Встретимся в аду!

Проснувшись в своей комнате, фиолетоволосая решила, что всё это был только сном. Приятный и кошмарный одновременно. В темноте всё казалось довольно странным, особенно фигура стоящая посередине комнаты. Но стоит только присмотреться, как в горле внезапно появляется ком страха. -Ты бела, как мел, малышка Верджиния: смотришь на меня так, словно призрака увидела. Тихим и будто насквозь промороженным голосом проговаривает Аластор в полумраке спальни. Девушка пыталась встать, чтоб включить свет или трусливо сбежать при первой же возможности. Но сейчас она чувствовала себя марионеткой с отрезанными нитями. Тело будто онемело, не желая подчиняться своей хозяйке. -Да что же это такое?! Какого чёрта я не могу пошевелиться?! -Может, потому что я этого не хочу? Щелчок пальцев и моё тело поднимается с кровати, подлетая ближе к радио демону. Он смотрит пронзительным взглядом, а потом внезапная боль обожгла всё моё тело. Посмотрев на кожу, вижу, как её полосуют в разных местах, будто отметины от плети. Не сдержавшись, всё же перехожу на крик. -Какого хрена ты творишь, Аластор?! -Просто наказываю непослушную девчонку. Посчитай это искупление своей похоти. -Похоти? Ты издеваешься?! Какое тебе дело с кем я трахаюсь?! -… -Неужто ревнуешь?! Великий радио демон ревнует меня к бармену? -Нет, я не ревную, дорогая моя, — ревнуют те, кто не умеют мучительно убивать! Аластор смотрит с усмешкой на встревоженную девушку, стирая шелковым платком со своего лица брызнувшую на него кровь. Порезы на теле жертвы становились всё глубже и больше. А когда кровь начала заливать паркет, демон остановился, подняв фиолетоволосую за шею. Как бы больно ей не было, она не могла сдержать усмешку, как и язвительный комментарий. -Ты со всеми такой нежный, или я у тебя особенная? Улыбка мужчины становится ещё шире, а воздуха у девушки становится всё меньше. Но демон не против поиграть подольше в её игру. Ногти давят на кожу, так что кожа рвётся, заставляя капли крови окрасить пальцы в любимый алый цвет. А голос становится таким меланхоличным, будто он объяснял детям урок биологии. -Смотри, малышка Верджиния, до чего глупы все эти сантименты: я тебе наглядно показываю, что ты задыхаешься не без моей нежности, а от обычного перекрытого доступа к кислороду. Сдавливая горло жертвы одной рукой, Аластор позволяет девушке отчаянно сжимать его свободную руку. Он не любит прикосновения, но только ей позволяет так небрежно себя касаться. Как только девушка начинает терять сознание, её откидывают вновь на кровать. Так сильно, что ей приходится встретиться со стеной спиной, и резкая боль заставляет прийти в себя. Аластор медленно подходил, осматривая свою работу. Ее изувеченное тело было невероятно прекрасным, и как она блевала кровью, окрашивая паркет возле кровати в алый, навсегда останется в его памяти. Вдавливая ее в кровать всем своим весом, Аластор оставлял на ее теле многочисленные мелкие порезы от тонкого, невероятно острого лезвия, летающего в его руках. И языком собирал капельки крови с белоснежной кожи. -Аластор…хватит…прошу! Чтобы еще сильнее спровоцировать меня и накалить ситуацию, парень ставит колено на шёлковую простынь, между моими ногами, вынуждая их раздвинуться. Такая поза наводила на пошлые мысли и это явно не стимулировало моему искуплению. Не смотря на боль во всём теле, жар внизу беспокоил меня больше всего остального. Я издала сдавленный хрип, зажмурив глаза от режущей боли. Но стоило мне их открыть, как чужие губы снова впились в мои, покусывая, облизывая и проникая глубже. Горячая ладонь скользнула вдоль позвоночника, обжигая и будоража воображение, а после опускается на упругую ягодицу сильно её сжимая, оставляя багровые отметины пальцев. Сосредоточится на