И имена их - смерть.

***

      Он бежал на всех порах, настолько шустро, насколько позволяла чёрная сумка с оружием за спиной. Она грохотала, от её тяжести плечо начинало ныть. Ещё и капюшон постоянно сползал и мешал видеть дорогу.       – Блядство, – выругался брюнет, заворачивая в очередной переулок и натыкаясь на недавно поставленный забор. Высокий, зараза, без какого-либо шанса опереться ногой о горизонтальную железяку и перелезть к свободе. Когда это дерьмо появилось? Он всегда сокращал себе путь именно здесь, когда торопился. А теперь его собственный план загнал его в угол?       Он дёрнулся в обратном направлении, но перед ним уже остановился чёрный «Ягуар» с тонированными окнами. И брюнет точно знал: он попался. И не просто попался, а влип по самые уши. Он в жопе. В тотальной и беспросветной.       – Вот ты где, – из машины вышли два рослых парня в кожаных куртках, а ещё один, говорящий это, нехотя вылез из тачки, захлопнул дверь и облокотился о крышу машины. Загнанный в угол, он чувствовал взгляд из-под тёмных очков на себе, но не видел глаз, смотрящих на него. Лукавая широкая улыбка озарила лицо незнакомца.       «Явно главный», – мысль пришла сама по себе, когда этот хитрый хмырь с бархатным голосом просто встал и начал смотреть, а двое других, вылезших с заднего сидения машины, отняли сумку, ловко скрутили беглеца, не обращая внимания на его попытки вырваться. Он не был хилым, но в сравнении с ними ощутил себя букашкой.       – Блядство, – повторил он. Улыбка главного стала шире.       – Поехали, – он сделал движение указательным пальцем, говоря своим ребятам запихнуть пойманного в машину скорее. И когда брюнет оказался между двумя бугаями на заднем сидении, человек в очках обернулся. – Вырубите его нахрен.

***

      Запястья ныли, а голова раскалывалась. Тяжёлая же рука у этого мудилы, который заставил его отключиться с одного удара.       «И руки связали, блять», – подумал он и, через силу разлепляя глаза, увидел у дверного пролёта, откуда падал слепящий свет, силуэт. Освещение в самой комнате было тусклое, и в сравнении с контровым светом впереди нещадно проигрывало. Парень никак не мог разглядеть лицо стоящего напротив человека.       – На тебе всё, как на собаке, заживает, я смотрю, – сказал он, и сразу стало ясно: это тот хмырь с бархатным голосом. – Шуга, – он подошёл ближе, и брюнет, наконец, увидел его глаза. Такие же наглые, как и блядская лыба, которой он постоянно одаривал его. – Чуть ли не лучший киллер во всей Южной Корее, и так облажался.       Незнакомец опустился перед ним на корточки, заглядывая в лицо.       – Ага.       – Так ты ещё и говорящий, – он усмехнулся. – Ты чуть не убил одну очень важную шишку в городе.       – И что? Пристрелишь меня? – он чувствовал, как у него болит скула, видимо, саданули в машине и туда заодно. Наверняка, на лице огромная ссадина осталась. – Придётся встать в очередь.       – Может заткнуть его уже? – донёсся голос позади пленника.       «Главный» лишь медленно перевёл глаза в сторону источника звука и смерил того холодным взглядом, сообщая «Нет, он только начал говорить».       – Торопишься на тот свет? – он снова одарил вниманием гостя и выразительно глянул Шуге в глаза. – Я всегда успею отдать тебя на растерзание псам*. Ты ввязался в холодную войну группировок, Мин Юнги, – впервые киллера прошибло холодным потом. Откуда он, блять, узнал его настоящее имя? Нет, Юнги, конечно, понимал, что рискует, принимая тот заказ, но вся его работа – один сплошной риск. Он, твою мать, убивает людей за деньги. Но сейчас до него дошло, этот мафиозный говнюк в удлинённом пиджаке не шутит. И если он решит прикончить Мина прямо здесь и сейчас – он это сделает и глазом не моргнёт. – Твоё счастье, что ты промазал. Одна ошибка в карьере безупречного убийцы, которая его спасла. Пока что.       Он смотрел на говорящего ничего не выражающим взглядом.       – Просто застрели ты меня уже, трепло, – чуть ли не выплюнул Шуга и откинулся на стуле с тем максимальным комфортом, который вообще был возможен для него в подобном положении. По голове как кувалдой ударили.       – За твою ошибку тебя убьют «звёзды» Пусана, а за твою попытку прикончат или «драконы», или мы, – он выпрямился. Его голос звучал так спокойно, словно он зачитывал сейчас список покупок.       – Я принимаю заказы на убийства, а не участвую в ваших разборках. Мне плевать на «драконов», «звёзды» и, как вы там себя называете, на вас тоже. Я – сам по себе.       Его не покидало ощущение, что за любое его слово он получит по полной программе: и настоящей удачей будет просто отхватить удар по физиономии, а не сразу – пулю промеж глаз. От улыбки этого шатена у Юнги внутри что-то невольно замирало, он точно знал, мафиозный ублюдок не будет церемониться и пристрелит его по первому своему желанию. Было удивительно, что Мин до сих пор жив.       – В твоих же интересах поменять позицию. Нам нужен хороший киллер, не промажешь в следующий раз в нашего клиента, предоставим тебе защиту.       Внутренний гордый голос Шуги орал, что нахрен ему это не надо. Но инстинкт самосохранения твердил, что так есть хоть какой-то шанс спасти свою шкуру. Он выжидающе взглянул снизу-вверх на мафиозника, ища подвох.       – По рукам, – недоверчиво процедил он, понимая, что деваться пока больше некуда.       – Постарайся меня не бесить, Мин Юнги, – он подал знак своим людям и те развязали руки пленника. – Я – Джей-Хоуп. И я твоя единственная надежда на выживание.

