Там, где будут услышаны молитвы

Утро в Сейрейтее выдалось весьма неприятным, в особенности в бараках девятого отряда, где временно остановилась сестра Куросаки Ичиго. В данный момент она тихонько сопела, раскинув руки и ноги в позе звездочки, а над ней навис капитан этого отряда, рисуя что-то на её лице черным маркером. Когда он закончил, то пощекотал кончик её носа пером, тем самым заставляя девушку проснуться. Та, увидев смеющегося Кенсея, поняла, что что-то здесь не так. А когда на пороге в комнату шлепнулся Хисаги и начал смеяться, держась за живот, поняла что не ошиблась. Молча встав, под дикий хохот двух сошедших с ума синигами, она подошла к зеркалу в ванной и скрипнула зубами, глядя на свое отражение. Вьющиеся, старательно выведенные над пухлыми губами, черные усы, на щеках своеобразная борода, брови соединены в одну. Глаза подведены черным, и при этом правый глаз пересекал якобы шрам. Воздух вокруг нее накалился, но те двое по прежнему продолжали смеяться, тыкая на нее пальцем. Она начала медленно поворачиваться, материализуя кинжал, но ее остановило что-то. Что же это было? Это был Мугурума, который сквозь надутые от смеха щеки, держался за живот. Но когда увидел блеск стали, прохрипел: — Бакудо номер 61, — глаза Карин округлились. — Рикуджокоро! — Ты с ума что ли сошел? — шикнула девушка, в попытке освободиться от шести блоков, но внезапно остановилась, злорадно ухмыльнувшись. — Бакудо номер 30, Шитотсу Сансен. Мужчину прибило к стене, и он не мог дернуться, а за всем этим наблюдал ошарашенный Хисаги. Они даже путь связывания не поленились друг на друга наложить, с ума сойти можно. — Ого, ты смогла наложить на меня это, будучи зажатой в бакудо шестидесятого уровня? — удивился Кенсей, осматривая пробитую стену и осознавая, что нужно будет сделать ремонт. — Как насчет мира? — сказала девушка, смотря на него. — Или простоим так оставшийся день, пока кто-то не зайдет и увидит такую карти… — фразу перебили хлопком двери, после которой раздался оглушительно-громкий смех. — Куросаки, Мугурума, Вы… — Хирако Шинджи чуть не прикусил себе язык со смеху. — Что Вы тут устроили? — спросил он, но внезапно разглядел лицо девушки. — Не смейте и слова сказать насчет этого, капитан пятого отряда. — предупредительно сказала Карин, на что тот примирительно поднял руки вверх, усаживаясь на диван. И словно вспомнив что-то, обернулся к другу: — Я чего зашел то, Кенсей. Маширо скоро будет здесь. — мужчина оживился и быстро перевел взгляд на брюнетку. — Мир, я согласен. — он хотел снять свое бакудо, но девушка опередила его, и дернув локтями, освободилась сама, не забыв помочь ему. — Как? — Кто знает, может мои силы взлетели в небеса, дабы я освободилась и рухнула в твои объятия, пронзая тебя насквозь своим клинком! — театрально сказала Карин, но при этом выражение её лица оставалось непоколебимо холодным. Все присутствующие снова залились диким хохотом, а она ушла смывать с себя «творчество» Кенсея. После этого, брюнетка почувствовала как отдалились реяцу Шинджи и Кенсея, но Хисаги оставался на месте. Вытерев лицо полотенцем, она вышла из ванной комнаты. Сидящий на диване парень встал, завидев девушку, и подошел к ней. — Извини, капитан у нас любит детские шутки. — неловким тоном выдал Шухей, почесывая затылок. — Да не переживай, все нормально. — спокойно сказала Карин. — Я сама частенько подшучивала так над братом, пока была жива. — на последних словах голос девушки дрогнул. — Куросаки, послушай, — парню не дала договорить хлопнувшая неподалеку дверь, и звонкий голос лейтенанта десятого отряда. — Шухейчик мой, выходи, пошли выпьем по бутылочке! Брюнетка увидела, как дернулся парень от первого слова, и