"Кукла со шрамами"

Профессор Ксавье забирает к себе Старка на неделю. Он запрещает Мстителям приезжать, информируя о его состоянии лишь по телефону, успокаивая тем, что их сеансы проходят успешно. И Тони действительно становится лучше, он начинает реагировать на внешние раздражители, все яснее понимая реальность и принимая то, что произошло с ним. — Ты готов, Энтони, — Чарльз довольно кивает ему, когда гений встает с кушетки и потирает ладонями лицо, — твое сознание очистилось, ты вернул себе все воспоминания и избавился от посторонних внушений. — Значит, я могу вернуться домой? — Тони немного удивленно, немного испуганно смотрит на профессора, застывшего возле окна в своем кабинете. — Да, ты отлично справился, — улыбается профессор, разворачивая инвалидное кресло в его сторону, — на самом деле, даже лучше, чем я изначально предполагал. Ты сильный. — Да уж, я старался, — бормочет Старк, опуская голову и прикрывая глаза. Он действительно чувствует себя просто отлично — больше нет странного ощущения чужого присутствия в голове, которое в первое время не покидало его, заставляя нервничать и истерить каждые пять минут. — А что с… с Габриэлем. Как бы он ни хотел, но вытравить мысли об этом человеке до конца не получилось. Однако, теперь осталось лишь любопытство, да еще немного жалости к этому мутанту. — Он под наблюдением, — тихо отвечает Ксавье, — на нем ошейник, который он самостоятельно снять не сможет. — Кстати, что это за вещь такая? — Тони смутно помнит, что произошло в день его избавления от Габриэля. — Я такого раньше не видел никогда. — Как ни странно, но эту весьма полезную вещицу разработал Эрик, — немного грустно улыбнулся профессор, переводя взгляд на застывшее серое небо за окном, — мой старый друг. Он хотел с его помощью контролировать мутантов, но я вовремя его остановил и теперь вот… Я очень редко использую ошейник, только для таких случаев. — А что он делает? — Лишает мутанта его сил. Тот, говоря простым языком, становится обычным человеком. — Чарльз вновь поворачивается к Тони и кивает ему: — Когда Николас обратился ко мне за помощью, то я сразу понял, как нужно поступить. Габриэль не опасен, скорее уж для самого себя, но его силы иногда выходят из-под контроля. Я должен был раньше заметить, что он что-то задумал… — Постойте-ка, профессор, — поднимается с кушетки Старк и подходит к столу, — а как вы вообще поняли, что это он? — Было сложно не понять, на самом деле, — печально качает головой мужчина, — он ушел от нас примерно за неделю до того, как ты пропал. Все были в курсе его нездоровой тяги к тебе, но никто даже подумать не мог, что он решится на такие кардинальные действия. Поэтому, даже после новостей об аварии и о том, что ты погиб, мы еще сомневались. Ведь, он не мог причинить тебе вреда, а тем более убить. Именно это и сбило с толку. — А потом вам позвонил Фьюри и попросил о помощи? — задумчиво тянет Тони. — Удивительно, он никогда бы не признал собственную слабость. Это на него не похоже. — О, поверь, здесь огромную роль сыграл Капитан Америка, — смеется профессор, — знал бы ты, что там творилось после твоего исчезновения! — Вот как? — Тони тоже усмехается, прекрасно представляя, как умеет Стив выносить мозг. В груди приятным теплом разливается ощущение тихого счастья. Значит, волновался. Значит, еще не все потеряно, и он сможет вернуть себе своего капитана. Господи, как же хочется его увидеть! — У меня до сих пор куча вопросов. Я ведь даже не знаю, как меня нашли. — Ну, здесь как раз все просто, — разводит руками Чарльз, — у меня есть возможность найти каждого мутанта, связаться с ним. После звонка Фьюри я использовал Церебро… — Цере… что? — Тони усаживается в кресло напротив и внимательно смотрит на собеседника. — Что за зверь такой? — Это долгая история, Энтони, и я как-нибудь тебе все расскажу. Уверен, наше сотрудничество не будет