Карманная волчица

Пятница, 5 июля, 19:40

      Небольшое помещение медленно, но верно заполнялось галдящей молодежью. Подавляющее большинство из них было одето в черные одежды самых разных фасонов, что лишь выделяло тех немногих, кто предпочел кричаще-красный или еще какой кислотный цвет. Макс с азартной улыбкой разглядывал замысловатые портупеи на девушках, их смелые декольте и вызывающие мини, прикидывая, есть ли у него сегодня желание познакомиться «на один раз». Непростая рабочая неделя закончилась, и он хотел провести этот пятничный вечер как следует.       До начала концерта оставалось меньше десяти минут, а группа разогрева все не спешила покидать сцену. Кто они такие, Фолл не имел ни малейшего понятия, он пришел за музыкой весьма конкретных исполнителей и никак не разделял энтузиазма толпы, готовой скакать под любой трек. В его руке потихоньку пустела третья по счету банка пива, а веселей все никак не становилось — такой алкоголь волчий метаболизм разгонял быстрей, чем тот успевал всосаться в кровь.       — Твою мать, да сколько можно? — в полный голос спросил себя оборотень, когда разогрев стал отхватывать время, отведенное для выступления основной группы, но его слова безвозвратно растворились в басах и реве гитар.       К моменту, когда освещение наконец-то погасло и до ушей стали доноситься знакомые аккорды, оборотень переместился от бара ближе к сцене. В предвкушении драйва он повел плечами и осознал, что гардероб пора обновлять: на пороге тридцати лет он стал заметно крупнее и футболки, купленные год назад, больше не тянулись под его объемы мышц.       Толпа взорвалась криком и выставленными вверх «козами», когда на сцену вышла основная группа. Фолл предпочел не уподобляться им, но уже куда более заинтересованно посмотрел на залитую светом площадку. Трое музыкантов и один вокалист начали играть без приветствия — они знали, что припозднились, и решили додать жара скучающей публике с первых секунд. Жесткие рифы и бешеные ударные выхлестнули остатки дремоты из присутствующих и погрузили всех в унисон хаоса. Ритмичные прыжки молодежи и восторженные крики заводили не хуже секса, и Макс, поддавшись всеобщему безумию, двинулся в самый центр, туда, где намечалась точка слэма.       Волчья кровь бурлила от любимых песен одной из лучших industrial-групп и требовала выхода образовавшейся энергии. Когда просто танцевать уже было недостаточно, Фолл протолкнулся в образовавшийся в центре толпы пятачок и тут же получил бодрящий удар локтем в ребро. Это даже близко не было для него болью, скорее наоборот, повод начать сильней слэмиться. Крупной комплекции байкеры, долговязые подростки и просто те, кому хотелось добавить «жести» в ощущения от концерта, смешались в один поток бесконечных толчков вперемешку с танцами. Максу приходилось сдерживаться и быть аккуратным: хрупкие на его фоне люди не готовы были тягаться с матерым оборотнем. Музыка и запредельный голос вокалиста превратили танцпол в один живой организм, исторгающий тонны животной энергии, и Фолл был в самом ее эпицентре.       Свет прожекторов как ножом резал расширенные от удовольствия зрачки, а запах сотен вспотевших и возбужденных людей нещадно бил по обонянию. Макс даже не пытался разобрать, есть ли среди всех этих беснующихся фанатов вампиры или оборотни — ничто, кроме музыки, не имело значения. Трек за треком оборотень увязал в подростковой эйфории и возможности подурачиться.       На удивление сильный удар в бок едва не сбил Макса с ног, когда он уже собирался вернуться в толпу. Без мысли о конфликте он осмотрел тех, кто слемился с ним рядом последнее время, и зацепился взглядом за низкую девушку, замершую возле него в неловкой позе. Ее янтарные глаза едва не горели в темноте, а бледная кожа в тонкой испарине блестела в свете прожекторов. Оборотню не нужно было чувствовать ее запах, чтобы понять, что перед ним волчица, которую он видел впервые в жизни.       Секундное замешательство — и девушка скользнула в толпу, боком протискиваясь через людей к сцене. Не отдавая себе отчет в происходящем, Макс ринулся за ней, стараясь не потерять из вида. Шлейф ее запаха был ничтожно слабым в такой гуще людей, и оборотень понимал, что если сейчас упустит ее, то, скорее всего, уже не найдет. Сердце гулко ухало, когда он проталкивался вслед за ней, ориентируясь на поток длинных черных волос. В голове не было ни единой мысли, на кой черт он это делает, ему просто остро хотелось догнать ее, и он повиновался этому мимолетному желанию. Через несколько метров волчица остановилась, но лишь потому, что дальше дорогу преграждала группа рослых парней. Девушка попробовала влезть между ними, но те словно не замечали ее и продолжали неистово прыгать, отчего у Фолла появилось ощущение, что ее, такую маленькую, сейчас попросту затопчут.       