Принцесса и её дракон

Стояла тишина. Такая, что Эльфина Маккензи слышала гулкие удары собственного сердца. Вот уже около получаса она, скрючившись в три погибели, сидела в густом кустарнике с арбалетом в руках, почти не дыша. Де Бирс притащил ее сюда какими-то окольными тропами, чтобы не попалась на глаза никому из сородичей, строго-настрого приказал ни в коем случае не ввязываться в рукопашный бой, буде таковой случится, и ушел, оставив ее на опушке старого леса, что на пути от Лунных гор к Выселкам. И вот теперь девушка, ругая себя последними словами, машинально следила взглядом за исчезающим за горизонтом солнцем и тоскливо спрашивала себя, за каким чертом ее понесло на поиски приключений. Злость уже прошла и теперь ей было просто страшно. Багровый диск светила перевалил за горизонт и, чуть-чуть помедлив в раздумье, на землю упала ночь. Эта резкая смена времени суток ошеломляла Фин: минуту назад был день - и вот уже вовсю сияют звезды и белая упитанная луна благодушно взирает с черного неба. Перед лесом до самых гор простиралась плодородная долина, усыпанная рощицами фруктовых деревьев и покрытая густым травяным ковром. Правда сейчас она выглядела отнюдь не симпатично в коричнево-бурых тонах поздней осени, зато стали отчетливо видны разбросанные безо всякого порядка небольшие холмики в нескольких сотнях метров от опушки, где и засели в молчаливом ожидании эллары северных дозоров и полукровки с Выселок. В одно мгновение, разом, все унылые холмики, казавшиеся просто неровностями рельефа, вдруг вспучились, раздались вширь и ввысь, в стороны полетели комья земли, сухой травы и Фин впервые в жизни увидела живых троллей. Почему-то они оказались гораздо больше, чем представлялось Эльфине. Массивные грязно-серые туши, сплошь покрытые какими-то наростами, тяжело топали колоннообразными ногами, слегка наклонившись вперед, словно вынюхивая что-то своими сплющенными бульдожьими носами. Изредка кто-нибудь из них издавал низкий глухой рык, обнажая кривые острые зубы. Покрытые толстыми волосами руки сжимали огромные дубины, а на плоских мордах была написана мрачная целеустремленность. Толпа троллей числом около полусотни (Фин сбилась со счета на тридцать пятом) трусила к лесу, явно намереваясь обойти его со стороны элларской засады. С каждой секундой все отчетливее становился блеск в маленьких, глубоко посаженных глазках жутких тварей. Почему эллары не стреляют?! Фин показалось, что она выкрикнула это вслух - тут же в воздухе что-то свистнуло и жуткий рев огласил дремлющую долину. Несколько троллей свалились на бегу, ткнувшись мордами в траву: эллары не промахивались. Но вся сложность заключалась в том, что уязвимыми для стрел у троллей были только глаза; чёрнооперенные стрелы не могли пробить толстенную шкуру... Пораженная этими невесть откуда взявшимися мыслями, Фин опустила взведенный арбалет. Но времени удивляться и предаваться размышлениям не было, поэтому она вновь вскинула оружие, целясь в глаз ближайшему троллю. У нее тряслись руки, в голове метались обрывки панических мыслей, но все исчезло, когда палец коснулся спускового крючка. Как будто она вновь очутилась в клубе, куда как-то затащила ее неугомонная Крона: там пели, пили, травили анекдоты и развлекались стрельбой из лука и арбалета. Кто бы знал тогда, как пригодится ей умение пользоваться столь экзотическим оружием! Гулко ухнув, болт сорвался с тетивы. Тролль выронил дубину, оглушительно взревел, схватившись лапами за морду и рухнул на землю. А потом стало совсем легко. Руки Фин сами собой выхватывали болты, налаживали арбалет, нажимали крючок - голова в этом не участвовала. Фин ни о чем не думала - некогда было думать. Стрелы градом сыпались на разъяренных