Война цвета

Неделя тренировок вместе с Като обошлась Аргусу жуткой болью во всем теле. Сразу после возвращения с ночной прогулки принц попросил мальчика помочь. «Ты просишь меня побить тебя? Естественно я соглашусь», — ухмыльнулся тогда Като. И темный не солгал, с великим удовольствием он показывал другу удары, отработанные за многие годы тренировок. Руки Като резали, словно ножи, а ноги были готовы ломать кости. А когда дошло дело до тренировок с ножами, Аргус трижды пожалел о своем решении. «Конечно, тебе с твоим крисом это будет делать намного легче, но без базы никуда», — говорил Като. Казалось, ножи были продолжением его рук. Ни разу мальчик не задел себя сверкающими клинками. Он подкидывал их в воздух, метал в стены и резал деревяшки, как масло. Но больше пугала Аргуса страсть, с которой темный показывал свои боевые навыки. Он полностью отдавался ударам, вкладывал в них всю душу. Это не было похоже на машинальное повторение изученного, Като жил в битвах. Теперь Аргус видел, невероятное различие между отцом и сыном. Он боялся себе представить прошлого главу, осознавая, что именно он помог отточить юному сыну боевые навыки. Принц валился с ног после многочасовых тренировок, а как только закрывал глаза, погружаясь в сон, вновь видел уроки боевого искусства. Но в них учеником был не Аргус, а маленький Като. В то время как место учителя занимал Ауктор. Точно наяву принц наблюдал за тем, как отец помогает сыну оттачивать удары, как учит убивать. А потом просыпался и видел доброе лицо главы и готового к новый тренировкам Като. Так замыкался круг. У Аргуса не было времени думать; он тренировался, ел, делал небольшой перерыв и вновь шел к Като. Маленькая Нокс всегда сидела рядом, наблюдая за драками друга и брата. Она забирала у Аргуса крис и часами любовалась загадочными узорами ножа. — Вот расскажи мне, что вы делали во дворце все это время, если ты даже дышать правильно не умеешь? — откинувшись на подушки, спросил Като. — Меня обучали языкам и точным наукам. Но большую часть времени я проводил в библиотеке, — вздохнул принц. — Я уже говорил, что король не считает нужным учить своих подчиненных сражаться. Только охотники знают минимальную базу владения мечом. — Разве это не глупо? — ухмыльнулся темный. — А какой смысл тратить средства на улучшение боевой готовности солдатов, если воевать не с кем? Вы, темные, со времен Белой революции ничего особо опасного не делаете, а других противников на острове нет… — Брат, — прошептала Нокс. — Здесь кто-то есть. — Девочка сидела с крисом в руках, а по ее лицу ручьями лился пот. Темные кристаллики девочки стали почти черными и испуганно смотрели за спину нового друга. — Я только что видела душу. Серую. Светло-серая душа позади Аргуса. — Ноки, — Като подбежал к сестре и обнял, предварительно отшвырнув нож. — Нас тут только трое. Да и не может у нас в подземелье оказаться светло-серый. Если только ты не спутала его с Аргусом. — Я что, по-твоему, душу Гуса не узнаю? — фыркнула Нокс. — Его душа чернее черного. А за ней светло-серая. Я видела три души, а не две. — Мортус? — Аргус поднял с пола крис и обернулся. Силуэт стоял у стены, скрестив на груди руки. — Вы исполнили приказ? — Да, мой принц, — поклонился одиннадцатый. — Аргус, кто это? — спросила Нокс. — С кем ты говоришь? — Это довольно странная история… — с усталой улыбкой пробормотал мальчик. — Вы скорее всего не поверите… — Мой принц, позвольте удалиться? — попросил Мортус. — Нет, подожди. Хочу, чтобы ты послушал, — остановил его Аргус. И начал долгую необычную историю. — … Они признали меня своим принцем, а я пообещал им упокоить души, — спустя какое-то время закончил принц. — Что за бред? — выдохнул Като. — Если бы не Ноки, решил бы, что ты с ума сошел. — А я ему верю, — пожала плечами девочка.