Personal Jesus

Конец девяноста седьмого года для многих выдался относительно спокойным временем, уж точно для группы, которая после недавно вышедшего альбома собиралась создавать новый, где были бы не вошедшие синглы за все существование «Депешей» с восьмидесятых годов. Что-то нужно было переписывать сразу же, поэтому в тот период, если мне не изменяет память, Дэйв опять начал таскаться к тренеру по вокалу, стараясь не растерять остатки своего самообладания. Он дал также Мартину понять, что во многом полагается на него и творческий процесс, поэтому большую часть времени проводил в Лондоне, приглашая заодно туда и Джен. В этот же период он успевал еще общаться и с Джеком, поэтому Миллер был одним из тех людей, который точно наблюдал за тем, как процесс выздоровления шел Гаану на пользу. Вместе с этим, все вели на тот момент трезвый образ жизни, Дэйв уж точно, а вот Мартин бывало иногда выпивал, но они четко поставили себе жесткие рамки, чтобы они могли сосредоточиться и на работе, а потом уже и на туре. Антон помогал им с декорациями тура, но вот с клипами они в тот момент решили попробовать нечто новая, наняв несколько популярных режиссеров, однако на телевидении данные ролики никак не были восприняты. Скорее, в тот момент многие начинали понимать, что либо сейчас группа выкарабкается, либо у нее будет спад популярности, а там она и совсем заглохнет. Поэтому Дэйв днями проводил тренировки в спортзале, также начал бегать, а когда его приглашали на тусовки, постоянно держался в сторонке от всего запрещенного. К выпивке он сумел остаться равнодушным, а вот сорваться на наркотики он мог легко в любой момент. У Дэйва в жизни многое налаживалось, учитывая, что он сделал предложение Дженн, и они к тому моменту уже обсуждали планирование свадьбы, но откладывали до того момента, пока Дэйв окончательно не вернется с тура. Мы все знаем, как утомительным и трудным мог показаться тур после всего, что произошло в девяностых, но группа была полна решительности довести дело до конца. По крайней мере, в Европе они чувствовали себя как дома, критика их спокойно принимала, кроме домашней, да и настроения уже под конец в собственной стране словно и не существовало, словно весь запал исчез на глазах, а дальше больше ничего не предвиделось. Но так дела шли слишком хорошо только у Дэйва. Холли же все это время продолжала искать пути, как бы она могла его вернуть. Наверное, в тот самый период многие из нас стали понимать, что эта порядком одержимость загонит из обоих в тупик, если они не найдут способ разойтись мирно. Знаете, что такое за чувство, когда вас сталкерят? Как будто кто-то дышит в спину при каждом шаге, а тень смешивается с чужой, отчего сложно ответить, кто есть кто. Эта тень иногда похожа на паразита, который питается вашими эмоциями, чувствами, она повсюду, даже когда думаешь, что все позади. Эта неопределенность также преследовала и Дэйва с Холли. На протяжении лет девушка оставалась черной музой с длинными расправленными крыльями, она походила на вкус дорогого вина, наркотиков и запаха славы и успеха, а после превратилась в банальную одержимость, от которой весьма сложно откреститься. Холли, как говорили в тот период, все чаще отходила от модельного бизнеса, занимаясь Бог знает чем. Многие даже болтали тогда, что она начала надолго пропадать, а ее возвращения не раз вызывались скандалом или очередным всплеском слухов и сплетен в модном мире. Но никто, однако, не мог с точностью заверить, что хорошела она с каждым днем — наоборот, люди переставали в ней видеть прежнюю мисс Уилсон. Как только она почувствовала отказ от Дэйва и его всяческие стоические попытки откреститься от нее, она сама на себя не походила, ей хотелось больше ее внимания, больше встреч. И хоть она пыталась делать вид, что случалось все непроизвольно, «она же не могла предугадать, где окажется в следующий раз он или она», все уже окрестили ее «сталкером» по отношению к