монстров, тех понемногу становилось меньше, но они и не думали останавливаться. Размахивая дубинами, они довольно резво неслись на засаду и в какой-то момент Фин перестала понимать – зачем? Не настолько ведь они тупые, чтобы не понимать, откуда на них несётся смерть... Медленно опустив арбалет, девушка напряженно вглядывалась в толпу троллей. Вот, наконец, увидела позади них две приземистые черные фигуры. В тот же момент, когда взгляд зеленых глаз упал на них, Фин вскрикнула, выронив оружие, и закрыла лицо руками. Они почувствовали ее - Фин поняла это так ясно, словно кто-то прошептал ей на ухо, словно её взгляд причинил боль ей самой. Но, как ни странно, ее это ничуть не испугало. Стиснув зубы, она невнятно пробормотала проклятие из богатого арсенала своего брата... и привычно нажала на крючок. Болт канул в бесформенную тень, словно в клок тумана - ни звука, ни колыхания; однако в уши Фин сейчас же ворвался неистовый визг, полный дикой ярости, бесконечной и бессильной, на какой-то миг ей показалось, что она сходит с ума. Изо всех сил зажав уши руками, Фин со стоном повалилась на траву... *** ...Сознание возвращалось медленно, рывками, словно кто-то выталкивал ее из глубокой ямы. Сначала вернулись запахи - травы, влажной земли, опавших листьев; потом - звуки; а потом она открыла глаза. И ничуть не удивилась, увидев склонившегося над ней Левелина. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, потом Роберт наклонился ниже, обхватил ладонями лицо Фин и легко коснулся губами ее лба. - Ты не сердишься? - почему-то шепотом спросила девушка и он отрицательно покачал головой. - Тогда почему ты молчишь? - Потому что я до смерти испугался, увидев тебя лежащей здесь, - хрипло ответил Левелин. - Прости меня, - она рывком поднялась с земли и, обхватив его руками за шею, уткнулась лицом в перепачканное землей плечо эллара. Его куртка пропиталась вонючей бурой кровью троллей, но в данный момент Фин это ничуть не беспокоило. Рядом послышался смех и Фин испуганно отпрянула, но эллар не отпустил ее. - Все уже кончилось? - пробормотала Фин. - О да! Чародеи мертвы. Нам пришлось вступить в рукопашную с последними троллями, но обошлось без потерь, хвала Вечной Тьме. А ты молодец, у тебя храброе сердце и верный глаз. - Да уж, - фыркнула Фин. - В обморок упала. Вот так храбрость! - Хорошо, что жива осталась, - резко перебил ее Роберт. - Я до сих пор плохо представляю себе, как ты умудрилась прикончить чародея Хаоса из обычного арбалета. - Я не задумывалась над этим, - опустив глаза, призналась Фин. - Просто... Понимаешь, мне вдруг стало жаль этих неразумных громадин. Те, черные, гнали их, как скот на бойню, прямо на ваши стрелы. Роберт молчал, осмысливая услышанное. Жалость? К троллям? Убивать их и тем не менее жалеть... И ненависть к тем, кто использует этих почти неразумных великанов как безмозглое орудие... Эта невероятная смесь и породила всплеск неуправляемой Силы. Это она, а не арбалет, убила чародея. - Они запомнили тебя, - медленно проговорил Роберт. - Ну и что? - Фин быстро пожала плечами. - Они ведь мертвы. - Не имеет значения, они успели передать остальным. Это плохо... Я бы не хотел... Ей не суждено было узнать, чего именно он не хотел бы, потому что рядом с ними буквально из ниоткуда возник Роланд с искаженным отчаянием лицом. - Скорее! - выдохнул он. - Фелия! Без единого слова Левелин бросился за ним; ни секунды не колеблясь, Фин стряхнула с себя пожухлые травинки и решительно направилась следом. *** В первый момент Эльфине показалось, что она еще не очнулась и то, что видит - странный бред, рожденный потрясенным сознанием. В самом деле, разве могла она когда-нибудь представить, что увидит Фелию без кровинки в