Песня резко закончилась, и в зале воцарилась относительная тишина. Вокалист, давясь одышкой после десятка непрерывных хитов, начал общаться с толпой. Крик, переходящий в визг, казался шепотом после разрывающей громкости музыки, и оборотень воспользовался ситуацией.       — Эй! — он окликнул волчицу и едва коснулся ее обнаженного плеча.       Мимолетный контакт пробежался по коже как жесткий разряд, заставляя девушку дернуться. Совершенно дикий взгляд, инстинктивный рывок в сторону, и она мгновенно поменялась в лице: хищные черты уступили место заинтересованности с толикой изумления. Музыка возобновилась ровно в тот момент, когда она что-то хотела сказать Фоллу, и в результате он не разобрал ни слова, видя только движение ее тонких губ. Толпа вокруг вновь пришла в движение, а первые ряды дали волну, отбрасывая всех, кто слабо держался на ногах. Незнакомка пошатнулась, но устояла и страдальчески посмотрела вперед — с этой точки она явно не могла различить ни единого движения на сцене.       По последовавшему ищущему взгляду Макс догадался, что сейчас она снова ускользнет в поисках места получше. Неожиданно для самого себя он взял ее за руку и демонстративно похлопал по своему плечу. Трогать незнакомых оборотней — всегда плохая затея, и Фолл четко уловил в ее ледяном взгляде агрессию, быстро уступающую азарту. Поняв его идею, волчица оживленно закивала головой и потянула к нему руки, охотно позволяя поднять себя выше. Подхватывая ее за талию, Фолл почувствовал жесткие натренированные мышцы под одеждой — не каждая волчица могла похвастаться такими. Пара слаженных движений — и вот, незнакомка очутилась на широких плечах оборотня.       Будучи почти у самой сцены, да еще и на такой высоте, девушка восторженно закричала и вскинула руки вверх. Мимо нее внезапно пролетела бутылка с водой, и, рефлекторно увернувшись, она заметила, как какие-то пары поблизости тоже стали копошиться. Через несколько минут над толпой появилось еще трое таких же счастливых девушек: волчица оценивающе посмотрела на них и, решив, что ее внезапный сопровождающий выше и крепче остальных, самодовольно повернулась обратно к полыхающей сцене.       Макс смеялся, осознавая всю нелепость собственного поступка, придерживая на удивление тяжелую девушку за ноги. Ему было приятно ощущать ее вес на плечах и чувствовать жар разгоряченного слэмом тела. Короткие джинсовые шорты волчицы позволяли опасно контактировать с ее почти что белой, но раскаленной на ощупь кожей. Никаких лишних прикосновений, только легкое касание на уровне колен, однако и этого хватило для неуместных мыслей в адрес незнакомки. Обычно внезапные встречи с сородичами сопровождались либо конфликтами, либо сложностями, или что еще чаще — и тем и другим. Это же условное знакомство обещало стать большим исключением из правил.       В отличии от других парней, Фолл не устал ни через десять, ни через двадцать минут, и, если бы не завершающийся концерт, он бы предпочел стоять так еще очень долго. Волчица похлопала его по спине еще до того, как группа завершила выступление на бис. Макс нехотя опустился на одно колено, и девушка легко соскользнула с его плеч. Образовавшаяся легкость отозвалась каким-то разочарованием в груди оборотня, и он не придумал ничего лучше, чем наклониться поближе к ее уху и прокричать:       — Не уходи!       Но она не расслышала его и непонимающе пожала плечами. Концерт явно интересовал ее больше, чем незнакомый оборотень, и, махнув на прощание, она растворилась в образовавшемся просвете справа. Макс снова было подался за ней, но толпа как назло сделала волну, и девушка окончательно потерялась из вида.       Оставшееся от концерта время Фолл провел в смешанных чувствах, двигаясь, скорее, по инерции, нежели из желания. Он получил свою порцию драйва и удовольствия, тело приятно гудело от напряжения, но голова уже была загружена мыслями о незнакомке. Не столько симпатия, сколько факт появления новых волков в городе, заставил его отвлечься от хорошего вечера и утонуть в размышлениях о потенциально новой стае. Когда все стали расходиться, оборотень попробовал выцепить волчицу взглядом, но той уже не было.

