Чувство под названием любовь. Все вернуть назад.

      В жизни каждого из нас наступает тот самый момент, когда ты чувствуешь, что внутри тебя все рвется. У меня были такие ощущение ровно в тот момент, когда я услышал слова Дениз. Внутри меня все перевернулось от ее слов, от ее: «Мой папа». Я всегда мечтал о детях, тем более от Астрид. И это просто большая удача, что она у меня есть.       Можно считать, что сегодняшний день стал для меня самым лучшим за последние года, потому что я наконец-то вернул к себе свою малышку, а вместе получил еще одну мини-малышку. Мне самому смешно от того, что после всего того говна, которое я сделал, я получил их. Получил это чудо, которое избавляет меня от всего того темного, что во мне есть.       После рассказала Астрид про нас, Дениз еще очень долго задавала просто кучу вопросов, на которые мы просто не могли не ответить. Хоть ей и 5 лет, она очень взрослая, она думает как взрослый человек. И этим она очень похожа на Астрид, как мне кажется. Нет, ну внешностью она вылетая я, чем я очень горжусь. Ну да, мой эгоизм немного блещет. Но что поделать. Вот такой вот я, таким она меня любит.       Дочка до вечера просидела с нами, но ее забрала Элиз с Дагуром. В итоге мы остались с Астрид одни. — Иккинг, я так рада, что мы наконец с тобой рассказали ей обо всем, я просто счастлива, что все наконец-то налаживается, — сказал Астрид, беря меня за руку. — Да, я тоже очень рад, родная, я пока еще не все сделал для нашего счастья, но я постараюсь, точнее нет, я обещаю, что в скором времени тебя больше ничего не будет беспокоить. — Я так тебя люблю, малыш, — сказала Астрид, целуя меня. — Я тебя тоже очень люблю, — сказал я, отвечая ей.

***

      Я не знаю, что еще я должна была бы пройти, чтобы наконец получить счастье с моим любимым человеком. Когда я открыла глаза и увидела, что Иккинг лежит рядом с моей рукой, держа ее. Я очень была рада тому, что он рядом со мной. Это подстегивало меня на решение, которое я приняла сразу же, как очнулась. И это решение очень простое. Я хочу быть с этим человеком, я хочу быть его половинкой, хочу любить его и быть ему самой лучшей женой, хочу растить с ним Дениз, я просто хочу быть с ним рядом.       Наверное самое тяжёлое для него было, это его признание во всем, что он сделал. Я просто чувствовала, насколько тяжело ему было говорить все эти слова. Я видела, как он волновался, я видела, как тряслись у него руки и как он не мог и двух слов связать из-за своего волнения. Я понимала из-за чего это все. Иккинг просто боялся, что я не дам ему еще одного шанса. И это нормально. Я его понимаю. Он думал, что из-за его агрессии, я просто начну его бояться, но это вовсе не так. Я его слишком хорошо знаю. Он никогда не сможет мне причинить боль.       Но после этого, еще сложнее было рассказывать дочери об Иккинге. Я понимала, что Дениз очень умная девочка, и то что она все понимает, но сам факт. Она очень полюбила Иккинга. Мне так кажется, она чувствовала, что-то родное в нем. Поэтому от части мне не было страшно. Правда я видела, как на все это смотрел Иккинг. Как он просто задержав дыхание, ждал, когда Дениз хоть как-нибудь отреагирует. И когда дочка прыгнула ему на шею, я увидела, как он заплакал, и я понимала, что это были слезы счастья, что наконец-то он может в открытую называть ее дочерью, а она его отцом.