Дэйву. Да, Дэйву и самому было крайне сложно отбиться от старого наваждения, от этой сладкой пытки, которая тянулась вновь и вновь за ним. И мы все не понаслышке знаем, как заканчивались между ними всегда эти встречи, но после, когда Дэйв спускался с небес на землю, в нем вновь происходили вспышки горького осознания о том, что таким образом он вредил и себе, и Дженнифер. Как там говорят женщины? Думал членом, а не головой, поэтому наступал с Холли на одни и те же грабли, а эта дамочка лишь с радостью им пользовалась, говоря, что так еще долго он мог находиться подле нее. Заблуждение, в которое она верила искренне. Сладкая ложь, в которую он падал так низко. И по кругу, как заезженная пластинка, они двигались в этом направлении еще очень долго. Не всегда, конечно, между ними было что-то вроде секса, но они могли проводить какое-то время вместе, и не было ничего странного в том, что папарацци постоянно следили за ними. Либо это делала намеренно Холли, либо у всех имелись высокие ожидания во время тура Депешей. Я думаю, что все эти ужимки по углам, ее вечная способность появляться не в самый подходящий момент играли с ними в злую шутку. И казалось, что Антон или Мартин были рады ее присутствию, но во всем сквозила такая прохлада, что как больше десяти лет назад атмосферы уже не существовало. Холли тогда любила им навязываться, что приводило неоднократно к спорам и ссорам, но ей самой совершенно никакого не было дело до чужих мнений и их осуждения. Вскоре все просто поняли, что бесполезно как-то влиять на Холли и позволили Дэйву самому решать данную проблему. Но что еще более интересно, так это ее одержимость даже в тот момент, когда он честно признался Холли в том, что собирался планировать свадьбу с Дженнифер. Мартин говорил, что в тот период она чуть ли не налетела на него с кулаками и они не общались около месяца или чуть больше, но в итоге она вновь стала бегать за ним, считая, что раз с двумя бывшими он уже так поступал, то и в этот раз все произойдет то же самое. Наивно, конечно, полагать так, но у нее и других хлопот-то не имелось за душой. Холли и в модельном бизнесе увядала на глазах. Были те, кто с каждым годом добивался все больше и больше, они не собирались останавливаться на начатом, но с Холли случалась обратная сторона история. Она топила себя в собственной глупости, никак не сумев повзрослеть от той мысли, что мужчины не игрушки и ими нельзя так легко манипулировать, подстраивая под свои желания и капризы. Многие, особенно после смерти Майкла Хатченса, стали сравнивать эту парочку с покойным певцом и бывшей женой Боба Гелдофа. Все это безумие очень сильно совпадало во многих аспектах. Да и журналисты не упускали возможности пустить яда в прессу, чтобы дать веский зачастую повод для сомнений в стабильности самого Дэйва. Опасная игра на острие ножа, никак иначе. В тот же момент Дэйв много времени проводил в тренажерном зале, поправляя свою внешность к гастролям, а во время самого тура со стадиона выходил весь потный и мокрый, что усталость тут же плескалась в его глазах. Он мог выкуривать запросто пачку сигарет в день, так как к остальным вредным привычкам ему приходилось относиться нейтрально или же вовсе держаться подальше, потому что до сих пор Дэйв находился в хрупком балансе на пути к окончательному выздоровлению. Да и вообще все тогда настолько преобразились, что Дэениель не мог не нарадоваться этому факту — группа трезвенников, полностью с отдачей себя стадиону, а не витанию в облаках… Что в некоторых городах приходилось давать повторные концерты. Однако, к ним уже все замечали, как мужики теряли свой интерес. В общем, жизнь бурлила, а у Дэйва она так и вообще напоминала гейзер целый. Иногда мне кажется, что вся эта затея с тем, как нужно закончить эту историю, не имеет совершенно смысла, но я продолжаю ради того, чтобы расставить все точки и запятые в этих отношениях. Дэйву нужно время выговориться, и этот способ кажется