***

      Деваться Юнги было некуда. Хоуп это знал. А ещё он знал, что ему предстоит серьёзно поговорить с боссом о присоединении киллера, ведь «они, как коты, гуляют сами по себе. На них нельзя положиться», – всегда говорил Намджун. Но этот наёмник им был нужен. Огромное количество чётко выполненных заданий в досье и его смелые ответы впечатлили Джей-Хоупа. Если бы Шуга умолял его отпустить, пощадить или унижался каким-то другим способом, мафиози пристрелил бы его без раздумий.       Они шли по длинному коридору, и Юнги никак не мог понять, где он находится. Детали отдалённо напоминали ему какой-то дворец.       – Приведите его в порядок, – скомандовал шатен, заходя в одну из комнат. В ней было много старых картин, но явно некорейских художников, стены, отделанные под дерево, и, приглядевшись, Мин заметил парочку круглых ваз, стоящих на небольших полочках. Как в аниме очутился. Его встретили несколько красивых женщин, их тёмные шелковистые волосы были собраны в пучки, а стройные тела закрывали лёгкие кимоно, оголявшие манящие плечи и изысканные ключицы.       «Кисэн», – подумал Юнги. Его смущала только одежда. Почему японская?       – Как будет похож на человека, ведите ко всем остальным, – бросил парень и, дождавшись реакции девушек, спешно вышел в коридор. Удивительно. Куртизанки, но выполняли любое поручение Хоупа, как обыкновенные служанки.       Они поклонились уходящему шатену, и через 10 минут Мин был при полном параде – на него надели лёгкие штаны из чёрного шёлка, накинули халат, исписанный золотыми нитями, причесали и чуть замаскировали ссадину на лице.       – Кто этот человек? – тихо спросил Юнги, пока одна из кисэн, сидя напротив, замазывала ему синяк.       – Мы не можем говорить без разрешения господина Джей-Хоупа.       «Мафиозники, блять», – подумал Мин и поморщился, потому что рана на лице заболела от прикосновения женской руки.