***

      Прошло несколько дней с того момента, как Астрид пришла в себя, и Дениз узнала всю правду. Все эти дни я был рядом с моей малышкой. Я старался обеспечить ей максимально комфортные условия. Пока я возился с Астрид, готовились бумаги насчет развода Астрид и Томсона.       Астрид после капельницы уснула, и я вышел поговорить с Кэти, которая как раз все и готовила. — Ну что, привет Кэти, какие там дела с документами? — спросил я и услышал молчание. — Кэти, я по-моему с тобой разговариваю, что с документами? — спросил снова я. — Мистер Хэддок, дело в том, что есть проблемы с документами, здесь все не так просто, — сказала Кэти грустным голосом. — Кэти, не томи, что такое? — Вобщем, у миссис Хофферсон и мистера Томсона общий ребенок, это делает большую проблему, потому что суд будет решать кому достанется ребенок. — Стоп, как наркоману могут оставить ребенка? — О том, что он наркоман, мало кто знает, это нужно доказать, вобщем, мистер Хэддок, будет суд, просто так все решить не получится. — Я тебя понял, спасибо.       Я достаточно долго еще просидел в коридоре, думая о том, как бы рассказать Астрид, что ей снова придется сидеть с этим человеком в одном месте, а плюс ко всему обсуждать их отношения. Понятное дело я буду рядом с ней, я буду поддерживать ее во всех этапах данного развода, я не смогу ее оставить одну. Я дал слово, ей и самому себе, что она не будет больше одна.       Посидев еще несколько минут, я пошел в палату к Астрид. Как только я зашел, то сразу же услышал ее голос. — Где ты был? — спросила она, протягивая руку. — Солнышко, ты как себя чувствуешь? — спросил я, беря ее за руку. — А отвечать вопросом на вопрос, нечестно, — сказала она, улыбнувшись. — Астрид, вобщем, я сейчас разговаривал с Кэти, которая готовит документы для вашего развода с Томсоном, — замолчав, я увидел, что Астрид явно запереживала, — солнце, придется судиться с ним. — Почему? — Дениз, она же является дочерью Томсона по документам, то есть она ваш единственный ребенок, то есть это нужно доказать, что он не ее отец, плюс ко всему, я собираюсь решить его родительских прав из-за его зависимости, и это пока очень сложно все сделать, но все будет хорошо, я тебе обещаю, — сказал я, поцеловав ее. — Я тебе верю, — сказал мне Астрид и внутри меня все как будто перевернулось.       Я очень долго хотел услышать от нее эти слова. Я понимал, что доверие этой девушки заполучить очень непросто. И услышать от нее эти слова, это дорогого стоит.       Ради этих слов, я готов делать все, даже больше, чем я могу себе представить.

