Змей затаившийся в пионах

Брат — это не просто четыре буквы! В этом слове много понимания, любви и заботы, что хватит на всю жизнь.

***

Лис — шепчут слуги с восхищением, когда думают, что никто не слышит. Лис — шепчут учителя с обожанием, смотря как брат извивается, душа противника. Лис — шепчет отец с гордостью, когда Старейшины делают так, как надо брату. Старший брат улыбается кончиками губ, ему смешно. Люди пляшут под его дудку, люди видят и слышат то, что хочет он, люди не хотят видеть истину. Рождение брата мистическое, мать вспоминает тот день с благоговейным страхом, отец с гордостью, слуги со страхом. Рожденный первым по мнению всех в Ордене должен быть умен, силен, здоров, харизматичен. Цзынь Бао Чен никогда не покидает орден с отцом, но его знают во всех других орденах. Он никогда не дерзит, никогда не пройдет мимо если может помочь, никогда не капризничает, не кричит, не повышает голос, не отступается от своих слов, не бросает дела на полпути, не унижает слуг. Но мало кто знает, что ему это все и не надо. Зачем марать руки? У Наследника ордена Цзынь — язык как лезвие, слова как кислота, ум как стрела. Улыбка как яд. Люди сами приходят и отдают свои судьбы в руки старшему брату. Брат умеет выжидать как все хищники, долго, внимательно, основательно. Брат не любит делиться. Люди говорят, что главе ордена Цзынь повезло зачать гения, красавца, таланта.Что последующие все дети клана Цзынь сокровища, но мало кто знает, что все эти сокровища огранят лишь одни руки. Руки не матери и не отца, а Старшего Брата. Сколько Второй наследник Цзынь себя помнил, всегда рядом с ним был его Старший брат. Учил с ним кадзи, стихи, детские песенки, играл в игры, потом тренировал, делал уроки, отгонял страхи, учил уважать других. Годы шли, на брата все больше и больше сыпалось ответственности, но всегда он находил время на меня. С появлением в семье Мен Яо это не изменилось, только в наш тесный мирок на двоих брат записал еще одного человека. Меня терзала ревность, я ненавидел Яо, но брат однажды вечером собрал нас всех в одной комнате и сказал: — Мы семья, у нас одна кровь, один дух и положиться мы можем только на себя. Вы мои самые родные, за вас я уничтожу любого, вы мои младшие братья, кем бы ни были ваши матери. А-Сюнь, ты всегда мой любимый младший брат, никто тебя не заменит, но А-Яо тоже часть семьи и мы с тобой должны ему любовь за столько лет его одиночества и лишений. А-Яо, ты не хуже кого-то, я лично изничтожу любого, кто усомнится в твоем праве называться моим братом. Все твои проблемы, сомнения, волнения ты можешь доверить мне и я все решу. Ты больше не один! На тебя у меня всегда найдется время. Брат никогда нам не врал. Время шло, брату становилось все труднее, но внезапно Мен Яо стал добровольно помогать ему, потом подключился я, ему стало лучше, легче, но свои проблемы он решал сам, играючи, а за одно и наши. Однажды отец поднял панику — Бао Чен пропал. Мое сердце в тот момент пропустило удар, а, подняв глаза, я увидел белое лицо Яо и впервые заметил, как мы с ним похожи. Братья. Я смотрел в глаза Яо, он в мои и страх за Старшего брата объединил нас. Потом помню, как пришел ночевать к Яо и он не выгнал и обнял, помню страх за брата, помню слезы матери, крики отца. Спустя неделю брат вернулся сам и с трофеями. Весь избитый, в синяках и гематомах, в бинтах, но как будто в насмешку — в чистейших одеждах с идеально прямой спиной. И с детьми. Два мальчика жались к нему и явно боялись людей, что их окружили, справа от Брата стоял мужчина, от которого за версту веяло опасностью. Одним ребенком, по-старше, был Вей Ин, веселый, активный, смешливый, юркий. Вторым, по-младше, — Сюэ Ян, этот был похож на котенка, злобно шипел на всех, но при Брате был ласковым и милым. Мужчиной оказался некий Чжулю Чжао. Увидев его, отец хохотал до слез, а потом спросил, что он хочет за спасение сына, на что тот ответил, что это Брат спас его и воин с того дня стал его тенью.Позже отец долго будет хвалиться всем и каждому, что его сын — хозяин «Сжигающего Ядра», за что Брат будет извиняться перед своим верным хранителем, который всю жизнь с тоской и нежностью будет смотреть ему в след. Они вошли в нашу жизнь быстро и весело.Что самое смешное, мы с Яо не ревновали, мы сами стали старшими братьями. Учили, смешили, защищали. Всегда за спиной был Брат. Все знали, что бы мы не натворили, что бы не сделали — Бао Чен всегда будет на нашей стороне. Всегда! Шли годы и все чаще каждый из нас, вспоминая детство, счастливое, веселое, беззаботное, понимал, чего стоило это Старшему Брату.Только теперь мы поняли, что у Брата всего этого не было. Его детства лишили. И теперь наша очередь помогать, оберегать, опекать. Каждый из нас взял на себя что-то. А-Яо — дипломатию и интриги, я — обучение и снабжение, А-Ин и А-Ян — исследование и эксперименты. Брат следил, чтобы мы не убились в процессе и чтобы не скучали. Так в нашей жизни появился малыш Мо Сюань Юй — наш младший брат. Его любили и опекали все. Проблемы пришли, откуда их не ждали. Отец решил отправить нас в Гу Су Лань. Старший Брат, как мог, оттягивал наше обучение, но время пришло и пришлось ехать всем кроме А-Юя. Чего это стоило Брату — история умалчивает, но блеск в глазах выдавал его триумф. По прибытию нас встретили как и остальных, с почтением. Брат очень редко путешествовал в другие ордена, поэтому в лицо его почти не знали. И так впервые мы поняли, как красив наш старший брат. Люди замирали, взглянув на него, как завороженные провожали его глазами, некоторые следовали по-пятам. Именно там, в Гу Су, каждый из нас впервые почувствовал ярость умноженную на ревность. Именно в Гу Су Лань Брат впервые улыбался от всего сердца не нам, а чужому. Он улыбался Первому Нефриту Ордена Лань — Лань Си Ченю. Так семья Цзынь объединилась против семьи Лань. Мы тогда не знали, что беда придет с другой стороны. Лис — говорят слуги. Лис — говорят Старейшины. И только младшие братья знают, что, обвив своим телом, им нежно шипит колыбельные «Золотой змей».