***

      Кисэн проводили его до главного зала. Низкий стол ломился от еды, бутылок с дорогим алкоголем, около дюжины человек в кимоно сидели, скрестив ноги, на полу. Во главе стола был блондин. По одному его виду Мин догадался, это – главарь банды, и вот ему точно никак нельзя перечить или хоть какое-то неосторожное слово сказать. За его спиной сидела кисэн и играла на инструменте, ещё две крутились рядом, видимо, на случай, если мужчине что-то понадобится. Взгляд мафиози в светло-голубом халате был ледяной, черты лица – броскими и запоминающимися. Если бы Юнги попросили его убить, но не дали фото, он бы точно вычислил этого человека в толпе. Рядом сидел Джей-Хоуп. Правая рука большого босса. Поймав взгляд Намджуна на двери, он посмотрел в том же направлении и жестом поманил Шугу к себе.       – Это и есть твой хвалёный киллер? – спросил светловолосый, приподнимая свою чашу и ожидая, что кисэн нальёт ему выпить.       – Да, Намджун, лучший в Корее.       Шуге льстили эти слова.       – А если подведёт?       – Пристрелю лично.       Ким кивнул, и его помощник точно понял, что сделает, что пообещал, если вдруг Юнги осмелится дать заднюю. Хоуп выразительно посмотрел на брюнета, а тот лишь кивнул и выдохнул, сообщая, что осознал серьёзность ситуации.       «Дерьмище», – только и думал Мин. От приятного ощущения похвалы не осталось и следа.       Хоуп посадил его рядом с собой, как новичка, чтобы Шуга смотрел и запоминал, что от него хотят, что требуется и чего делать не стоит. В зале стоял пьяный гул, приглянувшись к окружению, Мин заметил, что у каждого сквозь кимоно проглядывали татуировки. И больше всего их было у Намджуна. Наёмник старался не пялиться, но рисунки на теле приковывали его взгляд. Практически у всех людей одна или обе руки были забиты тёмным рукавом тату, у кого-то рисунки доходили аж до шеи. Сквозь распахнутый халат Джей-Хоуп светил забитой грудью, а короткие рукава чёрного кимоно открывали рисунки на его руках, которые Юнги не разглядел до этого из-за пиджака и слабого освещения в той комнате «переговоров». Рядом со всеми этими мужчинами, покрытыми тату вдоль и поперёк, киллер ощутил себя мальчишкой. У него была татуировка, но одна, а не такое дикое количество. По его внешнему виду сразу было заметно – он совсем «зелёный» и понятия, блять, не имеет, что забыл на этой встрече.       Сегодня у них были переговоры с японской мафией, и как же это, Мин Юнги, ты сразу вляпался в подобное?       Члены борёкудан плавно вошли в комнату и поприветствовали присутствующих. Намджун беседовал с ними на их родном языке, и, судя по такой тотальной подготовке – кимоно, японскому виски «Ямазаки», элементам декора и одежде кисэн – он сделал всё, чтобы гости чувствовали себя, как дома.       После переговоров Мин открыл для себя несколько новых вещей: первая – он попал в единственную группировку, которая сотрудничает с криминальными организациями других стран. Вторая – тут был только один человек, которому он мог задать вопросы, и это Джей-Хоуп. А он мог в любой момент припереть Шугу к стенке и пристрелить. Теперь киллер стал частью этого всего – и об этом буквально кричала новая татуировка в виде китайского иероглифа у него на плече. Он, блять, не был на это согласен, но лучше получить новую татуировку, чем быть трупом, сброшенным с какого-нибудь моста.       – Она означает «солнце», – сказал ему Хоуп, когда местный тату-мастер почти закончил. – После того количества виски, что ты выпил, должно было быть вообще не больно, – он говорил с усмешкой, но довольно доброй. И Юнги этот тон вгонял в ступор.       – По лицу мне отвесили куда больнее, – фыркнул Шуга. Шатен ухмыльнулся его словам.       – Завтра у тебя будет первое задание. Не облажайся.

***

      Наставник Шуги ожидающе поглядывал на часы, сидя в том самом «ягуаре», на котором они увезли Юнги. Кисэн проводили брюнета до машины, он, на удивление уверенно, запрыгнул на заднее сидение.       – Вовремя, – спокойно сказал Джей-Хоуп, и киллер не понял – это одобрение («Не опоздал, смотри-ка»), угроза («Если бы опоздал – пристрелил бы») или просто констатация факта. – Твоя сумка в багажнике. Я буду на переговорах с человеком «Двух драконов», есть вероятность, что меня попытаются убить, твоя задача – следить и, если что, выстрелить первым. Вопросы?       – Да, один, – кивнул Шуга, поворачивая голову к Хоупу. – Что за «Два дракона»?       Он знал, что это ещё одна банда. Но на этом его знания заканчивались.       – Их зона влияния – Кванджу. Я рос там, знаю, что это такое. В 90-х они получили славу самой жестокой группировки Кореи. Обожают понты, себя, громить ночные клубы и бизнес-центры, – его лицо исказилось. Джей-Хоуп терпеть их не мог. Лидеры «драконов» слишком много и часто лезли на рожон. Удивительно, что это «звёздные» наняли Шугу пристрелить их делового партнёра, а не «драконы». – Если бы ты получил заказ от них, сдох бы сразу после его выполнения. Они не оставляют никого в свидетелях.       – А те, «звёздные»?       Шатен ухмыльнулся.       – А ты любознательный. Это смертельные огни Пусана, они бы не убили тебя после выполнения заказа. Но попросили бы тебя позже повторить.       – И что?       – Если бы ты отказался, тогда твоё тело бы даже не нашёл никто.       – Класс. Это обнадёживает.       Они встречались с «драконами» на каком-то старом складе. Там было сыро и прохладно. Ужасное эхо раздавалось по всему помещению, и со своей позиции Юнги, хоть и отдалённо, но слышал каждое слово.       – Настоятельно не рекомендую лезть в дела босса, – Хоуп говорил спокойно, неотрывно глядя на представителей противоборствующей группировки.       – Вы, говорят, подобрали кое-кого под свою крышу, – парень с окрашенными в яркий красный пигмент волосами вплотную подошёл к Джей-Хоупу. – Не боитесь, что за его голову объявят охоту, в которой мы тоже с радостью поучаствуем? – язвительно произнёс он.       – Ви, – шатен держал границы, но видел, что его терпение наглым образом испытывают на прочность. Он много знал про этого «дракончика» и мог его удивить, но не раскрывать же все карты сразу. Однако откуда информация так скоро просочилась аж до этих ящериц? – Охотятся обычно волки, а не жалкие шавки вроде вас.       Улыбка с уст Тэхёна пропала мгновенно.       – Следи за словами, – он подался вперёд. И в этот момент раздался выстрел. Ви замер, а Хоуп продолжал смотреть на него, не моргая.       – Это было предупреждение, – сказал он таким тоном, будто хотел обратить «дракона» в камень прямо сейчас. – В следующий раз он не промахнётся. Откуда у тебя информация? – мафиози смотрел красноголовому в глаза, а последние слова едва не выплюнул тому в лицо. Люди Тэхёна сделали шаг вперёд, жестом он приказал им стоять на месте.       – У стен есть уши, – проговорил Ви, скалясь.       Хоуп был уверен в своих людях. И мало что могло бы изменить его мнение о каждом из членов группировки Намджуна. Но были те, в ком он никогда не был уверен на сто процентов. Парламентёр Джуна поправил свои солнцезащитные очки с полупрозрачными стёклами, которые по факту и от солнца не защищали, но безумно украшали внешний вид Хоупа и придавали ему шарма.       – Сообщи своей кисэн, чтобы уходила сама, – Джей-Хоуп выдержал паузу. – Если найду, отправлю её к тебе своими руками. Но частями по почте.