***

      Прошло две недели с того момента, как я попала в больницу. Эти две недели на самом деле очень многое решили в моей жизни, решили даже то, как мне жить дальше. Но что самое интересное за эти две недели, я как будто снова окунулась в прошлое, снова вернулась на 5 лет назад, когда у нас с Иккингом все только начиналось.       Я понимаю, что с каждым днем я снова, все больше и больше привязываюсь к этому человеку. Я люблю Иккинга Хэддока, и этого не изменить. Чтобы этот человек не делал, какую бы боль он мне не причинял, мы одно целое и нас не разделить. Мы не можем друг без друга. Мы как неразлучники, мы умираем, фигурально выражаясь, находясь по отдельности друг от друга.       Сегодня день моей выписки. Иккинг должен был приехать за мной ровно в два, но почему-то опаздывает. Скорее всего задержался на работе или еще что-то. Но как только я уже хотела звонить ему, я увидела, что он подъезжает больнице. Но еще больше я удивилась, когда он вылез из машины с огромным букетом роз, в костюме и пальто. Боже, как же я люблю нынешний его стиль одежды, он просто непередаваемый. Иккинг подбежал ко мне и сразу же затянул в поцелуй. — Привет малышка, прости, задержался, — сказал он, протягивая мне букет. — Спасибо большое, а где Дениз? — спросила я, пока мы шли к машине. — Дочка дома у меня, куда собственно ты тоже сейчас поедешь, пока все не решится с Томсоном, будем жить у меня, — сказал Иккинг, а я лишь прижалась к нему еще сильнее. Иккинг лишь посмеялся и поцеловал меня в лоб. Как только я ступила за порог этой больницы началась новая жизнь. Новая жизнь без Гарри Томсона и прошлых проблем, а с Иккингом Хэддоком и нашей дочерью Дениз.       Доехали мы до дома Икеа очень быстро. Когда мы поднялись к нему в квартиру, меня сразу же встретила Дениз. Дочка запрыгнула меня и начала очень сильно обнимать. — Мама, я так по тебе скучала, — сказала дочка, целуя меня. — Я тоже по тебе скучала родная, — сказала я, опустив ее на пол. — Юная леди, дай маме раздеться, — сказал Иккинг Дениз, а та лишь посмотрела на него. — Старый принц, попрошу быть повежливее, я не видела свою маму больше двух недель, в отличии от некоторых, — сказала Дениз, указывая на Иккинга. — Ну начнем с того, что ты сама не хотела уезжать от дяди Фархата, мне сказать причину твоего нежелания твоей маме, а? — спросил Иккинг, присаживаясь на корточки. — А может быть мне сказать, что ты делал без мамы, а? — спросила Дениз, улыбаясь. — Ладно, 1:0, иди смотри мультики, — сказал Иккинг. А я просто стояла и умилялась тому, что сейчас происходило. Я давно не видела дочку такой счастливой, я очень рада, что они нашли общий язык. — Так и что ты там делал, пока меня туту не было, — спросила я, обнимая Иккингу за шею. — Это сюрприз, узнаешь после завтрашнего суда, — сказал Иккинг, приближаясь ко мне. — Старый принц, еще есть порох в пороховницах? — спросила я, проводя рукой по его прессу. — Есть, но только об этом мы узнаем ночью, — прошептал Иккингу мне на ухо, от чего по всему теле пробежались мурашки.       Затем Иккинг отошел от меня, и шлепнув по попе, пошел разбить разбирать вещи. Боже, как же я люблю такие моменты, когда мы просто можем наслаждаться друг другом, и не думать ни о чем, что происходит вокруг.       Весь день я провела в кругу самых дорогих мне людей. Дениз и Иккинг весь день играли, готовили кушать, а я за этим все просто наблюдала. Смотря на них, я понимаю что они действительно, как две капли воды. Даже манера поведения одна и та же. Мне до сих пор стыдно за то, что я скрывала Дениз от Иккинга. Я не спорю, что Томсон был хорошим отцом, но все равно, между Икком и дочкой какая-то связь, которую явно не разорвать.       Вечером, Иккинг искупал Дениз и понес ее укладывать спать. Я не знаю, когда он успел, но он купил ей кровать и поставил к себе в кабинет. Я смотрела фильм, но потом решила подойти и послушать, о чем они говорят. — Папа, ты обещал мне сегодня рассказать историю про шпиона, — сказал Дениз, а Иккинг лишь посмеялся. — Конечно, родная, ложись поудобнее, сейчас расскажу, — сказал Икк, выключая свет в комнате, а я лишь принесла стул и села тоже слушать. — Это очень интересная история произошла давно. Молодой парень, у которого не было ни семьи, ни любимой девушки, пошел работать на одного человека, который со временем стал ему лучшим другом. А работа была очень простой, ему нужно было следить за одной девушкой. Но не ходить за ней по пятам, а следить через большие мониторы. Каждый день этот паренек вставал очень рано из-за нее. Каждый день он ругался на нее за то, что она такой «жаворонок». Но время шло, а наш шпион постепенно начал привыкать к этой девушке. Начал радоваться за нее, когда у нее что-то получалось. Постепенно наш шпион начал влюбляться в эту девушку. Но ему пришло новое задание, начать следить за ней уже в живую. Шпион долго не думал, сразу же согласился, и в тот день, когда он впервые увидел её в живую, внутри у него все перевернулось. Увидев ее глаза, услышав ее смех, он понял, что назад дороги нет, что теперь он полностью в ее власти. Сначала шпион стал для нее другом, но каждый день пытался стать для нее кем-то большим. И так получилось. Она полюбила его. И тогда в его жизни появились краски. Он стал самым счастливым на всём белом свете. Она стала раскрывать в нем то, что он усердно пытался забить в самые отдаленные уголки своей души. Он полюбил ее самой чистой любовью, но не все было так хорошо, как кажется. Шпион обманул свою принцессу, тем самым, очень сильно обидев. Каждый день он сожалел об этом, потому что очень сильно любил. Жизнь развела их на долгое время, но они снова встретились. Шпион все это время пытался забыть ее, но увидев ее снова, понял, что это невозможно. Со временем девушка простила его и дала ему второй шанс, а шпион стал самым счастливым человеком на всем белом свете, потому что это была его мечта, получить еще один шанс, от своей любимой. Когда Иккинг закончил рассказывать, я поняла, что все это время плакала. Потому что у нас и в правду очень красивая история. Со своими проблемами и кошмарами, но она наша. Мы прошли ее вместе, обретя счастье, которое сейчас тихо посапывает в кроватке. Я безумно благодарна Богу за то, что он подарил мне Иккинга, потому что если бы не этот человек, неизвестно, что было бы с моей жизнью. Он показал мне другой мир, наполненный любовью и нежностью, страстью и ненавистью, мы так сильно любим друг друга, что нашу любовь, вряд ли, что-то может сломить. Завтра будет суд, который поставит последнюю точку, в этом страшном кошмаре по имени Томсон. Завтра решится все, что так долго мучило меня.       Когда я встала, чтобы убрать стул, то увидела, что Иккинг наклонился к Дениз, поправил ее одеяло, поцеловал в лоб. — Эх, малышка, если бы ты знала, как долго я себя корил за то, что обидел твою маму, как долго я пытался забыть ее, но у меня это не получилось. Она самая лучшая в мире девушка. Я так люблю твою маму, дочка, так люблю. Завтра будет суд с человеком, который тебя воспитывал. Он воспитал тебя хорошей девочкой, но теперь моя очередь, я обещаю, я буду самым лучшим в мире отцом, только дай мне шанс, показать себя, ты полюбишь меня, ты будешь гордиться своим папой, — сказал Иккинг, поднимаясь с кровати.       Я же быстро отнесла стул и села на диван, как ни в чем не бывало. Иккинг вышел из комнаты, с очень озадаченным видом. Он как будто хочет мне что-то сказать, но его что-то останавливает. Он подошел ко мне очень близко и сел передо мной на колени, опустив голову. — Малыш, ты чего, вставай с колен, ты чего? — спросила я, садясь на его уровень. Но вместо ответа, я услышала всхлип, — Иккинг, посмотри на меня, а ну-ка, давай, поднимай голову, — когда Иккинг поднял голову, внутри меня как будто все перевернулось. Глаза красные и опухшие, наполненные слезами, за которыми я вижу просто ужасную душевную боль. — Астрид, пожалуйста, прости меня за все, что я сделал. Я ужасный человек, гнилой до костей. Во мне мало чего хорошего, но ты это пытаешься во мне откопать. Я убил твоего отца, я обманывал тебя на протяжении долгого времени, а ты меня все равно любишь, ты родила мне дочь, за что ты ты меня любишь, я не понимаю, — сказал Иккинг, а я лишь взяла его лицо руками. — Иккинг, я просто люблю тебя, пойми, бывает такое, что тебя просто любят, и не обращают внимания на твои недостатки, чтобы ты не делал, я все равно люблю тебя, этого не изменить, — сказала я, а Иккинг лишь привстали посадил меня к себе на коленки. — Я очень тебя люблю, Астрид Хофферсон, — сказал Иккинг, смотря мне в глаза. — А я люблю тебя, Иккинг Хэддок, — сказала я, прижимаясь к нему губами.

