Зона 25 / редактируется

      Отец и мать всегда были для Тэхёна примером крепкой семьи и искренних чувств. Мама, женщина с холодной, высокомерной красотой и снисходительным взглядом, но с мужем всегда была словно нежный ручной пушной зверёк, преданно смотря в глаза и всегда следуя за ним, как тень. Когда в преисподней узнали, что она не только посмела спутаться с вампиром, но ещё и тайно родила от него ребёнка, у неё отобрали все её способности. Сделать то же самое с самим Тэхёном не вышло по той причине, что он не только был на половину вампиром, но и получил свои способности от рождения. Взвившись, сатана выгнал недавно горячо любимую подчинённую, запретив возвращаться назад. Отец Тэ без колебаний забрал свою женщину к себе. Он был наследником одного из сильнейших кланов в мире вампиров. Его семья была глубоко уважаемой за твёрдость взглядов и силу. Поэтому, когда отец Тэхёна, ставший новым правителем клана, привёл с собой бывшую демонессу, вампиры пороптали, но приняли её как супругу своего правителя.       Тэхён был необычным ребёнком не только по происхождению. Из младенца он превратился в подростка, а в 20 его рост окончательно остановился. К тому моменту он был уже взрослым мужчиной, стремительно расцветая, набирая мощь и красоту.       Дядя Джин был родным братом отца Тэхёна, который души не чаял в единственном племяннике, отдавая ему большую часть своего свободного времени, пока не собрал собственный клан, уходя далеко на север. Тэ тогда долго тосковал по нему, бесцельно слоняясь по округе. Прощание было долгим, и Джин обещал, что всегда будет на связи, если его мальчику что-то потребуется. Но новая жизнь закрутила мужчину в водоворот обязанностей, и он ни разу не приезжал.       Единственной отдушиной Тэхёна был Ван Ибо. Этот мужчина появился в жизни Тэ как-то для него совсем незаметно, но влился вполне гармонично, занимая пустующее место Сокджина рядом с юным брюнетом. Они проводили много времени вместе, посещали обеды, гуляли вечерами, ходили в театр и рестораны. Ибо всегда был мил с Тэ, шутил и веселился, заливисто смеясь. Он был старше Тэхёна на добрую пару сотен лет, хотя и выглядел лет на 25. Ибо был по-настоящему красив: лисьи раскосые глаза, аккуратный овал лица, пухлые, всегда немного поджатые губы, трогательно вздёрнутый маленький носик. Несмотря на это, он выглядел мужественно и сексуально, худощавое, но жилистое тело делало его похожим на представителя кошачьих, от чего женщины, да и мужчины, были готовы прыгать в его постель без раздумий и оглядок на репутацию. Но Ибо никому не отдавал предпочтения, спокойно игнорируя навязчивые ухаживания и намёки.       Семья Ван была одной из побочных веток клана Ким, поэтому отец Ибо занимал высокую должность в иерархии клана, и их семья была частыми гостями в доме Кимов. Родители Тэхёна были счастливы, что у их сына появился новый друг. Мальчик с детства не очень любил подпускать к себе других собратьев. Его игриво смятенный взгляд из-под ресниц работал не хуже хитрого прищура Ибо, Тэ так же был высок и красив, и два друга вызывали вокруг себя ажиотаж, стоило им только где-то появиться.       