Фея моих снов

«Наставник… почему же вы хотите ему помочь, если до сих пор…» — что там дальше братишка не договорил? Можно не объяснять, понятно все. И ей, и Саладину тогда. И Мэлько все знает, хотя ей в лицо говорит другое и не краснеет. Вот же… ладно, она бы тоже поступила. Опять эта Гриффин, она с ними навсегда, и везде добавит свою ложку г… грязи, ничего нового. Ну ладно, еще чуть-чуть и она привыкнет. Начнет спрашивать у Саладина: «Ну как там наша любимая женщина»? Без наезда, просто чтобы начать разговор. Поэтому «старушка», что просится на язык, не скажет, а назовет великую ведьму как-то по другому. Жаль, что «я ей тут космы повыдирала, ты расстроился или ничего?» добавить не получится. Потому что набраться нужных для этого сил и умений нереально трудно, может даже труднее, чем вернуть мужа. Но возможно она попробует, после самых важных задач. И знать, как там эта ведьма, на самом деле не помешает. Саладин их учил, что о врагах нужно знать все, она помнит. Только бы он к ним вернулся, рядом с этой радостью все ерунда. Можно даже о Гриффин поговорить, и постараться понять и посочувствовать. Если речь о прошлом, конечно, поддерживать мужа перед встречами с любовницей и обсуждать их отношения она не собирается. Это уже слишком. Он же не потребует такого от нее? Иначе это конец… но конечно же нет. Если Саладин сходит от нее налево, то не спалится, если сам того не захочет — фигня, а не задача для ученика Лилис. И не та инфа, что поддержит и успокоит. Но он не захочет изменять, она верит… уже почти. Саладин помог ей почувствовать себе увереннее, и важной для него. Пусть и не сказал «я тебя люблю» — ага щас, босс скорее лягушку проглотит, или выйдет читать лекцию голым. А Гриффин просто… тяжело без грубостей, но она найдет определение — «подруга» их семьи, и даже больше — ее создательница. Так и есть, никаких шуток — без «веселого» розыгрыша с обликом Гриффин ничего бы не было. Надо сказать этой ведьме спасибо, получается? Да, но не дождется. Или может когда-нибудь, когда они с мужем будут вместе, близки и счастливы. Как в похожем на сон призрачном посмертии. Тогда она сумеет быть выше, посмеяться и не зацикливаться на прошлом. Как везде советуют, да и самой легко додуматься, только проще сказать, чем сделать. Они сами то пробовали, умники? Она не дура малолетняя, и другие, не живущие, как учат гуру отношений, не идиоты. Просто вести себя «правильно» не получается. Может и у самих коучей тоже, кто знает. Миели зажмурилась и замерла, стараясь глубоко и равномерно дышать. Чтобы не напугать и не потревожить задремавших у груди дочек. И это… не так трудно, как она сначала подумала. Не только благодаря им. Она теперь знает то, во что не могла поверить раньше, или его и правда не было? Саладин начал любить ее не сразу. Или (и) боролся с постыдной слабостью, не желая признавать и поддаваться. До сих пор борется, вот же он. И это согревает, как и робко ожившая надежда. Привычные отчаяние, злость и желание бомбить все не приходили. Прошлые и остаточные чувства — просто огорчительный и неприятный факт, и Гриффин она все также не любит. Не полюбит никогда, благо это никому не надо. И натыкаться на инфу, как Саладин ее любил, с ума сходил и чего ради нее (или ей назло) делал, неприятно. Так и хочется дать заклинанием по башке, или поленом, чем получится. И кому получится, из них. Или тому, кто рассказал, молчали бы лучше. Нафиг зря портить настроение, тут хоть усрись ничего не изменить и не поделать. Она сделает это мысленно, проживет и отпустит, может правда сработает? Попортит Гриффин прическу в сладких фантазиях, наяву глупо и бесполезно, даже будь на то силы. Что эта ведьма мать ее брата ничего не меняет, маленький Мэлько не идет с ней в комплекте. То есть пока маленький да, вот же досада. Но Гриффин рада делать все, что радует сына — из любви или чувства вины, не важно. Даже оставила жить в пансионе при школе Природной Магии, отчего ведьму плющит вдвойне. Так ей и надо. А она с радостью будет навещать брата там, и брать с собой малышек. Как только они все немного окрепнут и придут в себя. Получится сладкая маленькая месть Гриффин, пусть цель и не в этом. Совсем, она просто очень любит братика и хочет с ним общаться. Уже соскучилась. И тревоживший, порой, когда более важные проблемы отпускали, вопрос решился сам собой. Любить сразу двух дочек получилось, и маленький Мэлько не стал лишним. А старую ведьму перекосит от того, как малыш обнимает сестру за шею, нежнее, чем ее (это не точно, но она верит) и радостно тянется за цветущей веткой. Как было с мамой, она видела. Наслаждается природой, а в ее стремной башне все время плачет, бе-бе-бе. Может Мэлько даже сумеет стать магом природы, если будет стараться? Это очень трудно, почти невозможно — но есть легенда, что Линфея может одарить природной магией не наделенного ею от рождения. Правда как и за что не сказано, и ни одного достоверного исторического примера