разовым. — Ладно, — неохотно соглашается Старк, — значит, с помощью этой штуки вы вычислили местонахождение Габриэля? — Именно, — подтверждает профессор, — после звонка Фьюри я смог составить полную картину происходящего. А дальше — дело времени. Всего за несколько часов Мстители и Люди Икс добрались до нужного места, а мне оставалось только отвлечь Габриэля. Жаль, конечно, что директор сразу не обратился ко мне, мы бы вытащили тебя гораздо быстрее. — А вот это больше похоже на старого засранца, — бормочет Тони, задумчиво потирая висок. — Мне не дает покоя одна вещь… — он пытается сформировать свою мысль, которая мучила на протяжении нескольких месяцев. — Я постоянно ощущал рядом с собой запах сырости… даже не знаю, как объяснить. — Я понимаю тебя, — профессор кивает, — это специфический эффект от использования силы. Такое наблюдалось только у Хамелеона. Когда он рядом и пользуется способностями — изменение внешности, телепортация, ментальное воздействие — его железы выделяли этот запах. — Мог бы и сам догадаться, что все это не просто так, — расстроенно шепчет гений, откидываясь на спинку стула и устало потирая глаза. — Никто бы не связал это между собой, на самом деле. Тем более, что раньше вам не приходилось иметь дело с мутантами. Ну, за исключением близнецов. — Поправляет сам себя Чарльз. — Верно, я, оказывается, много чего еще не знаю. Надеюсь, восполнить эти пробелы, — улыбается ему Тони и протягивает руку, пожимая сухую теплую ладонь профессора: — Я очень благодарен за вашу помощь. Не знаю, чем смогу отплатить, разве что, если понадобится мой гений. — Мы совершенно точно найдем темы для бесед, — смеется Ксавье, — и я был рад помочь. Мир не должен терять Тони Старка, это будет большая утрата, поверь мне. — Что ж, спасибо еще раз. — Тони поднимается. — Был очень рад познакомиться с вами и вашими людьми. Очень надеюсь, что Логан согласится на мое предложение, и мы с ним еще увидимся! — Обязательно увидитесь, — обещает Ксавье, подъезжая к двери и открывая ее, — вас уже ждет транспорт, который доставит прямиком к дому. — Всего доброго, профессор.

***

В Башне его встречают бурно. Клинт крепко обнимает, грозно шипит о том, какой он засранец, что ввязался в заварушку даже не дождавшись его. Брюс взволнованно пожимает руку, бурча что-то о том, что Халк мог бы и пригодиться на задержании преступника. Тор минут пять мял бока гению, радостно похлопывая по спине и оставляя кучу синяков, при этом громко причитая, что слишком поздно узнал о том, что происходит в Мидгарде и не смог вовремя помочь. Наташа только легонько проводит тонкими пальчиками по лбу гения, мягко улыбается и кивает в сторону коридора: — Он в своей комнате, еще не знает, что ты приехал. — Спасибо, Таша, — Тони быстро увлекает ее в объятие, наслаждаясь долгожданным ощущением, что он дома, — я скучал. — А мы волновались! — грозно сдвинув брови, почти шипит она, отодвигаясь от мужчины и уводя его в сторону дивана. — Ты хоть представляешь, через что нам всем пришлось пройти? Особенно Стиву, — она добавляет это уже шепотом, а на лице мелькает болезненная тень страха, — когда мы увидели аварию, когда думали, что ты погиб… — Прости. — Тони чувствует странное облегчение. Знает, что это не те эмоции, что они неправильные, но ничего не может с собой поделать. Не может думать ни о чем, кроме как о возвращении к Стиву. — Я с удовольствием пообщаюсь с вами, расскажу обо всем… — Но тебе нужно к нему, — понимающе кивает Наташа, и на ее губах снова появляется мягкая улыбка. — Иди. Но вечером ты обязательно спустишься к нам и все расскажешь! — Обязательно, спасибо! — быстро вскочив с дивана, Тони пулей вылетает из гостиной, направляясь к комнате Роджерса. В груди неприятно копошится волнение, которое растет с каждым шагом. Сейчас, когда вся правда выяснилась, сможет ли Стив простить его? Ведь, несмотря на то, что Тони был под своего