самым безопасным с нашей стороны. Сейчас, когда я еду к ним на ужин с Дженнифер, я точно могу услышать историю не одного уже человека, а двух, потому что Дэйв и Дженнифер в этот период хоть и были несколько как на иголках, но она находилась с ним все это время, поддерживала и терпела его, даже если стоило просто уйти в тень и больше ничего с этим не делать. — Ты явно собираешься нас откормить так, что из-за стола мы потом не встанем, Джен, — сказал я, отпивая очередной глоток виски, когда мы по-дружески, а не по работе продолжали болтать и наслаждаться едой. — А остались бы в Европе, там было бы блюд в два раза больше, к тому же в такие ужины Стелле и Джеку нравится проводить время за столом. От греческой и испанской кухни они просто не могут оторваться, — она засмеялась, принимая в руки бокал вина от Дэйва, который тепло ей улыбнулся и наклонился, чтобы оставить поцелуй на ее лбу. — Итак, что на этот раз мой непутевый муж должен рассказать тебе, Робби? — Мы продолжаем историю про Дэйва и Холли Уилсон, поэтому я не уверен, если ты хочешь остаться. В конце концов, речь пойдет о похождениях твоего мужа, когда вы уже были в отношениях, и, возможно, это звучит немного странно, учитывая характер данного периода, — я нервно сглотнул, ожидая реакции Джен, но отметил за ней всего лишь мягкую улыбку и намерение остаться. Она знала много, поэтому нам не нужно уединяться куда-то, чтобы завести речь про этот бурный роман. — Нет нужды уходить. После рождения Стеллы Дэйв мне совершенно обо всем сознался, хотя я и без того знала, что он все еще продолжал водиться с этой моделью. Как говорят, с ней в тот момент многие оборвали общение, но к Дэйву она льнула как банный лист. Удивлена, что чаша весов все же не перевесила в ее сторону в итоге. — И вряд ли бы склонилась, потому что вскоре я понял, насколько зеркальными были наши отношения. Долгие годы я бегал за Холли, нарисовал в своей голове ее образ, в который я влюбился, в котором нуждался каждый день, но когда пришло время промыть себе мозги и избавиться от зависимости, понял, что я все это время жил черной музой, прототипа которой в реальной жизни не существовало. Я верил себе, а не тому что происходило. Очнулся, но стоило в моей жизни появиться Джен, как Холли тут же поняла, что я уже безнадежно потерян для ее общества. Наверное, поэтому она столько рисовала себе воздушных замков в надежде, что я одумаюсь от ее слепой и верной любви и вернусь к ней как побитая собака, принимая отношения за чистую монету. Хоть и считать их здоровыми нельзя было. Скорее, полностью токсичными. — Я помню, что она следовала за тобой всюду, словно боялась, что в каждом городе по табуну девок, которых ты не прочь был бы оттрахать на славу… — Старые времена, она жила ими, что даже не заметила, как все стремительно менялось. К тому же, если я и хотел протрезветь окончательно, это значило, что мне надо забыть совершенно весь классический распорядок дня рокера, кутившего на всю катушку, забывая о том, что существуют тормоза. — То есть она сталкерила тебя неоднократно? Поджидала везде, устраивала скандалы? — Да, самый лучший был, когда ей сказал, что вскоре женюсь на Джен и в этот раз сделаю все, чтобы отношения не раскололись, чтобы они работали на долгие годы. Тогда она ушла, и месяц я от нее совершенно ничего не слышал. Даже подумал, что она настолько сильно обидеась, что пошла совершать глупости. Однако в Мадриде мы снова пересеклись в девяноста восьмом спустя чуть больше месяца. Выглядела, конечно, она тогда немного безумной. Но что и говорить, нарциссы все такие, только сейчас пришло резкое осознание. А мы все знаем, какие нарциссы паразиты по жизни. — Но в итоге ведь она обрела себя, — сказала спокойно Джен, отламывая кусок от десерта. — И она позволила всем жить так, чтобы от этой токсичности больше никто не страдал. В конечном счете, она поступила мудро. — Может быть, но до этого момента в истории еще целых пять