нет. Нет, внушать маленькому Мэлько, что его мама плохая, она не станет. Это подло, и бедный малыш расстроится. И что хорошая, тоже — сам разберется, когда вырастет. А Саладин… такой вот, что тут сделаешь? Обзывать его привычными когда-то словечками язык не поворачивается. Тем более она на самом деле никогда не думала о нем плохо, в глубине души. Обидно было, что наставник вредный и не обращает на нее внимания… хорошего. Карцер, двойки и ядовитые замечания не в счет. Часто за дело… наверное, но она не этого добивалась, что шеф такой тупой? Вот вернется, тогда может и скажет что-нибудь. Наболевшее. Что он… как был противным, так и остался, родился таким. Скорее жабу съест, чем что-то приятное скажет. Оставил ее, хотя мог постараться и взять с собой. И придумал какую-то возмутительную чушь в обоснование. Что она молода и любит жизнь, скоро начнет ею наслаждаться, как раньше, без него, и грусть пройдет. Как у Гриффин, вот кто никогда и не думал грустить. А кто-то очень бы хотел. Только обломался, уже второй раз. Вот же, а сам говорит, что повторять одну и ту же глупость, надеясь получить иной результат, тупо. И смотрит на всех, как на дурачков. Нет конечно, не скажет она Саладину ничего плохого. И про то, что Гриффин пофиг, тоже, хотя будет трудно. Не хочется, и не за что — мелочи, типа токсичных замечаний, давно забылись и неважны, а с Гриффин он ни в чем не виноват. И любит и ее тоже, пусть так и не признался прямо. Она просто теперь знает, почувствовала тем, что не обманешь. В странном неживом мире, где они встретились, не надо быть Великим магом, чтобы понять сокрытое и несказанное. Что ее любимого мужа волнует встреча с ней, как когда-то волновала эта ведьма. Наконец-то. Может и Гриффин до сих пор волнует — к черту, не станет она параноить и сравнивать. Память сердца — то, что не стереть и не изменить. Саладин не мог оставить ее чистой, за три тысячи лет до встречи с ней. И стереть оставившее глубокий след по своему желанию. Она просто будет слишком рада его видеть, чтобы чего-то еще хотеть. Особенно все испортить. — И никого не оттрахать за все время до тебя. Это было бы бесчеловечно, пожалей беднягу. — Мэлько преувеличенно весело улыбнулся, стараясь сгладить напряжение. Отвлечь сестру от грустной темы. Понятно, что Миели совсем не это волнует, он не тупой. И вырос из шуточек для школяров — не так давно, как следовало. Наследнику трона дедушки они точно не пристали, нужно срочно отвыкать. Но когда рядом только свои, не считается. Если не удалось быстро придумать что-то умное, глупость тоже сойдет. Сестренка возмутится и опять расстраиваться из-за одного и того же не будет. Хорошо, что Миели начала понимать очевидные вещи. Саладин на самом деле мог полюбить ее — по-своему, как уж умеет. Он верит, после некоторых событий. Не стоит требовать от босса слишком многого, герой любовник он такой себе, слишком стар для этого дерьма. Но изрядно удивил. Не только насчет сестры, наставнику многое совсем не так пофиг. Как он старался показать, великий клоун… мастер иллюзий. Да, мужчина может даже найти место в своей жизни нескольким женщинам, не то, что в сердце. Каждой свое. И ему будет вообще нормально — только не факт, что дамы согласятся. Сестренка точно нет, хотя Гриффин было бы пофиг. Объяснять это Миели он, конечно, не будет. Это не его проблемы, и Текна может неправильно понять. Пусть Саладин сам разбирается со своими женщинами и брачными клятвами, когда вернется. И если вернется. Сестра знает об этом нечто большее — без слов и попыток влезть в душу понятно. Достаточно посмотреть на нее. И он тоже порадовался… за сестру, будем считать. Хотя босс мог бы и не быть таким дурачком. Наделал дел из-за идиотской ревности, зла не хватает. Родители могли быть счастливы вместе уже давно, пусть и вдали от них с Миели. Если бы босс не придумал фигню с книгой. Желать отомстить отцу спустя столько лет, а он даже и не был виновен, очень тупо. За многое другое отца можно хотеть убить, он понимает, хотя уже и не поддерживает. Но с Гриффин папа ничего плохого не сделал. Просто переспал с девчонкой, что сама напрашивалась — кто тут откажется? Наставнику надо было смотреть, с кем связался, а не виноватых искать. От таких ведьм, с надписью «стерва» на лбу, дождешься только пары рогов и ссадины от каблука. Под которым будешь у них сидеть. Босс верил, что с ним она будет другой, или ничего не видел в розовых очках? Кого-то босс ему напоминает. У Саладина с Миели больше общего, чем кажется на первый взгляд. Сестренка молодая еще просто, а он… Ладно, про безвременно покинувшего их наставника или хорошо, или промолчать. И не только, чтобы не огорчать сестру. Самому уже не прикольно, как было в студенческие годы. Но если правде в глаза, отношения — слабое место шефа. Собственные курсанты могли бы многому научить и дать полезных советов, не считай он их дурачками. А с больницами пора заканчивать, сил уже нет торчать в унылых заведениях. Ни