Не особо полезная способность

      — Какое счастье, что родители оставили мне этот ключ, — выдохнула Эбби, открывая массивную дверь. — Проходи. — Она тронула Гэбриэла за плечо, приглашая.       — Меня и так долго не было. Нужно возвращаться.       — Если ты не отдохнёшь, ты просто не доедешь. Разобьёшься ещё по пути и... Или нет? — Девушка странно взглянула на осматривающегося вокруг Сайлара.       — Нет. Умереть у меня уже не получится.       — Охренеть, — покачала она головой. — Это интересно. И страшно. Но тебе всё равно стоит поспать. — Эбби скинула рюкзак на пол и села на диван у окна, откинув голову на мягкую спинку. — Тут очень хорошо, присоединяйся.       Парень усмехнулся, но последовал её совету. Сопротивляться чарам мягкой мебели у него уже не оставалось энергии.       — Когда я сказал, что пришёл забрать твою способность, ты очень удивилась. Почему? Ведь потом ты даже убеждала меня, что научилась кое-как её контролировать. Многие пугаются, но все признают тот факт, что они умеют делать что-то необычное, — слегка лениво, тягуче проговорил Сайлар. — Как она у тебя в первый раз проявилась вообще?       Эбби закрыла глаза и нахмурилась, будто ей больно вспоминать об этом.       — Как я уже говорила, я всегда старалась помогать людям. Я ведь училась на врача. Хотела стать кардиологом. Когда мне было двадцать три, нас уже отправили на практику в больницу, и я сразу же оказалась в отделении кардиологии. Несмотря на безумно трудную и недешёвую учёбу, я была так счастлива. Даже мелкие и неприятные поручения вселяли в меня надежду, что у меня большое будущее.       Эбби посмотрела, не заснул ли Гэбриэл, но тот внимательно слушал, смотря в потолок.       — И в один из дней одной нашей пациентке стало плохо. Кажется, она тогда нехило повздорила с родственниками по телефону, уж не знаю, в чём было дело. В общем, нервы сделали своё дело. Мы ринулись ей помогать; я, конечно, больше наблюдала и делала то, что мне говорили. И мы не смогли её спасти. Представляешь, из-за какого-то телефонного разговора! Чем хуже ей становилось, тем больше я... Мне казалось, что я просто переволновалась. Но боль в груди разгоралась пламенем, становилась невыносимой. Я тогда грохнулась в обморок. Когда пришла в себя, я знала — я умерла вместе с ней. Но все показатели были в норме, разве что слегка повысилось давление. И чувствовала я себя прекрасно... физически. Морально... я не была уверена, что жизнь продолжается. С тех пор что-то изменилось. Каждый, кто дотрагивался до меня или до какой-либо вещи одновременно со мной, изменял моё состояние. Я могла почувствовать неуверенность, страх, влюблённость, отрешённость, счастье, непонимание. Чаще какую-то кашу из ощущений. А также голод, головную боль, боль в горле, в желудке, в грёбаной левой пятке. Чужую боль, но, казалось, свою. Ненадолго, лишь на несколько секунд, но этого было более чем достаточно для расцвета моей паранойи. Вдруг это другой мир, другая реальность?       — И как ты с этим жила все эти годы? Просто оставила эти мысли?       — Нет, я смирилась с ними. До твоего прихода ко мне я так и не была уверена в том, что я тогда не умерла. Или что я не схожу, или сошла, с ума. В каком-то смысле... да и без смысла, я тебе даже благодарна. Так бы и думала, что это мой персональный маленький ад.       — Для кого-то это так и есть, несмотря на то, что он и умереть не в состоянии. — Гэбриэл посмотрел куда-то в сторону, как вдруг Эбби осторожно накрыла его руку своей. Первая реакция была отстраниться, но он этого не сделал.       — Расскажи, как случилось так, что ты оказался здесь и сейчас, в таком раздрае. Какая твоя собственная способность? — как можно мягче спросила девушка.       — Я понимаю то, как работают вещи. И люди, — усмехнулся Гэбриэл. — Это и позволяет мне перенимать их способности. Позволяет видеть, что не так...       — Что не так... Ты был бы первоклассным диагностом. Медучреждения просто плачут по тебе.       Он добродушно рассмеялся.       — Пожалуй, ты права. Только вот у меня, в отличие от тебя, нет желания помогать другим.       — А вот это неправда, — заметила Эбби. — Мне-то ты помог.       — И сто раз об этом пожалел. Все эти дорожные приключения до добра не доводят.       — Я всё ещё жду твою историю.       — Историю убийцы с кучей сверхспособностей, который никак не найдёт своё место в мире? — уныло уточнил Сайлар.       — Звучит многообещающе, — ответила Эбби и обняла руку Гэбриэла, склонившись к его плечу. Она была в таком уставшем состоянии, когда практически не отвечала за свои действия и могла сделать что-то подобное — неуместное, казалось, но... Грэй тоже сейчас был не язвительным хладнокровным злодеем. Он лишь удивлялся смелости Эбби, не желая искать в себе силы отталкивать её и куда-то уходить. Оба сильно вымотались и были расслаблены физически, но сознание пока не готово было окончательно отключиться и перейти в сон. Идеальное время, чтобы излить кому-то свою душу, не думая о последствиях.       Эбби переживала с Гэбриэлом всё, что он ей рассказывал: от мучительных мыслей о том, что он лишь жалкий сын часовщика, которому суждено прожить самую скромную и никчёмную жизнь, до безумия с комплексом Бога и чувством непонятной, затаённой вины. Которую Эбби ясно ощутила, но которую напрочь отказывался замечать сам рассказчик.       Спустя какое-то время оба провалились в сон. Сайлар совершенно не беспокоился о том, что оставил себя в довольно уязвимом положении — да и чем ему можно навредить? Тем более он знал, что Эбби не представляет для него никакой угрозы, если не наоборот. Ещё в машине он понял, что ей уже не обязательно было дотрагиваться до него, чтобы узнать то, что он ощущает. И тем не менее девушка не упускала момента, чтобы лишний раз коснуться его руки; они могли бы сидеть в разных концах этой комнаты, и всё равно она бы чувствовала всё то же, что и он. Но вместо этого они, как какая-то сладкая парочка, вырубились на этом диване. Разве что не в обнимку. Каким-то образом, даже не скрывая своих смертоносных намерений, Гэбриэл умудрялся вызывать симпатию у противоположного пола — он прекрасно это знал и давно уж об этом и не думал. ***       — Эбби. Эбби.       Эбби открыла глаза и посмотрела на стоящего перед ней Гэбриэла.       — Это всё, конечно, миленько, но мне нужно вернуться.       — Да-да, конечно... — Она встала и зачем-то тоже пошла в сторону двери. — Эй.       Гэбриэл обернулся. От Эбби исходила тревожная неуверенность.       — Спасибо ещё раз. Ты мне очень помог. — Она улыбнулась и привстала на цыпочки с намерением поцеловать его в щёку. Но, положив руку на широкое плечо и поняв, что Гэбриэл её не оттолкнёт, осмелилась прильнуть к его мягким губам. — Прощай.       — Будь осторожна, — только и сказал Грэй и направился к автомобилю.       Он подозревал, что Эбби и сама не была в курсе, что уже проецирует на других свои эмоции. Гэбриэл не любил об этом вспоминать, но лишь с Элль он чувствовал себя так умиротворённо и... нормально. Но тогда затмение забрало их способности и его перестал мучить голод. Прямо как сейчас. Сайлар завёл машину с невнятным предчувствием горечи и обречённости. Он дёрнул плечами, чтобы избавиться от непривычных ощущений. Помогло.