лице, недвижимую... и, кажется, она уже не дышала. Фин изо всех сил зажала руками рот, сдерживая горестный возглас. Это неправильно! Милая девушка с доброй улыбкой и сияющими глазами просто не может умереть! Фин тихонько всхлипывала, кусая губы, чтобы не разреветься в голос. - Что же теперь будет? - прошептала она, не отрывая взгляда от Роберта; он стоял возле Фелии на коленях, держа ее за руку одной рукой, пальцами другой касаясь ее лба и бормотал что-то, с тревогой вглядываясь в безжизненное белое лицо девушки. - Она еще жива, - произнес за спиной Фин голос Мелузины; Фин быстро обернулась и встретила потухший взгляд ее черных глаз. Голос элларской принцессы был таким бесцветным и вялым, что у Фин мороз прошел по коже. - Еще жива - но умирает... Умирая, чародей бросил проклятие. Попало в неё… Мы перевязали ее раны, ее тело почти здорово, но она уходит. Если Роберт ей не поможет... Она не договорила, все и так было ясно. И тут блуждающий взор Фин упал на Роланда. Он смотрел на своего короля. Смотрел так, словно именно от Левелина зависело, жить ему или умереть. - Да, Роланд давно её любит. Никто не знал об этом, - тихо сказала Мелузина, совершенно правильно разгадав выражение лица Фин. - В том числе и Фелия. А он все никак не решался сказать... - Уйдите все, - коротко бросил Левелин, не поднимая головы. Эллары замешкались и он нетерпеливо повысил голос: - Я же сказал - уйдите! На полянке остались лишь он, Фелия, да Эльфина; она замешкалась и все же обернулась. Чувство вины не давало просто так уйти; ведь это на неё, на Фин должно было попасть это проклятие, почему пострадала совершенно не имеющая отношения к смерти чародея Фелия?! Роберт по-прежнему держал Фелию за руку, только теперь тихо повторял ее имя и паузы между словами становились все длиннее, а голос его все глуше, словно он тоже уходил куда-то, оставляя в этом мире лишь телесную оболочку. Мысль об этом так напугала Фин, что она, не раздумывая, бросилась назад. Почти рухнув на землю рядом с Фелией, Фин, вообще ни о чём не думая, решительно обхватила обеими руками холодную кисть эллараны... ...Незадолго до смерти матери Фин попала в больницу: ей вырезали аппендицит. Потом она долго пыталась объяснить брату, как чувствует себя человек под наркозом. Получалось сумбурно и невнятно, ей не хватало слов, чтобы описать это странное ощущение между жизнью и смертью, когда звуки и образы расплывались, гротескно вытягиваясь и искажаясь, мысли текли вяло и лениво, да и не мысли вовсе, а какие-то обрывки. Примерно такие же ощущения возникли у Фин, когда она коснулась руки Фелии. Правда, длилось это недолго, какие-то доли секунды. Вокруг был туман. Туман сверху, снизу, справа, слева, везде и всюду, густой, как кисель, казалось, его можно было помять руками, как снег. Тем не менее, Фин стояла на чем-то вполне твердом и дышала совершенно нормальным воздухом. У нее не было времени раздумывать о странностях этого непонятного места - глухой печальный стон донесся откуда-то из тумана и Фин бросилась на этот звук, выкрикивая имя Фелии. Тут туман исчез, разлетелся в клочья, словно кто-то взял и отдернул колышущийся серый занавес. М-да... Он скрывал весьма безрадостную картину: безжизненная равнина, абсолютно мертвая, как будто посыпанная пеплом, простиралась до самого горизонта и сливалась с ним; небо висело низко-низко, ощутимо давя на плечи своей свинцовой тяжестью. Фин попробовала резко вздохнуть поглубже и тут же в этом раскаялась - ей показалось, что легкие заполнил пепел. Она закашлялась, приостановилась, но тут же помчалась дальше. Впереди все яснее вырисовывался силуэт Левелина, он шел очень быстро, молча и не оглядываясь. Фин задыхалась от быстрого бега, сильно кололо в груди, тем