Любовь по сценарию 3: Таинство.Гармония.Ты

POV Минхо -Познакомься – это София, - тихо сказал я Тэмину на ухо, улыбаясь женщине, которая стояла у плиты и, изредка вытирая руки об уже и без того замызганный фартук, висевший поверх ее темно-желтого халата в цветочек, поворачивалась к нам, чтобы с интересом оглядеть своих гостей и одарить нас гостеприимной улыбкой. – А это ее дочь Камилла и сын Мигель. Я, переведя взгляд на смуглую девушку с длинными русыми волосами, которые лежали на ее широких плечах как-то неряшливо и имели довольно-таки растрепанный вид, и маленького мальчика со смольными, волнистыми, как у матери, волосами, которые чуть не доставали ему до плеч и тоже выглядели небрежно, улыбнулся еще шире. Камилла, казалось, совсем не замечала нашего присутствия: она, то и дело забирая тонкую прядь за ухо своими тонкими пальцами с белыми длинными ногтями, складывала руки на столе, будто бы она сидит за партой, и внимательно читала какой-то журнал, в раскрытом виде лежавший перед ней на столе. Ей, вероятно, было все равно, кто будет жить вместе с ней в доме в следующую неделю, поэтому она не удостаивала нас чести хотя бы быть замеченными, даже не смотря в нашу сторону. Зато Мигель не сводил с нас заинтересованных глаз и, скрещенными ногами, еще не достававшими до пола, мотая под столом, внимательно разглядывал то меня, то Тэмина. Я же приветливо и по-дружески улыбался мальчику, давая ему понять, что мы пришли с миром и хотим подружиться, но взгляд и мысли Тэмина, казалось, были заняты совершенно другим человеком. Я замечал, как он изредка проскальзывал взглядом по парню, который сегодня утром встретил нас на пороге этого дома, и эта дикость в его глазах вызывала во мне такие приступы смеха, что я еле сдерживался, наблюдая, как мой возлюбленный буквально исходит желчью от ревности. Франциско, как звали нашего соседа, сидел напротив Камиллы и, с аппетитом уплетая только что поданный Софией ужин, время от времени исподлобья косился на нас с Тэмином. -А это кто? – спросил Тэ, кивая на парня, который, видимо, увидев этот жест, поднял голову и, сжимая в руках вилку, улыбнулся мне. -Это Франциско, - я старался ответить как можно мягче, при этом с интересом смотря на Франциско.– Он, вообще-то, садовник и подрабатывает у Софии уже третий год, но, похоже, здесь все так привыкли к нему, что уже считают его членом своей семьи. Поэтому он живет вместе с ними. -М-м-м, - протянул Тэ, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди. – А я смотрю, ты про него-то лучше, чем про всех остальных, знаешь. -Мы с Франциско просто поболтали немного в саду, пока ты спал, - пожал я плечами, не сводя с ужинающего парня глаз, но на самом деле боковым зрением наблюдая за реакцией Тэмина. А реакция его была слишком ожидаемой, что заставило меня в очередной раз мысленно посмеяться над Тэ: он хмыкнул, язвительно улыбнулся и одарил меня таким взглядом, как будто в своей голове уже в сотый раз прокрутил то, как его рука прикладывается к моей голове чем-то тяжелым и массивным. -Кстати, он не мексиканец, - заметил я, решив продолжить разговор. – Он приехал сюда три года назад из Бразилии вместе с родителями на лето, а потом по какой-то причине остался здесь, я что-то пропустил мимо ушей, почему именно… «Конечно, как уж тут уследить за разговором, когда такое тело сидит рядом, да, Минхо?», - я прямо читал мысли Тэ по его побледневшему от злости лицу и готов был разразиться громким и сильным смехом, но подумал, что это может напугать всех остальных, да и дать понять самому Тэ, что я безжалостно пытаюсь вывести его на эмоции. -Я смотрю, ваш разговор был очень продуктивным, - кивнул Тэ, усмехнувшись и покосившись на Франциско, который хоть и делал вид, что занят ужином, все же внимательно прислушивался к нашему разговору. Ах, Тэмин, Тэмин, глупый ребенок. Его ревность одновременно веселит меня и