рода гипнозом, сам факт того, что он переспал с другим мужчиной остается фактом. Как за это оправдаться? Остановившись перед знакомой дверью гостевой комнаты, которую занимал Стив после их расставания, Тони неуверенно протягивает руку к ручке и поворачивает ее. Уже входя в ярко освещенное помещение, он запоздало вспоминает, что забыл постучать. Но все мысли сразу же вылетают из головы, стоит только увидеть Стива. Он сидит на краю кровати, облокотившись локтями на колени и придерживая голову руками. Услышав тихий скрип петель, он вскидывается, словно в любую секунду готов отразить нападение, неосознанно тянется правой рукой к щиту, что стоит прямо возле тумбочки, но замирает. Его пустой в первые секунды взгляд, темнеет, когда он видит своего гостя. — Стив, — неуверенно улыбается ему Старк, прикрывая за собой дверь, — здравствуй. — Тони? — он вскакивает, делает несколько шагов к нему, но останавливается, внимательно разглядывая мужчину цепким взглядом. — Как ты? — Мои мозги в полном порядке, если ты об этом, — хмыкает Тони, стараясь не показать, как сильно взволнован, как его трясет от страха. Так хочется подойти и обнять, прижаться сильно-сильно, поверить, наконец, в то, что он действительно вернулся. Его руки чуть дергаются, но вновь безвольно повисают вдоль тела. Он не знает, желанны ли его прикосновения теперь? Имеет ли он право на них? В карих глазах мелькает боль, и он быстро опускает голову, чтобы не показывать свою слабость. — Профессор не разрешал никаких посещений до тех пор, пока ты полностью не отойдешь… — Стив запинается и замолкает. Тони видит, что он борется с самим собой, видит, как напряжены его плечи, а руки сжаты в кулаки. Боль простреливает грудь от осознания, что его не простили. Все верно, по-другому и быть не могло. Стив напряжен, он не хочет с ним общаться, закрывается, уходит в глухую оборону. И на что только Старк рассчитывал? Идиот! Сделав пару шагов назад, упирается спиной в дверь и так и застывает. Он уже не знает как оправдаться перед ним, что сказать, как поступить? Да и станет ли слушать? Да, волновался, да, переживал, но кто из его друзей не переживал? Наташа ведь сама сказала… — Прости, — шепчет Тони, растерянно оглядываясь по сторонам и начиная уже придумывать причины для скорейшего ухода. Он непростительно ошибся в своих надеждах! — Я, наверное, не должен был приходить. Его накрывает такая мощная волна отчаяния, что даже дышать становится трудно. Лед в любимых глазах, отчужденность в каждом движении, безразличие в голосе — он не сможет вынести этого, слишком больно. Хочется убежать, спрятаться, заползти в какой-нибудь темный уголок и там уже дать волю своему разочарованию. Почему? Почему он не может вернуть себе надежду? Всхлипнув, неожиданно даже для самого себя, Тони поднимает руки и прячет лицо в ладонях. Он не может больше. Слишком устал. Нет сил. Он так надеялся, так верил, так хотел увидеть, а что теперь? Снова пустота? Опять одиночество и груз вины? — Тони. — Спустя несколько секунд он чувствует, как его обнимают, прижимая к широкой груди, ощущает теплое дыхание на своей шее и слышит судорожный вдох. — Тони, прости меня. Какой же я мудак! — Не выражайся, — на автомате выдает Тони, в шоке уставившись прямо перед собой. Медленно, до конца еще не доверяя самому себе и своему исстрадавшемуся сознанию, он обнимает Стива, проводит ладонями по спине. Его сжимают еще крепче, практически впечатывая в себя, но это ощущение привносит с собой реальность происходящего. Стив обнимает его. Стив действительно обнимает его! — Ты… ты… — в горле сухо, как в пустыне, но Тони заставляет себя говорить, ему необходимо поверить. — Ты простил меня? — и неосознанно сжимается, напрягается, боясь услышать ответ, надеясь и веря. — Не ты должен просить прощения, — тихо выдыхает Стив, немного отстраняясь от него, чтобы посмотреть в глаза. И Тони готов расплакаться