А глаз беречь нужно

День определенно был интересным. В плохом смысле или в хорошем — тут уже кому как. Командующий Гляделкинс лежал в лазарете и ни флёрта не видел, потому что лежал с перевязанным глазом. Само по себе событие было нетипичное, и поэтому оно сразу притянуло в палату дозоров в количестве четырех штук. Дэн и Барри сидели на стульях рядом с койкой и спорили, где и что случилось с командующим. Барри был уверен, что Гляделкинс столкнулся-таки с тумбочкой, которую уж давно пора было передвинуть, Дэн подозревал, что без лазерной указки тут не обошлось, а Гляделкинс все отрицал. Самому Гляделкинсу ситуация не очень нравилась, и было заметно, что он нервничает.  — Все в порядке, верно? — спросил он у третьего дозора, который во всем этом концерте исполнял роль врача (кажется, его звали Том), — я же буду видеть?  — Наверное, — уклончиво ответил Том, — в смысле, я уверен, что да, но мало ли что… Гляделкинс измученно стонал и повторял раз в десятый:   — Гропсподи спаси сохрани… Четвёртый, Энди, обычно везде таскавшийся с камерой, теперь просто сидел и молча сочувствовал. Конечно, не то чтоб он прямо уважал командира Гляделкинса, но просто подумайте — ослепший дозор! Звучит и выглядит как сбой в матрице или жизненная трагедия. Дозоры ведь привыкли в большинстве ситуаций полагаться на зрение. Такие уже не могут жить самостоятельно и полной жизнью. А Гляделкинс, который и так таскал на себе кучу комплексов, так просто бы умер на месте от чувства неполноценности.  Помимо дозоров в палате сидели еще двое, а именно печально известные на корабле звездный странник с лучшей подругой. Сильвия мысленно надирала Гляделкинсу зад, а Тут-и-Там просил прощения и сопереживал как мог. Гляделкинс на все слова извинения отвечал лаконичное «идите вы». Но уходить Тут-и-Там не торопился.  — Мне правда жаль, очень жаль, мистер.  — Да прекрати уже, Тут-и-Там, он этого совсем не стоит.  — Идите вы! Врач же все это время искал медицинскую карточку, долго и безрезультатно, потому что Гляделкинс вроде как её оставлял, вроде как нет, и никто не исключал, что её вообще может не существовать… Тут-и-Там продолжал сгорать от стыда, а Сильвии стало скучно, и она стала вникать в спор двух дозоров, сидящих на стульях (а каждый из них уже поставил по доллару).  — У, какие вы предсказуемые, — сказала Сильвия, услышав, из-за чего спор. — Нет, глазастики, нет, дело обстояло намно-о-ого интереснее!  Дэн и Барри повернулись и с интересом стали внимать, забыв про азарт и деньги. Энди достал камеру, потому что передача сама себя не снимет. Гляделкинс на койке снова начал агрессивно всех посылать. Сильвия села в позу бывалой рассказчицы и принялась за удивительную историю.  — В общем, бежим мы из тюряги. Я, Тут-и-Там, а за нами коротышка с бластером: то ли он бластер тащит, то ли наоборот.  — Я все слышу. А оружие у меня и сейчас при себе, — напомнил Гляделкинс, — исправно действует, зборнак.  — Ну не кипятись. В общем, видим, дело плохо: там стена, там стена, там Гляделкинс, а спереди полный зал дозоров со Злюкой во главе. Поисковики, конечно, не противники, а массовка, но все же. Тут-и-Там и говорит, мол, выручай, шляпа.   — Значит, будем считать, что пари никто не выиграл.  — И то ли правда ситуация была из лап вон, то ли у шляпы день не задался, только выдала она кое-что покруче ядерного реактора…  — Я уверен, что это была ошибка, — виновато сказал Тут-и-Там, — все косячат, даже шляпы.   — Нет, — включился в разговор ни флёрта не видящий Гляделкинс, — я не дурак и кое-что понимаю! У этой шляпы есть садистские наклонности, поверьте моему горькому опыту. Тут-и-Там недовольно сдвинул брови, мол, кто тут наговаривает на мою шляпу. Но Гляделкинс этого выражения лица не увидел.  — Достает наш рыжий друг побитый ноут, изолентой замотанный и вообще такое страшилище, что уже и в металлолом не примут, — продолжила Сильвия рассказ, — там была уже открыта какая-то страница, но не об этом думали бесстрашные искатели приключений в жизненно опасном положении, сокращенно…  — У нас возрастной рейтинг двенадцать плюс!   — Я тебя уверяю, — сказал Гляделкинс, — после всего, что вы все там сейчас увидите, это сокращение будет меньше всего тебя волновать.  — Тут-и-Там, продолжишь? — попросила Сильвия. Тут-и-Там еще раз извинился и начал говорить:  — И Сильвия как закричит в ноутбук: «что делать с Гляделкинсом?!». Я считаю, что конфликты нужно решать мирным путем, но ноутбук этого не знал. Глядишь, а там уже что-то грузится. И текст такой: все работы с «командир Гляделкинс» на книге… То ли винтиков, то ли фантиков…  — Фанфиков, дружище, — поправила его Сильвия, — Книга фанфиков, стремной любительской писанины.  — Я Сильвию спрашиваю, что это такое. Я вообще в технике не сильно разбираюсь. А она как увидела, что я нашел, так и бежать забыла — на пол упала и смеется. А мистер Гляделкинс тоже остановился, потому что не понял, что произошло.  Энди уже вовсю снимал и сам для себя комментировал, Барри и Дэн слушали и дрыгали ногами, Гляделкинс обещал всем показать, где зборнаки зимуют. Сильвия с бешеным огоньком в глазах добавляла подробностей в рассказ Тут-и-Тама, а сам Тут-и-Там…  — Ну, в общем, сели все читать, чего это Сильвия смеется. Я так понял, там другие существа рассказы пишут, так чего бы, думаем, не почитать? Самый первый рассказ открыли. Название я забыл, а полоска синяя была, только что это значило, я не знаю, может, сколько оценок, такая и полоска. И Гляделкинс стал читать вслух, он быстро читает, это у него классно получается.  Сильвия знаком попросила его остановиться.  — В чем, собственно, интрижка. В том, что мы, как вы поняли, ребята знаменитые. Ходим тут и там, сеем радость и помогаем обездоленным, потому нас все знают. Да и Злюка, хоть на самом деле и пугало, а не захватчик…  — Злыдень величайший! Лучший зл…  — Да замолчи, мешаешь. Ладно, вы тоже злодеи весьма себе известные. Ну, и оказалось, что какие-то инициативные ребята решили писать какие-то пресные рассказики, и не про кого-нибудь, а про нас с вами! Не знаю, есть ли за это наказание, но если нет, его определенно стоит ввести, потому что использование образа в коммерческих целях…  — Но я так понял, это они просто так пишут, — возразил Тут-и-Там, — Для себя, для души и веры…  — Тогда полагается компенсация за моральный ущерб. А дальше, господа дозоры, — Сильвия тянула гласные лучше опытного телеведущего, — мы послушаем увлекательное продолжение данной истории от командующего Гляделкинса!   — Идите вы все, — отрезал он.  — Понимаете, мистер Гляделкинс, — жалобно сказал Тут-и-Там, — тут, наверное, только вы и сможете объяснить, что там происходило, потому что я…  — Если коротко, то сюжет оставлял желать лучшего.    — А ты глазастый, — похвалила Сильвия, — я, допустим, как не видела там сюжета, так не вижу до сих пор.  — Ну, главный герой идет по коридору, обдумывая план по вторжению куда-то там. Автор в астрономии не разбирался, и поэтому систему, которую главный герой собирался захватывать, не найти ни в одном атласе.  — Главный герой — это вы? — уточнил Энди.  — Да, именно, к сожалению. Не приведи Гроп никому из вас такое. Что этот главный герой в коридоре видит? Мелкого и противного рыжего сумасброда, который невесть как там оказался.   — Будет эпичная битва, кровь и ярость! — выкрикнул Дэн.  — Не-а, — в один голос сказали Сильвия с Гляделкинсом.   — Даже не дружба и чай с сахаром, — тоскливо протянул Тут-и-Там.   — Только представьте: главный герой, — зло повышая голос, объявил командир, — неожиданно воспылал к этому гиперактивному недоразумению нереальной страстью, которую я бы скорее назвал животным инстинктом! Разумом понимая, что это недопустимо, и вообще испытывая отвращение, но воспылал! И выдержав паузу, спросил:  — Все же еще помнят, что главный герой — это я? Дозоры молчали, тупо смотря на Гляделкинса. Сильвия тихо смеялась. Тут-и-Там пытался спрятать глаза под шляпой.  — А дальше? — спросил наконец Энди.  — Дичайшее по своей форме совокупление двух существ мужского пола в этом самом злосчастном коридоре — просто потому что. Которые еще друг друга и ненавидят, прошу заметить.  — Я вас не ненавижу, мистер Гляделкинс, — напомнил Тут-и-Там.  — А я тебя — да.  — То есть постой! — нервно крикнул Барри, посмотрев в сторону Тут-и-Тама, — хочешь сказать, тебе вся эта писанина нравится?  — Нет! — Тут-и-Там так сильно стал мотать головой, что шляпа с нее слетела, — Я бы, конечно, очень хотел, чтоб вы, мистер Гляделкинс, дружили со мной, а не пытались бы застрелить, но… Дружба, она ж должна идти от сердца, понимаете? От души и в какой-то мере от разума, но не от того, что ниже пояса чешется. А тут… Он замолчал. Все дозоры нашли эту историю грустной. А Сильвия лежала на стульях и пыталась справиться со смехом.  — Я карту вашу нашел, — сказал наконец Том, — мне в истории болезни так и записать: «начитался фанатского творчества»?  — А что дальше? — поинтересовался Дэн. За повествование взялась Сильвия.  — О-о-о, дальше только лучше. Следующий рассказ тоже был про нашего командира. Читая такое, понимаешь, что ничего невозможного во вселенной нет. Гляделкинс, ты же у нас с великим даром видеть сюжет?  — Я уже пострадал, — отрезал Гляделкинс, — Теперь ты говори.  — Ну как хочешь. Сначала мы слушаем долгие и нудные разборки «злодея номер один» с его правой рукой. Злыдень ведет себя как Злыдень, то есть «все плохо, а виноват ты». Гляделкинс ведет себя как Гляделкинс — продолжает занудствовать, хотя его слова никому не сдались. Приправлено это все страданиями нашего глазастого по поводу того, что никому-то он не нужен, и Злюка его не ценит вот совсем, и знаки внимания ему не оказывает, а как бы хотелось… Правда ведь, Гляделкинс? И все пошло сперва прекрасно, но тут Злыдень решил командира наказать за то, что все плохо. Господа дозоры, ваши предположения!  — Понизил! — в один голос сказали Барри и Энди.  — «Унизил» сюда подойдет больше, — ответил Гляделкинс.  — Пытал, что ли? — испуганно спросил Дэн.  — Ты скучный, — заметила Сильвия, — мыслить надо глобальнее и аналогии уметь проводить.  — У меня и теорий-то больше нет, — растерянно сказал Энди, — Все адекватное уже сказали. Тут-и-Там надел шляпу. Сильвия потянулась. Гляделкинс вздохнул и флертыхнулся. И они хором ответили на висящий в воздухе вопрос:  — Гейство.  — А я так и знал, что что-то у вас там нечисто! — на одном дыхании выпалил Дэн. Тут Гляделкинс, который, на минуточку, был дозором, а сейчас ничего не видел, с криком гнева за какую-то секунду выхватил бластер из кобуры и направил на Барри.  — А я-то что сделал? — умоляюще крикнул тот, — это Дэн был!  — Мне на данный момент очень сложно определить, где находится Дэн, но я предупреждаю, что потом он у меня получит по полной! Дэн замолчал и спрятался под стул, хотя это было явно лишним. Том, который до этого не участвовал в обсуждении, задумчиво протянул:  — Придет же в голову кому-то.  — А если честно… — начал Барри, — лорд и вы, ну, невооруженным глазом видно, что вы… Что-то большее, чем злодей и его правая рука. Друзья, что ли, или… Ну… Где-то в глубине души вы бы не хотели? Гляделкинс спрыгнул с койки, встал, шатаясь, и выставил бластер перед собой.  — Где-то в глубине души я мужчина! И когда с меня снимут эту повязку, я расщеплю на атомы всех, кто посмел оскорбить мою честь дозора, воина и командующего!  — Постойте грозиться, — оборвал его Том, — после того, что вы прочитали, я и вовсе не обещаю, что зрение у вас останется в порядке. Ложитесь обратно.   Гляделкинс лег, про себя причитая и бормоча что-то вроде:  — А если повязку не снимут, то я вслепую стрелять буду, по кому попадет.  — Даже я немножко ему сочувствую, — призналась Сильвия.  — И что потом? — спросил Дэн, вылазя из-под стула.  — Потом мы проанализировали содержание заголовка этого рассказа и поняли значение синей полоски. Оказалось, там, где она стоит, так или иначе процветает гомосексуализм. По этой причине мы не стали открывать дальше идущие фанатские произведения искусства и пустились осваивать так называемый гет.  — А можно про гет не рассказывать? — попросил Тут-и-Там.  — А что там? — оживился Энди, — Ну расскажи, ну пожалуйста!  — Ла-а-адно, — неохотно согласился рыжик, — В общем… Я там с Лордом Доминатором…  — Спал?  — Нет, зачем это. Просто любил. Только соль в том, что я там тоже… — он остановился и выдавил через силу, — Злодей. Дозоры не моргая посмотрели на Тут-и-Тама. У них вообще по взгляду видно, что они думают и чувствуют, и сейчас мысли были явно нецензурными.  — И там я вроде классный такой, — шептал он, — С кораблем, силой лавы, ботами, и вообще прямо как Доминаторша — но злодей, понимаете? А я не хочу быть злодеем, не хочу причинять кому-то боль, не хочу…  — Да это неслыханно! — вдруг заорал Том, — после всего, что мы пережили! После того, что сделала с галактикой эта помешанная! Тут-и-Там все делал, чтобы как-то защитить нас от нее — и теперь кто-то считает себя вправе писать такое!  — Эй, дружище, ты чего-то разбушевался, — попыталась угомонить дозора Сильвия. Хотя, если честно, ей было приятно. Вот как её друга тут любят. Ничего не проходит бесследно: не зря Тут-и-Там подарки им на Рождество дарил.  Тут-и-Там смотрел на Гляделкинса, но вряд ли видел: думал о своём. Глаза у него странно блестели.  — И вроде же пытаешься… Путешествуешь, помогаешь другим, играешь песни, несешь радость и добро, — бормотал звездный странник, — А потом так узнать, что на самом деле о тебе думают, что тебя видят тираном, это слишком… Слишком… Сильвия обернулась. Рыжик надвинул на лоб шляпу и тер кулаком глаза.  — Тут-и-Там, ты чего, плачешь? Он всхлипнул и лицом вжался в шерсть зборнака.  — Может… мне не стоит это всё — геройствовать и прочее… Просто найди дом и жить с-спокойно. Может, я т-только хуже делаю своей добротой, и… Не н-нужен такой…  — Эй, Тут-и-Там, не раскисай, остановись!  — Ты нам нужен! — испуганно возразил Барри.   — Да замолчите ж! — гневно крикнул Гляделкинс, — не слышите, исторический момент, рыжая ложка переходит на сторону зла! Впрочем, дозоров уже было не остановить. Боясь потерять такую радость — Тут-и-Тама, который к ним хорошо относился, они вместе наперебой стали склонять друга к позитивному мышлению.  — Пусть всякие со своими тараканами пишут, тебе-то что? — спросила Сильвия. — Ты такой, какой есть, и это здорово!  — Никто в здравом уме не скажет, что Тут-и-Там сделал все только хуже! — убежденно сказал Энди.  — А, то есть мое мнение уже не учитывается? — возмутился Гляделкинс. Впрочем, его мнение так и не учли.  — Тут каждый дозор скажет, что ты, как ни крути, классный, и вообще вселенную добрее делаешь, — заявил Дэн, — Когда такой тип живет, сразу как-то спокойнее. Тут-и-Там выпадал из депрессии куда быстрее, чем впадал, и поэтому уже был готов вершить добрые дела и участвовать в обсуждениях.   — Значит, — продолжила Сильвия, — так и решили: не будем дочитывать, и так ясно, что в достоверность автор ни ногой. Следующий открываем. Полоска зеленая, все как положено, ничего не предвещает беды… Сильвия широко улыбнулась и рассмеялась в голос.  — Но с первых же… Ха-ха!.. Предложений… Ой, ребята, не могу, уф-ф, смешно! Там это… Аха-хах!  — Воды принести? — поинтересовался Том.  — Нет, хех, не надо… — давясь смехом, выговорила Сильвия. Подождав секунды три, она глубоко вдохнула и крикнула что есть сил:  — Там Гляделкинс женщина!  Дозоры взорвались хохотом. Даже Том не удержался от смешка. Тут-и-Там улыбался. Гляделкинс лежал на койке и делал вид, что ему все равно.  — Представьте себе только! — сумасшедшим голосом орала Сильвия, — нашего глазастого — женщиной! На шпильках!  — С ресничками, тушью и всем этим! — не сдержался Барри.  — В юбке! — добавил жару Тут-и-Там.  — Блондинкой! — выкрикнул Дэн.  — Вам смешно, — сказал Гляделкинс, — а вы бы представили себя на моем месте. Сами бы хотели, чтоб над вами так?  — Нет, — подумав, сказал Тут-и-Там.  — Ты бы безусловно чувствовал себя униженным, — заметил командир.  — Да уж, — ответил Том.  — А с другой стороны, девушкой тоже быть неплохо, наверное, — предположил Энди, — я однажды видео одной смотрел. Она там чуть не весь ролик просто в камеру моргала, намакияженная такая. А оценок-то куча, просмотров еще больше. Ну, я тоже попробовал. Месяц после этого аудиторию свою обратно собирал.  — А я женщиной быть не хочу, — заявил Барри, — В армию бы меня тогда не взяли, и что б я делал? Кто вообще захочет быть девушкой, если он мужчина.  — А потом? — спросил Дэн.  — Потом Гляделкинс, по всей видимости, слишком живо представил себя на каблуках и с шевелюрой. Да и все остальные шедевры дали о себе знать. Он вдруг за глаз ухватился, зашатался и упал.   — Я спросил, в чем дело, — прервал подругу Тут-и-Там, — мистер Гляделкинс сказал, что у него глаз будто режет и плывет всё.  — Заверил, что до своей каюты добредет сам, — с ухмылкой добавила Сильвия, — но после того, как он три раза впечатался в одну и ту же стену, мы решили, что отбуксируем его в лазарет.  — И сразу потащили к вам, мистер Том, — закончил Тут-и-Там, — а всё остальное вы уже знаете. Как у дозоров принято такое лечить?  — Тут, извините, я сам немного в недоумении, — признал Том, — Думаю, нужно попробовать снять повязку, только аккуратно. Приглушите кто-нибудь свет, зрение-то у командира слабое. Рыжик быстро вскочил со своего стула и потушил все лампы. Светила теперь только настольная лампа Тома. Дозор подошел и стал аккуратно снимать бинты. Тут-и-Там зажмурился, три раза повторил «Гропу слава, Гляделкинсу помощь» и открыл глаза. Командир дозоров сидел на койке и смотрел в стену. Перевел взгляд на Сильвию.  — Вижу… — прошептал он. Глаз у него слегка покраснел, но то дело десятое. Главное, всё в порядке.  — Всё в норме? — спросила Сильвия, — свет включать можно? Гляделкинс кивнул. Кто-то из дозоров щелкнул выключателем, лампы заморгали и залили палату теплым светом.  — Обошлось, — выдохнул командующий, — Я вижу, я не инвалид, я остаюсь служить. Как гора с души свалилась, честно. Дэн, я тебя по такому случаю прощаю. Дэн крикнул «ура!». Гляделкинс встал, уже не шатаясь, и с самым счастливым видом стал осматривать палату.  — Как же мир прекрасен. В нем я — это я, мужчина традиционной ориентации, Злыдень — мой лорд без каких-то психических отклонений, а ты, — он показал рукой на Тут-и-Тама, — просто гиперактивный странствующий чудила, а не новая галактическая угроза.  — Ну, вроде я должен что-то вам прописать. Чтобы осложнений не было. Разувидин пропьете, профилактический курс…  — Ага, — кивнула Сильвия, — ты цены-то видел? Не, наш командир из другого теста, справится и так, верно?  — Верно, зборнак.

***

Вот так закончилась эта история. На подозрительный сайт ни звездный странник со своей подругой, ни армия лорда Злыдня больше не заходила. Оно и понятно. Глаза в магазине не купишь, а они, как говорится, не только дозору нужны.