Let the band play out

Хави проснулся в душной комнате, чувствуя, как мягкие губы дразняще покусывают его шею. Он улыбнулся, не открывая глаз, и удовлетворенно вздохнул, запрокинув голову для лучшего доступа. – Доброе утро, – прошептал Юдзуру, обхватывая одной ногой талию Хави и придвигаясь еще ближе. – Я уже целую вечность пытаюсь тебя разбудить, – пожаловался он, но тон его голоса был легким и дразнящим, и Хави ничего не оставалось сделать, как открыть глаза и посмотреть на Юдзуру, на лице которого красовалась ленивая и нежная улыбка, отчего сердце Хави затрепетало. – Привет, – сказал он, протягивая руку, чтобы убрать челку Юдзуру с влажной кожи после жаркой ночи. – Угу, – Юдзуру кивнул, утыкаясь носом в подбородок Хави, – но я действительно с нетерпением жду новый вентилятор. – Сегодня мы его купим, – пообещал Хави, обнимая Юдзуру за талию и удерживая его рядом, – но только не говори мне, что ты предпочитаешь морозные ночи в Торонто? – Хм, дай подумать, – промычал Юдзуру, укладываясь сверху на Хави и снова находя губами его шею, его прикосновения были легкими и игривыми, и Хави снова вздохнул, его веки задрожали, а пальцы запутались в волосах Юдзуру. – И каков твой вердикт? – сонно спросил Хави, когда Юдзуру продолжил свои манипуляции с его телом, вызывая своими смешками щекотку на его коже. – Я думаю … – сказал Юдзуру, положив подбородок на живот Хави и глядя на него с искорками в глазах, – я думаю, что с тобой везде одинаково хорошо. Хави ничего не ответил – слова замерли на его языке, но он положил руку на затылок Юдзуру, медленно поглаживая и наслаждаясь знакомым покалыванием в кончиках пальцев. Где бы они ни находились, всегда было что-то магическое в этих ленивых утрах, залитых ярким светом, падающим через шторы и рисующим узоры на их коже и простынях; все казалось теплым, тихим и прекрасным, словно за окнами расцветало лето. – Ох, – Хави ахнул, когда губы Юдзуру спустились ниже, – если ты продолжишь в том же духе, мы всех разбудим. – Какое несчастье, – промямлил Юдзуру, слегка покусывая нежную кожу на внутренней стороне бедра Хави, заставляя его тихо стонать от удовольствия. – Слушай, я не хочу, чтобы Лаура снова дразнила меня из-за этих звуков … – Я знаю, – Юдзуру засмеялся и сдвинулся, утыкаясь носом в пупок Хави, прежде чем поползти вверх по его телу и снова посмотреть ему в глаза, – мой испанский великолепен, разве ты не знаешь? – О, да? – спросил Хави, снова проводя рукой по волосам Юдзуру и слегка закручивая их пальцами. – Мм, – промычал Юдзуру, игриво улыбаясь и прижимаясь губами к губам Хави: – Te quiero mucho. Muchísimo. Они целовались медленно и долго, прежде чем Юдзуру со вздохом отстранился, игриво рисуя пальцами круги на груди Хави. – Я первым приму душ, хорошо? – Конечно, – сказал Хави, взяв ладонь Юдзуру и быстро поцеловав ее, вызвав у него тихий смешок. Юдзуру покачал головой, радостно улыбаясь, быстро собрал свои вещи и спокойно направился в ванную. Хави сонно вздохнул, его тело расслабилось и обмякло, и на мгновение он прикрыл глаза, снова погружаясь в неглубокий сон. Несмотря на жару, было так удобно лежать в своей старой спальне на уютной кровати, вспоминая так много хороших вещей; он слышал, как тихо гудит вода в трубах, и как его мама прошла мимо двери прямо на кухню, стремясь начать готовить. Было приятно вернуться в свою родную страну, в эти знакомые стены, и было здорово, что Юдзуру встретился с его семьей. Они, конечно, виделись раньше, но это был действительно первый раз, когда Юдзуру был там официально в качестве парня Хави … Хави открыл глаза, сон улетучился в считанные секунды. Прошли месяцы с тех пор, как события перевернули их жизнь с ног на голову, и теперь новая реальность не пугала; они были в хорошем месте, в идеальном месте, но Хави все еще чувствовал себя немного неловко, мысленно возвращаясь к тем холодным зимним неделям. Он больше не бичевал себя за это, принимая тот факт, что он заслужил свое собственное прощение; но воспоминания до сих пор были болезненными, как маленькие шрамы на сердце, отчего Хави вздрогнул, потирая грудь. Он был рад, что Юдзуру не было рядом, потому что он всегда чувствовал, когда Хави думал об этом, и не выносил видеть его все еще расстроенным из-за этого. Сам Юдзуру, казалось, похоронил все неприятные воспоминания в прошлом, всегда говоря, что это сделало их сильнее. Единственным человеком, знающим всю эту историю – была Лаура, и они хотели, чтобы