от облегчения, затопившего с головой. Нет злости в любимом взгляде, нет отвращения, обиды. Ничего, что было раньше. Тепло, свет, вина и сожаление, а за всем этим — любовь. — Только я во всем виноват! Прости, что сразу не поверил, что не стал даже слушать, что ушел! — голос дрожит, его пальцы сильнее вжимаются в плечи Тони. — Я не заслуживаю быть с тобой рядом, я такой идиот! — Нет, пожалуйста, — умоляюще хрипит Старк, зажмурившись, — только не бросай меня снова. Я больше не смогу этого вынести, я с ума сойду. Ты так мне нужен, Стив! Пожалуйста, я что хочешь сделаю! Скажешь сидеть в башне и никуда не выходить — останусь; скажешь вообще ни с кем не общаться — не буду. Только не уходи… — Господи, Тони, прости меня, прости-прости-прости, — Стив покрывает мягкими поцелуями его лицо, осторожно ведя ладонями по предплечьям, поднимаясь к шее, гладит пальцами скулы, — я так виноват перед тобой. Я больше никогда не буду сомневаться в тебе, слышишь? Прости меня. Он находит его губы и целует, вкладывая в этот поцелуй всю свою тоску, все отчаяние, что копилось неделями, извиняясь и даря надежду. — Я никогда тебя не оставлю, — шепчет Стив, прижавшись своим лбом ко лбу Тони и прикрывая глаза, — я так люблю тебя! Очень люблю. — Стив, — от сумасшедшего счастья даже колени подгибаются, и Старк лишь сильнее цепляется за рубашку Стива, — я очень хочу, чтобы все было по-прежнему. — Да, конечно! — охотно кивает тот, несмело улыбаясь. Теперь он приложит все усилия, чтобы сделать его счастливым, чтобы глаза Тони всегда были наполнены светом. Он загладит свою вину, докажет, что достоин быть рядом с этим человеком, что имеет право на его любовь. — Идем со мной, — Тони отстраняется, улыбается ему и тянет за собой, выводя из комнаты. — Куда ты? — Хочу кое-что отдать тебе, — счастливо смеется гений, в душе которого впервые за последние месяцы спокойно. Ему не терпится сделать то, что уже давно планировал. Они быстро оказываются в спальне Старка, и тот, оставив Стива у двери, направляется к тумбочке возле кровати. Роджерс помнит, что там. Знает. И сердце в груди начинает биться с удвоенной силой от понимания того, насколько важен этот момент. Он даже дышать перестает, когда Тони достает из ящика маленькую коробку, поворачивается к нему и немного несмело улыбается. Волнуется? Все еще боится, что его отвергнут? Из-за таких горьких мыслей Стив сам себя ненавидит — из-за него появились эти сомнения, из-за его действий сейчас так страшно. Роджерс не хочет больше видеть растерянность и страх. Он уверенно шагает к Тони, заключает его в объятия, проводит носом по щеке и с удовольствием вдыхает такой до боли знакомый и любимый запах, и решает первым задать этот вопрос: — Станешь ли ты моим мужем, Тони? Тот вздрагивает, разом как-то расслабляясь и обмякнув в сильных объятиях. Уронив голову на плечо Стива, он позволяет всем своим волнениям и переживаниям отпустить невидимую струну в душе. Слезы облегчения и счастья очищают, отрезвляют, обновляют его. И теперь он может чувствовать легкое поглаживание горячих рук на спине, слышать тихий шепот у виска: — Ты весь мой мир, Тони. Прости, что нам пришлось пройти через все это, чтобы я, наконец, осознал. Прости, что причинил столько боли. Прости, что не смог понять тебя раньше. Я очень хочу быть с тобой, просыпаться с тобой каждое утро, смотреть на тебя и слушать твой голос. Я не хочу тебя потерять! И я безумно хочу стать твоим мужем. Тони широко улыбается, понимая, что теперь действительно все кончено — время отчаяния, ненависти, злости и разочарования — все прошло. Они смогли преодолеть этот непростой период, они выстояли, еще одно испытание позади. И они определенно заслужили свой покой, выстрадали свое счастье, которое теперь будут беречь изо всех сил. И, надевая на палец Стива кольцо, Тони знает, что закаленные в стольких боях их отношения, стали только крепче.