как покраснело его лицо. Как-то хитро взглянув на него, она мгновенно исчезла в сюнпо. Он не успел сказать и слова, как на него сзади напрыгнула рыжеволосая. — Попался! — ухмыльнулась женщина и утащила его на очередную пьянку. Тем временем Карин снова навестила капитана второго отряда. По пути к ней она встретила Зараки с Ячиру, и они перекинулись парой слов. Также девушка сказала мужчине, что не будет капитаном его отряда и, напоследок, погладила малышку по голове. Уже зная дорогу, она прибыла на полигон и осмотрелась в поисках женщины. Та отжималась на вершине скалы, будучи на одной руке, и ногами кверху. С висков стекал пот, а рука уже подрагивала, из-за сильного напряжения в теле. Взгляд серых глаз был нахмурен, брови сдвинуты к переносице, но женщина продолжала. Цокнув, Куросаки мгновенно оказалась рядом с ней, и схватив ее за талию, появилась на земле. — Эй, ты что себе позволяешь? — удивленно округлила глаза Сой-Фон, но улыбнулась. — Но это было быстро, молодец. — Да ладно вам. Как насчет тренировки, разумеется, после отдыха? — спросила Карин, на что женщина кивнула и отошла попить воды, пересохшее горло давало о себе знать, отзываясь болью в горле. Брюнетка же хотела поговорить с дзанпакто, но едва она прикоснулась к кинжалу, как руку оттолкнуло волной реяцу. Не в настроении, значит. Девушка поджала губы и просто прикрыла глаза, расслабляясь. Спустя пятнадцать минут, Карин нагло подняли, еще и каким образом! Ощущение холодного клинка возле шеи заставило напрячься, но послышался шёпот: — Цикада. Перед глазами Сой-Фон осталось лишь остаточное изображение, и она довольно ухмыльнулась. После этого обстановка вокруг накалилась, а воздуха казалось катастрофически мало. Лязг металла раздавался громче и громче, слышались также кидотипные заклинания, которыми обе владели достаточно хорошо, чтоб разнести все камни на полигоне в пух и прах. В таком темпе и проходили дни нашей синигами. Спустя месяц, в один из таких дней, ко всем капитанам прилетела адская бабочка, что порхала рядом, в поисках места приземления. Послышался веселый голос главнокомандующего, с просьбой всем капитанам немедленно явиться в зал, на важное собрание. Примерно через десять минут, двенадцать отрядов были в сборе. Однако вид у многих был весьма сонный. Часы показывали шесть утра, а некоторые из них спали сладким сном в такое время. Об этом свидетельствовал вид капитана девятого отряда, который стоял с распахнутым косоде и зевал, почёсывая свою грудь. То же можно сказать и о капитане пятого отряда, его волосы были похожи на птичье гнездо, а глаза то и дело смыкались, в намерении продолжения сна. Капитан десятого явился с пером в руках, а темнейшие круги под его глазами, говорили о том, что вероятнее всего, он всю ночь заполнял отчеты за своего отлынивающего лейтенанта. Из всех двенадцати нормально выглядели лишь капитаны Кучики и Кучики, Ядомару, Сой-Фон и Зараки. Куросаки вошла после всех и устроилась где-то в конце правого ряда, не обращая внимания на искры вокруг стоящего рядом Куроцучи. От него она ощущала странный запах химикатов и недовольный вид. Вероятно, его сорвали с очередного лабораторного эксперимента. Наконец, появился главнокомандующий с будничной улыбкой. Его совершенно не волновали убийственные взгляды, направленные в его сторону. Как только он встал на своё место, из левого ряда вышла Ядомару Лиза. — М? Что-то хотели, капитан Ядомару? — протянул в своей манере Шунсуй, подложив руку под подбородок. — С вашего позволения. — она оказалась рядом с мужчиной и что-то прошептала ему. Карие глаза слегка округлились от услышанного, но он кивнул ей. Девушка вышла из зала, под недоуменные взгляды капитанов. — Что