не менее она упрямо стремилась догнать Роберта. Вряд ли ей удалось бы это, но он вдруг остановился. Фин увидела, как он вскинул руки в жесте отчаяния и услышала его голос: "Фелия! Вернись! Не уходи..." Он не мог идти дальше! Что-то мешало ему, не давало прорваться через невидимую преграду. Фин отчетливо понимала это, но почему-то сей факт не особенно ее расстроил. Она упрямо приближалась к невидимой стене, отделяющей Фелию от мира живых и... да, она уже видела, тоненькую хрупкую фигурку, медленно бредущую вверх по косогору, унылую серую тень - все, что осталось от некогда полного жизни существа. Это было слишком больно, слишком несправедливо! Все внутри Фин просто перевернулось при одной мысли о том, что Фелия навсегда останется по ту сторону. Вот она, черта, что отделяет мир живых от мира мертвых. В самых бредовых фантазиях не могла представить Фин, что ей придется, едва дыша от ужаса, мчаться к этому внушающему отвращение месту. Она замедлила бег, ожидая, что вот-вот наткнется на невидимую стену, но -преграды не было. То есть, она, конечно, была, но Фин проскочила ее с легкостью, словно чья-то услужливая рука на миг отодвинула её. И тут же пала тьма. Странно, но вполне четко осознавая, что в такой темноте не видно ничего дальше собственного носа, Фин, тем не менее, ясно различала тень Фелии впереди. И тут ей стало по-настоящему страшно. Она попятилась было, но резкий голос ударил ее, как хлыст: - Не смей! Догони её! Ты сможешь! Не отдышавшись, как следует, даже не сообразив, в чем дело, девушка вновь пустилась бежать. Однако, поскольку Фин никогда не отличалась особой выносливостью и в беге рекордов не ставила, скоро стало совершенно ясно, что она вот-вот свалится. Но тут словно мягкая рука подхватила ее, не давая упасть и вливая новые силы в уставшее тело. Внезапно стало легче дышать и ноги словно сами понесли вперед. Эльфине не нужно было долго раздумывать, чтобы понять: не имея возможности покинуть свой мир, Роберт помогал ей, как мог, посылая вдогонку свою Силу. Она помчалась, как на крыльях. Серая тень стремительно приближалась. Вот она, совсем рядом, только руку протянуть... Фин вытянулась в струнку - и обеими руками вцепилась в плечи Фелии. Как странно, ведь это мир призраков, а тела... их тела остались в перелеске у излучины Золотинки. Тем не менее, ее пальцы вполне ощутимо свела судорога, а плоть под ними была реальной, хоть и мертвенно ледяной. Каким-то образом Фин почувствовала, что слова не имеют значения в этом мире, потому она просто с силой развернула Фелию и, схватив ее за руку, потащила за собой. И вовремя: сотни, тысячи голосов разом взорвались вокруг. Фин не понимала ни слова, да это и не речь была вовсе, а мерзостное шипение, оглушительное, яростное, настойчивое. Стало трудно дышать, трудно идти, как будто это шипение странным образом отнимало силы. И все же Фин упрямо двигалась вперед, вернее, теперь уже назад, стиснув зубы и повторяя про себя, как заклинание: "Пожалуйста, держи..." Она видела неподвижно застывшего Левелина, его плотно сжатые губы и ставшие неестественно огромными глаза на побелевшем от напряжения лице - он на самом деле держал её, тянул к себе и это стоило ему немалых усилий. Ещё немного, совсем немного... Последние шаги были самыми трудными. Не отрываясь, Фин глядела в глаза Роберта, тянулась к нему всеми силами души, почти падая и все же каким-то чудом оставаясь на ногах. Голоса за спиной взвыли в бессильной ненависти, ударив по напряженным нервам Фин и это последнее потрясение подхлестнуло ее: она буквально прыгнула к стене. Пальцы вытянутой руки пересекли черту и Роберт, моментально выйдя из транса, вцепился в них, как пиявка. Одним мощным движением он рванул Фин к