***

      Утром мы проснулись просто в замечательном настроении, хоть и все равно серьезными. Позавтракав, мы выехали с Астрид на слушание, а Дениз осталась дома с Итаном и Мэри. Пока мы ехали, я видел, что Астрид смотрит в одну точку, практически не шевелясь. Я взял ее за руку, от чего она как будто немного расслабилась. Когда мы подъехали, и я уже хотел выходить из машины, Астрид остановила меня. — Иккинг, мне страшно, — сказала она, беря меня за вторую руку. — Малышка, все будет хорошо, я тебе обещаю, сегодня ты станешь свободной девушкой, — сказал я, а Астрид лишь улыбнулась. Я наклонился к ней и поцеловал ее.       Выйдя из машины и взяв за руку Астрид, мы остановились у дверей, и выдохнули, потому что сейчас начнется самое долгое слушание в моей жизни. Зайдя в зал суда, я сразу же увидел Фархата, который выступает, как наш юрист и увидел Томсона. Он сидел весь в синяках. Астрид не видела его после всего произошедшего. Но как только он посмотрел на меня, я лишь сильнее сжал руку Астрид, а вторая моя руку сала ась в кулак, потому что та злость, которая во мне есть, она вся принадлежит ему. Я занял места для свидетелей, а Астрид села рядом с Фархатом. — Всем встать, суд идет, — сказала девушка, рядом с судьей. Через пару секунд мы все сели. — Итак, сегодня слушается дело по поводу развода Гарри Томсона и Астрид Томсон. А также о лишении родительских прав Гарри Томсона. — Итак, Миссис Томсон, скажите, пожалуйста, по какой причине вы хотите развесить с мистером Томсоном. — Из-за избиений и его наркотической зависимости, из-за которой, я также хочу, чтобы его лишили родительских прав. Мой адвокат, предоставил вам пакет документов, которые подтверждают сказанное мною ранее. — Я вас услышал, миссис Томсон. Я рассмотрел данный пакет, и удостоверился в ваших словах. — Мистер Томсон, вы имеет право сказать что-нибудь в вашу защиту. — Я хочу видеть со своей дочерью, — сказал Томсон, а я лишь сжал кулаки. — Миссис Хофферсон? — Я против, потому что я считаю что наркотическая зависимость Гарри Томсона и его проблемы с законом, будут мешать привальному воспитанию дочери. — Хорошо, миссис и мистер Томсон, суд удаляется на вынесение приговора.       Все то время, пока не было судьи, мы сидели в тишине. Через 10 минут зашел судья. — Итак, всем встать для вынесения вердикта. — Мистер и миссис Томсон, суд вынес приговор, что с данной минуты вы больше не являетесь мужем и женой, а также лишить родительских прав Гарри Томсона, из-за его наркотической зависимости, а также ранних проблем с судом. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит.       С этой минуты Астрид больше не жена Томсона, она теперь полностью моя. Моя Астрид Хэддок.