ж, начнём наше собрание. Куросаки-сан, выйди пожалуйста вперёд. — улыбнулся мужчина, смотря на неё. Карин вышла и склонилась в уважительном жесте перед главнокомандующим. После, выпрямившись, встала в ожидании его речи. — Приступим к рассмотрению ситуации относительно Куросаки Карин. В схватке с ней я смог изучить и оценить уровень её духовной силы и дзанпакто. Также мною были анализированы способности рукопашного боя, владения мечом, кидо и мгновенного шага. — он на миг прервал речь, обводя взглядом собравшихся. — Тем самым, на основании собранных мною данных, я собираюсь назначить её на должность капитана в Готей-13. Есть возражения? — после его слов послышались шептания, которые спустя минуту переросли в откровенное обсуждение о девушке и ситуации. Шум длился около пяти минут, и все это время она стояла, молча слушая мнения других о себе. Кто-то хвалил и хорошо отзывался, а кто-то сомневался, оправдывая это тем, что она ещё молода, и не может быть капитаном. Хотя этот аспект спора опровергал юный гений — Хицугая, в молодом возрасте ставший капитаном, но это никого не интересовало. — Прошу тишины. — слегка повышенным тоном сказал Кьераку и разочарованно покачал головой. — Где ваши манеры? Все капитаны поджали губы и перевели взгляд на девушку. Куросаки стояла с прямой спиной, в ожидании оглашения результата, словно не обращая внимание на происходящее вокруг. Она не видела нужды в бессмысленных спорах и пререканиях. Для неё место имели лишь действия, а не слова. Наконец, послышалась тишина со стороны отрядов. — Я назначаю Куросаки Карин на должность капитана восьмого отряда Готей-13, и поздравляю её со вступлением в наши ряды. — улыбнулся мужчина, а в голове девушки хлопнули конфетти, но она сохраняла достойный вид, и поклонилась в знак благодарности. — Спасибо за доверие, главнокомандующий. Я не подведу вас и вашу веру в мою успешную службу во благо Общества Душ. — Карин прервалась, словно вспомнив что-то. — Но как же капитан Ядомару? — Лиза-сан ушла, как и лейтенант Эндедзи. Вам придётся найти нового лейтенанта, возможно, кто-то есть в Академии Духовных Искусств. Когда примете решение насчёт лейтенанта, зайдете ко мне. — он почесывал шею, думая, не упустил ли что-что. — Ах, да. Лейтенант Исе проводит тебя и введёт в курс дела. Сразу после этого послышались поздравления от капитанов 2-го, 4-го, 6-го, 9-го, 10-го и 13-го отряда. Карин приняла их с благодарностью, в особенности от капитана шестого отряда, который поразил её своим не «хладным как сталь» взглядом. Уголки его губ были приподняты, но и этого было достаточно для того, чтобы смутить девушку. Также она получила тёплые слова от Рукии, которая с гордостью и словами напутствия обняла её. И куда уж без смачного хлопка по спине от Кенсея и насмехающегося тона Тоширо. Сой-Фон же просто поздравила её и сказала, что теперь поблажек не будет. Закончив с этим, девушка вышла и увидела стоящую возле зала собрания лейтенантов, Нанао Исе. — Все получили весточку о вашем назначении и просили передать поздравления. — брюнетка благодарно кивнула. — Я покажу вам бараки восьмого отряда и, как можно развёрнуто, введу в курс дела. — Спасибо, лейтенант Исе. Девушки скрылись в сюнпо, и около двух часов Нанао объясняла Карин все важнейшие аспекты заполнения отчетов, определённых документов и бумажной волокиты в целом. А после приступила к списку обязанностей капитана и закончила самыми важными правилами Готея. У Куросаки, казалось, нагрелась голова от такого количества информации, ведь Нанао была очень требовательной и не терпящей разгильдяйства девушкой. Поэтому, она рассказывала очень подробно, не упуская ни единого слова. Закончив с объяснениями, лейтенант первого отряда вручила ей хаори. Оно было аккуратным, с короткими рукавами, а на спине располагалась цифра восемь. Внутренняя подкладка была розового цвета. Карин с неподдельной радостью прижала его к груди, словно это было чем-то сокровенным и важным для неё. Но виду не подавала о бушующих эмоциях.  — Спасибо за все, лейтенант Исе. Вы не знаете, где сейчас капитан Кьераку? — спросила Карин, поднимая взгляд на неё. — Скорее всего пьёт, развалившись где-то под вишнёвым деревом. — со вздохом пробормотала Нанао, поправив очки. — Тогда я пойду, у меня дело к этому пьянице. — увидев кивок лейтенанта, они попрощались друг с другом. Куросаки принялась искать реяцу Шунсуя, и довольно хмыкнула, почувствовав её неподалёку от себя. Уйдя в сюнпо, она через мгновенье оказалась в нужном месте. Под деревом, на своём хаори, лежал мужчина, а неподалёку располагалось саке и пиала. — Карин-тян! — мужчина улыбнулся. — Или мне называть тебя капитан Куросаки? — Ну нет, по крайней мере не тогда, когда я хочу выпить с вами. — протянула брюнетка, усаживаясь рядом. — Почему ты держишь хаори в руках? — спросил мужчина, наливая ей в свою пиалу. — Прости, я не брал вторую. — Я не брезгую, все нормально. — она приняла саке из его рук и выпила. — Забыла надеть, да и волнуюсь. До сих пор не верю, что стала капитаном. Надеюсь, в глазах родных я достойная синигами. — брюнетка подняла взгляд в небо, в глазах предательски защипало. — Не серчай, Карин. Ты сильная девушка, и я уверен, они всегда гордились тобой, и сейчас тоже. У тебя впереди ещё долгий путь. Ты пройдёшь через многие потери. Все отрицательные эмоции будут постепенно давить на тебя изнутри, заставляя чувствовать себя остатками на морском дне. Твоё сердце будет ломаться раз за разом, но постепенно ты начнёшь привыкать ко всему. Ты будешь улыбаться, невзирая на все невзгоды и преграды, стоящие на твоём пути. — взгляд карих глаз на миг потяжелел. — Однако, эта улыбка никогда не достигнет самого важного — твоих глаз. — Какие подбадривающие слова для новоиспечённого капитана, Шунсуй. — девушка грустно улыбнулась и налила ему саке. — Я пришла попросить тебя кое о чем. Мне нужно отправиться в Мир Живых на два-три дня. Позволишь? — В Каракуру значит. А могу я узнать, в чем надобность? — спросил мужчина, поглядывая на раскачивающиеся ветки дерева, которое он так любил. — Мне нужно наведаться к Урахаре. И ещё. — девушка замялась. — Как бы Вы отреагировали, если бы Ичимару был жив? — поджав губы, она подняла взгляд на него. — Гин, говоришь? — брови удивленно приподнялись. — Я бы отреагировал нейтрально, но он принёс немало вреда Обществу Душ. Если он окажется жив, Совет 46 отправит его прямиком в гости к Айзену. — Шунсуй слегка приподнялся на локтях. — Я поняла вас, так что насчёт моего отправления в Мир Живых? — Отправляйся, я даю тебе три дня. — он отпил оставшееся саке и улыбнулся. После она поднялась и попыталась надеть своё хаори. Однако дрожащие от волнения руки, привели её к полному проигрышу. Кьераку засмеялся и вспомнил такую же трясущуюся Рукию, смущающуюся от новой должности. Эх, молодость. — Позволь мне. — он привстал и помог девушке с этим белым одеянием. — Навевает воспоминания. — взгляд был прикован к цифре на спине. — Еще раз спасибо за это, я рада служить в вашем бывшем отряде. — Карин поклонилась, незаметно осматривая свой вид. — Что ж, капитан Куросаки, идите. — До свидания, главнокомандующий. — девушка исчезла в мгновенном шаге, оставляя после себя лёгкий ветерок. Шунсуй лишь посмотрел ей вслед и поднял взгляд темно-карих глаз в затягивающееся тучами небо. С сухих губ слетела едва слышная фраза: — Твои дети так похожи на тебя, Ишшин.