у кого. Мэлько раздраженно вздохнул, разглядывая увитую живым плющом бело-кремовую стену. Эта палата ничего такая, вполне терпимая — сам выбирал и дополнил важными для хранителей природы деталями. Но все равно не то. Лес, море, свежий воздух и цветущий сад под окнами лучшие лекарства. Босс купил для своей семьи отличный дом, идеально подходящий принцессе Королевства Природы. Миели обожает все то же, что и они с мамой, хоть и не унаследовала дар. И ее детям, если кто-то из них не растеряет наследия предков. Он очень бы хотел. — Мы с Текной поживем с тобой первое время. Если хочешь. — Он очень хочет, приятный и интересный отпуск с сестрой и любимой будет просто подарком. И медовым месяцем, приятное с полезным. Мэлько решил, что лучшего момента сменить тему не найти. Миели же не откажется из-за глупого упрямства? Давить и настаивать не хочется, с ней и так произошло слишком много жесткого, но помощь сестренке необходима. — Поможем привыкнуть, обустроиться и восстановить силы. И повозиться с малышками, это он с радостью. Как и погостить в непонятно как построенном в заповедной зоне коттедже (на самом деле понятно, боссу как всегда можно больше) с обалденными видами. На сливающееся с небом пресноводное море, горы и реликтовый лес. И никаких соседей, пляжей и туристических троп рядом. Идеальное место для адептов природной магии. Наставник постарался ради сестры, или и сам любит все это больше, чем кажется? Стоит добавить растений в сад, не только декоративных — свежесорванные овощи и фрукты, как у мамы, делают самый скромный обед особенным. Пригодятся Миели и ее дочкам, и она же любила заниматься маминым садом, еще совсем недавно. Самое время вернуться к хобби. Вегетарианские блюда, с любовью приготовленные мамой, съедались без остатка и с удовольствием. Только мяса порой хотелось перехватить где-то в городе, для разнообразия. А им сегодня необходим совершенно нескромный обед, всем. С сочными стейками (сорри, мама, она всегда это знала и понимала). И Текна найдет себе занятие по душе — в доме Миели не установлено еще ни одной ее программы. Какое упущение. Текна даже может установить что-то лишнее, как родительский контроль в его смартфон, знает он ее. И как к этому относиться, не решил. Пока никак, а там по ситуации. — Или только я, если… С Текной ей будет некомфортно. Хотя они неплохо поладили, и навороченные гаджеты, помогающие в уходе за детьми, Миели успела оценить. Но он потерпит еще некоторое время без Текны, если нужно, и она поймет. Фее технологий всегда есть, чем заняться. Грустить в разлуке с любимыми она будет, в свободное время, но скучать — нет. И преуспеет в своих изысканиях больше, чем обычно, пока никто не отвлекает. — Да, конечно, переезжайте вместе. Она ж не какая-то вредная сучка и понимает все. Миели вздохнула, вспомнив еще не ставший привычным дом. Он дорог ей, как память о муже и место, куда он обязательно вернется, когда-нибудь. Но был слишком… роскошным и не похожим на знакомое с детства, как и все подарки Саладина. Словно не вполне настоящим. Со слишком красивыми видами на Лучезарное озеро, чтобы быть правдой и на самом деле принадлежать ей. Насчет самого Саладина она тоже так думала, и не уверена, что была неправа. И навеянные Лилис кошмары, что чуть было не стали реальностью, настигли именно там, в тени прекрасных пальм у бассейна. Но теперь все иначе. И возвращаться в родной коттедж в заповедном лесу, скромный, но невыразимо уютный и согревающий душу воспоминаниями детства она не станет. Только если как-нибудь потом, ненадолго. Ей правда нужно отдохнуть и подлечиться, чтобы не бояться заснуть в неподходящий момент, или уронить кого-то из детей. И просто страшно остаться с ними наедине, так сразу. Немного. Еще как много, кого она обманывает? Спокойно, пока рядом врачи и она только лежит и кормит детей, а дома сразу накроет паника. Вдруг Элиза и Алисса будут плакать, обе, и никак не успокаиваться, им не хватит ее молока, или заболеют? Вместе они придумают, что делать, на первый раз, а дальше она сама. Брату будет веселее со своей подругой, или уже невестой. Сколько можно жертвовать личной жизнью из-за нее? Они познакомятся, правда вряд ли близко подружатся. Потому что Текне лучше не знать некоторых вещей. И брату, к сожалению. То, что она планирует… хочет спланировать, Мэлько и Текна точно не одобрят. Она и сама не одобряет, но не откажется от мечты. — Или вы с дочками можете жить с нами. В дедушкином дворце много места, почти как в Магикс Пэлас. Говорить «как в Красном Фонтане» не стоило, и замена нашлась почти без запинки. Мэлько быстро взглянул на лицо сестры, и не заметил никакой пробежавшей тени. Обошлось. Когда можно будет не следить за каждым словом, чтобы случайно не вызвать море слез? Кажется, уже. Она смотрела на крошечные личики спящих малюток, все также нежно и удивленно. И он еще долго не привыкнет, что королевский дворец Линфеи теперь его. Их с Текной, и сестра может