Суббота, 6 июля, 11:20

      — Макс! Ты едешь? Далеко? Фрукты купить не забыл? — тараторил Шон в трубку.       — Еду, все купил, мелкий, — улыбнулся Макс, тормозя на светофоре, — кончай так вопросами сыпать. Ты с таким общением ни одну девчонку не склеишь.       — Я не мелкий! — ломающийся голос пробился на низкие тона и прозвучал почти что угрожающе. — Сам уже полгода один таскаешься, еще меня учить решил.       — Эй, это удар ниже пояса, — рассмеялся старший Фолл. — У меня, может, моральная травма после тех трех месяцев с Самантой. Я отдыхаю от слишком серьезных отношений.       — Оправдывайся, ага. Давай, отец тебя ждет тут.       — Что случилось? — настороженно спросил Макс, резко срываясь с места.       — Ничего не случилось, — на другом конце трубки послышалось, как волчонок пошуршал оберткой и начал что-то грызть, — но вроде завтра должен кто-то приехать. Сказал, мол, меня это не касается, как обычно.       — Значит, так оно и есть. Все, давай, скоро буду. И достань мяч, поиграем в баскетбол.       Сбросив звонок, Макс оставил телефон на соседнем сиденье и бросил короткий взгляд в зеркало заднего вида. Отразившийся салон внедорожника как нельзя лучше характеризовал состояние его личной жизни: просторно, чисто, тихо и пусто. После неудачной попытки сойтись с девчонкой Обье он больше ни с кем не встречался, ограничиваясь разовыми интрижками ради секса с разными девушками. Нет, он не избегал знакомств, но и найти подходящую партнершу упорно не получалось. Сперва Макс списывал это на банальное невезение, а позже признал одну непростую истину: он стал старше и встречаться ради одних свиданий было уже не так интересно. Волк внутри него отчетливо начинал хотеть свою стаю и щенков.       Дорога до дома Фоллов заняла меньше получаса, а мысли о предстоящей новости от брата сократили ощущение времени до нескольких секунд. Макс понимал, что будь это хоть чем-то серьезным, Ральф обязательно вызвонил бы его хоть с того света, но монотонный гул тревоги за стаю было уже не унять. Ему стало чуть спокойней только тогда, когда он припарковался у подъезда к дому и увидел спешащего навстречу Шона. Племянник сильно вытянулся за последние пару лет и, если честно, уже был, скорее, молодым человеком, чем мальчишкой. Макс прекрасно понимал это, но продолжал подтрунивать над волчонком забавы ради.       — Привет, — парень смахнул с глаз отросшую челку и тут же сунулся в открывшийся багажник внедорожника дяди, — не забыл мне газировку взять?       — Забудешь тут, — большая пятерня Макса поворошила волосы племянника, — ты же потом плешь проешь.       — А как с тобой иначе? Стареешь же, — Шон демонстративно взял побольше пакетов с продуктами. — Пошли, я тебе хочу новую игру еще показать на приставке.       — Дай хоть с семьей поздороваться.       В доме оказались не все Фоллы. Одри и дядя Джон отсутствовали, хотя, со слов Хелен, должны были вернуться вечером с какой-то оружейной выставки в соседнем городе. Макс не особо огорчился их отсутствию — у него наконец-то получилось выйти в отпуск по расписанию и впереди было больше двух недель отдыха и полное отсутствие каких-либо планов.       После беглого приветствия Шон взял Макса в оборот по полной программе. Ему не терпелось поговорить с ним о своих достижениях на личном фронте, похвастаться новенькой медалью за бег и продемонстрировать пополнение в коллекции игр. Старший Фолл слушал его с неподдельным интересом и искренне радовался успехам волчонка. Хоть отношения между Шоном и Ральфом были доверительными, мальчишка не позволял себе откровенничать с отцом так, как с дядей.       