заставляет немного краснеть перед Франциско. Не знаю, заметил ли он, что мы с Тэ не просто друзья, решившие вместе поехать на отдых, но, по крайней мере, он меня об этом не спрашивал. Пообщавшись с ним, пока Тэ действительно отдыхал после трудного и изнуряющего полета, я понял, что Франциско довольно-таки поверхностный человек, но именно за счет этого веселый и безмятежный. Кажется, его ничего не волнует в жизни, для него она заключается в постоянном наслаждении, в идиллическом отдыхе, в удовлетворении собственных желаний и потребностей и в легких, воздушных мыслях, которые не приносят с собой никаких огорчений, беспокойств и бед. Может быть, такое видение жизни присуще всем молодым жителям подобных городов, как Пуэрто-Вальярта, ведь их окружает вечный праздник, солнце, песок и океан. Все, что для них ценно – разгульность и приятное времяпрепровождение в каком-нибудь клубе у самого океана, где до утра поют песни под гитару, распивают алкогольные коктейли, устраивая какие-нибудь абсолютно сумасшедшие споры, и где на пьяную голову, раздевшись догола, молодежь наперегонки мчится в прохладные прозрачные волны, блестящие в оранжевом свете восходящего на горизонте солнца. Днем они спят, прячась от жары, а ночью выходят развеселой толпой на остывшие от полуденного зноя улицы города и удивляют своим развязным поведением приехавших туристов. Франциско был одним из таких любителей свободной и совершенно ничем не удручающей жизни, и именно его вольность и свободомыслие и привлекли меня. Мне показалось, что вместе с ним мы с Тэ сможем отлично отдохнуть и провести время, ведь Франциско точно попытается научить нас чему-то из того, что привык и любит делать сам. Я, конечно, еще не знаю, что именно он любит, но почему-то мне казалось, что в нем течет горячая молодая кровь, которая не дает его телу спокойствия. Плюс, Франциско покажет нам город таким, каким он видит его сам, а это здорово, потому что сами мы не сможем увидеть его в таком обширном ракурсе, в каком может нам показать человек, живущий здесь уже три года. Да и побесить Тэ перед предложением и поездкой на виллу было для меня очень заманчивой мыслью. Причем, она пришла ко мне совершенно случайно и неожиданно, как раз тогда, когда на пороге появился Франциско. Это было естественно, что Тэ начнет ревновать меня к этому парню, ведь он действительно знойный красавец, здесь даже и не поспоришь. А мне так хотелось хоть раз задеть Тэ за живое, ведь это всегда было моей привилегией – ревновать Тэ к кому бы то ни было, но ведь и мне, признаться, хочется ощутить вот это чувство, когда тебя ни с кем не хотят делить и когда тебя готовы ревновать к любому столбу. А тут еще и Франциско подвернулся – стопроцентно удачный вариант для того, чтобы понаблюдать за исходящим желчью от негодования и трясущегося от злости Тэ. -А, да, кстати, - я, победно улыбаясь собственным гениальным рассуждениям, взял в руки высокий пластиковый стакан ярко-розового цвета, в котором был налит прохладный апельсиновый сок. – Франциско согласился показать нам город, он тут уже каждый закоулок знает. -Согласился? – Тэ, услышав это, даже подскочил на месте. – То есть, ты ему сам предложил? -Да, почему бы нет? – я пожал плечами, пытаясь спрятать ехидную улыбку за стаканом и попивая из него прохладную кисловатую жидкость. – Мы с тобой будем бесполезно бродить в поисках чего-то, а он уже все здесь знает, с ним нам будет легче увидеть все. Тэмин хмыкнул и, закатив глаза, отвернулся от меня, а я, набрав полные щеки сока, отставил опустошенный стакан в сторону. -Может быть, вы с Франциско сегодня сходите к океану? – София, все это время молчаливо стоявшая у плиты, повернулась ко мне и вопросительно подняла брови. – Ходить по городу уже поздно, а Франциско знает много красивых и тихих мест, где вы сможете просто насладиться закатом. Думаю, так как вы устали, для вас