чувствовать себя там у себя дома, а не гостьей. По праву рождения. Он был бы очень рад, и спокоен — там проще присматривать за Миели и племянницами, и воспитать их в правильном духе. Было бы, но сестра надеется, что муж вернется в их семейный дом. И не намерена упрощать задачу по присмотру, маленькая заразка. Он всегда будет так называть сестру, про себя, и что она ему сделает? И отлично понимает ее, но… Понимать не значит одобрять. И не мешать делать опасные вещи. — Мэлько… а мама сейчас с папой, да? Миели встревоженно заглянула ему в глаза, ожидая и откровенно желая услышать хорошие новости и порадоваться. Что мама наконец счастлива, пусть и не с ними, отличные новости, а не повод для ревности и обид. Как он в глубине души опасался, на минуту. И понял бы сестру. Кто он такой, чтобы не понять, и тем более осудить? Даже был готов приврать… ответить обтекаемо, чтобы не сыпать соль на раны. Но кривить душой не потребовалось. Сестре легче радоваться за родителей, чем в свое время ему, совсем без усилий. — Я скучаю по маме, очень. Было грустно, что она не рядом, и еще будет. Обидно. Не потому, что я за нее не рада, а что мне не повезло. Согреться в материнской любви и заботе, когда было так нужно, и с остальным. Но ей уже легче, и будет еще, с каждым днем. Она теперь сама мама, пусть называть себя этим словом непривычно. И должна согревать и поддерживать своих дочек… хочет. Для этого нужно согреться самой и накопить сил. Мэлько удивленно взглянул на сестру, не понимая, прочитала она его мысли, пользуясь замешательством. И тем, что стала сильнее, как ведьма — он почувствовал. В сестре что-то изменилось после возвращения. Или просто угадала несказанное, как у них бывает. — Да, и все прошло легче, чем я думал. Почти без хардкора. Даже напугать сестренку нечем, хотя он бы не стал. Или да, чтобы она опять не начала раскисать все средства хороши. И он не то, чтобы хотел пролить кровь и устроить заварушку на папиной родине, но как-то уже всерьез настроился и решился. Раз уж изрядно виноват в произошедшем… происходившем в Арде. Побороться за отца. С тем, что должно случиться по воле дурацкой книги они с мамой и сестрой не согласны. Он тоже, да, а не только хочет их порадовать. И нарушить то, что не хотелось нарушать. Раз по другому не получится, придется нарушать мамины принципы. Пока ее нет рядом. Не такой уж он и светлый, значит, уговорили. Саладин постоянно намекал на это все годы обучения, словно дразнил, а он пытался троллить в ответ. Только убивать беззащитных и созданий природы не будет. Орлы, что решили исход битвы с отцом, должны решить, к ним не относятся, так что… но шанс улететь у них есть. Все, пришедшие с оружием и боевой магией, законная цель. А стрелять в спину отступающих он не станет, в добрый путь. И стало интересно, что сможет он и улучшенные техномагией истребители против древних магов и воинов. А что, они же пришли повоевать. Папа с Саладином бы одобрили, а мама… штош, он не мама. — Ты изменил то, что написано в книге Легендариума? Не то, чтобы только он, тут много кто приложил руку, мама в первую очередь. Но в общем да. А Миели смотрит такими огромными заинтересованными глазами, затаив дыхание, словно еще маленькая девочка и рада послушать сказку. Не словно. Охуительную историю, он Миели их в детстве рассказывал, со сказками как-то не задалось. Балбес был, нужно поскорее выучить репертуар для малышей . — Это не догма, только наиболее вероятное развитие событий. Мы… «Делаем то, что должны были сделать, снова и снова. Не мы такие, жизнь такая и от себя не убежишь.» Помнит он уроки Саладина, хоть и хватал двойки. Отвечал не то, что нужно, в знак протеста. Но все-таки нет, босс, не всегда. И на это у наставника есть ответ, его не переспорить. Что исключения из правил случаются, но рассчитывать на них — как пытаться разбогатеть в лотереях. Глупо. — Саладин сказал, что нужно уничтожить Книгу Легендариума, чтобы спасти маму. И это могло помочь остановить перемены в Магиксе, уже не нужные. Раз Древние Ведьмы и так его вынужденно покинули. И вернуть отца в его родной мир, обрубив связи с нашим. Я так и не понял до конца, лукавил он или нет. И босс не признался, само собой. Мы сделали это все вместе, объединив силы, и получили неожиданный эффект. О котором Саладин то ли не знал, то ли решил не предупреждать. И то и другое, знал бы — не предупредил. Настолько неожиданный, что многое выпало, из памяти и из жизни, у всех причастных. Как после взрыва, нанесшего не физические увечья и многое разрушившего. Лучше бы физические, ментальные не болят, но отнимают больше. Он до сих пор не помнит, как их жизнь изменилась. Казалось, наладилась, но странно и не до конца. Словно чего-то не хватало, особенно маме. С ней совершенно точно было не все в порядке, только он уже не понимал, почему. И сам помнил многое, но странно и выборочно. Был виноват, перед мамой и сестренкой, а в чем и главное как все исправить не знал.

