Клетка

      Гермиона встала ни свет ни заря. Она намеренно поднялась раньше всей прислуги, и раньше самого Северуса, чтобы никто не смог ее заметить.       Девушка собрала все самое необходимое, уложила все это в небольшую сумку и бесшумно прокралась в коридор.       Так она кралась до самого выхода. Как можно медленнее и осторожнее закрыв входную дверь, Гермиона вдохнула в легкие свежий утренний воздух.       Она ощущала себя иначе, не так, как вчера. Еще не свободной, но и не обреченной на вечные страдания. Возможно, у нее все получится, она начнет новую жизнь.       С такими решительными мыслями девушка, выйдя через черный ход в заборе, сорвалась с места, убегая прочь от ненавистного ей особняка.       Гермиона бежала, не помня себя. Бежала по безлюдным улицам, не оборачиваясь. Когда же она устала бежать, она стала идти своим обычным шагом, приоткрыв рот и восстанавливая дыхание.       Девушка осмотрелась. Она сама не знала, куда попала, но здесь оказалось много народу. Все спешили по своим делам, а машины гудели, потому как встала пробка.       Теперь она вдалеке от той клетки, из которой не могла выбраться столько времени.       Она вдруг осознала всю абсурдность происходящего и на ее лице появилась нервная улыбка, а затем она и вовсе тихо рассмеялась, в то время как ее голова опустилась, а растрепанные пряди закрыли ее лицо.       Ей же уже целых девятнадцать. Что она делает? Сбегает из дома супруга, прямо как какая-то хулиганка? Закон не запрещал ей подать на развод. Чего она боялась? Что это вообще было? Разве она поступала когда-то так бездумно? Она ведь всегда находила истинно правильные решения, никогда не делала нерациональных вещей. А сейчас... Она вдруг впала в детство? Быть может, работа настолько ее доконала? Она даже не использовала свой дар перед тем, как спланировать свой "побег".       Как же глупо. Она и не думала, что могла поступать настолько глупо.       Вернуться? Да. Это рационально. Вернуться, чтобы потом все обговорить с Северусом. Они супруги, но он не может просто взять и держать ее в своем доме насильно. Закон на ее стороне.       Впрочем, никто так же не запрещал ей вернуться немного позже, разве нет?       С этими мыслями Гермиона решила немного прогуляться по городу. На душе стало так легко, а голова наконец не думала о работе, родителях или о самом Снейпе. Ее тело уже и позабыло об утреннем "марафоне" и было таким легким. Ноги сами несли ее. Она бодро ходила по улочкам, рассматривая каждое здание, словно видела впервые. Хотя, так оно ведь отчасти и было. В конце концов, когда она вышла замуж, ей пришлось уехать из родного города, а прогуливалась она, опять же, крайне редко. Да и вряд ли поездки на презентации можно было назвать прогулкой.       Так вот, что это. Свобода. Да. Эта жизнь ей куда больше по вкусу. Никаких долгов, никакого Северуса... И никаких отчетов! Возможно, она даже не будет работать в офисе, а устроится в какое-то другое место. Уж слишком ее тошнит от бумаг после стольких бессонных ночей в кабинете.       Девушка даже и не заметила, как наступил вечер. Еще одно упущение. Она не собиралась возвращаться так поздно. Но что уж поделать. Что случилось, то случилось. В любом случае, она и не обязана была возвращаться рано, разве нет?       Уже подходя к особняку она лицезрела фигуру Северуса. Он смотрел прямо на нее гневными глазами, скрестив руки на груди. Прямо как в какой-то сказке, где герой идет себе, и тут на его пути будто из неоткуда появляется злодей. Интересно, он прождал ее в этом самом месте в этой самой позе весь день? От представления об этом она мысленно усмехнулась, но внешне она выглядела все такой же серьезной и безрадостной.       Прежде, чем вернуться, она снова не использовала свой дар. В ее голове было так пусто. Девушка, если честно, об этом даже и не подумала. Но даже если бы и вспомнила... Она устала от его использования. Слишком много времени и сил занимает анализ нескольких разветвлений событий и подготовка плана на каждую из возможных ситуаций. Именно поэтому она и просиживала весь вечер в кабинете, делая не один, а сразу несколько проектов заранее. Все же Гермиона не была всесильна, потому не могла щелчком пальцев решить все проблемы Снейпа. Приходилось много думать и много работать.       – И где ты была? Мы тебя обыскались. Я уже собирался звонить в полицию, – фыркнул Снейп, как только Гермиона подошла достаточно близко и остановилась перед воротами.       – Подавать заявление в полицию можно только спустя три дня с момента пропажи человека, – лишь беспристрастно хмыкнула та.       – Если бы я сказал, они бы нашли, – снова фыркнул Снейп. – В любом случае, что это было? У нас на носу важный проект. Или ты забыла?       – Кстати, о проектах...       Все внутри нее в этот момент все так и сжалось от волнения. Но чего она боялась? Того, что он повысит голос? Ударит? А даже если ударит, у нее, наоборот, будет еще больше шансов побыстрее избавиться от связи с ним.       