это будет лучший отдых на сегодня. Я пожал плечами и перевел взгляд на Франциско, боковым зрением замечая, как Тэ навострил уши. -Да, София верно говорит, на пляже сейчас хорошо, прохладно, - Франциско кивнул и отодвинул в сторону пустую тарелку. – Закат начнется примерно через час, так что нам хватит времени, чтобы собраться. Идем? Я под столом толкнул Тэмина коленом по ноге. -Пойдем на пляж? Закат посмотрим, - я кротко улыбнулся. -С кем? – тут же капризно спросил Тэ, косясь на меня. -С Франциско, - мне казалось, что он разорвет меня на куски, если я еще хоть раз произнесу это имя. Но Тэ, видимо, переборов себя, проскрипел зубами, от чего мышцы на его скулах напряглись, а потом пожал плечами, делая вид, будто ему, собственно, все равно, чем заниматься сегодня вечером. И уже через час мы спускались к океану, который уже издалека встречал нас своей прохладой и шумом разбивающихся о берег высоких волн. Франциско, одетый в одни купальные шорты, нес подмышкой доску для серфинга, а мы с Тэ, тоже облачившись в легкую одежду, расслабленно и пока еще неуверенно ступали босиком по постепенно остывающему от испепеляющего солнца, местами даже влажному песку. Со слов Франциско, немногие знают об этом пляже, поэтому обычно здесь не бывает людей, иногда только приходят серфингисты, но и их здесь можно встретить редко, потому что волны здесь не такие большие. -Я катаюсь ради удовольствия, мне особенно не нужен экстрим, - признался Франциско, когда мы уже спускались к пляжу. – Если хотите, я и вас могу научить, это совсем не сложно. -Нет-нет, - я замахал руками и рассмеялся. – Я вообще воду не особенно люблю, наверное, у меня еще с детства страх глубины, а Тэмин… Вряд ли его это заинтересует. Франциско пожал плечами и вдохнул влажный соленый воздух. Легкий ветерок трепал его волосы, взлохмачивая их в разные стороны, а мягкий свет от заходящего солнца, окрашивающий горизонт алым пламенем, делал его кожу еще более смуглой и блестящей. Тело у этого парня было таким подтянутым и стройным, что даже я мог позавидовать. Наверное, Франциско по строению был крупнее меня, потому что я не сказал бы, что рельефы его тела были масштабней моих. Наши тела были в равносильной форме, но из-за того, что Франциско сам по себе был мощней, я рядом с ним казался только-только начинающим качаться дрыщем. -Вы идете? – спросил Франциско, когда мы выбрали местечко поблизости от воды. Я посмотрел на Тэмина. По его недовольному лицу было видно, что купаться он не собирается, поэтому я сказал Франциско, что мы пойдем чуть попозже. Тот улыбнулся своей лучезарной, солнечной улыбкой и побежал к океану, умело сжимая в руках доску. А мы с Тэмином молча уселись на песок, вытянув вперед ноги и наблюдая, как Франциско, лежа на доске, отплывает от берега. -Эй, ну ты чего такой? - я слегка толкнул своим плечом плечо Тэмина, и тот вяло пошатнулся. -Какой? – спросил он, хмурясь и пристально вглядываясь в океан. -Такой молчаливый, - я согнул ноги в коленях и, сложив на них руки, опустил сверху голову, продолжая смотреть на Тэмина. Его челка, обдуваемая слабым ветром, приподнималась вверх, оголяя его ровный изящный лоб, а глаза, сосредоточенно смотревшие из-под тонких, сейчас сдвинутых к переносице бровей, как будто болезненно блестели. Мне вдруг так захотелось получить сейчас какую-нибудь супер-силу, которая давала бы мне возможность прочитать его мысли. О чем он сейчас думает? Почему такой недовольный? Наверное, ему неприятно, что Франциско увязался за нами именно по моей просьбе, и, возможно, он обижается на меня за мое дружелюбное расположение к этому парню. Мне вдруг показалось, что я должен тотчас же уверить его в том, что мне кроме него никто и не нужен, и что все его расстройство бессмысленно и совершенно неуместно, ведь я не замечаю никого, кроме единственного человека в мире – него. Ну, да, на Франциско действительно