себе, выдернув обеих девушек из-за стены, как пробку из бутылки. Ни слова не говоря, он схватил их в охапку и полетел. Самым натуральным образом, ибо на бег уже не оставалось времени. И без того мрачная картина стала стремительно меняться: небо подернулось странной багровой дымкой, откуда ни возьмись, поднялся ветер, взвихрил тучи пепла и пыли. Земля стала покрываться складками, как неглаженное белье. Что-то (или кто-то) надвигалось сзади. Фин пыталась выглянуть из-за плеча Роберта, но одного его свирепого рыка было достаточно, чтобы она зажмурила глаза. - Держись! - превозмогая рев ветра, крикнул Левелин. Фин судорожно вцепилась в его перевязь... Она невольно охнула, настолько ослепительным показался ей обычный дневной свет. Как следует проморгавшись, Фин наконец смогла открыть глаза - и встретила взгляд Роберта. Он по-прежнему стоял на коленях возле Фелии, держа ее за руку, только вид у него был, мягко говоря, несколько помятый; Фин с ужасом представила, на что похожа она сама. А между тем Левелин, не сводя глаз с виновато потупившейся Фин, пробормотал: - Во имя всех богов всех миров, на ком это я собрался жениться?! *** Взрывы смеха то и дело прерывали развеселую застольную песню. Эллары и и жители Выселок развлекались вовсю, словно и в помине не было никакой ночной схватки. Впрочем, именно ее благополучное окончание вся эта шумная толпа и праздновала. Фин откровенно клевала носом, весьма раздраженная тем, что поспать ей дали часа три от силы. После всех сегодняшних потрясений она буквально валилась с ног от усталости, но отказывалась отдохнуть до тех пор, пока Роберт клятвенно не заверил ее, что с Фелией теперь все будет отлично. Никто из элларов так и не смог понять, как удалось обычной смертной девушке вытащить Фелию из жуткого посмертия; Роланд де Бирс вообще готов был всю дальнейшую жизнь целовать землю, по которой ступали маленькие ножки Фин. Все это было, несомненно, весьма лестно, но сейчас она просто хотела спать. Долго и сладко. Она откровенно зевала, но на окружающих это не производило должного впечатления. Только гном Бруно бросал на нее сочувственные взгляды с другого конца стола. Левелин куда-то запропал, равно как и его сестра, зато рядом материализовался непривычно серьезный Роланд. Недолго думая, он расчистил себе местечко рядом с Фин и придвинул к себе непочатый кубок с вином. - Смогу ли когда-нибудь отблагодарить тебя за сегодняшний день? - как ни странно, его негромкий голос ничуть не терялся в веселом застольном гуле. - Как бы то ни было, ты и меня вернула к жизни. Здесь простым "спасибо" не отделаешься! - Ты так ее любишь? - Фин не удержалась от улыбки. - Так? - он пожал плечами. - Не знаю. Просто люблю. Мне без нее жизнь не мила. Он невесело усмехнулся. - Знаешь, я ведь ничей. - Как это? - удивилась Фин. - У меня нет клана. - Но ты ведь живешь в башне, какая разница, к какому клану принадлежать? - Ты не поняла, Эльфина. Я не принадлежу никакому клану. На всем белом свете только один де Бирс - это я. Всех выбили подчистую. Наш клан обитал на южной оконечности Вековечного леса, и однажды, тогда лес ещё не был закрыт, на нас напали горные тролли вместе с барками. Отец силой спихнул меня в Золотинку, а потом уже мама меня спасла. - Какой ужас, - искренне поразилась Фин. - Вроде бы ничего особенного, но если учесть, что я не чистокровный эллар... - И ты?! - Ну да, и я. Только моей мамой была не смертная, а озерная нимфа. Видишь мои уши? У всех нормальных элларов они вполне обычные, а у меня остроконечные, как у любой уважающей себя нелюди. Тут он уже ухмыльнулся во весь рот. - Видишь ли, мои сородичи никогда не отличались особой разборчивостью в связях, потому и появляются на свет странные