***

Саладин невесело улыбнулся, создав необычно большой портал. Вход в ангар скрылся за непроницаемой дымкой с четкими краями, похожей на разрыв в текстурах. Осталось только набрать скорость на взлетной полосе, отбросив неприятную мысль о столкновении, и быть готовым не разбиться на той стороне. — Ты кое-что забыл, Мэлько. Кое-кого. Она встретит тебя на месте, я думаю. Что? Он уже успел занять место в кабине и ощутить холодяще-приятную дрожь. В груди, и ниже. Похожую на порхающих любовных бабочек, или это одно и то же? Когда видишь цель и идешь к ней… летишь, становится ясно и просто. Даже чуть кайфово. И глупый иррациональный страх неведомого и непонятного отпустил. Почти, не испорти босс очарование. Как поведут себя истребители в переходе между мирами, и после, еще неизвестно. Но пугало меньше всего. Совсем не пугало. Разберется, а в крайнем случае — обойдется без них. Это не критичная проблема. Лишь бы волна временных изменений вновь не смыла важное, или все. — И у тебя даже может получиться. У вас. Хочешь разнести там все вместе с папой? Его врагов. Созданий природы тебе жаль, я помню. Отличная идея, но есть вариант получше. И более эффективный. Саладин произнес последнюю фразу тише, и с нотками сомнения. Словно хотел добавить, что это неточно. — Мама? Но тогда зачем? — Он сам должен был подумать о ней… подумал. Что если папа тоже вспомнил все, должен был, раз книга Легедариума вновь обрела форму, то появление мамы может… повлиять на него в лучшую сторону? Сомнительно, но ок. А на тех, кто пришел помножить папу на ноль? И бой, кровь и жестокость — не то, что маме стоит видеть. Она уже и так видела слишком много лишнего и ужасного, для не переносящей жестокость и боль живых созданий светлой феи. Во всех версиях себя. Маму стоит позвать, когда все решится и отцу перестанет угрожать опасность изгнания за пределы мира. Когда-то он этого горячо хотел и был готов способствовать. Но все меняется, ладно… Главное, чтобы мама была счастлива, а о живых созданиях Арды она сумеет позаботиться и защитить от папы. Он в нее верит. — Без истребителей никуда. Пистолетом и добрым словом можно добиться большего, ты помнишь? Для перемен нужна причина, не может почти победившее войско проиграть просто так. И мало ли, вдруг что-то пойдет не так. — Придется идти до конца? — угрюмо осведомился Мэлько, проверяя боекомплекты. Сражаться, пока все папины враги не погибнут, или не отступят? Он от всей души за второе, чем быстрее, тем лучше. Но кто его спрашивает? Сам дурак, что связался с ведьмами, потом послушал Саладина и испортил родителям жизнь. Сейчас настал момент все исправить. — Увидишь. Ладно… Саладин, как он любит, замолчал, не договорив. И сделал неожиданный жест, неловко обняв его на прощание. Не то, чтобы он был против, даже приятно. Но от босса не ожидал совершенно, и охуел… охуел бы, не будь для этого более веских поводов. На фоне изменения реальности все мелочи. Поэтому просто широко раскрыл глаза и поспешил обнять босса в ответ. Чтобы удержать равновесие, выпасть из кабины неудачное начало операции. — Ничего не заметил? Плохо… есть чему учиться. Текна разработала кое-что, по моей просьбе. Чтобы тебя вернуло назад, когда мир Арды пойдет своим путем и связь разрушится. Я думаю, это произойдет само собой, но она решила подстраховаться. Могла добавить и что-то от себя, я не проверял. Чтобы ты не смог там погибнуть, как бы не старался, я полагаю. Постарайся не доводить до этого, или провалишь миссию. А он на миг поверил, что шеф обнял его просто так, надо же. И был… тронут. Фейл, как можно было купиться? Босс просто подсадил ему жучка, пользуясь эффектом неожиданности, и от него теперь не выйдет избавиться. Выйдет, но очень небыстро, а время дорого. Поэтому придется оставить как есть, факинг шит. И беречь себя, мало ли как Текна настроила свой гаджет. Ладно, в следующий раз он не попадется. На языке вертелось разное непочтительное — Саладин сильно задел его, просто и эффектно оставив в дураках. И еще подлил масла в огонь, предложив оставить пыл для врагов отца. Поэтому предвкушаемый переход между мирами едва почувствовался. Дыхание привычно прервалось, когда воздух сменился мертвой субстанцией междумирья, и тут же