Бумажная роза

На Богом забытой и в нынешнее время лишь изредка используемой как перевалочная база межгалактической станции «Млечный путь-14» я, к своему глубочайшему изумлению, обнаружил работающий бар. В этом захолустье, оказывается, ещё сохранилось что-то наподобие привычного земного общепита. Правда, «бар» – это громко сказано. Всё вокруг просто дышало запустением и унынием – по всему было видно, что посетители здесь редкость. «Бедненько, но чистенько», – мелькнуло у меня в голове. Бармен (и, скорее всего, хозяин этого заведения) – лысый, сухонький старичок, лицо которого было испещрено морщинами, но его не по возрасту ярко-голубые глаза сразу же засверкали, предвкушая наживу, как только моя нога шагнула за порог. Я тут же присмотрел себе место за ближайшим столиком у окна, стекло которого было украшено паутинкой мелких трещин, заботливо заклеенных ярко-синей изолентой, и, повесив на спинку стула свою форменную куртку капитана Союзных Галактик, бодрым шагом направился к стойке. Глаза старичка подозрительно скосились, когда я протянул ему своё запястье с вживлённым микрочипом. Всемогущий бинарный код не подвёл, и специальное считывающее устройство одобрительно подмигнуло зелёным огоньком, подтвердив моё финансовое благополучие. – Что будете заказывать? – расплылся в улыбке довольный бармен, видимо, предвкушающий неплохую выручку на сегодня. – Стандартный ланч, а прямо сейчас – стакан тыквенного сока, – сделал я заказ, уловив некоторое разочарование во взгляде старика. Как бы я не мечтал сейчас о стакане прохладного виски, алкоголь Конфедерация запретила строго-настрого. Идентификационная программа на корабле, обнаружив в моей крови хоть сотую долю промилле, просто не допустит меня за пульт, а вылет назначен через несколько часов, так что шансов у меня не было никаких. Взяв стакан с любимым соком, я вернулся к столику, только сейчас заметив, что, оказывается, нахожусь в забегаловке не один. В самом дальнем углу, возле сломанного музыкального автомата, сидела за столиком девушка, положив перед собой обнаженные руки и уронив на них голову. Роскошные длинные волосы цвета мёда рассыпались по плечам и красивой волной устлали столешницу. Ни секунды не колеблясь, я отнёс свой стакан за её столик и перевесил куртку. Красотка спала. Сквозь спутанные пряди я хорошо разглядел длинные чёрные ресницы и очаровательные пухлые губы. Я уже почти выпил свой сок, любуясь красотами трущоб, как, шаркая ногами, к нам приковылял бармен, неся на подносе мой заказ. Презрительно скривив рот, старик, не церемонясь, пихнул девушку в плечо. – Совсем охренел, Кай! Просыпайся! К тебе клиент! «"Кай", "охренел"? Так это – парень?» – открытие меня не порадовало. А парень тем временем испуганно вскинулся и уставился на меня своими огромными карими глазами. Я разочарованно вздохнул. Аппетит тут же улетучился. Меня часто призывали к исполнению исследовательских миссий, и поэтому личной жизнью я как-то не обзавёлся: хватало простой продажной любви – публичные дома уже давно были легализованы практически во всех уголках бескрайнего космоса. Но никогда, ни разу в жизни (!), у меня и мысли не возникало сменить ориентацию. И даже это восхитительное чудо в парике не могло изменить мои принципы. Ещё раз окинув взглядом хрупкую фигурку подростка, я придвинул ему свою еду и встал из-за стола. В конце концов, наш механик неплохо готовит, и, уверен, Алиса будет не против порадовать меня чем-нибудь вкусненьким. – Эй, подожди! – уже у самой двери услышал я чуть хрипловатый голос мальчишки, но, проигнорировав молящие нотки в его голосе, вышел на улицу, щедро залитую лучами местного светила. – Ну, подожди же, говорю… – догнал меня юркий пацан, на ходу стягивая довольно