Время и место

Когда Куроо понял, что их путь лежит обратно к станции, он застонал и умоляюще протянул: — Только не говори, что нам снова нужен автобус. — Извините, ещё сорок минут придётся потерпеть, — твёрдо ответил Кей, совсем не ощущая уверенности. Он знал на своей шкуре, каково это: шесть часов кряду сидеть в автобусе, да ещё когда вся эргономика рассчитана на среднестатистических японцев. Они с Куроо на среднестатистических совсем не тянули, а потому приходилось упираться коленями в переднее сидение и мириться с почти полной невозможностью сменить положение. Кея в долгих поездках всегда спасала способность крепко уснуть в первые десять минут и открыть глаза после полной остановки. Куроо, судя по помятому виду, приходилось хуже. — Не знаю, что ты задумал, но это садизм, — заметил Куроо. Его ухмылка совсем не сочеталась с обречённым тоном. В ответ Кей смог только пожать плечами. Кей всё больше сомневался в выбранном месте для прогулки, но идей получше так и не возникло. Мысль явиться на воскресную тренировку вместе Кей отмёл сразу. Он не представлял, как объяснить команде, почему Куроо готов тратить деньги и время, чтобы приехать к нему, — этого Кей и сам до конца не понимал (или боялся признать, что понимает верно). Но, по правде говоря, дело было не в этом. Кей мог себе позволить загадочно промолчать, и сокомандники непременно сами придумали бы устраивающий их ответ. В любом случае, каждый в Карасуно пришёл бы в восторг от возможности потренироваться с Куроо, будь то Хината, млеющий от капитана Некомы, или сдружившиеся с ним семпаи. Именно в этом и заключалась проблема. Кей сказал Куроо правду: он не любил делиться. При мысли, что внимание Куроо будет сосредоточено на ком-то другом, внутренности скручивало узлом. Симптом был красноречивым настолько, что Кей даже не пытался заняться самообманом: он ревновал Куроо, его интерес и время к гипотетической ситуации, не имея на это никаких оснований. Более того, Кей осмелился заявить ему это прямо. Кей вспомнил потяжелевший взгляд Куроо, его расширившиеся зрачки и голос, упавший на пару тонов, и у него снова пересохло во рту. С трудом сориентировавшись, Кей нашёл автомат с билетами и принялся тыкать по сенсорному экрану. Куроо замер рядом, заглядывая ему через плечо, наверняка чтобы подсмотреть направление. Он стоял слишком близко, и Кею пришлось приложить немало усилий, чтобы не ошибиться с покупкой билетов. Ему вообще приходилось прикладывать немало усилий, чтобы держать себя в руках, когда Куроо находился рядом. *** Автобус был менее комфортабельный, чем токийский, но зато почти пустой и направлялся на побережье, так что жаловаться не приходилось. Куроо занял место у окна, прижавшись плечом, горячим даже через куртку, и принялся изучать меняющийся пейзаж. Они почти не разговаривали, но Кей быстро перестал из-за этого беспокоиться: молчание казалось уютным, Куроо был расслаблен и едва заметно улыбался. Сам того не замечая, он наваливался на плечо Кея всё больше, то бездумно глядя в окно, то закрывая глаза. Периодически он выныривал из дрёмы, чтобы неловко покрутить головой, размять затёкшую шею. — Болит? — не выдержал Кей в одну из таких разминок. — Ерунда, — отмахнулся Куроо и снова зевнул. Кей окинул взглядом ближайшие к ним места. Все они были пусты, и он решился предложить: — Положите голову мне на плечо. Куроо бросил на него полный удивления взгляд, будто решил, что ослышался. Кей вздохнул, ощущая, как сердце снова заходится в бешеном ритме, и положил руку на чужую голову. — Не упрямьтесь, — попросил он и потянул за пряди, спадающие на висок, заставляя Куроо подчиниться. На плечо легла дополнительная тяжесть, лицо и шею защекотало, но даже это было приятно. Кей знал, что стремительно краснеет, и радовался, что Куроо не может этого видеть. — Спите, я разбужу, — едва слышно сказал он, прижимаясь щекой к тёплой макушке и бездумно проводя пальцами от виска к шее, останавливаясь у самой линии роста волос. У него отчаянно спирало дыхание и горели щёки, а от желания прикасаться к Куроо покалывало подушечки пальцев. Он понимал, что именно с ним происходит, но не знал, как с этим справиться. Всю неделю, прошедшую с обещания Куроо приехать, он провёл как на иголках и так ни к чему и не пришёл. У Кея, сколько он себя помнил, всегда было сложно с чувствами: он их испытывал, пусть и по большей мере в спектре раздражения и злости, но не всегда понимал причину их возникновения. А потому — тщательно контролировал и выверял всё, что могло ему угрожать или причинить боль. И он знал наверняка, что привязанность к Куроо именно из этой опасной, неизученной области. Кей понимал, что эта привязанность — романтическая и работает в обе стороны: то, как смотрел на него Куроо, как между ними повисало напряжение, стоило им коснуться друг друга, не давало ему причин сомневаться. А ведь Кей, мнительный и совсем неопытный, долго пытался их отыскать. Если бы единственной проблемой было то, что они оба — парни, его бы это не сильно обеспокоило. Кей давно подозревал, что его равнодушие к девушкам и юношеским влюблённостям — вовсе не торжество рассудка, а побочный эффект от тогда ещё лёгкого интереса к широким мужским спинам, прокачанным ногам и задницам. Теперь же Кею пришлось признать, что его интерес к Куроо вовсе не лёгкий и, видимо, с пожеланием Акитеру «найти себе милую девчонку» возникнут сложности. Вот только у Кея было ещё множество других причин для беспокойства, и ориентация отходила на дальний план. Они с Куроо Тецуро жили в разных префектурах и имели разницу в возрасте, которая могла бы ничего не значить, если бы Куроо не заканчивал выпускной класс. Совсем скоро он поступит в университет, наверняка найдёт подработку, и тогда времени на такие безумные поездки станет ещё меньше, не говоря о том, надолго ли сможет удержать его внимание такой скучный человек, как Кей. — М-м-м, — промычал Куроо сквозь сон, выдёргивая Кея из привычного цикла размышлений. Только теперь Кей заметил, что всё это время, сам того не осознавая, зарывался пальцами в волосы Куроо, путая и перебирая жёсткие пряди, поглаживая кончиками пальцев горячую кожу головы. Кей не знал, чем кончится этот день и чем он хочет, чтобы он кончился. Лучшим решением было бы держаться от Куроо подальше, прекратить всякое общение с ним и тем самым избежать миллиона проблем. Но сейчас, чувствуя мерное дыхание Куроо у своего лица, приминая ладонью его непослушные волосы на макушке и прижимаясь щекой ещё теснее, Кей не мог себе даже представить, как сможет от этого отказаться.