лет, поэтому нам нужно сосредоточиться именно на том туре… Дэйв и Мартин стояли и разговаривали с Антоном, который выглядел крайне расстроенным. Его после такой долгой договоренности в клипах решили сменить на других режиссеров, думая, что перемены пойдут положительно на имидж группы. Тем не менее, он с энтузиазмом взялся за декорацию тура, зная, что в Европе данный альбом с синглами приняли весьма хорошо, кроме Англии. Как всегда родная страна поворачивалась спиной и говорила «фи», потому что считала, что Депеши все делали слишком запоздало по отношению современных тенденций. Они слегка все устали, но все по очереди продолжали ходить в зал и на тренировки, чтобы привести себя в форму. Даже создали свод правил которые они должны были соблюдать во время тура — никаких наркотиков, пьяных вечеринок, никаких девок после концертов, а самое главное, не поникнуть головой под конец Перед самыми гастролями Дэйв набрался смелости, все же купил обручальное кольцо и хотел увидеть реакцию и Джен, и своего сына. Они вроде бы не так давно назад начали встречаться, но он чувствовал, как женщина меняла его в лучшую сторону, как она поддерживала его и лояльно к нему относилась. И когда во время ужина он сделал ей предложение, Дженнифер долго молчала, а уже потом с легкой улыбкой, возможно, даже немного лукавой ответила «Да. А что мне еще будет за это?» прибавила она, сжимая его руку той, на безымянном пальце которой уже красовалось красивое помолвочное кольцо. Естественно, он обещал ей, что в жизни, кроме нее, больше никого не будет, однако женщина в это мало верила, зная историю чуть ли не каждого рокера. И все же они были счастливы настолько, что начало тура показалось ему весьма простым и окрыленным. Сначала все было просто идеально — никаких звонков и сообщений на пейджер от Холли, никаких встреч и прочего, но потом Дэйву казалось, что за ним наблюдают, стоило им отправиться в тур по Европе. А после начали приходить небольшие записки оставленные под дверью номера или в машине, на какой их возил личный водитель. Не нужно было складывать два плюс два, чтобы понять, что все эти загадочные послания от Холли. Она продолжала навязываться ему, хотя он вовсе этого не желал. Однажды она просто ворвалась за кулисы после концерта, и конечно ее с радостью встречал Антон, расцеловывая ее щеки, и Мартин по-доброму ее обнял, но стоило ей приблизиться к Дэйву, как он отошел от нее словно ошпаренный. Он явно не радовался ее приезду, замечая, как ее губы сложились в тонкую линию, а ее глаза странно блестели. Он хотел ей ответить, но продолжал молчать, понимая, что сделает только хуже. В тот вечер после концерта они закатили тусовку в одном из закрытых клубов, где Холли то и дело что подбивала клинья к Дэйву, пытаясь усесться ему то на колени, то приобнять, то флиртовать за коктейлем. Когда она поняла, что Дэйв не настроен с ней ни на какие взаимоотношения, она просто уселась рядом с ним и желала завести самый банальный разговор, чтобы не скатиться в чувство неловкости и опустошенности. И Дэйв ей поддался, увлеченно болтая про планы группы, про своего старого кореша из рехаба, который в скором времени обещал приехать, чтобы поддержать закадычного друга. Ну и по окончанию, когда он заговорил про новые альбомы и песни, о лирике и прочем, Холли лишь спокойно улыбнулась, положив голову ему на плечо, отмечая, что Дэйв поначалу никак на это не среагировал, а потом под ощущение усталости и сна обнял ее за плечи, говоря, что им пора бы вернуться в отель и раз уж она даже не удосужилась снять номер, могла бы остаться с ним до утра. — А есть такой вариант, что тур затянется до следующего года? — порой начинала Холли разговор с одного и того же вопроса, пытаясь услышать, что Дэйв будет в ее распоряжении гораздо дольше. — Мы планируем еще долго колесить, но по всем вопросам лучше обращаться сейчас к Миллеру, у него там планы составлены на десять лет вперед, — Дэйв отпустил легкий