искусно сделанный парик, выставляя на обозрение короткие волосы цвета молочного шоколада, – мы же можем договориться! – Меня не интересуют парни, – попытался отделаться я от липучки, но Кай лишь заливисто расхохотался и, обогнав меня на пару шагов, встал передо мной. – Если у тебя нет наличных, я приму плату знаниями, ну, или умениями… Я так и опешил от этих слов, замерев на мгновение. – И что это значит? – Понимаешь, здесь негусто с деньгами и поэтому я довольно часто беру такую плату. Вот, например, первым моим клиентом был преподаватель университета – он научил меня письму и чтению. Потом я оказал услуги повару, который в дальнейшем научил меня весьма неплохо готовить. Ещё были старший механик космического судна, музыкант, историк… – Всё! Хватит! – не выдержал я столь личных откровений. – Меня мало интересует твоя насыщенная личная жизнь, поэтому будь добр – отстань! Положив руки наглецу на плечи, я уверенно отодвинул его в сторону, освобождая себе путь, и размашисто зашагал в направлении базы. – Нет! Я иду с тобой! – решительно заявил упрямец, хватая меня за руку. – Ты, как порядочный человек, просто не можешь оставить бедную сироту в таком захолустье! Я здесь просто погибну… – и для закрепления эффекта этот артист одарил меня таким жалобным взглядом, что комок встал в горле. – Извини, – пробурчал я под нос, выдёргивая руку из цепких ладошек «сиротки» и не смея взглянуть в эти глаза, – мой корабль через несколько часов направляется в соседнюю галактику, и обратно, на Млечный путь, мы вернёмся только через пять лет. Я лишь могу пообещать, что на обратном пути обязательно загляну сюда и отвезу тебя куда душа пожелает! – Все так говорят… – тихо прошелестел подросток, отступая на шаг. И надо же мне было взглянуть на него в этот момент. Я никогда раньше не видел, как тускнеет взгляд и из него уходит жизнь. Глаза стали как стеклянные камушки, мутные… безжизненные. – Прощайте… - обречённо проронил он и развернулся. «А что, если я действительно его единственный шанс выбраться из этой глухомани? Да, но всех «бездомных котят» не подберёшь. Я же не спаситель душ человеческих… А парнишка-то не промах: это же надо было додуматься – брать за свои услуги в оплату обучение…» – все эти мысли пронеслись в голове за долю секунды, и я мгновенно принял решение, стараясь не думать о том, что я могу ещё о нём серьёзно пожалеть. – Подожди! – резко остановил я Кая. – Чему именно ты научился? – Ну… я немного разбираюсь в механике, знаю три межгалактических языка, играю на гитаре… – Ясно всё, – перебил я мальчишку, мысленно продолжая анализировать положение дел: с моими-то связями уже на следующей станции я смогу пробить для Кая чип с выдуманной биографией и небольшим счётом в банке, а уж устроить сироту на должность младшего помощника вообще не проблема – ведь мы не военный корабль: в наши задачи входят только мирные исследовательские миссии. – Хорошо. Можешь пойти со мной, но есть одно обязательное условие! Никаких сексуальных отношений на работе! У меня в команде две девушки и три парня, и если я замечу хоть один косой взгляд в сторону любого из них – вышвырну тебя с корабля прямо в открытый космос! Всё понятно? – Да Вы собственник!.. – игриво заметил Кай, видимо, ещё не полностью отдавая себе отчёт, что его мечта покинуть эту Богом забытую дыру сбывается, и тут же испуганно осёкся под моим строгим взглядом, но уже через мгновение, счастливо улыбнувшись, вытянулся в струнку и бодро отрапортовал: – Всё понятно, мой капитан! Никаких косых взглядов в сторону Вашей команды! Обещаю, Вы не пожалеете, что взяли меня с собой! «Ох, как я на это надеюсь… А ведь уже сейчас видно: скучно с тобой точно не будет», – но это наблюдение я решил оставить при себе.