К чему злость? К чему Агрессия?

      К удивлению России, виновники происшествия поспешно скрылись из виду, и из-под тумана разбросанных повсюду песчинок разглядеть малейшие силуэты было испытанием.       Террориста ещё давно пытались устранить различными способами: отправляли опытных солдатов, что к сожалению не смогли уследить за ними дальше.       Казалось, всё было безнадёжно. И эта попытка отследить ИГИЛ, Россу казалась абсолютно безуспешной. Он действовал лишь из своих интересов: что предпримет террорист в дальнейшем? Выйдет в упор или будет выжидать удобного случая?       Он понимал: Она не так проста, но при этом оставляет так много ошибок. Нужно лишь подловить её на них. Отвернувшись от своего «покровителя», Аль-Каиды ИГИЛ смогла достигнуть множество успехов, что не мало удивляло Россию.       Прошагав поближе, он увидел населенный пункт. В этом месте солнце палило сильнее, в то время как туман успел развеяться, но вдалеке всё равно чёрт что разглядишь. Повсюду гулом разносился плач женщин, что лишились своих мужей или детей.       В воздухе стоял металлический запах, что заставило Росса напрячься. обострив слух, он мог услыхать лишь арабскую речь, которую почти не разбирал. Но уловить смысл смог: Дети, а если точнее подростки малых лет обсуждают план мести за… отца?       Он не желал лезть в чужую жизнь, и тем более менять в ней что-то. Поэтому ему с камнем на душе и в искреннем сочувствии к этим бедным детям он принял решение просто проигнорировать.       Также, Россия отметил для себя, что взрыв произошёл вовсе не здесь, и лишь в догадках он взглянул вперед. Почему же тогда здесь стоял такой ярый туман? Он мог лишь догадываться.       Впереди перед ним вставали ужасающие картины: Женщины в слезах хоронили трупы людей без голов, вытирая повсюду ярко-бордовую кровь.       Росс сильно хмурился, идя мимо. Он не может быть нейтрален к такому, но и ничего сделать не сможет. Давать лишние надежды было слишком глупо: Так и себе, так и тем кто пережил это.       У него была другая цель. Совершенно отличающиеся от обычного волонтёрства. У Сирии есть множество проблем, и не только в плане террористических группировок, что не даёт покоя мирным гражданам, также и гражданские войны.       Если уедешь из этой страны: в другой тебя ждут осуждения, в то время как рабочие аэропортов не оставят тебя в покое пока не обследуют тебя на наличие бомб или огнестрельного оружия.       Но и их можно понять: в арабском мире никогда не стоял покой. Хоть и они были больше других богаты на нефть, именно из-за этого на них всех, абсолютно всех вешают клеймо террористов, алчных людей и в целом опасных для общества.       Везде есть плохие люди, да и то чистым злом их назвать нельзя. В свою очередь Россия не стоял на месте, а шёл вперед, туда, где по его мнению был этот взрыв. И идя вперёд, он надеялся услышать хоть чей-то крик: неважно чей, хоть это будет мерзкий террорист, или бедолага, кому уготовлена судьба лишится головы.       Но в местности стояла сущая тишина. Даже, можно сказать, гробовая. Она заставляла каждое мгновение напрягаться и не находить в себе сил успокоится.       Эти панические мысли, что забирались глубоко в разум, заставляя каждый раз всем весом оборачиваться назад и судорожно разглядывать каждый сантиметр местности, окружающая его.

***

      На небосклоне солнце уже давно скрылось за горизонт, а тяжелое дыхание от усталости, что воспроизводил Россия каждый шаг не давало услышать хоть что-то. Не в силах идти дальше, парень всем весом приземлился на траву, облокотившись об дерево, стоящее посреди густого леса.       Ушанка сразу сползла ему на лоб, перекрыв взор. из-под век он мог увидеть лишь полную пустоту, а ушами услыхать сверчков, которые издают звуки, эхом раздающиеся по всему лесу. В кислороде была та свежесть, которую он желал все те часы бесконечных походов в неизвестность.       Было понятно: дальше двигаться было бесполезно. Переборов себя, он встал, поправил шапку и стал осматриваться: в его разуме все ещё витали панические мысли о том, что кто-то вечно наблюдал за ним. Так пристально, что это перерастало в кажущуюся паранойю.       В его голову лишь забрела мысль разжечь костёр, чтобы обеспечить себя комфортным сном ближайшие десять-двенадцать часов. Подобрав несколько веток, сложив их в одно целое он достал спичечный коробок. Достав оттуда одну спичку, он поджег её и направил в сторону кучки собранных им веток.       В воздухе встал запах дыма, а место, где были ветки вспыхнул огонь. Он отбросил спичку и присел на пенёк напротив, склонив голову к небу, Россия стал разглядывать ночное небо. Нельзя не сказать, что оно заманивало своим видом, так ещё и этот яркий свет в ночи создавал атмосферу лагеря, которая был в его детстве.       Правда в то время это был поход, нежели лагерь.       Это было в его детстве. В далёких сороковых годах, а точнее их конца. Когда его отец был в его глазах настоящим героем, и оставался им, на самом деле.       Тот поход надолго отпечатался в памяти Росса. Когда союз не был развален, когда были процветающие и дружные времена в его жизни. Лишь послевоенные времена дали ему понять, что коммунизм — не его. Но в душе оставался осадок сомнений…       Правда, парень настолько устал, что даже и не подумал о том, что кто-то может увидать это место в тёмной ночи, посреди густого леса… И это было его огромной ошибкой. Или же нет?       Послышался шелест листьев. Сначала Росс не придал этому значения, и продолжил сидеть на пеньке, но когда из-под гущи леса, куда часто в панике направлялся его взгляд послышались тяжелые шаги, а чуть позже вышла до боли знакомая фигура…