хочется смотреть, но ничего больше. Казалось бы, мы находимся здесь всего день и знакомы с Франциско всего ничего, а я уже чувствую вину перед Тэмином за то, что позволил себе что-то, на что он теперь обижается, а я даже понять не могу, на что именно. Поначалу мне показалось, что это будет забавно – наблюдать, как Тэмин покрывается пятнами от ревности, но теперь, по истечении этого дня, видя, как некомфортно чувствует себя мой любимый, я вдруг подумал, что, наверное, я перегнул палку и что мне непременно нужно извиниться перед Тэмином. Вот он весь я: терпеливо ревную втихомолку, но сам не могу позволить ревновать себя к кому-то. -И что, мы правда будем жить у них? – спросил вдруг Тэ с такой завуалированной истерикой в голосе, что я даже вздрогнул. -В смысле? – не понял я, приподнимая голову со сложенных на коленях рук. -Ну, ты действительно все вот так и задумал? – Тэмин недоверчиво посмотрел на меня и прищурился. – Или ты снова издеваешься надо мной? -Что значит «снова»? – я усмехнулся. – Можно подумать, я постоянно издеваюсь над тобой! -Да нет, просто… - Тэмин вздохнул. – Просто как-то все это странно. Я по-другому все представлял… -Как именно? -Ну, знаешь, - Тэмин тоже согнул ноги в коленях и руками притянул их к груди, - я представлял, что мы будем жить в каком-нибудь домике на берегу океана… Одни, без каких-либо посторонних глаз… Тэмин, сверкнув глазами и загадочно улыбнувшись, повернулся к океану и устремил мечтательный взгляд на постепенно затягивающийся синим атласом горизонт. -Мне представлялось, что по вечерам мы будем вместе лежать в гамаке около нашего бунгало и, нежась в объятьях друг друга, наблюдать вот такой красивый закат, - голос парня стал бархатным и тихим: казалось, будто он пропускает каждое слово через себя. – Что днем мы будем выбираться в город и за ручку бродить по старинным улицам и улочкам, по рынкам, примеряя какие-нибудь смешные наряды и покупая сувенирные безделушки. Я надеялся, что мы будем вместе ужинать в каком-нибудь прибрежном небольшом кафе, где играет спокойная музыка, горят свечи и где подают блюда исключительно местной кухни, а по ночам… Ну, ты сам понимаешь, о чем я говорю. Тэмин заметно засмущался и застенчиво опустил глаза вниз, делая вид, будто рассматривает пальцы на своих ногах. -А тут, - Тэмин снова нахмурился и кинул взгляд в сторону Франциско, который уже резво разрезал волны на своей доске, при этом пригибаясь так низко, что его руки чуть ли не касались волн под его ногами. -Ты ревнуешь? – я улыбнулся. -Кто? Я? – Тэмин, услышав мой вопрос, встрепенулся и изумленно посмотрел на меня. -Да, к Франциско, - я кивнул, не сдерживая довольной улыбки. -Пф-ф-ф, - выдохнул Тэмин и гордо тряхнул головой, от чего его волосы плавно подпрыгнули вверх. – Я ревную? К нему? Что за бред. -Да ладно, не отмазывайся, я же вижу, что ревнуешь! – рассмеялся я и снова легонько толкнул его в плечо. -Да с чего ты взял? – Тэмин, видимо, всеми силами пытался скрыть то, что его раскусили, но у него это совершенно не получалось. – Зачем мне тебя ревновать? Я же знаю, что ты ко мне привязан. Эти слова одновременно и обрадовали, и расстроили меня. С одной стороны, было приятно, что он думает так – значит, он уверен во мне и в моих чувствах, а доверие значило многое для меня. Но с другой стороны, слово «привязан» звучит как-то уж больно… громко. Нет, я не отрицаю, что я действительно привязан к Тэмину, но… Но, черт возьми, я не хочу, чтобы он был настолько в этом уверен! Мне хочется, чтобы за меня поволновались, попереживали, немного поборолись за меня. А то получается, что я ничего и никого кроме него одного и не вижу, и что за меня вовсе не нужно волноваться и бороться, ведь я все равно никуда не денусь… Ну уж нет, я точно не буду извиняться перед ним после таких слов! Я еще покажу ему, что я тоже достоин защиты и борьбы! Тем более, образ борющегося за мое расположение и пытающегося показать все свои преимущества перед Франциско Тэмина возбуждал во мне самые приятные и острые ощущения. Я ведь никогда не видел в нем чувства соперничества, потому что никогда и не пытался воспламенить в нем желание бороться за нашу любовь. Но сейчас, как мне кажется, самое время, особенно если учесть, какой подарок ждет Тэмина, если он победит в этой негласной схватке с Франциско. А уж Тэмин точно победит, я в этом уверен. Уже ночью мы, почему-то только больше уставшие от пребывания на пляже, лежали в нашей комнате, которую София выделила нам на втором этаже рядом с комнатой Мигеля. Такое расположение было не очень-то удобно для нас, и, может быть, именно поэтому мы лежали по разным кроватям, изредка громко вздыхая и поглядывая в распахнутое настежь окно, через которое было видно темное звездное небо. -Минхо, это просто невыносимо, - проворчал Тэмин, со злостью ворочаясь в кровати, от чего пружинный, видимо, очень старый матрац зловеще скрипел, и натянул на себя тонкую простыню, которая служила ему одеялом. У Тэмина была странная привычка: он не мог спать без одеяла. В любую погоду, даже если ночью стояла невыносимая духота, как сейчас, например, ему все равно нужно было хоть чем-то прикрываться, из-за чего он и накидывал на себя простыню. -Тебе жарко? Скинь одеяло, - усмехнулся я, делая вид, будто не понимаю, о чем он говорит на самом деле. Тэмин, до этого лежавший ко мне лицом, вдруг приподнял голову, раздраженно посмотрел на меня, от чего его глаза озлобленно сверкнули в тусклом свете звезд и уличных фонарей, проникавшем к нам через открытое окно, а затем фыркнул и быстро перевернулся к стене. Его матрац, очень тонко реагируя на каждое его резкое движение, скрипел так громко и протяжно, что казалось, будто этот скрип слышат даже соседние дома. А я вздохнул и грустно улыбнулся. Поднявшись со своей кровати, пытаясь сделать это как можно неслышней, я прокрался к кровати Тэмина и осторожно прилег рядом с ним, но матрац, кажется, решил поиздеваться над нами по полной программе. Стараясь двигаться плавно и осторожно, я скинул с Тэ одеяло и, придвинувшись совсем близко к нему и обняв его руками, уткнулся ему в шею. Его кожа, пропитавшаяся морским воздухом, пахла солью, так что казалось, что, если попробовать ее на вкус, то можно ощутить солоноватый привкус. Я вдохнул этот новый для меня аромат на коже любимого и, подняв руку, осторожно погладил Тэмина по чуть влажным от стоявшей в воздухе духоты волосам. Парень сначала лежал не двигаясь и неслышно дышал, прямо смотря на стену перед собой, а затем начал было переворачиваться ко мне, но по комнате снова раздался такой отвратительный скрип, что мы с Тэмином поморщились. -Черт, ну надо же, - прошептал Тэ, похихикивая и пододвигаясь практически вплотную ко мне. Я улыбался, а Тэ, положив ладони под голову и устроившись поудобнее, глубоко выдохнул. Его широко открытые влажные глаза возбужденно блестели в проникавшем с улицы блеклом свете, пухлые губы были прочно сомкнуты и уже не улыбались, от чего уголки чуть опустились вниз, а дыхание было неровным и неспокойным, то и дело то замедляясь, то учащаясь. Взгляд Тэмина был устремлен прямо в мои глаза, и я абсолютно терялся в строгости и непривычной для меня пытливости в его глазах. До этого момента я ощущал, что в моей голове есть какие-то мысли, что в моем мозгу происходят какие-то процессы, но сейчас, когда его глаза были так прямо устремлены на меня, я понял, что внутри моей головы – совершенная пустота. Когда он так смотрел на меня, я ощущал, что меня не существует в этом мире, потому что его глаза имели такое большое влияние на все мое существо, что противиться этому у меня просто не было сил. Казалось, даже время повисло в воздухе, не просто замедлив свой ход, а остановившись на месте, и мое сердце, повинуясь этим временным рамкам, тоже