искалеченный

      Когда Ацуши находит среди всей подаренной одежды перчатки, он теряется. Он дышит прерывисто и не понимает, что делать. Он так хотел показаться нормальным, что перчатки выглядит очередным издевательством.

***

      Дазай касается его так часто, как только может. Ацуши почти не вздрагивает, почти не сбегает, умудряется даже улыбаться.       — Тебя избивали, — говорит Рампо, едва взглянув на него. Спина Ацуши горит от количества пристальных взглядов, — ты боишься прикосновений.       — Конечно же нет, — смеётся немного нервно, воздерживаясь от того, чтобы поправить перчатки.       Больше до него стараются не касаться.

***

      Кэндзи говорит, что он молодец, что он хорошо справился с делом и совсем освоился в агентстве. Кэндзи поднимает руку, чтобы потрепать его по голове. Ацуши знает, что он не навредит, правда, знает.       В следующую секунду Кэндзи держит окровавленную ладонь за спиной и извиняется. Ацуши поднимается с полу и смотрит на ошарашенных коллег.       — Я… — бормочет, — это моя вина, я всегда приношу беды!       Ацуши бежит из агентства так быстро как может, он знает, что директор приюта всегда был прав.       — Ты ничтожество, — говорит он, вбивая гвоздь в руку, избивая розгами, стоя прямо перед ним, чтобы выгнать, — тебе следует сдохнуть в канаве.       Да, думает Ацуши, следует.       И теряет сознание.