восстановилось. Этот портал отличался от прежних, или дело в системе жизнеобеспечения пилота? Он до сих пор не пробовал залетать в портал на истребителе. И сейчас упадет, они все. Дьявол! — Это я не тебе, папа, хотя по книге так и есть. — Сквозь зубы пробормотал Мэлько, выравнивая крен и выводя ветролет из пике. В наушнике словно кто-то хихикнул, послышалось. ИИ вряд ли заценил рофл. — Вас понадобилось так много, охренеть. Точно гордились победой? При прошлом прохождении, или его еще не было? Хз, и не нужно отвлекаться. И всплывшую в голове фразу «кто ж вас хоронить-то будет» не произносить. Потому что не хочется ему этого на самом деле, лучше без жертв… больших. И преисполняться раньше времени неправильно. Плохая примета, пусть он в них и не верит. Или просто старается себя взбодрить? Непривычный — он видел его давно и неправда — мир оглушил, ударив по всем органам чувств сразу. Как в прошлый раз, он словно вернулся к тому, с чем не закончил. Не сделал как нужно. Затянувший небо дым, пламя, грохот и металлический лязг вновь неприятно поразили — только града и летящих, как копья, сосулек не хватает. И сучек было всего три, а сейчас, сколько ж их понабежало то. И крепость отца выглядит как-то фигово, в тот раз было лучше. Черные стены просели и местами обрушились, языки непонятно откуда взявшегося пламени лизали камень. Армия длинноухих эльфов в сверкающих доспехах заполнила подступы. Рука невольно потянулась к гашетке. Вот гады, недолюбливает он их со времен Палладиума. Даст им один шанс, хотя уже и не хочется. Мэлько пробормотал знакомое и всегда готовое прийти на помощь заклинание. Плотная сеть лоз оплела стены почти до верху и ощетинилась колючками. Длинными и острыми, как пики. Если эльфы и остальные не поймут, что рубить его боевой плющ плохая идея, придется стрелять. Приходить с опередившим время оружием неспортивно, он в курсе. Но это не соревнования. Пусть только от… отстанут от отца. Автоматика будет работать здесь, и настрой повторять за ведущим не сбился? Если нет, он сдаваться не намерен и попробует один. — Без истребителя? Нисколько не сомневалась. Текна? Ну кто ее просил? Не запретил, знает он, кто. И не станет играть в обиженного мальчика, помочь родителям важнее, чем «я сам». Его девушка (звать Текну приемной мамой он наконец разучился, после стирания и восстановления памяти об их прошлом) пробралась в один из бортов и об автопилотах можно не беспокоиться. Фея технологий мгновенно восстановит утраченную связь, или создаст новую. И будет за ним следить конечно же, что для Текны цель номер один можно не гадать. — В каком ты из них? Отправить один истребитель назад в Магикс не выйдет, он и не собирался пробовать, просто узнать. Хотя звучит заманчиво. — Не важно. — Не дала ему шанса Текна. — Главное, все будет работать. Нужно включить ультразвуковые отпугиватели, в аварийном режиме. Он тоже подумал, что стоит попытаться. Великие орлы не обычные птицы, но используя чье-то тело получаешь его особенности и ограничения. Стандартный механизм защиты двигателей от пернатых может их притормозить. Или вовсе спугнуть? Духи в обличье огромных орлов успели покоцать папиных драконов, раз последних не видно. Одни птички в дымном небе над готовыми позорно обвалиться башнями. Это нехорошо, но он нисколько не огорчен. Туда им и дорога. Драконы отца — гадкие темные чудища, только пугать маму и портить ей настроение. Пусть живут без них. — Папа! Секунду назад там никого не было. И нефига отец не сбежал, прячась в подземельях. Так и знал, что в проклятой книге наврали, чтобы подчеркнуть нужную мораль. Осмелившийся пойти против всех кто угодно, но только не трус. Тем более это глупо и бессмысленно, лучше улететь на драконе. Его отец стоял на черной стене как в прошлый раз, даже на том же месте. И смотрел на что-то с непонятным выражением лица. Словно мама опять лежала там, за бойницей, и это единственное, что важно. — Зачем? Ты… — отец взглянул на него, будто узнал. Не забыл, как должен был после уничтожения книги. Мэлько замер, не понимая, что делать. Уничтожить врагов отца из лазерных пушек, или… Да, чтобы защитить ее можно пойти на все. Увидев маму, как тогда лежащую на холодных камнях, Мэлько спрыгнул вниз, чуть