Подменыш

С некоторых пор у Антареса появилась привычка бегать по утрам. И для здоровья полезно, спорт все-таки, и мысли в голове по местам расставляет. Вот и сейчас он бежал по тропинке через луг и размышлял о предстоящем разговоре с Андромедой. Ответное послание пришло довольно быстро, и в нем Антареса пригласили на чашечку чая “для знакомства с дражайшим племянником”. Впрочем, скорее всего Андромеда и правда была рада – кроме малыша-Тедди и Нарциссы Малфой близких родственников у нее не осталось, но все равно Рес основательно подготовился к этому разговору. Так что тетушку он планировал познакомить не с молодым человеком без прошлого, а с наследником великого и благородного рода Блэк. Итак, Андромеда узнала бы о том, что Антарес все эти годы жил в богом забытом домишке с полукровной подружкой Рабастана Лестрейнджа. Под “домишком” он подразумевал нынешнее свое жилище, вот только просто дома не хватало, так как ребенок не может вырасти сам по себе. Долго он выбирал подходящую кандидатуру на роль няньки и решил, что такой вариант самое то. Он даже сходил на Гриммо и расспросил Вальбургу – о невесте или хотя бы девушке Басти Лестрейнджа не было известно ничего и никому. Так что у Антареса был своего рода карт-бланш в этом вопросе, нужно было лишь не переборщить. Поэтому с ним на протяжении 16 лет жила полукровная волшебница. Не чистокровная – такую стали бы искать, но и не магглорожденная – это уже не подходило образу крестного Реса. По легенде, она скончалась прошлым летом от какого-то давнего проклятия, из-за которого ее и скрыли от общественности. Но Антаресу на тот момент уже было 16 лет, и он знал, что ему нужно оставаться в укрытии до конца войны. Сейчас же наследнику Блэк не нужно скрываться, и поэтому он решил познакомиться с родственниками, и не важно, что их выжгли с родового гобелена. Других-то все равно нет. В целом, все эти подробности не были обязательны. Он мог бы отговориться тем, что его спрятали от войны, и этого бы вполне хватило. Но, во-первых, легенда все равно должна быть – рано или поздно она в любом случае понадобится, и, во-вторых, Андромеда была родной тёткой Антареса и заслуживала право знать, как жил ее племянник на протяжении этих лет. К тому же, если он откажется рассказывать подробности, помощи от нее Рес тогда точно не дождется, лишь вызовет подозрения. Поэтому легенда была, и была достаточно хорошо продумана. Антарес даже решил вопрос с именем “няньки” – скажет, что настоящим именем она на всякий случай тоже не представлялась – недаром ее скрывали. Мол, назвалась Эммой Смит, а как оно было на самом деле лишь Мерлин ведает. И вот сейчас Антарес бежал через луг и размышлял, как бы ему получше выведать, поможет ли ему Андромеда или нет. За последние два дня он продумал уже несколько возможных вариантов развития событий, продумал ход разговора, но все равно он отчего-то был уверен, что все пойдет наперекосяк. Мало что в жизни Антареса шло как должно, и что-то ему подсказывало, что и сейчас упрямая судьба не пойдет ему навстречу.

***

Ровно в 16:00 Антарес вышагнул из камина в доме родственницы. Ему уже приходилось однажды бывать здесь, однако подробностей он не запомнил, поэтому интерес в его взгляде был довольно искренним. Камин перенёс его в гостиную – небольшую уютную комнатку с заставленной колдографиями полочкой над камином, довольно большим книжным шкафом, двумя уютными креслами и диванчиком между ними. На фотографиях были изображены жгучая брюнетка с пышными кудрями в обнимку с высоким блондином, девушка с невероятными розовыми волосами, мужчина с теплыми медовыми глазами и на двух фотографиях – совсем маленький ребёнок с ярко-голубым пушком волос на голове. Антарес легко улыбнулся в ответ Нимфадоре и Ремусу и перевел взгляд на кресла, в одном из которых его и поджидала хозяйка дома. Еще в первую встречу Андромеда поразила Реса своей схожестью со старшей сестрой. Но если тогда он испугался, то сейчас он рассматривал ее с какой-то грустью, ведь так выглядела его мама. Антарес долго не мог понять, как ему следует относиться к Беллатрисе, но все же решил, что скорее положительно, чем отрицательно. Всю жизнь он был уверен в доблести Джейми Поттера и доброте директора Дамблдора, вот только это не помешало им обречь ребенка на очень незавидную судьбу. Так что и с Лестрейнджами все было не слишком просто. Что, если именно Лонгботтомы украли у них ребенка? Тогда мать, отец и крестный Антареса отправились мстить им и были в своем праве. Слишком темной была история войны до падения Того-Кого-Теперь-Уже-Можно-Называть, и Антарес не брался судить кого бы то ни было. После возрождения Темного Лорда Беллатриса явно сошла с ума. Это, кстати, тоже было довольно предсказуемо – потеря маленького ребенка и около 15 лет в Азкабане не могли пройти даром ни для кого. А сумасшедших у магглов уже давно не судят, так что и у магов не стоит. Поэтому после долгих раздумий Антарес понял, что не знает о матери практически ничего, а потому и презирать память о ней он не имеет права. И вот сейчас он видел практически копию своей матери и понимал, что она в лучшие годы должна была быть очень эффектной женщиной. Тем временем Андромеда подняла взгляд от книги, которую она читала в ожидании Реса и начала разговор: — Здравствуй, племянник! Не могу сказать, что мечтала о встрече, к тому же сейчас дела у меня хуже некуда, а потому я не понимаю, что привело тебя ко мне. — Добрый день, леди Блэк! Я думаю, Вы догадываетесь, что до этого момента меня скрывали от общественности. Так вышло, что опекунов у меня не осталось, а из родственников – Вы да леди Малфой. Я решил обратиться сначала к Вам. Дело в том, что мне нужен совет – верите, нет, я совершенно не представляю, как живут люди за пределами своего дома в магическом мире…