смешок, садясь на противоположный диван и отпивая из стакана немного виски. — Не хочешь со мной выйти на пробежку? — его улыбка была ценнее всего. А после он протянул ей руку, прося молча, чтобы она следовала за ним. И украдкой он вновь себя ловил на мысли, что это все походило на старые-добрые времена, когда он просто не мог сказать ей «нет» — в тот период ведь он был безумно в нее влюблен, и даже сейчас это наваждение не хотело исчезать из его головы. Было что-то в Холли очаровательное теперь, когда они оба смотрели на жизнь под другим углом. Он хотел этой открытости и позволял ей многое в последующие встречи, что часто оканчивались в постели, но после Дэйв одумывался и старался сохранять дистанцию, боясь навредить отношениям с Дженнифер. Когда он звонил ей, в особенности не мог скрыть свои эмоции, ведь она пыталась его постоянно отговаривать о свадьбе, которую следовало провести после гастролей, а не во время них. Такие новости приободряли его, давали надежду, потому что Дженнифер умела правильными жестами и словами влиять на него, вынимать из него все самое лучшее. С Холли же такого никогда не происходило, если только говорить о том, что он топил себя в бездне слишком много лет из-за не полностью разделенных чувств. Очень часто между ними мелькали и ссоры, особенно когда Флетч или Мартин пытались поставить Холли на место. Дэйв не хотел влезать в драки, поэтому поддерживал мнение друзей, пока она в сторонке негодовала, пытаясь скрыть свое разочарование и злость. Холли все время напрашивалась поехать с ними куда-нибудь, отметить вечеринку или даже отправиться в спортзал, показывая им, какой хороший из нее компаньон, но на деле же оказывалось, что она просто всех раздражала своим присутствием. И в один из жарких летних дней все дошло до того, что ссора с друзей перекинулась и на них двоих. Холли много в чем его обвиняла, говоря, что он не самостоятелен и опирается на суждения других, предъявляла претензии, но Дэйв прекрасно знал, что на все это Холли не имела никаких прав. По сути дела, теперь она являлась лишь частью его прошлого и пиявкой настоящего времени, хоть и очень очаровательной. — И ты ничего не хочешь сказать? После всех этих дней в гастролях, ты теперь шлешь меня куда подальше?! — злобно наехала на него Холли, желая, чтобы Дэйв хоть на каплю одумался. — А чего ты от меня хотела, собственно говоря? Чтобы я позволял тебе бросаться мне на шею каждый раз, когда тебе это удобно? Ты серьезно до сиз пор так наивна, что думаешь, будто мир крутится только вокруг тебя? Я не хочу портить то, что мы так хорошо успели наладить. И у мня есть поддержка, которая всегда даст мне совет. Ты же тянешь меня вечно на дно, — не удержался от ядовитого комментария и Дэйв, замечая, как группа и вся оставшаяся команда за ними внимательно наблюдала. — То есть это я во всем виновата по-твоему? — Я позволяю тебе оставаться рядом со мной, потому что понимаю, что тебе говорить все без толку, продолжаешь навязываться даже тогда, когда я все сказал, что между нами как прежде быть ничего больше не будет. И раз уж мы заговорили об этом, после тура у меня свадьба с Дженнифер, мы наконец-то решили сделать все законно, — он видел, как в ее глазах вскипает злость, как она пытается сжимать до боли кулаки… — Да как ты смеешь?! Ты, самая последняя сволочь, которых я только встречала когда-либо, — она полезла на него действительно с кулаками, выплескивая все свои негативные эмоции на нем. Так ее, видимо, еще до этого никто не отшивал, в очень грубой манере. — Не нравится реальность происходящего? — Дэйв усмехнулся перед тем, как она замахнула рукой и отвесила ему пощечину. Но дальше было только больше, отчего группе пришлось разнимать их, дабы никто не покалечился еще сильнее. — Я думаю, это многое доказывает, Холли, относительно тебя. Когда в моей жизни появился действительно важный человек, ты бесишься хуже ведьмы, но, когда я нуждался в тебе столько лет, ты