Поговорить с братом вышло лишь к полуночи, когда племянник выплеснул весь накопившийся поток информации, а семейный ужин завершился коллективным мытьем посуды. Дядя Джон и Одри правда так и не вернулись, зато ответственно оповестили по телефону, что приедут утром, им не захотелось ехать ночью после насыщенного дня.       Когда все разбрелись по комнатам, братья направились во внутренний двор, выходящий на сторону леса. Там, где начиналась их территория в несколько акров глуши, была приятная мгла и симфония ночных шелестов. Макс прикрыл глаза и втянул воздух полной грудью: последнее время ему очень не хватало этих мест.       — У вас тут жизнь бьет ключом. — Банка пива приятно пшикнула и покрылась белой пеной. — Я соскучился.       — Так приезжал бы почаще, — Ральф сел на крыльце возле младшего брата, — ты последнее время отдалился от нас.       — Знаю, знаю, — Макс неловко потер шею, — работы прибавилось и раздрай какой-то.       — Тем более надо больше времени со стаей проводить. Перетопчется, уляжется, — Вожак отпил из банки и смахнул языком образовавшиеся усы от пены. — Тебе Шон, наверное, уже растрепал, что завтра у нас гости?       — Растрепал бы, скажи ты ему хоть чуточку больше. Так, упомянул, что кто-то приедет. Что за движуха-то?       — Дело такое… — Ральф облизал губы и задумчиво стер большим пальцем каплю конденсата с банки. — В городе проездом одна стая, Йенте, ты наверняка слышал о них и…       — Кто?! — Макс прыснул пивом, окатив каплями ступени под собой. — Они еще не вымерли со своими порядками?       — Живее всех живых, — усмехнулся Вожак, — и дела у них обстоят очень хорошо. К ним, конечно, относятся пренебрежительно и посмеиваются за спиной, но я поспрашивал — у стаи и деньги, и связи, и все что угодно. Кроме нормальной репутации, конечно, этого им не видать, как собственных ушей.       — С ума сойти, — покачал головой Макс. — Хотя знаешь, я как раз вчера на концерте видел незнакомую волчицу. Все думал, откуда она взялась. Так наверняка их девчонка.       — Серьезно? — Ральф приосанился и заговорщицки толкнул брата локтем в бок. — Ну и как она?       Макс задумался, пытаясь восстановить в памяти образ незнакомки. Запомнилась ли она ему? Да, но только потому, что крепко вписалась в ребро во время слэма и тут же попыталась скрыться. Какой-то неординарной внешности или запаха в ней не было, разве что…       — Ты хоть раз видел карликовых оборотней? — Заметив вытянувшееся от изумления лицо брата, Макс добавил: — Она очень низкая, мелкая, как карманная волчица. Футов пять, не больше. — Ладонь альфы скользнула чуть выше локтя Вожака. — Зато весит как целая Одри после пикника.       — Откуда ты знаешь, сколько она весит? Черт, только не говори, что ты ее трахнул, — строго сказал Ральф, сдвинув брови.       — За кого ты меня принимаешь? — рассмеялся Макс. — Нет, конечно, потолкались на танцполе и все. Даже имени не знаю.       — Хорошо, — уже спокойней отозвался Вожак, — они хотят попросить нас о какой-то услуге завтра. И меньше всего мне бы хотелось начинать личное знакомство с объяснений, почему волк из моей стаи подмял под себя их девчонку.       — Не в моем вкусе, — мигом соврал альфа. — Что им от нас надо?       — Без понятия, брат. Вот завтра и узнаем.