Спустя более века, когда парни уже закончили несколько институтов, намеренно всегда поступая в один и тот же, и вернулись домой, всё сильно изменилось. Оборотни, недовольные своими скованными возможностями, попытались развязать войну, но были подавлены и фактически уничтожены. При расследовании выяснилось, что руководил этим нападением отец Ибо, стремящийся при помощи волков заполучить власть в клане, обещая оборотням свободу и полное отсутствие преследования.       Папа Тэхёна был разочарован и разозлён. Несмотря на все заслуги господина Вана, его было решено казнить. В день казни мать Ибо бросилась на правителя в попытке его убить, но жена главы клана успела остановить её, также убив жестоко, на глазах у всех и в том числе самого Ибо. С того дня что-то в парне изменилось. Он безропотно принял всё, что случилось с его некогда влиятельной семьёй, молчаливо принимая свою участь. Самого отпрыска Ванов не тронули, более того, чувствуя вину перед ним, отец Тэхёна, напротив, приблизил его к себе, позволяя практически жить в их доме и занимать одну из высоких должностей в казначействе клана.       Тэхен старался не упоминать о произошедшем и так же, как когда-то сам Ибо, всячески заполнял его пустоту. Он и не подозревал, чем это всё обернётся для него в будущем. Ибо много лет жил, скрывая копившуюся в нём ненависть, прятал ото всех боль потери, как ему казалось, несправедливой. Он не верил, что его семья могла предать свой клан, их оболгали, оговорили, а глава предпочёл поверить не его правой руке, а кому-то другому. Ибо всё чаще пропадал, прикрываясь поездками в другие кланы по делам казначейства, а Тэхен всё чаще ждал его в саду или у окна, всматриваясь вдаль в надежде увидеть друга на горизонте.       Гром грянул среди белого дня. На дом Кимов напали. Вокруг всё горело и полыхало, слышались крики и беготня. Мать, не имеющая в себе прежних способностей, пользовалась тем, что осталось, чтобы хоть как-то помочь мужу подавить восстание, главой которого, к их шоку, оказался Ван Ибо. Всё эти долгие годы он оплетал клан паутиной. Кого-то подкупил, кого-то шантажировал, кому-то угрожал. Чтобы спасти сына, которого практически поймали и разорвали на части, родители пожертвовали собой. Тэхён с ужасом смотрел на то, как озверевшие, ещё недавно соратники, подбираются к нему с горящими алым глазами, хватают и тянут в разные стороны, слыша, как трещит кожа под их лапами. Тэхён спасся, почти насильно увозимый одним из самых преданных людей отца.       Однако их преследовали, и Тэхёна, рвущегося обратно, на помощь матери и отцу, затолкали в какую-то канаву, завалив листьями. Тэ попытался выбраться, хоть и видел, как оторванные от тел родителей куски бросают в огромное пламя, коптившее небо чёрным и разносившее по округе тошнотворный запах зажаренной плоти.             - Вы должны спастись, господин, - уговаривал Тэхёна Юджин, огромный быкоподобный мужчина, - услышьте меня. Придёт время, и Вы отомстите, но сейчас Вы должны спастись любой ценой. Не смейте предавать жертву вашего отца и матери.             - Но они... - рот Тэхёна зажала огромная ладонь.             - Я прошу Вас, молчите, и чтобы ни случилось, выживите. Именно этого хотела ваша семья и те, кто любит вас и предан вам. Будьте осторожны, не доверяйте никому...       Договорить Юджин не смог, потому как преследовали, почти настигли их. Рванув в сторону на всей имеющейся скорости, Юджин увёл озлобленных восставших в другую сторону от укрытия Тэхёна. Выждав несколько минут, парень, выжав из себя всё, нёсся, обгоняя ветер, бьющий по ушам, стирая с лица слёзы.