происходящем становится всё труднее. Длинный палец, подцепив мой подбородок, заставляет запрокинуть голову и горячие губы тут же прижались к изящной шее. Язык заскользил по царапинам зализывая, пуская мурашки по коже. Ощущение будто он желает вцепиться зубами и перегрызть, а не целовать, заставляло девушку оставаться в сознании. Его глаза осматривают место укуса, который посмел поставить Хаск и кто угодно мог понять по взгляду демона, что он это так просто не оставит. Укус в районе шеи — болезненный и жестокий, как и сам мужчина над ней. Он действует грубо, но именно это доставляет такое несравнимое ни с чем мазохистское удовольствие. -Поцелуй меня, малышка Верджиния. Его губы в миллиметре от моих, но я не собираюсь так просто сдаваться в его плен. Отворачиваюсь, рискуя разозлить сильнее такого жестокого демона. Вижу, как острые зубы снова складываются в улыбку. Совсем не как демон, так снисходительно и красноречиво, как усмехается только мужчина понравившейся ему девушке. И это заставляет ощутить новые чувства. Стена позади начинает гореть, огнь обжигает плечи. Дёргаюсь вперёд, задевая влажными губами его шею, прижимаюсь своей грудью к его. Сразу же чувствую, как жар позади стихает. Я снова вижу ухмылку. Моим унижениям нет конца, как и количеству его побед. Я никогда не смогу добиться цели — достигнуть вершины, ведь на моем пути встретился несносный радио демон, для которого я — пустая угроза. -Почему ты просто не оставишь меня в покое?! -Потому что ты принадлежишь мне, и если когда-либо задумывалась покинуть стены этого отеля, то я тебе не позволю. Я не позволю тебе выйти из зоны моей видимости, потому что я должен всегда тебя контролировать. Теперь понятно малышка Верджиния? В голове настоящий ураган из разных мыслей. Его слова и прикосновения просто сводили с ума! Он будто дразнил меня близостью. Я хочу его оттолкнуть, лишь бы остановить это странное чувство, но я бессильна. Всё моё сопротивление его магия подавляет в считанные секунда. Этот смех и взгляд не давали покоя. От этого взгляда хотелось, как минимум сбежать. Любая другая девушка давно бы сдалась во власть этому демону, но не я. Словно я сама напрашиваюсь. Будто вся эта ситуация вызывает во мне пугающий меня восторг. Я не сопротивляюсь, потому что это бесполезно. А он продолжал мучить меня ожогами и порезами, взамен давая нежные прикосновения. От них становилось лишь хуже. Попытка подавить стон с треском провалилась. Но его руки снова уходят в другую сторону, подальше от нуждающихся в них частях тела. Я раздосадовано цыкнула, закусив губу. Наши лица были слишком близко, чтобы он не заметил, как я отвела взгляд. В отместку Аластор не отводил глаз от моего лица. Наслаждаясь, видя моё смущение и боль от порезов. Я не хотела, чтобы он оказался главным над ситуацией, пыталась освободить свои руки и отчаянно старалась свободными конечностями оттолкнуть Аластора. Его руки вновь перешли на шею, сжимая медленно, но сильно. Открывая рот, чтоб заглотнуть больше воздуха, мне пришлось снова увидеть этот блеск в его глазах. Это не первый кровавый поцелуй между нами, но именно на этот мне пришлось ответить, чтоб не потерять сознания от нехватки кислорода. -Вот видишь, дорогая моя, все просто. Тебе всего лишь надо подчиниться и больше не придётся испытывать боль. Заключив сделку со мной, ты сможешь, взойти на престол и ни один демон не будет смотреть на тебя сверху вниз. Только дай мне своё согласие… И необыкновенно нежно целует в лоб, не обращая внимания, что девушка сотрясается от страха. Его глаза последний раз оценивают проделанную работу. Перед тем как выйти из комнаты, оставляя после себя привкус крови. Верджиния устало провожает фигуру своего мучителя и закрыв глаза погружается в спасительный сон.