игралась мной словно ленточкой, которую бросают в воздух. Иногда судьба распоряжается довольно жестоко, не правда ли? — Пошел ты! Я… Я тебе все… — злость так и кипела в ней, что она не могла произнести ничего адекватного. — Что ты мне дала в свое время? Поддержку, заботу, любовь, уважение? Где все это было тогда? Мне не жаль тебя, Холли, и я не Майкл Хатченс, чтобы рьяно тебя защищать, а ты вот похожа на Полу Йетс в некоторых чертах, ей тоже всего было мало, — Флетч положил ладонь на его плечо, заставляя ненадолго замолчать, отмечая, как друга немного потряхивало. — Будет лучше, если ты уйдешь сейчас же и не станешь устраивать дальнейшую сцену, — также спокойно ответил Флетч, смотря на разъяренную женщину, которой все же пришлось отступить и уйти. — Возвращаемся к саунд-чеку, скоро нам на сцену уже. Возникали странные ощущения от того, что только произошло. Мало кто думал, что дело дойдет до драки. Мало кто верил, что она не станет и дальше его преследовать. И хотя новостей от Холли в мире моды сильно было не видать, чутье показывало, что она могла еще вернуться. Тур проходил замечательно, но в своей родной стране чувствовалась усталость. И вроде бы билетов было продано предостаточно, что пришлось организовывать концерт в два дня, но на второй день словно наступала апатия и лично ничего уже не хотелось. Нет алкоголя ящиками, нет наркотиков вовсе — одним словом, здоровый образ жизни, учитывая еще сюда и тренировки в зале. Прогресс давался нелегко, зато к удовольствию Миллера, что они наконец-то стали относиться серьезно к делу. Да и видя, как Дэйв общался с сыном и позволял ему оставаться часто с Джен, он радовался, что черные дни подходили для вокалиста к концу. Однако под конец, в Лондон прибыла все же Холли — все говорили, что это было как-то связано со съемками для журналов, но, очевидно, это все лишь являлось слухами. Никто точно не мог ожидать, что она появится на закрытой вечеринке, делая вид, будто вообще ничего не произошло. Она улыбалась, болтала мило со всеми, была такой обворожительной и милой, что у группы создалось двоякое впечатление, словно их дурили уже не один раз за долгий период. И стоило только Дэйву покинуть общую комнату, как она тут же последовала за ним, резко прижимая к холодной стене в туалете, вовлекая мужчину в довольно грубый поцелуй, даже не давая ему возможности отстраниться. Вскоре он стал отвечать ей, но понимал, то что-то здесь было не так. — Мне плевать, что ты женишься, плевать, что тебя кто-то там занял ради легальной бумажки, — прошептала она, прикасаясь губами к его уху и шее. — Просто это очевидно, как все эти истории повторяются. — Не в этот раз, — уверенно ответил Дэйв, отстраняя Холли от себя. — Заблуждаешься, как и обычно. Вас, мужчин, обычно жизнь ничему не учит, — ее руки уже вовсю касались его плеч и груди, спускались все ниже и ниже, что между ними возникло небывалое напряжение, пока их дыхание смешалось, став единым целым. — Встретимся в твоем номере через полчаса, — она еще раз его поцеловала и отошла от Дэйва, открыв дверь и надеясь, что он действительно к ней придет. А он стоял как дурак и не знал, чего же ему ожидать от этой дивной ведьмы. Она явно умела очаровывать, но также и погрязла в собственных иллюзиях, в которых он, похоже, имел одну из главных ролей. Это было жестоко и даже отвратительно, ведь Дэйву нужно раз и навсегда разорвать этот скандальный круг, в который он падает снова и снова. Любит ли он еще? Трудно сказать. Наверное, просто от бездны еще не так далеко ушел, чтобы отказывать простым желаниям, имеющим серьезные последствия. Дэйв вздохнул и поправил свою кожаную куртку, также покидая туалет, как только он немного перевел дух и осмыслил ее слова. Он мог ей отказать, но ноги уже сами шли в направлении машин, чтобы оказаться в собственном номере. Он хотел сбежать в реальность, но кажется, что попал в петлю собственного прошлого. Изысканное, но печальное шоу, не так ли?