не забыв отдать управление Текне. И воспользоваться крыльями. Это вообще что? Они вернулись в точку, где мама умерла, только ни у кого нет воды из водопада. И книги. И вокруг творится на корню портящий романтику пиздец. Так нечестно. — Нет. — Мама взглянула на него, как еще вчера и протерла глаза рукой. Кольцо с ослепительно-ярким крупным бриллиантом сверкнуло на ее пальце, отразив бледный луч. — Оно вернулось ко мне, несколько дней назад. А сегодня… ты. Это уже не ему, но он очень рад за маму и не в претензии. Тот ревнивый мальчик наделал дел и остался в прошлом. А он нынешний оставил бы их наедине без проблем. Будь оно безопасно. Родители слишком выпали из реальности, или изменились раньше нее. — Флора! Отец помог маме подняться, опередив его. Словно кроме них двоих в Ангбанде, и во всем мире никого не было. Осталось только сказать «ну, не буду вам мешать» и лететь обратно в кабину. Потому что штурмующие отцовскую твердыню воины никуда не делись. Как он в глубине души успел отчаянно понадеяться. Может кнопка отмены и их касается… должна же. Или чего-то не хватает, чтобы она сработала. Может, этого? — Стена из плюща! Вечнозеленый взрыв! Опозорился перед папой фейскими заклинаниями, наверное. И пусть. Помогает же, а использовать драконье пламя он он не будет. Не хотел, но придется. Если ситуация не изменится. — Милый, подожди… — мама с усилием оторвалась от… единственных любимых губ. Знает он все, пусть и не подглядывал. Наконец полностью осмысленные и живые, без ранящей сердце беспомощности глаза феи наполнились смятением. Мама бы разорвалась, будь оно возможно. Чтобы помочь всем и сразу, не оставив ни кусочка себе. Убедить любимого мужа беречь себя, и других не убивать. А еще защитить от опасности сына и решить, не должна ли она вернуться к дочери. И Миели это нужно, но… не лишать же маму единственного шанса. А отец будто реально забыл, что за замес вокруг и смотрел на упрямо лезущих к стенам эльфов с удивлением. — Вы с Миели никак не можете… Переехать в Ангбанд вместе с тобой? Сорян, но нет. Это просто невозможно, по мнению Саладина. Хотя он, конечно, порой ошибается. — У нас с сестрой все хорошо, не беспокойся. Нам лучше остаться в Магиксе, и он нас не отпустит. Как тебя. Да, он сказал маме, что у Миели все прекрасно, а будет еще лучше, беспокоиться не о чем. Соврал, хотя о ближайшем будущем только догадывался. Терзался плохими предчувствиями. Мог сказать правду, и мама вернулась бы, знает он ее. Попробовала, неизвестно, получилось бы у нее или нет, прежде чем все стало уже не важно. Необратимо. — Я в порядке, не вол… Голос в наушнике прозвучал еле слышно, сквозь неприятно громкое гудение и треск помех и резко оборвался. — Текна! Только ее потерять не хватало, опять, лучше самому аннигилировать. Или как смерть в жерновах меняющейся реальности называется? На железки плевать, Саладин построит новые. Она же позаботилась и о себе тоже, и все сработало, как нужно? Или он не успокоится, пока не вернет свою девушку, чего бы это не стоило. И они будут трахаться с обновлениями реальности вечно, с добрым утром. Горизонт, и все за границей стен, стало зыбким и нечетким, словно он на миг утратил зрение. И вернулось назад, радуя пустотой. Проклятые эльфы испарились, словно их и не было, и крепостные стены обрели первозданный вид. И родители… Уже не удивляясь, Мэлько молча смотрел на их новую версию — более молодую и беззаботную. Даже отец, а мама стала ровесницей Миели. И взглянула на него удивленно, как на незнакомца. А папа будто вообще не заметил. Или на самом деле? — Даже не верится, что наконец перестал быть твоей подружкой-ведьмочкой. — Отец посмотрел на собственную поднятую руку с откровенной радостью, как на потерянное и вновь чудом найденное сокровище. Прежде чем крепко обнять маму за талию. — А сама Мирта? Милый, с ней все в порядке? Мама не может не волноваться за других больше, чем за себя, ничего нового. Замерла и прижалась к отцу, жмурясь от удовольствия, но своих не бросает. — Более чем. Гриффин хватит нерастраченных материнских чувств на двоих. Вырастит мелкую девчонку истинной ведьмочкой, как та и мечтала. А если прогадала с мечтой — ее проблемы. Это родители из измененного прошлого? Еще не