Заходил 5 минут назад

Что за странная эта штука – время? На репетиции стрелки часов двигались так медленно, словно слипались друг с другом, а сейчас двигались со скоростью света – до концерта оставалось всего пятнадцать минут. За это время нужно было еще раз пробежаться по сценарию, найти непонятно куда подевавшуюся рубашку, успеть отпить оставшийся чай из кружки, спеть песню-талисман наудачу и пробренчать на гитаре что-нибудь веселенькое для спокойствия. Все вышеперечисленное – отработанная схема действий, которая гарантировала успех нашему концерту. Вот и сейчас мы успели выполнить её, уложившись в тринадцать минут тридцать две секунды. Оставшееся время мы потратили на взаимную поддержку, так как всегда считали правильным подбодрить друг друга перед выступлением. – Ну что, готов? – спрашивает меня Андрей, загадочно улыбаясь. – Всегда готов, – отвечаю я, любуясь им. Ловлю себя на мысли, что улыбка Андрея – самая лучшая поддержка. С ней не нужно никаких слов. Заиграла музыка, послышались аплодисменты. До нашего выхода осталась одна минута. – Слав, – обратился ко мне Андрей с таким видом, будто что-то забыл сказать. Или сделать. – Что случилось? – спрашиваю у него я, стараясь скрыть волнение. 59 секунд, 58, 57… – Иди сюда! Он неожиданно заключил меня в свои объятия. Я даже опомниться не успел. 41, 40, 39… – Боже, Андрей, что на тебя нашло? – смущаюсь и задаю этот странный вопрос. – Просто…– вздохнув, начал он. 28, 27… До выхода осталось совсем чуть-чуть, но мне очень хотелось услышать, что же он скажет. У Андрея не часто были такие порывы, и я чувствовал, что он хотел поделиться со мной чем-то важным. 19, 18, 17… – Встречайте! – слышим возглас, который так некстати прервал нас. Во мне все закипело от негодования – у нас еще оставалось пятнадцать секунд! Андрей, увидев мое недовольное лицо, только успокаивающе сказал: – Ладно, потом договорим. Наш выход! Разочарованно вздыхаю и иду за ним на сцену. Зрители, увидев нас, радостно зааплодировали. – Добрый вечер, друзья! – приветствуем мы их. Я пребывал в небольшой растерянности – Андрей что-то во мне задел. Началось вступление к концерту, мы по очереди шутим. Говорю всякую смешную ерунду и краем глаза смотрю на Андрея: он стоит с невозмутимым видом и шутит, как ни в чем не бывало. Хотя две минуты назад был таким серьезным и…чувствительным. Потянулась вереница номеров – играем сценки легко и весело, без внезапных провалов в памяти. Больше всего восхищает игра Андрея. Я стараюсь слиться с ним в единое целое, прочувствовать его ритм и энергию, и как только у меня это получается, играю вместе с ним также – самозабвенно. Дошло до того, что я перестал замечать людей, сидящих в зале, даже, кажется, не обращал внимания на их смех, хотя он был очень громким. Сейчас я увлечен только одним человеком. И я слежу за каждым его жестом, взглядом, словом. Складывается впечатление, будто я под гипнозом. Может так оно и есть. А Андрей не упускает из вида меня. Его взгляд прожигает меня насквозь, а я в свою очередь, как завороженный, слежу за ним. От всего этого завожусь. Кровь закипает, дыхание перехватывает, кажется, что еще немного и взлечу. Из-за разрывающих на части чувств хочу наброситься на Андрея прямо сейчас. Я выдаю себя с головой – так и не научился скрывать их. Андрей знает об этом. Знает, что я к нему испытываю на самом деле, но ничего не говорит. Может он чувствует тоже самое? Подошла очередь нашей с ним песни. Вспоминаю строчку из неё и начинаю краснеть. Но спеть нужно. – Я люблю тебя, – пою эту строчку, выделяя её голосом. Палюсь еще больше! Пересекаюсь с ним взглядом. Его глаза так и говорят: «Что ты делаешь?!». Допеваю, начинаю шутить, отвлекая внимание от своих краснеющих щек. Но от проницательного взгляда Андрея никуда не деться, поэтому я стараюсь избегать его как могу. В таком состоянии продержался положенных два часа. Насчет Андрея не знаю, но я вымотался