создания, вроде меня или того же Сина Келли... - Век живи - век учись, - пробормотала основательно потрясенная Фин. - Поэтому и мое появление никого не удивило. Подумаешь, всего лишь человек! - Вот именно, - активно закивал Роланд, ненавязчиво наполняя кубок Эльфины вином. Она покачала головой: - Нет, спасибо. Я знаю, чем ты можешь меня отблагодарить. Де Бирс заинтересовано придвинулся ближе. - Помоги мне вернуться домой. Секунду помолчав, Роланд очень серьёзно ответил: - Нет. - Ну, конечно, - фыркнула девушка, отворачиваясь. – Только на словах… - Я на самом деле безмерно тебе благодарен, - перебил её эллар, - именно поэтому и не скажу ничего Роберту. Пойми, тебе пока опасно появляться дома. - Мне надо помочь Кроне, - упрямо сверкнула глазами Фин. – По какой-то непонятной мне причине вы заинтересованы во мне! Но до неё вам и дела нет. Синки говорил про неё так, словно она… Словно она какой-то отброс! - Интересно, как и в чём именно ты собралась помогать генетически модифицированному вампиру, который едва тебя не убил, - пожал плечами Роланд. – И нет, это не риторический вопрос. Эльфина поджала губы и мрачно уставилась в стол. Роланд вздохнул и испарился, на прощанье предостерегающе буркнув: «Даже не думай». Фин посидела еще немного, потом вздохнула, отодвинулась вместе со стулом... и едва не упала, наткнувшись на крепкого парня в расстегнутой до пояса рубахе и заляпанных грязью штанах. Его лоб украшала свежая повязка; прищуренные карие глаза глядели на Фин холодно и даже несколько неприязненно; тем не менее, он вежливо придержал ее и извинился за неловкость. - Тебя зовут Эльфина? - спросил он тут же, не отпуская ее руку. - Да, верно. - Идем. Надо поговорить. Фин украдкой оглянулась в дверях - вроде бы никто не обратил внимания на их уход. Далеко он не отошел, остановился под навесом для дров, зайдя за поленницу. Фин последовала за ним, но на всякий случай якобы ненароком опустила ладонь на рукоять маленького кинжала, что сегодня вечером отдала ей Мелузина - правда, она не имела ни малейшего понятия, как им пользоваться. Но парень заметил ее жест и улыбнулся. - Здесь тебе некого бояться. Меня зовут Эльдар. Я случайно услышал, о чём ты говорила с де Бирсом. Он замолчал, Фин тоже ничего не говорила, только вопросительно изогнула бровь. - Я так понял, что ты не хочешь оставаться в Вековечном лесу, а они не позволяют тебе уйти. - Ты можешь помочь? – не выдержала девушка. - Возможно. Только я никак не могу понять, почему ты не хочешь остаться с ними. Ведь ты теперь героиня. Едва уловимый оттенок иронии в его голосе заставил Фин строптиво вскинуть голову. - Ну и что? Все равно я здесь чужая. Это так естественно - стремиться домой, тем более, если покинул его не по своей воле. - Ясно. Никто не позаботился о том, чтобы узнать твое мнение? Им это присуще. - Им? Ты имеешь в виду элларов? - Да, - коротко отрезал Эльдар, из чего Фин заключила, что углубляться в эту тему не стоит. - Я вообще из другого мира, - тихо сказала девушка, отведя взгляд. – Случайно сюда попала. Там у меня брат и подруга, которой требуется помощь. - Значит, так, - её собеседник принялся расхаживать туда-сюда, заложив руки за спину и сведя к переносице прямые брови. - Ты не можешь уйти сама, слишком долго искать путь. Следовательно, кто-то должен провести тебя через Перекресток. Я знаю одного такого... Эльдар остановился и искоса глянул на Фин. - Ты действительно настолько хочешь домой, что готова на риск? Она ничего не ответила, но взгляд был достаточно красноречив. - Драконы умеют превращаться в людей. Это было настолько не по теме, что Фин опешила от неожиданности; впрочем он поторопился разъяснить. - Они обожают эти превращения. Будучи в человеческом