отправить его домой или запереть в какой-то из этих комнат, пока он не придёт в себя? — поинтересовался Гарри.       — План так себе, конечно. А что, если ему вдруг понадобится уборная и он испортит шёлковые простыни одной из Делакур?       — Верно сказано, жёнушка, — Гарри поморщился.       — Мерлин, неужели ты не можешь выбрать другое прозвище? Ты можешь быть изобретательным, когда хочешь, Гарри.       — Я поработаю над этим, Джиннибин, — усмехнулся он.       Джинни заговорщически посмотрела на Драко.       — Знаешь, я даже и представить не могла, что всё будет настолько ужасно.       — Да ладно, он не так уж и плох. Дай ему немного времени, Уизлетта, и он созреет, как хорошее французское вино, — произнёс Драко, с гордостью посмотрев на Поттера.       — Уизлетта, значит? Ты в какие игры задумал играть со мной, Малфой? — она улыбнулась, хотя в глазах в ответ на его слова появилась раздражительность. Джинни, казалось, обладала способностью излучать одновременно злость и веселье.       — Ты права. Учитывая твои магические навыки, я воздержусь от прозвищ.       Гарри с усмешкой посмотрел на них обоих.       — Спасибо, что напомнили. Я должен проклясть тебя, Малфой.       — За что? — недоверчиво спросил тот.       — За то, что уехал, даже не попрощавшись с беднягой, — Джинни указала на Гарри. — Он не ел несколько дней! Где ты пропадал всё это время?       — Это правда, Поттер? Ты так сильно меня любишь? — спросил Малфой, положив руку на сердце.       — Бесконечно сильно, ты же знаешь, — ответил Гарри, и тут же послышался чей-то голос.       — Но никто не может любить его так же, как люблю его я.       Позади Драко будто из ниоткуда возник Забини. Его галстук уже болтался на шее, а в руке Блейз держал полупустой стакан огневиски.       — Блейз Забини собственной персоной, — презрительно фыркнула Джинни.       — Миссис Поттер, — он склонил голову, — мистер Поттер. И что же мы тут делаем? — спросил он, глядя на Рона. — Это он так надрался после того представления, что они с Грейнджер тут устроили?       — Да, мы с Гарри заканчивали приготовления для вечеринки, так что упустили момент ссоры. Нас даже не было рядом, чтобы предотвратить скандал. И теперь ты сам видишь, что вышло в итоге, — закончила Джинни, указав рукой на брата.       Блейз прочистил горло.       — Послушайте, — начал он, поправляя болтающийся галстук, — почему бы нам с Драко не отправить Рона в моё поместье? Мы можем разместить его в комнате для гостей и попросить эльфов позаботиться о нём, когда он очнётся. И всем будет хорошо: вы спокойно отдохнёте, а мы воспользуемся шансом свалить отсюда пораньше. Я уверен, что Драко так и ждёт улизнуть как можно быстрее, не так ли, дорогой?       Малфой ничего не ответил, раздражённый тем, что Забини снова выставил его идиотом. При всех.       Джинни заметно напряглась от предложенного варианта.       — Не знаю, как потом буду смотреть маме в глаза. Её сын исчезает в ночи со своими заклятыми врагами.       — Враг — сильно сказано. Я едва знал Уизли, чтобы называть его своим врагом, — пожал плечами Блейз. — Кроме того, с Драко были сняты все обвинения, которыми его обвесили с ног до головы. И чтобы простить его, нужно гораздо больше времени, чем простить, например, меня. Но, похоже, он и правда прощён. И пропасть между вами резко сократилась, если же вовсе не исчезла.       Малфой покачал головой.       — Это самый приятный разговор за сегодняшний день, — протянул он.       — Неужели? — удивился Блейз.       — Нет.       