***

      Чонгук молчал, глядя на Тэхёна, который нервно жевал губу и неотрывно смотрел в одну точку перед собой стеклянным взглядом.             - Но и это ещё не всё, - наконец произнёс брюнет, всё так же избегая взгляда Чонгука. - Ибо стал главой клана и объявил на меня охоту. Все, кто отказались подчиниться, были разорваны на куски и сожжены. Но и этого ему оказалось мало, - слегка массируя виски пальцами, вздохнул Тэхён. - Он захотел завладеть не только одним кланом, он вообразил, что в состоянии покорить весь мир, сделав всех вампиров своими рабами. Ошибки Цезаря, Наполеона и Гитлера его, видимо, ничему не научили. К слову, он дружил с последними двумя и часто оказывал им поддержку, к счастью, на тот момент он был скован в возможностях, контролируемый советом клана, который предпочитал не вмешиваться в дела людей. Но, как я понимаю, идея мирового господства ему по душе.       Чонгук, не в силах больше смотреть на сгорбившегося любимого, встал со своего места и, подхватив его на руки, пересадил на свои колени, обнимая за талию и устраивая его голову на своём плече, мягко поглаживая обнажённую кожу. Тэ немного расслабился, уткнувшись носом в его шею и оставляя на ней мягкий поцелуй.             - И как успехи? - стараясь не звучать раздражённо, спросил Гук. Его бесило, что Тэхён был вынужден пережить нечто подобное от человека, которому он доверял.             - Как ты понимаешь, пусть даже мой клан и имел огромный вес, но с приходом Ибо многое изменилось. Он не может практически в одиночку сражаться с полчищами себе подобных. Именно поэтому и появилось место под названием «Зона 25».       Тэхён замолчал, почувствовав напряжение в теле Гука, который невольно сжал его бедро, на котором покоилась свободная рука.             - Да, Чонгук, - подтвердил Тэ, - место, в котором ты находился, создано вампирами. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы найти людей отца и связаться с ними. У меня есть шпионы повсюду. В том числе и в «Зоне». Когда я узнал о том, что Ибо, оказывается, смог спасти одного из оборотней, скрыв его от клана, я понял его замысел.             - Он создаёт армию оборотней, чтобы с их помощью завладеть властью, - констатировал Гук, а Тэхён подтверждающе кивнул. - Значит, ты не случайно появился там, на дороге, - снова утверждение, не вопрос.             - Да, - признался Тэхён. - Я колесил по округе, выискивая вас, когда узнал, что ты сбежал. Единственный выживший из всех подопытных.             - Значит, - вновь напрягся Чонгук, - ты с самого начала знал, кто я и кто Юнги. С самого начала мы были твоей целью? Для чего? Хочешь, чтобы я служил тебе, а не ему? - голос Гука стал злым, он встал, практически скидывая с себя Тэхёна. - Поэтому ты все это время впихивал в мою голову эмоции и доверие к тебе? Думаешь, что сейчас я буду твоим верным псом?             - Чонгук, - попытался возразить Тэхён, но Чонгук поднял руку, останавливая его.             - Нет! - рявкнул шатен. - Молчи! Я достаточно выслушал. Я, как дурак, метался в поисках тебя, переживал, когда мы ссорились, огорчался, когда ты поддевал меня. А всё это время ты всего лишь играл со мной? - Чонгук поднял на Тэ насмешливый взгляд. - Да ты даже трахался со мной, чтобы я окончательно превратился в инструмент в твоих руках, - парень горько усмехнулся. - Я знал, что тебе нельзя верить, знал и понимал! Но всё равно старательно убеждал себя, что ты не такой, ты не можешь быть предателем, Тэхён! - голос дрогнул, и Чон отвернулся, не в силах смотреть на брюнета с невинно приподнятыми бровями и жалостливым взглядом.             - Всё не так, - Тэ подался вперёд, чтобы взять младшего за руку, но тот одёрнул её.             - А как?! Как Тэхён?! - закричал Чонгук. - Ты знал, что я в "Зоне" и много лет молчаливо наблюдал, удастся ли эксперимент, ты прикинулся студентом, обычным парнем, умолчав о том, что ты не просто не человек и не просто метис демона и вампира, а что ты беглый глава клана, мечтающий отомстить за смерть родителей и предательство. Я нужен тебе лишь как оружие, которое способно убить твоего врага. Так чем ты лучше него? - зло выплюнул Чонгук.       Тэхён опустил голову, пряча глаза за густой вьющийся чёлкой. Всё так. Именно так и вёл себя Тэхён. Будь он на месте Чонгука, то думал бы так же. Так же бы возненавидел себя за свои поступки. Тоже не захотел бы выслушать.             - Кажется, я вовремя, - послышался за их спинами насмешливый голос Сокджина.       Чонгук бросил в его сторону свирепый взгляд, полный ненависти, а Тэ даже не обернулся. Джин стойко выдержал взор шатена, потом, отлепившись от косяка, который до этого подпирал, двинулся вглубь кухни.             - Я так понимаю, малыш, ты уже всё рассказал ему? - Тэхён молча кивнул. - Понятно, - хмыкнул Джин. - Но и мне есть что добавить к твоему рассказу, если ты не против.       Тэхён впервые поднял глаза на дядю.             - Здесь больше нечего добавить, - отрицательно покачал он головой.             - От чего же, - процедил Чонгук, - пусть и он выскажется, раз уж припёрся.             - Не будь таким несносным, - скривился Сокджин, - сядь и послушай теперь меня, раз уж согласился это сделать. А ты, малыш, - он повернулся к Тэхёну, - можешь оставить нас наедине?             - Нет, - вновь мотнул головой Тэхён, - я не оставлю тебя один на один с Чонгуком.             - Не беспокойся, - понимающе улыбнулся Джин, - мы просто поговорим, ничего мы друг к другу не сделаем. Так ведь? - Джин выразительно глянул на раздувающего ноздри младшего. - Иди.       Тэхён на негнущихся ногах покинул комнату, а затем и дом. Толкаемый своим расстройством и горечью от жестоких слов Гука, он понёсся в единственное место, в котором чувствовал себя относительно спокойно. Озеро встретило его гладкой, словно зеркало, поверхностью и щебетанием птиц в высоких деревьях. Обнажившись, Тэ вошёл в воду, повернулся лицом к берегу и, раскинув руки, упал назад спиной, погружаясь в холод озера, принявшего его в свои объятия и сомкнувшегося над его головой.       Это тупик, из которого выхода у Тэхёна просто нет. Теперь Гук ненавидит его, презирает, и больше всего пугало именно то, что Тэ знает о своей вине. Он предал Чонгука, хотя всё время внушал ему, что младший может ему довериться. Вода вытолкнула его наружу, и он, словно опавший лист, плавал на поверхности, отдавая своему единственному другу всё то, что копилось в его душе. За время, проведённое с Чонгуком, он впервые чувствовал себя нужным кому-то. Тело хранило его прикосновения, а память осторожно сложила кадры с воспоминаниями, чтобы потом мучить его снова и снова.       Тэхён задавался вопросом, почему Джин искал его? Ясно одно, что если бы он хотел его убить, то уже сделал бы это. У него была уйма возможностей для этого. Тэ помнил дядю добродушным и весёлым, каким-то... Живым, что ли. С ним всегда было весело и легко. Сокджин баловал своего племянника, катал на спине, как нормальных человеческих детей, водил на прогулки, рассказывал обо всем. Даже о сексе Тэ узнал от него, застукав однажды обожаемого родственника в объятиях мужчины. Глаза полезли на лоб от картины, где Джин с упоением вонзался в чужое стройное тело, прикрыв глаза. Единственное, что тогда осознал Тэ, что подобная картина не вызывает у него отвращения.       Не удержавшись, он задал Сокджину вопросы, которые бурлили в нем после увиденного. Вопреки ожиданиям, Джин не стал отпираться или заламывать руки, каясь. Они часто делились секретами, зная, что за их мирок это не уйдёт.             - Но дядя, он же мужчина! - воскликнул Тэхён.             - Ну и что? - пожал плечами Джин. - Если и так, разве это самое важное в чувствах между двумя людьми?             - Так ты любишь его? - удивлённо округлил глаза Тэхён.             - По-своему да, - задумчиво произнёс старший, поднимая взгляд холодных голубых глаз в небо, - но не так, как ты думаешь. Секс — это просто секс. Я люблю именно его, а значит, и того, кто может мне его дать.       Джин посмотрел на обалдевшего Тэ и потрепал его по волосам, вновь поднимая глаза к небу. Эту привычку брюнет помнил с раннего детства, когда дядя грустил и задумывался, он смотрел в небо, будто бы то могло дать ему утешение или подсказку.             - Но это всё лирика. Ты не должен брать с меня дурной пример, - серьёзно взглянул Джин, - если мне когда-то встретится тот, кто сможет меня покорить, то я отдам ему всего себя без остатка, независимо от его сущности, пола и положения в обществе. Любить — это большой труд, в котором ты должен быть готов жертвовать и бороться за то, что тебе дорого, даже если это больше никто не принимает.