увидевшие многого дерьма. Где мама не взяла сильмариллы, не пережила гибель родного королевства и ледяной плен, и еще не родила его? Только у папы было неприятное приключение в чужом теле… более чем, он от души посочувствовал. Но ничего страшного, затерпит. Они победили Древних Ведьм, только что? — Да, и это было нелегко. Не только из-за стремного обмена телами с мелкой беременной ведьмочкой. Скажи спасибо, папа, что рожать не пришлось. Отец взглянул сквозь него и моргнул, стараясь сфокусировать взгляд. Он не совсем в нормальном виде, ясно понятно. Не так уж и нелегко, могло быть и хуже. Или папа все о своем, наболевшем? Саладин сделал большую часть, только сам погиб. А не надо было. Так хотел доказать Гриффин, что круче всех, или не только поэтому? Мэлько ощутил неприятный холодок в груди, словно прошедшая насквозь сосулька попала и в него. Понимать, что это значит, не хотелось. Наверное ничего страшного, босс же не мог не предусмотреть запасной выход. Они у него всегда есть. А то Миели ужасно расстроится, не хочется даже представлять, как. И он тоже. Перед глазами вновь потемнело, и тут же прошло, словно мигнул свет из-за скачка напряжения. Лица родителей и все поблекло и стало нечетким, кроме появившегося портала. Провал с подсвеченными красным краями, как тучи на закате все больше наливался чернотой. Ему пора, прозрачнее не намекнуть.

***

— Может твоя мать все-таки любила тебя, как могла? В глубине души. Но поняла лишь потеряв, когда стало слишком поздно. Для таких, как она. Но это, конечно, не точно. И уже неважно. Гриффин улыбнулась без тени сожаления, разглядывая ведущие к сердцу Облачной башни пульсирующие нити. Похожие на сосуды, и именно так все и было. Центр, где восстанавливается и омолаживается магия башни, и ее, напоминал гигантское сердце — реалистичное, а не похожий на неприличное место значок сердечка. Мирта отлично чувствовала себя в сердце башни, спала и набиралась сил в похожем на мягкий спальный мешок коконе. Ожидаемо, она не сомневалась в девочке. А ее сын нет, к большому огорчению. Она надеялась, что приобщение к магии предков примирит его… со всем. Позволит находиться в Облачной башне дольше, и с удовольствием, или хотя бы без проблем. В Мэлько должна быть только магия родителей, иной неоткуда взяться. Но нет. Мальчик, еще не научившись говорить, четко дал понять, чего хочет. Магии природы и ее самой, чистого неба и зелени проклятого прекрасного парка Колледжа Линфеи. И ладно, раз с этим пока ничего не поделать. Главное, маленький Мэлько там счастлив и спокоен. А потом его можно отвлечь от дурацких цветочков и зверюшек. И бесполезных. Все возможности и мощь природной магии даются лишь по праву рождения, как его старшему младшему брату. Игры со временем создают и не такие парадоксы. А ее сын сможет добиться чего-то, только пойдя своим путем. Ему этого захочется, обязательно, она чувствует. Жизнь скромного отшельника защитника природы, пытающегося постичь ее благодать не для ее сына. Это хобби, и радость души, но Мэлько не сможет без большего. — Теперь ты моя дочка, как и хотела. Хотя твое новое существование висело на волоске… и мое. Для черной магии нужна тьма, подпитка негативными эмоциями, иначе ничего не выйдет. Получается, сильнейшая ведьма не может и не должна дружить, любить, сочувствовать, умиляться, заботиться о ком-то? Именно так, Мирта верно поняла. Но она слишком долго копила, и может смело позволить себе растрату. Хоть на десяток детишек. — И негативом совсем не обязательно заряжаться в своей семье. Есть же немало других людей, и возможностей. А она не слишком рано начала читать лекции для маленьких ведьмочек? Нет, главное ей нравится, и малышка внимательно слушает, теребя погремушку. Учиться никогда не рано. Насчет «не поздно» — не факт, к сожалению. — Я боялась, что у них не выйдет воспользоваться новым порталом. Лилис опасна и одна, и неизвестно, что Повелительница Иллюзий могла успеть придумать. Гриффин прижала маленькую ведьмочку к себе, отгоняя неприятные воспоминания. Запах детских волос успокаивает лучше всего, ароматерапия больше не нужна. Только для тех же детей, чтобы лучше спали. Мирта осталась ей, как старый долг, что давно пора отдать. И приятный бонус.