***

Начиналось все довольно сносно. Антарес поведал Андромеде легенду о своем существовании до этого дня и она – слава всем богам – не вызвала у нее никаких вопросов. “Помню, помню, крутилась вокруг Басти какая-то прохвостка, - сказала Андромеда, - видать, с ней тебя и оставили, племянничек”. Кстати, по мере рассказа отношение Андромеды к Ресу заметно потеплело, и в какой-то момент она даже предложила ему обращаться к ней по имени – “Что ты все заладил – леди Блэк да леди Блэк, зови уж Андромедой, коли пришел мириться”. Выслушав его историю, Андромеда сказала, что в целом Антарес все делает верно – сейчас ему нужно в Хогвартс идти за дипломом, а потом в Магический Оксфорд или Сорбонну – в зависимости от специализации. Незаметно подошло время чая, а после него Андромеда решила пойти проверить малыша Тедди. Реса она с собой позвала – ему Тедди приходится кем-то навроде племянника, а это тоже довольно близкая родня. К тому же, Антаресу и самому было интересно посмотреть на малыша-метаморфа, поэтому он с удовольствием пошел вместе с тетушкой. Казалось бы, что может произойти? Вот только когда Рес взял младенца на руки, их окутало голубое облако, затем сложившееся в сияющие браслеты. Только в этот момент Антарес вспомнил, что уже давал Ремусу обещание стать крестным Тедди – видимо, этого оказалось достаточно для признания этой связи магией. “Вот тебе и сложный кровный обряд” – чертыхнулся про себя Антарес, почувствовав, как ему в бок уперлась волшебная палочка Андромеды. — Положи ребенка в кроватку и не рыпайся, - сказали ему в ухо и Рес молча повиновался этому приказу. Под прицелом палочки Антарес вернулся в гостиную, где его усадили в кресло и все еще под прицелом палочки приказали рассказывать настоящую историю, пока у доброй тетушки не кончилось терпение. Не так себе Рес представлял этот разговор, но что уж поделать – сразу не убили, значит, возможно, и дальше не пришибут. Вздохнув, Антарес принялся рассказывать обо всем без утайки – обо всем, что сам знал, разумеется. И про жизнь Поттером у Дурслей, и про приключения в Хогвартсе, и про финальную битву, и про подслушанный разговор, про все-все. Он не заметил, как оказался на диване в обнимку с Андромедой, причитавшей про “добрых магов, которых нужно скормить фестралам”. Высказавшись, Антарес затих, не зная, что придет в голову тёте. Та, к слову, тоже не спешила высказываться, поэтому минут десять они так и просидели в тишине. Наконец, Андромеда словно очнулась, встряхнула головой и заговорила: — Вот что, племянник, ты ведь из-за этого пришел ко мне. Не отнекивайся, я понимаю, что тебе нужны союзники – очень уж хлипкая твоя история. Ну и за советом, тут ты не соврал. И опять же, совет тебе не особо-то и нужен – ты правильно поступил, что экзамены сдал, и диплом тебе нужен – почему бы и не Хогвартса. Только сложно тебе придется – ты ведь там ориентируешься наверняка, как у себя дома, да и знаешь многих – очень легко тебя раскрыть могут. Поэтому мой тебе совет – прибейся к новичкам да помалкивай, глядишь и не заметит никто ничего подозрительного. Еще мы с тобой легенду немного доработаем, чтобы она совсем складно звучала. Ну и да, после твоего рассказа я поняла, почему ты все-таки наследник Блэк – в свое время о причине мне не сказали, а интересно было – жуть. Тот ритуал, который ты использовал для определения родословной – он только для определения родословной и хорош. Поэтому он тебе и показал четыре родовых дара, хоть это и невозможно. Нет, дары, которые тебе достались, сложатся в один – но очень сильный, истинно Блэковский. Не буду пока говорить – боюсь спугнуть удачу, но завтра я помогу тебе провести правильный ритуал для определения магических сил и предрасположенностей – такой же я скоро буду проводить для Тедди. А пока, племянник, пойдем-ка поужинаем, давно пора уж. На сытый желудок и думаться будет легче.