и чуть с ума не сошел несколько раз. Поем финальную песню «Я бы прожил опять», одну из моих самых любимых. Несмотря на то, что пели мы её уже много раз, она никогда нам не надоедала. Есть в этой песне что-то такое, что невольно заставляет тебя окунуться в прошлое и учит ценить его. Каждый раз, когда пою её, всегда думаю о своей жизни. С уверенностью могу сказать, что не хочу ничего менять в ней и уж точно бы ни стал ничего менять в мною прожитых годах…ну разве только некоторые моменты с Андреем. Концерт прошел замечательно, все зрители остались довольными, чему я, собственно, рад. Кто-то из них остался, чтобы сфотографироваться с нами и взять автографы. Несмотря на усталость и желание поговорить с Андреем, я не мог отказать им. Многим людям это очень важно – унести с собой ценный кусочек приятного воспоминания, частицу своего кумира. Поклонников у нас хватает! Наконец, когда все закончилось, я побежал вслед за Андреем в гримерку. Не успел я войти в неё, как тот на меня резко набросился, крепко схватив за пиджак. На секунду стало страшно, ведь не каждый день тебя так хватают, особенно если это сделал твой лучший друг, коллега и любимый человек по совместительству. – Слава, это правда? – спросил Андрей, на удивление, спокойно. Он глядел на меня выжидающе и с нетерпением ждал ответа. – Ч-что? – только и смог я выдавить из себя. – Ах, не притворяйся! Я же всё вижу! – воскликнул он, как мне показалось, с долей разочарования в голосе. – Да…– тихо ответил я. Мне ничего не оставалось, как сказать правду. Да и скрывать смысла нет. – Что же ты сразу не сказал? – задал Андрей этот неожиданный для меня вопрос. – Откуда я знаю, как ты отреагируешь? И потом, я все равно для тебя останусь только лучшим другом и не более того, – устало ответил я. Андрей на это ничего не сказал, но отпустил меня. Стало легче дышать, хотя мне казалось, что я взорвусь от резкой смены температур в моем теле. – Перед началом концерта я не договорил, помнишь? Тогда я хотел тебе сказать то, что чувствую, когда ты рядом. Но теперь, когда момент упущен, и я не могу подобрать подходящих слов, не буду тянуть и отвечу тебе: я тоже люблю тебя. Сказать, что у меня чуть не отвисла челюсть, значит, ничего не сказать. – Ух, ты…– только так я смог отреагировать. Ну не дурак ли? – Мы с бухты. А я думал, что ты догадаешься, – в шутку обидевшись, заметил Андрей. Я предполагал, но не мог поверить в это, да и сам Андрей не часто показывал свои чувства по отношению ко мне. А может я просто не замечал их, упиваясь своими? – Прости меня, Андрей, я должен был заметить раньше. Просто не верится! С секунду мы смотрели друг на друга, а потом, как по команде, бросились друг на друга и позволили нашим губам слиться в поцелуе. Было необычно, но так приятно целовать такие желанные губы. И плевал я на все – они мои! Чувствую, что разум покидает меня с каждой минутой, уступая будоражащим тело эмоциям. Кислорода становится все меньше и меньше, и я нехотя отпускаю Андрея – таким довольным я его давно не видел. – Скажи честно, долго этого ждал? – отдышавшись, спросил он. – Наверно столько же, сколько и ты, – весело отвечаю я. А может быть и больше. – Вот как, – усмехнулся Андрей. Я зачем-то тянусь к его рубашке. Он останавливает. – Ох, какой быстрый! Уже не терпится? Честно говоря, я не думал, что у нас могло зайти так далеко, но Андрей вроде бы не против, а мне хотелось его здесь и прямо сейчас. – Лучше не издевайся, иначе завалю прямо здесь, – шепчу как в бреду. – Ну-у, думаю, все-таки здесь не стоит. Может дотерпишь до гостиницы? – весело спрашивает он. Он пытается сделать вид, что абсолютно спокоен, но глаза его так и горят желанием. – Уговорил! – соглашаюсь я. – И чем быстрее, тем лучше! Усталости я больше не чувствовал. Мне хотелось попробовать то, о чем раньше я не мог даже мечтать. Но рано или поздно мечты сбываются, и моя мечта не исключение. Все свершится в эту ночь.