Джинни всё ещё сомневалась по поводу идеи Блейза. Видимо, это было связано с искренностью Забини, которая ни капли не выглядела как искренность. Скорее как хорошо отрепетированная речь.       — Вот что я тебе скажу, красавица, — продолжил он, — позволь мне позаботиться об этом бедняге в качестве искупления за все совершённые мной грехи. Драко тоже будет рядом, раз ты ему доверяешь больше, чем мне.       — Два года Азкабана, за которыми следует ещё три года полной изоляции от магического мира непонятно где — разве этого недостаточно? — спросила Джинни.       — Непонятно где? Ты сейчас стоишь прямо на этом «непонятно где»! Его семейное поместье находится в нескольких минутах ходьбы отсюда. Разве Малфой тебе ничего не говорил, а, Поттер? — Блейз повернулся к Гарри. — Вы же вроде как друзья по переписке, — хмыкнул он.       Гарри бросил раздражённый взгляд на Малфоя, в то время как Драко зло посмотрел на Блейза.       — Как ты превращаешь всё вокруг в неловкую ситуацию? Буквально всё.       Напомнив о своём присутствии, Рон прокричал:       — Два бутерброда с беконом, ма! — и снова повалился в ноги Гарри.       Блейз посмотрел на Джинни.       — Ладно-ладно, — сдалась она. — Но этим ты не освобождаешь себя разом от всех грешков.       — Дорогая, если мне всю жизнь придётся искуплять грехи перед тобой, я буду это делать с радостью, — Забини поцеловал её руку, а затем повернулся к Гарри и потрепал его за щёку. — До скорой встречи, Потти, — и словил от того гневный взгляд.       Драко повернулся к Гарри:        — Я свяжусь с тобой утром, Поттер. Нужно кое-что обсудить.       — «Я поверю сове, когда увижу сову», Малфой, — Гарри усмехнулся.       Затем Драко и Блейз, взяв под руки Рона, аппарировали прочь.

***

      Аккуратно левитировав Рона на кровать и дав указания эльфам принести нужные зелья, Малфой с Забини удалились в гостиную.       — Один? Или два стакана? Так, а сколько ты уже успел выпить за сегодня? Я не хочу лицезреть двоих слюнявых мужиков в своём доме.       — Два. Я ещё не пил сегодня, — ответил Драко.       — Вообще? Чем же ты тогда занимался? Я тебя нигде не видел.       — Вообще. Я был в библиотеке.       Блейз поставил бутылку на пол и недоверчиво посмотрел на друга.       — В библиотеке? В библиотеке, Драко? Считай, ты меня сразил наповал. И награда самому главному ботанику присуждается Драко Малфою! Придя на одну из самых крутых вечеринок, где полно сногсшибательных ведьмочек, ты серьёзно пошёл читать книжки в библиотеку?       — Да с чего ты взял, что я читал книги? — спросил Драко.       — Так, а что ты действительно делал?       — Я пошёл в комнату, чтобы уйти от людей, а потом понял, что попал в одну из самых больших и богатых библиотек. Это напомнило мне Малфой-мэнор, и я решил немного поностальгировать. Разве это преступление?       Блейз, казалось, кроме первой части, ничего больше и не услышал.       — А кого ты избегал?       Драко лишь усмехнулся.       — Я избегал абсолютно всех, кого мог знать. Да и какое это сейчас имеет значение?       Блейз закончил разливать напитки и протянул один Драко.       — Почему ты не сказал мне?       Драко пытался понять, откуда у него на мантии красуется небольшого размера пятно. Вероятно, его поставил Уизли, когда они тащили того в сторону улицы. Малфой решил не отвечать на вопрос Забини: язвительный ответ никак не мог прийти на ум. Вместо этого он сделал большой глоток огненного виски. Блейз никогда не упускал детали, порой, бывало чувство, будто он мог видеть человека насквозь со всеми его секретами.       «Ну, что ж, сегодня ты кое-что всё-таки упустил», — подумал Малфой, и на его лице появилось подобие улыбки. В память врезались воспоминания, связанные с Грейнджер.       Боишься её или самого себя?       Блейз какое-то время сидел в задумчивости, а затем до него будто что-то дошло.       — Кто она, Драко?       Всё ещё заинтересованный пятном на своей мантии, Малфой протянул:       — О чём ты вообще?       — Приятель, неужели ты влюбился?       — Мерлин, ты себя со стороны слышишь? — он снова не смог придумать ничего колкого в ответ.       Блейз хлопнул рукой по обивке дивана и воскликнул:       — Драко Малфой влюбился! Я и подумать не мог, что этот день настанет! — он отставил стакан в сторону. — Слава Слизерину!       Малфой подался вперёд и сквозь зубы прошипел:       — Ни черта я не влюбился! Я общаюсь только с тобой. Подумай логически, кем же я мог тогда заинтересоваться, а?       — А что ты делал сегодня утром? — тут же спросил Забини.       — И что же я делал сегодня утром? — Драко взглянул на друга и увидел, что тот как-то странно улыбается.       — Сегодня утром, Драко, что ты делал, кроме распития вина, стоя почти в одних трусах посреди кухни?       — А как ты…       — Ну, видишь ли, когда я подходил к твоему дому, то заметил маггловскую машину, уезжающую с участка. Тогда я не придал этому никакого значения, но сейчас… — Забини в задумчивости прикрыл глаза.       — Послушай, приятель, я знаю, каким ты можешь быть надоедливым, когда дело доходит до всяких подробностей, но сейчас, пожалуйста, оставь меня в покое. Хорошо?       — Ты практиковался в окклюменции?       Малфой замер.       — Нет, ты не станешь этого делать.       — Ты же знаешь, что я довольно опытный легиллимент, — ответил Блейз и, встав с дивана, направился к Драко.       — Блейз, сколько стаканов огневиски за этот вечер ты успел пригубить?       — Достаточно, чтобы сделать это, — хитро улыбнувшись, он направил свою палочку на Малфоя и выкрикнул: — Легилименс!       Вспышка яркого света. Девушка, идущая по дороге. Она внезапно оказывается рядом. Показывает своё лицо. Та же самая девушка чуть позднее пятится к выходу из дома Драко. На вечеринке спорит с Уизли. В потрясающем чёрном платье. Плачет, сидя на полу библиотеки. Рука Малфоя лежит на её спине. Она смотрит на него. Драко делает шаг навстречу ей. Девушка падает в его объятия. Смеётся над его шутками. Угрожает Рите Скитер. Уходит вместе с ней, чтобы дать интервью. Дверь за ними закрывается. Темнота.       — Ого-о-о… — Драко с силой толкнул Забини, и тот, не удержавшись на ногах, рухнул на пол. Малфой вперил в него полный холода взгляд.       — Ты мудак, Блейз! Я не могу поверить в то, что ты только что сделал. Убью.       — У тебя никогда не хватит смелости на это, приятель, — Блейз поднялся с пола.       Драко равнодушно пожал плечами.       — Невероятно! — и отвернулся, зашагав в противоположный конец комнаты.       — Помнишь, что ты сказал мне в Азкабане? Тёмный Лорд приказал тебе пытать магглу, а ты не смог. А теперь, кажется, ты влюблён в Грейнджер.       Малфой швырнул стакан, и тот, пролетев через всю комнату, разбился о стену. Блейз даже не вздрогнул.       — Я ни в кого не влюблён. Прекрати это, блять, говорить! — он походил на подростка, который только-только вступил в переходный возраст и теперь психует из-за любой критики в свою сторону.       — Ладно, но я всё равно буду думать иначе. Особенно после того, что увидел в твоей голове, — хмыкнул Забини и с гордо поднятой головой откинулся на спинку дивана.       Драко остановился и глубоко вздохнул, пытаясь сдержать себя от желания послать в друга Аваду.       — А что ты вообще знаешь о любви? Насколько мне известно, тебе это чувство не знакомо, да и пример перед глазами не очень: твоя мать «таинственно теряет» каждого мужчину, за которого выходит замуж.       — Это всего лишь выдумки народа, — холодно бросил Забини.       — А, да, и моя мать маггловского происхождения, — парировал Малфой.       Блейз улыбнулся его шутке.       — Признаюсь, я очень мало знаю о любви, Драко. Но я скажу тебе, в чём разбираюсь…       — И в чём же?       — Похоть. Одержимость. Безрассудная страсть. Я могу почувствовать этот запах. И всегда знаю, когда кто-то трахался или хочет трахаться.       — Это странно, ты в курсе? — Драко нахмурился и посмотрел на друга.       Тот лишь пожал плечами.       — Я ничего не могу с этим поделать. Во мне всегда это было. Как энергия, которая появляется из ниоткуда. Или когда я читаю мысли, — он ухмыльнулся.       Драко сел в кожаное кресло и зажал пальцами переносицу. Понизив голос, он спросил:       — Что ты хочешь, чтобы я сказал?       Блейз молча смотрел на него. Малфой поднял голову.       — Давай закончим уже этот разговор, а?       — Ты что-то чувствуешь к Грейнджер? —протараторил Забини, а затем уже более спокойно добавил: — Просто знай: я не стану судить тебя за твои же чувства. К кому бы они ни были. Знаешь, я и сам порой мечтал о том, как намотать на кулак копну её непослушных волос и…       — Заткнись! Ты, вообще, следишь за своим языком? — мгновенно вспылил Драко.       Забини поднялся со своего места и посмотрел на Малфоя сверху вниз.       — Да это даже серьёзнее, чем я думал. Это не просто мысли о девушке, ты действительно заинтересовался ею, иначе бы так не взбесился из-за моих слов. Так, и когда же всё началось? Дай угадаю! На третьем курсе, когда она зарядила тебе по носу? Я всегда знал, что ты любишь пожёстче, учитывая стиль твоего воспитания.       — Когда ты успел стать чёртовым гуру по любовным делам? Знаешь, вы с Поттером очень хорошо поладите: оба любите покопаться в жизнях своих друзей, — фыркнул Драко.       — Ладно, сдаюсь. Дай мне знать, когда захочешь поговорить об этом, — Блейз вернулся к своему виски.       — О да, в следующий раз, когда я захочу, чтобы ты покопался в моей голове без разрешения, обязательно сообщу.       Драко разозлился сильнее, чем думал. Но всё же, помимо злости, было и облегчение. То, что Блейз прочитал его мысли, значит, что не придётся рассказывать это самому. Иногда другие лучше знали, что для него полезнее.       Забавно, что Блейз сдался именно тогда, когда Драко переосмыслил ситуацию.       Возможно, у него и правда возникли чувства к Грейнджер, иначе как можно было объяснить странное поведение. Когда это началось? Драко так и не смог понять, решив отложить этот вопрос на потом. Сейчас же он ощущал нарастающее напряжение где-то в груди.       Для него эти чувства были в новинку, и это нервировало. Мысль о том, что Гермиона всё ещё находится в библиотеке один на один с Ритой Скитер и выкладывает ей все свои секреты, чтобы защитить его, заставила всё внутри сжаться. Болезненные ощущения. Как же это остановить?       Малфой поднялся с кресла, одним глотком осушил стакан и произнёс:       — Мне нужно уйти.       Забини тоже поднялся со своего места и подошёл к Драко.       — Может, ты хотя бы скажешь куда?       — Мне просто нужно кое-что обдумать, — пробормотал тот, схватив горсть порошка. Проверив, на месте ли его значок, он вошёл в камин и прошептал адрес настолько тихо, что Блейз не смог расслышать его.       — Тогда будь осторожнее, приятель, — крикнул Забини, но Малфой уже исчез в пламени.