застыло. Но стоило Тэмину опустить глаза вниз, как я тут же почувствовал, что время начало набирать скорость вокруг меня, мое сердце тут же затрепетало в груди, мозг снова начал работать, и я почувствовал, как пустота внутри испарилась, уступая свое место жизни. Как будто встрепенувшись от глубокого забвения, природа которого была мне и понятна, и непонятна одновременно, я придвинулся ближе к Тэмину, так, что мои губы сами коснулись его пылающего лба. Но в следующее мгновение я, убрав его волосы в сторону, уже сам поцеловал его в лоб: нежно, но сильно, как будто пытаясь слиться губами с его горячей бархатной кожей. Тэмин что-то промычал себе под нос, и все его тело в мгновение прильнуло к моему, не оставляя между нами ни миллиметра свободного пространства. От такой близости меня сразу же бросило в еще больший жар, и теперь я чувствовал не только распаренный душный воздух этой комнаты, который ничуть не охлаждался иногда залетавшим в наше окно легким ветерком, но и разгорающееся пламя внутри собственного тела. Казалось, моя температура подскакивала то до 40 градусов, то резко падала до 35, потому что в одну секунду я мог пылать, словно от лихорадки, а уже в другую я чувствовал слабость и тяжесть во всем теле, как будто все мои мышцы превратились в мокрую вату. Тэмин же, закинув руку мне на плечо и нежно теребя пальцами мое ухо, поднял на меня взгляд, и я снова почувствовал, как теряю себя. Но теперь это было по-другому: я терял себя от желания прикоснуться к его телу жадными поцелуями, жадными руками, своей жадной кожей. Перед моими глазами бежали мурашки, как будто я вот-вот потеряю сознание, а от тревожного дыхания Тэ, которое я чувствовал на своем лице, от его прикосновений ласковых пальцев, от его бедер, которые с каждой секундой прижимались к моим все плотней – от него самого меня бросало в дрожь от вожделения и стремления поскорей слиться с любимым и желанными телом. Но, стоило мне пошевелиться и придвинуться к самым его губам, как подо мной заскрежетал матрац, и я застыл на месте в нескольких сантиметрах от лица Тэ. Тот усмехнулся, но это выглядело как-то совсем не весело, а как-то разочарованно и грустно. А я, проведя ладонью по груди парня и ощущая огонь его тела под тканью майки, прижал его за талию еще ближе к себе, из-за чего Тэ изогнулся в спине. Матрац скрипел как последняя сволочь, которой, видимо, нравилось изводить нас, начиная заводить свою скрипучую песню при каждом нашем движении, и от этого хотелось и смеяться, и плакать в одно и то же время. Сейчас мне хотелось Тэмина, как никогда. Не знаю, почему именно здесь и почему именно сейчас… Эта крохотная комната, пропитанная прелым, соленым воздухом, ее грязно-белые шторки, так неуверенно и тяжело колыхающиеся над деревянным полом, эти стопки пыльных книг, в связках стоявшие у изголовья кровати, и эти образы святых, так печально и отречено смотревшие на нас со стен, и эти дурацкие старые кровати со скрипучими матрацами… Все это разжигало во мне еще большую страсть, чем если бы мы были в каком-нибудь ухоженном, комфортабельном номере отеля, расположившись на высокой двухместной кровати с белоснежным, пахнущим свежестью бельем. Здесь все было так просто и грязно, и эта атмосфера порождала внутри меня точно такую же простоту и грязь, которые на самом деле и являются настоящими и естественными проявлениями животных инстинктов, коими мы все обладаем. Казалось, в стенах этой запрелой комнатушки моя любовь к Тэмину загоралась каким-то новым пламенем - более грандиозным, более ярким, как будто эта простая, пропитанная человеческим потом, обыденностью мирской жизни вместе с ее трудностями и маленькими радостями атмосфера засасывала меня и так и манила уподобиться ей. В полумраке этой комнаты глаза Тэмина блестели как-то по-иному – более страстно, больше желания и соблазна открывалось мне в них в этих