все так и осталось. Не было никакой необходимости посвящать в это других людей – не сейчас, когда их жизнь стала налаживаться. – Эй. Хави вздрогнул и быстро заморгал, осознав, что на мгновение отдалился. – Душ свободен, иди, пока Лаура его не заняла, – сказал Юдзуру, наклоняясь и целуя Хави в щеку, его дыхание было мятным, – давай поторопись, я слышал, что твоя мама уже готовит кофе. – Да, бегу, – Хави медленно сел, потянулся и поморщился, когда его суставы затрещали, – все в порядке, а может, и нет. – Бедняжка, – проворковал Юдзуру, погладив волосы Хави и поцеловав его в макушку, – я пойду на кухню проверю, не нужна ли помощь твоей маме. – Ты само совершенство, – улыбнулся Хави, – я буду через несколько минут. Юдзуру кивнул, еще раз улыбнувшись Хави, прежде чем снова покинуть комнату, и через несколько секунд Хави услышал веселую болтовню между отцом и Юдзуру, отчего его сердце наполнилось спокойствием и нежностью. С каждым днем все болезненные воспоминания из прошлого постепенно исчезали, хотя Хави знал, что они останутся с ними, как символ того, через что им пришлось пройти, чтобы по-настоящему найти друг друга. *** – Теперь небольшой перерыв, – Хави сделал глоток пива и удовлетворенно вздохнул. – Эта штука чертовски тяжелая, – добавил он, толкая ногой коробку, стоящую рядом с их столом. – Но мы не будем задыхаться по ночам, – заметил Юдзуру, нанося солнцезащитный крем на лицо. – В этой стране так жарко. Но мне здесь нравится, – сказал он, мило улыбаясь, и Хави улыбнулся в ответ с полным ощущением счастья. Это был прекрасный день, может быть, слишком жаркий, но было так приятно сидеть в тени зонтика с холодными напитками в руках, наблюдать за проходящими мимо людьми и разговаривать с Юдзуру, который выглядел очень расслабленным и спокойным и в настоящее время улыбался как идиот, глядя через плечо Хави. – Я думаю, что у нас появились поклонники, – сказал он почти шепотом, махая рукой, и Хави обернулся и увидел двух пожилых японских дам, стоящих на почтительном расстоянии и смотрящих на них, слегка вздыхая. Хави широко улыбнулся и тоже помахал им, а затем повернулся к Юдзуру. Тайна всплыла на поверхность чуть больше месяца назад, когда оператор из корейской телевизионной бригады мельком увидел, как они целуются за автоматом с газировкой. Это взорвало интернет, и внезапно им пришлось столкнуться со всем тем вниманием, которое им когда-то удавалось избежать. Это была одна из причин, по которой они уже две недели находились в Испании, успешно скрываясь от всех любопытных журналистов. Юдзуру хорошо справлялся с этим, хотя на самом деле не обращал на это никакого внимания – еще одно доказательство того, как много вещей изменилось. – Это мило, – сказал Юдзуру, нежно улыбаясь, и Хави внезапно вспомнил их первый поцелуй – такой робкий и нежный, он до сих пор не забыл тупую боль в своем сердце и то, как сильно он хотел признаться, но страх взял верх над ним. Но каким-то образом, несмотря на все, что произошло, они нашли свой путь друг к другу, и хотя Хави сожалел о некоторых вещах, которые он сделал, в конце концов, все это стоило того. – Здесь так красиво, – Юдзуру вздохнул, его лицо сморщилось в улыбке, и Хави тихо промычал, раздумывая над вопросом, который мучил его последние несколько дней. – Достаточно красиво, чтобы остаться здесь подольше? Юдзуру заморгал, в его лице промелькнуло удивление, но затем он снова расслабился. – Ты ведь помнишь, что я сказал тебе сегодня утром? – мягко спросил Юдзуру и слегка наклонил голову с огоньком в глазах, – по крайней мере, мне не придется беспокоиться, что ты отморозишь себе пальцы или уши … – Ты такой вредный, что я не могу иметь дело с тобой, – драматично заскулил Хави, наклонившись над столом, чтобы поймать руку Юдзуру. – Ладно, думаю, что я справлюсь. Но ты такой зануда. – Мм, – Юдзуру усмехнулся, тоже наклонившись ближе, отчего их носы соприкоснулись, – думаю, это хорошо, что ты меня любишь, да? – Да, – пробормотал Хави, проводя большим пальцем по запястью Юдзуру, – еще лучше, если ты тоже любишь меня. Их поцелуй был медленным и нежным, и, как и каждый раз до этого, казалось, что они снова влюбляются … так тепло, тихо и абсолютно правильно. И когда они отстранились, Юдзуру широко улыбался, его глаза сияли любовью, и Хави точно знал, что по-другому и быть не могло – ничто из того, что случилось в прошлом, не может помешать их будущему, которое они собирались провести вместе.