Точно. Она ведь еще ни разу не ослушивалась родителей. И Снейпа тоже. Ее так воспитали. Поэтому ни Снейп, ни учителя в школе, ни преподаватели в университете, ни сами родители Гермионы никогда не испытывали с ней хлопот. Она осознала это лишь сейчас. Гермиона сама ведь виновата во всем, что произошло. Сама сразу же согласилась на замужество, лишь бы обрадовать родителей. Но сейчас родители не имели какую-либо роль в ее жизни. Все лишь пользовались ее прилежностью. Да даже учителя и преподаватели частенько скидывали на нее какую-то работу. Гермиона никогда не отказывала. Но пора наконец-то сказать «нет».       Северус вопросительно и в то же время крайне сурово посмотрел на нее, выжидая ответа. Под его тяжелым взглядом даже дышать становилось труднее. К тому же... Кажется, он впервые смотрел ей прямо в глаза. И этот самый первый раз ей ужасно не нравился.       Легкие сдавило, румянец пропал и осталась одна лишь бледность, а картинка перед глазами немного помутилась. Что такое? Она в самом деле боится этих слов? Это ведь просто слова. Ну же, Гермиона!       – Я хочу подать на развод, – выпалила она на одном дыхании и тут же опустила взгляд.       Брови Северуса поползли на лоб. Пожалуй, она впервые за год совместной жизни видела удивление на этом вечно мрачном лице.       – Сначала убегаешь, теперь говоришь о разводе... – он вздохнул, а затем нахмурился и устало потер переносицу, пытаясь переварить услышанное.       Он хотел продолжить, но Гермиона его перебила. Она впервые его перебивала.       – Да. Именно так. Я хочу развестись с тобой. Я вовсе не обязана работать на тебя, как и продолжать находиться в браке с тобой, если на то у меня нет никакого желания.       Ее голос был полон твердости и решительности, но перед глазами была пелена, а ее руки слегка тряслись. Она не могла контролировать это. Не понимала, почему. Просто не могла. Это было... Нерационально. Это глупо. Чего ей бояться?       Гермиона осторожно подняла взгляд на Снейпа. В ее голове была каша. Она попыталась использовать свой дар, чтобы понять, что же ее ждало, но зря. Вместо отчетливых картинок ее встретила одна лишь головная боль и полная пустота. Она слишком много пользовалась своими способностями. Усталость наконец дала о себе знать.       Теперь девушка не знала, что с ней произойдет. Лицо Снейпа было для нее совершенно нечитаемым. Вот бы она видела не только события, но и умела читать мысли...       – Вот оно как. Ясно, – хмыкнул Северус, не показывая при этом хотя бы единой эмоции.       Он всегда таким был. Порой Гермионе казалось, что она разговаривала не с человеком, а роботом, когда находилась в его присутствии. И лишь периодические вспышки гнева говорили об обратном.       – Похоже, тебе уже плевать на благополучие твоих родителей, так ведь? Разве не ради них ты согласилась быть моей женой?       Вполне ожидаемые слова, даже без всякого дара. Он попытался надавить на жалость.       – Плевать, – резко ответила Гермиона, снова заставляя лицо Снейпа вытянуться в удивлении. – Мне на них абсолютно плевать. Я просто хочу уйти.       Некоторое время он молчал, глядя на нее. Гермиона же снова опустила взгляд. Она не могла смотреть ему в глаза.       – Хм... А ты та еще эгоистка, верно? – вдруг усмехнулся Северус, опускаясь поближе к личику Гермионы.       Ощутив, как его горячее дыхание коснулось ее кожи, девушка вздрогнула и побледнела лишь сильнее. Что было на уме у этого мужчины? Она не знала. Прожив с ним целый год под одной крышей, она не знала о нем ничего. Что он с ней сделает? Что скажет? В самом деле ударит? Будет запугивать? Один только дар предвидения не спасет Гермиону от пыток... Все в голове перемешалось.       – Девица из бедной семейки ни за что бы не смогла стать моей женой. Ты, облезлая крыса, должна быть благодарна моей благосклонности. Тем не менее... ты смеешь дерзить мне. Думаешь, твое слово что-то решает? – он выпрямился, отстранившись от Гермионы, и как бы взглянул на нее свысока, показывая тем самым огромную пропасть меж ними. – Ты не получишь мое согласие на развод.       В этот момент весь страх девушки исчез и его заменила злоба. Как он смел разговаривать с ней в таком тоне? Разве одно лишь ее происхождение могло позволять ему относиться к ней таким образом? В современном мире давно нет понятия «раб и хозяин»! Нет, Гермиона ни за что не позволит и дальше вытирать об нее ноги!       – Но это не значит, что я не смогу добиться его! А если будешь держать меня взаперти!.. – попыталась возразить Гермиона, но была перебита прежде, чем успела закончить       – Ты не получишь мое согласие на развод, – уже более громко повторил Северус. – На этом, пожалуй, и закончим разговор. Ну а если попытаешься сбежать... Ты ведь знаешь, что я могу сделать с помощью своих связей, верно?       Гермиона нахмурилась и замолкла. Этот вопрос не требовал ответа. Естественно она все знала.