***

      Половину пути они ехали молча. Юнги не мог выкинуть из головы фразу Хоупа. Он бы правда настолько жестоко расправился с этой девушкой? Шуга смотрел на него и не мог понять, что испытывает. С одной стороны, Хоуп всегда вёл себя очень осмотрительно, довольно лояльно для правой руки мафии. В конце концов он дал этой кисэн шанс испариться с глаз его долой. Но с другой…Такое количество татуировок ему не за умение войти в чужое положение набили.       – Почему ты дал ей шанс? – наконец, спросил Шуга.       – Кисэн разные на всех торжественных вечерах. Наши дела с Японией никак не касаются «драконов», а вот прибавление в банде им интересно. Что она успешно и передала. Но более – она бесполезна. Когда вернётся к Ви, он её самолично убьёт, – он говорил отстранённо, даже головы не повернул. – Но надо их припугнуть, чтобы Пусановские «звёзды» как можно дольше ничего о тебе не знали.       Шуга привык забирать жизни незнакомых ему людей. Но он никогда не пытал, не мучил и не убивал их медленно. Одно нажатие на курок – и всё. Джей-Хоуп, видимо, заранее, по опыту знал, как самому не замараться лишний раз. В прошлом он уже достаточно окрасил свои руки в багряный цвет чужих страданий. Наставник Юнги знал, на что идёт, приводя в их группировку этого киллера, и что Чонгук сделает всё, чтобы уничтожить Шугу, как только до него дойдут слухи. Он объявит войну, устроит перестрелку. Помпезность, беспощадность и реки крови были его визитной карточкой.

***

      Их дела шли в гору. Контракты на наркоту, провоз оружия, отмывание денег. Постепенно Юнги даже ощутил, что он прижился в этой своеобразной стае. Через полтора месяца, он узнал, что Джей-Хоупа зовут Хосок и что первым его заданием было отравление врага Намджуна. В группировке его уважали и считали заступником. Практически всегда Хоуп изворачивался и решал, казалось бы, нерешаемые конфликты. А ещё он был очень весёлым по своей натуре, знал удивительно много забавных историй, которые не заканчивались для кого-то летальным исходом. Он знал много стихов и прозы. Юнги ещё на первом задании понял, что такой человек, как Чон Хосок, за словом в карман не полезет.       – Ну и как он, твой киллер? – спросил Намджун в один из вечеров, когда они с Хосоком сидели наедине. Не как босс и его правая рука, а как обычные давние друзья.       – По-моему, он хорошо справляется, – ответил Хосок. – Мы отправили Тэхёну с Джином голову свиньи, чтобы не рыпались.       – Хорошо, – Джун кивнул. – Он смелый. Этот твой Шуга.       – Поэтому я и привёл его.