облике и владея своей магией, они вертят миром, как хотят. Но есть драконы, которые не могут принимать обличие людей. Так вот, дракон исполнит любое желание того, кто сможет помочь ему. Я знаю такого дракона. Дай ему человеческую плоть и он унесет тебя отсюда. - По-моему, ты меня с кем-то перепутал, - убежденно заявила Фин. - Я простая смертная, а не... - Ты - художник. Ты творишь, и это самое настоящее чудо. Ты можешь создать ему облик, и он примет его. Сделай это - попадешь домой. Он говорил тихо и очень серьезно. И она поверила ему. Но вместо слов благодарности она внезапно сказала: - Ты очень похож на Роберта. Эльдар помрачнел; на миг ей показалось, что он разозлился на нее, но на самом деле он просто удивился. - Никто не замечает этого... обычно. На самом деле мы братья. По отцу, естественно. И вновь эта горечь в голосе полуэллара. Что-то у них не ладится с родней, это ясно; однако Фин решила не вдаваться в семейные распри. - Когда я смогу поговорить с ним? - Когда портрет будет готов. Ты видела того дракона, что принес вам весть о троллях? Попробуй представить его человеком. А сейчас - иди в дом. Эллары скоро отправятся домой, Левелин будет искать тебя. - Спасибо за столь трогательную заботу о моей гостье, брат. Фин вздрогнула от неожиданности, а Эльдар лишь усмехнулся. - Всегда пожалуйста, брат, - последнее слово он произнес, скривив губы. - Надеюсь, с этой у тебя получится удачнее, чем с предыдущей. Он резко повернулся и зашагал к дому, а Фин бросила обеспокоенный взгляд на Роберта. - О чем это он? Левелин коротко пожал плечами. - Не обращай внимания. Он протянул ей руку, но она покачала головой и отступила на шаг. В последнее время на нее все чаще находили приступы упрямства, удивляющие ее саму, но только не сейчас - она хотела знать, что за воспоминания всколыхнули такую отчаянную боль в глубине зрачков темного короля. - Расскажи мне, - тихо попросила она. Левелин долго смотрел в ее широко распахнутые глаза. - Ее звали Лорин. Она была принцессой светлых элларов, что живут в Лиловых холмах, дочерью пресветлого короля. Светлые говорили, что прекраснее девы никогда не бывало ни у них, ни у нас. Смертные убили ее. Сожгли, объявив колдуньей. Я пытался спасти ее, но не успел. Она немного качнулась назад, чтобы увидеть его лицо - он был хмур, но спокоен. - Это было, - он мотнул головой, словно отгоняя мрачные воспоминания, - сейчас всё по-другому. Левелин внезапно подхватил Эльфину на руки и со вздохом зарылся лицом в ее золотые волосы. - Ты собрался нести меня на руках до самой башни? - охнула Фин. - Естественно. Ты ведь легкая, как перышко. Фин уютно устроилась в объятиях эллара, положив голову на его плечо и глядя на его сосредоточенное лицо со слабой улыбкой. Она так хорошо его знала, что, закрыв глаза, могла представить до последней черточки. Это было так странно, непривычно, но очень приятно. Правда, ее страшно смущало такое откровенное выражение чувств... Как ей решиться уйти от него?! Тихий голос Левелина прервал ее раздумья. - Не смотри на меня так, лесси... - Что? - не поняла Фин. - …иначе я забуду всякие приличия и мы вряд ли сегодня доберемся до дома. - Я и не думала!.. - Думала. - Так нечестно, - Фин сделала вид, что обиделась. - Ты, наверно, мысли умеешь читать. - Это и не обязательно. Все твои мысли написаны у тебя на лице большими буквами. Вот теперь Фин встревожилась всерьез. - Ты правду говоришь? - Конечно. Собственно, мысль у тебя сейчас одна - упасть и уснуть. Она тихонько засмеялась, потерлась щекой о плечо Роберта и закрыла глаза. Сейчас же все тело наполнила сонная истома, мысли стали путаться и сон завладел ею быстро и незаметно. ...А когда она открыла глаза, начиналось утро следующего дня.