четырех стенах; губы Тэмина, его кожа и все его тело было более податливым, более сексуальным, его пальцы, казалось, сильней чем обычно впивались в мою кожу, оставляя на моем теле следы от невыносимого и жгучего желания своего хозяина обладать мной. Мне вдруг стало так невыносимо просто лежать рядом и смотреть в его глаза, с затаенным дыханием наблюдать, как он облизывает губы горячим острым языком, что я подвинулся и неуверенно поцеловал его, как будто еще боясь ощутить вкус его губ в полную силу. Тэмин, поддавшись чуть вперед, еще сильней прижался к моей груди и ловко закинул свою ногу на мои бедра. Я почувствовал, как он прижимается своим пахом к моему, и это ощущение так поразило меня, как будто я чувствовал это впервые. Впившись пальцами в талию Тэмина, я еще раз поцеловал его, но уже смелее, почти в полную силу. Наши поцелуи были горячими и жадными, но каждый раз, стоило нам пошевелиться, матрац под нами начинал скрипеть во весь свой отвратительно неприятный и громкий голос. -Черт, - шикнул я, разрывая поцелуй. -Мдем, - усмехнулся Тэ, укладываясь обратно на подушку, но не убирая своих рук и ног с моего тела. – Я чувствую, веселый у нас будет отдых. Он тихо рассмеялся, но в этом смехе очень отчетливо были слышны нотки горечи. А я улегся на подушку рядом с ним и погладил его тыльной стороной ладони по щеке. На самом деле, он ошибается, что так будет продолжаться весь отпуск. Если бы изначально мне не сообщили, что вилла, которую я забронировал на наш отпуск, к нашему приезду еще не освободилась предыдущими посетителями, все было бы по-другому, и сразу из аэропорта мы отправились бы именно на этот отрезанный от цивилизации, райский островок, где нам с Тэмином была бы предоставлена полная свобода. Но все вышло по-другому, и у меня не оставалось выбора, как на несколько дней снять что-нибудь для жилья, пока вилла не освободится гостями, которые вдруг резко решили продлить свой отдых на несколько дней. Почему я не снял номер в отеле? Признаться, уже в самолете, когда мне сообщили, что произошла небольшая накладка с виллой, у меня в голове вдруг возник гениальный план, которому я теперь и следовал. Первый пункт – снять комнату у местных жителей. Мне показалось, что это было бы действительно намного интересней, чем просиживать в отеле на всем готовеньком. Здесь мы сможем немного пообщаться с коренными жителями, узнать об их жизни изнутри и так далее. Конечно же, я понимал, что здесь у нас не будет полной свободы, и именно это и привлекло меня. Разве это не лучший вариант для того, чтобы «разыграть аппетит» перед тем, как отправиться на остров, где нам уж точно никто не помешает? К тому же, увидев на пороге Франциско, я сразу понял, что сделал правильное решение. Такое обстоятельство дел, как третий лишний, да еще и такой сексуальный, как этот парень, только пойдет нам на пользу. Второй пункт, который на самом деле является третьим, но я скажу о нем прежде, чем истинно второй пункт – переехать на виллу. Это будет подарком для Тэмина, ведь я ничего не рассказал ему о том, куда я на самом деле спланировал уехать. А подарком это будет как раз исходя из второго пункта – предложение. Этот пункт, стоило мне подумать о нем, уже заставлял поджилки трястись. Признаться, в моей голове не было ни единой мысли о том, каким образом и в какой обстановке мне предстоит это сделать, но я надеялся, что общая атмосфера Пуэрто-Вальярты сама направит меня на нужную волну. Собственно, после предложения мы и переедем на виллу, что будет, как я думаю, очень грандиозно: сначала Тэмин, я надеюсь, обомлеет от такого поворота событий, как неожиданное предложение руки и сердца, а затем я отвезу его в место, которое действительно похоже на рай. Хоть я там и не был, но, судя по тем фотографиям и отзывам, которые я просматривал, это место не заставило никого из бывавших там людей остаться равнодушными.