Забытое имя

      С Беллатрисой Блэк творилось что-то очень странное, неожиданное для неё самой, но предвиденное Алирой Розье.       Беллатриса наполнилась чувствами противоречия. Перед её взглядом оказались другие, не скованные традициями и устоями поступки. Андромеда отреклась от семьи, бежав с грязнокровкой из-за любви, Алира Розье влюбилась в того, в кого ей нельзя было влюбляться. И, вот странное дело! Андромеда была счастлива в изгнании, со своим Тонксом, а Алира оказалась в переплетении взаимных чувств, сильных и неизведанных Беллатрисе.       С другой стороны Нарцисса, кажется, самая "правильная" из Блэков, исполненная изящества, живущая по всем законам и традициям династии чистокровных магов, тоже была счастлива со своим избранником. Люциус Малфой был для Нарциссы желаемым женихом! О чувствах самого Люциуса Беллатриса старалась не задумываться, да и не могла она этого сделать - чувство какой-то собственной неполноценности давило девушку со страшной силой. Она не могла пойти против традиционных устоев, как Андромеда, а счастья с Рудольфусом явно ожидать не стоило.       Но Белла не хотела хоронить себя на поприще несчастного брака и спешно пыталась понять, где же ей добиться счастья, где же ей реализовать себя так, чтобы не чувствовать себя раздавленно?       Когда поползли шёпоты и пересуды о некоем "Лорде", что распространяет идеи о власти чистокровных магов над миром, Беллатриса даже не отреагировала. Мало ли безумцев? Мало ли идейных фанатиков бродит по магическому и маггловскому миру? Да, идеи нужно отстаивать, а чистоту крови необходимо беречь, но развязывать войну против истребления грязнокровок и предателей крови - это казалось глупым. Магов ведь не так уж и много, и если начать драться между собой...к чему это может привести?       Но шёпоты ползли всё яростнее, проникали змеями в газеты, в магазины и улицы. Голоса магов, обсуждавших "Лорда" звучали всё громче. Кто-то восхищался открыто и говорил: -Он очистит наш мир от предателей крови, от недостойного и жалкого отребья! -да, верно! Давно пора показать этим маггловским выродкам, что им не рады!       И хохот. И смешки. "Какое-то безумие!" - подумала Беллатриса, услышав этот разговор, выходя Волшебного банка. - "Совершенное безумие!"       Другие же говорили не менее яростно и убеждённо: -Это невозможно! Маги всегда маги. Чистота крови - это блажь! "И кандалы", - фыркнула про себя Беллатриса, проходя мимо переговаривающихся также быстро, как и мимо восхвалявших "Лорда". -А он сам, между прочим, - лениво процедил какой-то толстяк, нарочито громко, чтобы его услышало как можно больше народа, - полукровка!       Беллатриса остановилась, словно налетела на какую-то невидимую стену, обернулась к сказавшему эту странную, жестокую, странно хлестанувшую фразу. -То есть как? - она не должна была заговаривать с этим человеком, не должна была останавливаться, но подалась власти неожиданного изумления, ударившего куда-то в глубину души. Почему-то эта фраза оскорбила Беллатрису. Полукровка! Да как ты смеешь... -А вот так! - развязно щёлкнул пальцами толстяк. довольный произведённым эффектом. - Мать у него из чистокровных, а отец...маггл! -Ложь! - прошипела Беллатриса, спешно развернулась и почти опрометью бросилась прочь от этого человека, кипя негодованием.       Она не могла понять, почему это её так задело! Она ведь не видела этого Лорда, не знала о нём ровным счётом ничего, кроме сплетен и слухов. Так почему так обожгло горло и так резануло слух?       Блэк не могла дать ответа на этот вопрос даже перед самой собой.       А следующим утром она прочла в оставленном кем-то из домашних на столе номере "Ежедневного пророка", что ночью было ещё одно убийство. С заглавной страницы газеты на неё смотрел толстяк, что так смело высказался о Лорде. С удивлением, граничащим с опасной радостью, Беллатриса узнала, что убитый оказался сотрудником Министерства Магии, и более того, был главой отдела неправомочного использования колдовства. "Какое совпадение...только вчера он так смело говорил о полукровности этого Лорда и уже сегодня - уничтожен. Министерский работник! Неужели этот Лорд действительно так могущественен?" - мысли вихрем проносились в голове Блэк, она и не заметила, как кто-то оказался рядом.       Когда Беллатрису тронули за плечо, она взвизгнула от неожиданности и выронила газету. Обернулась и с облегчением выдохнула - выговора за неподобающее поведение не предвидится. Это всего лишь Нарцисса! -Зачем подкрадываешься?! - обозлилась Белла. Злость всегда была её защитным механизмом. -Извини, - надменно и как-то особенно изящно пожала плечами Цисси. - Я хотела тебе письмо передать. -Какое ещё письмо? - не поняла Беллатриса, - от Рудольфуса? -От Алиры, - отозвалась Нарцисса и передала сестре тонкий пергамент. ***       "Кабанья голова" всегда была приютом для подозрительных и просто странных личностей. Здесь не задавали вопросов. Здесь наливали, не глядя в лица вошедших. Но в последние дни это заведение стало едва ли не постоянным и весьма необычным штабом.       Сначала здесь поселилась на несколько дней какая-то молодая девушка, в основном она сидела в номере, а к ней приходили...и приходили, нужно сказать, довольно часто! В этом и была необычность номер один. Гости, вынужденные искать ночлег в "Кабаньей голове" редко оставались больше, чем на одну ночь, а ещё реже сидели в своих номерах, предпочитая встречаться с нужными им людьми в других, более приличных местах.       Странность номер два была в одеяниях девушки. Она была облачена в дорогую мантию, носила несколько драгоценных украшений - это удалось установить за несколько случайных встреч с нею в коридорах и лестницах трактира. Тогда что она делала в таком злачном месте, где торговля из-под полы всем запрещённым процветала без страха и риска?       Странность номер три была в гостях. Чаще всего к ней наведывалась девушка - невысокого роста с рыжеватыми волосами и хриплым голосом. Девушка проводила по несколько часов у гостьи и исчезала с жутко довольным видом.       Но были и другие.       Был какой-то высокий, худой и нескладный юноша с бегающими глазами. Однажды появилась и девушка. Роскошная тёмная копна волос, дорогие одежды, черты лица аристократично выточенные и ставшие едва ли не клеймом...       Она сухо кивнула трактирщику и что-то тихо спросила у него. Получив ответ, снова кивнула, бросила на грязный прилавок галлеон и зашагала по рассыхающейся изъеденной жучком деревянной лестнице. -Это же Белла! - ахнул кто-то тихо и тут же ойкнул. - Сириус!       Бледный юноша с красивым лицом, в котором также клеймились черты изящества и благородной крови ненавидящим взором проводил её удаляющуюся фигуру.       Это был пятикурсник Сириус Блэк, пришедший в свой выходной день в Хогсмид и атаковавший с друзьями трактир. Сириус Блэк...известная фамилия и ненависть к каждой букве в ней. Он много времени потратил, доказывая всем и каждому, чаще всего с помощью сломанных носов, блестящих дуэлей и оскорблений, что он не такой как другие Блэки. Поступил на Гриффиндор, а совсем недавно и вовсе сбежал из родительского дома, что пока ещё скрывалось, в смутной надежде на возвращение предателя.       Он хотел стать мракоборцем. Чтобы сражаться против тёмных магов, которые поползли по магическому миру с удивительной скоростью туманов...       Смерти множились каждый день. А Сириус Блэк не мог ничего поделать, хотя чувствовал, что готов сражаться хоть сейчас! Да, даже бросив Хогвартс сию же минуту! Из-за фамилии.       Кто поверит, что Сириус Блэк пойдёт против тёмной магии, в те дни, когда даже его родной брат - Регулус, поступивший на Слизерин, гордость родителей, едва ли не открыто выступает в защиту Лорда?       Кто поверит, что Блэки - чистокровное семейство не поддержит идею очищения магического сообщества от предателей крови и грязнокровок?       Он сам порою в это не верил. Он становился мрачнее. С трудом дождался выходных в Хогсмиде и, минуя попытки Джеймса Поттера вновь прицепиться к Лили Эванс, увёл всю компанию в "Кабанью Голову", ведь здесь он был почти свободен от взглядов. От этого невидимого клейма, которое спешил увидеть каждый, клейма - врага грязнокровок, борца за чистоту крови. -Не знаю, - Сириус не сводил взгляда со ступеней, словно каждая нанесла ему личное оскорбление. - Но странно, что она пришла, не побоявшись запачкать свою дорогую мантию. -Знаете что, - подал голос Джеймс, встревоженно глядя на друга, для которого каждое упоминание о родственниках становилось ужасной болью, - пойдём отсюда? Нечего нам здесь делать! -Погоди, - нахмурился Сириус. - А если это какой-то тайный разговор, что-то, что поможет... -Нет, Сириус, пожалуйста! - шёпотом позвал Римус. - Не смей. Не надо туда...о, Мерлин! Я преду...       Он не договорил. Дверь снова открылась. На этот раз она впустила двух магов. Они были скованы тёмными мантиями высокого качества и чем-то ещё неуловимо-зловещим. -А что здесь делают братья Лейстренджи? - Сириус приподнялся со стула, чтобы лучше разглядеть их. Рабастан, тот что был повыше и взволнованнее, бросился к стойке. Рудольфус - более спокойный и сдержанный, оглянулся. И заметил компанию совсем молодых людей - четвёрка друзей не успела пригнуться в своём далёком углу. Рудольфус не знал Джеймса Поттера и остальных. Он знал только Сириуса. Этого ему хватило, чтобы на несколько мгновений застыть, глядя на них...       Он словно бы прикидывал, что делать. Колебался, пытался понять, насколько случайна эта встреча.       Коротко кивнув Сириусу, Рудольфус словно бы пришёл к какому-то выводу и направился вслед за своим братом по ступеням.       И сыграл правильно.       Его приветствие не осталось без внимания. Теперь всякий, хоть и делал вид, что не имеет никакого отношения к другим присутствующим в зале, каждый, кто видел приветствие Рудольфуса Сириусу словно бы поставил между ними знак равенства.       Сириус практически слышал, как в мыслях каждого гостя, неповоротливой официантки и трактирщика проскользнуло, заскрипела ядовитая мысль: "Этот...такой же, как они".       Может быть, этого и не было. Сириус всегда чувствовал, что его преследуют. Взгляды и шёпоты. Он научился видеть двойное дно и тайный смысл там, где его нет. Большая часть посетителей вовсе не заметила кивка Рудольфуса, но Сириус был уверен, что каждый...каждый видел его! Каждый сжал его душу, заклеймил. -Сириус? - позвал Питер неуверенно. Его голос звучал тонко, как всегда, когда ему было страшно. -Пошли отсюда! - рявкнул Сириус, швырнув на стол несколько серебряных монеток.