- Я видела душу… Мортуса. Она красивая. Похожа на пепел. — Какое странное описание… — в голосе одиннадцатого слышались нотки грусти. — Мортус, кем ты был при жизни? — спросил Аргус. — Погоди ты, — перебил друга Като. — Кому это интересно? Лучше спроси у него, может ли он проходить сквозь стены? — Может, — увидев кивок подчиненного, ответил принц. — А может предметы двигать? — Не может. — А летать? — Не может. — А ты тронуть его можешь? — указал на принца темный. — Аргус, ты можешь прикоснуться к Мортусу? — Я… — мальчик попытался коснуться руки подчиненного. — Не могу. — А вот крис может, — шепнул ему одиннадцатый. — Проверь. Аргус обнажил клинок и обухом коснулся ладони Мортуса. — Крис связывает два мира. К нему можем прикоснуться и мы, и души, — сказал Аргус друзьям. — Какая интересная игрушка, — улыбнулся Като. — Мальчишка не чтит силу криса, — прошипел Мортус. — Не сердись на него, — вздохнул принц. — Лучше расскажи о результате ваших поисков. — Всего мы нашли около тридцати душ. Больше на острове их быть не должно. По датам тоже все сходится. Вот только не все были с нами дружелюбны. Мы смогли проследить цепь владельцев до времен правления Клетеса. Вот только дальше узнать историю криса не удалось. Возникли некоторые осложнения с двумя владельцами. Первый из них жил во время правления вашей прабабушки и, по нашим сведениям, он завладел клинком, а после завещал крис вашей бабушке, по отцовской линии. Возможно, это был знак примирения между двумя родами. Думаю, он не успел рассказать своей преемнице о свойствах клинка, и она хранила его, как обыкновенный нож. — Рядом с одиннадцатым появился второй. И встав вплотную к спине принца, шептал мальчику полученные сведения. — Джуниус, не нарушай личное пространство принца. Сколько раз тебе говорить, что не все любят близкий контакт. — Оттащил за руку второго одиннадцатый. — Примите мои извинения, — обиженно ответил второй. — Тебя вообще никто сюда не звал. — Прошу вас, не ругайтесь, — вздохнул принц. — Я не готов сейчас слушать ваши разборки. — Аргус, у нас еще гости? — спросила девочка. — Похоже на то, — устало ответил Аргус. — Позволь сказать, что когда ты говоришь со своими… подчиненными. Это выглядит очень странно. Потому что мы видим только тебя, несущего непонятный бред, — закрыл глаза Като. — Тебе стоит уединяться, когда ты говоришь с ними. — Мортус, этот мальчик меня раздражает, — Джуниус сделал круг около темных. — Всегда раздражал. Как только научился говорить, стал раздражать. Даже его отец был не таким раздражающим. — Если бы Като тебя слышал… — бросил взгляд на друга Аргус. — Какого черта вы там обсуждаете? — вскочил на ноги мальчик. — Братец, готова поспорить, что они говорят о том, как ты их раздражаешь, — поймала брата за руку Нокс. — Твой брат в полном отчаянии, Аргус, — игнорируя темных, сказал второй. — А вот отец рвет и мечет. — Джун! — возмутился одиннадцатый. — Ты был во дворце? — перебил его принц. — Мне стало интересно, где ты раньше жил, вот я и решил посмотреть. Примите мои из… — Нет, это наоборот хорошо. Что там происходит? Во дворце пропало все предпраздничное настроение. Его вытеснил траур. На следующий день после появления Аргуса и Като во дворце, король объявил о смерти своего любимого сына. Бенедиктус, закрыв лицо плотной серебристой вуалью, произнес траурную речь перед своими подданными. — Как же так? — плакала Мирабелла. — Свет мой, Бенедиктус, ты уверен, что мой мальчик мертв? — У темных, из-за которых вчера поднялся шум, была одежда и украшения Аргуса. Даже та цепочка, которую ты подарила ему на десятилетие. Ты же знаешь, что наш мальчик ее никогда не снимал. Аргус попал в руки темных, солнце мое, — вздохнув, ответил ей король. — Мой мальчик. Мы его даже похоронить нормально не сможем, — королева закрыла лицо руками. — Их темные души несут хаос в наш спокойный мир. Мы не можем просто игнорировать их выходки. Они подняли руку на человека королевской крови. — Уж не месть ли говорит вашими устами, матушка? — Евандер распахнул двери, без стука заходя в залу. — Вас не сильно волновали темные, пока под их удар не попал Аргус. Двое слуг, неотступно следующих за принцем, постарались успокоить своего подопечного. — Солнце мое, иди к себе. Позволь, я поговорю Евандером наедине, — обнял жену король и кивнул стражникам. — Подождите за дверью. — И о чем же вы хотели поговорить со мной, отец? — устало спросил Евандер, поднимая на Бенедиктуса свои красные от слез глаза. — Аргус мертв, просто прими это. — Король подошел к сыну и резко поднял его подбородок. — Мой брат был здесь вчера. Живой и здоровый. — То, что ты видел, не было твоим братом. Это было чудовище, созданное темными. — Нет же. Я узнаю взгляд Гуса из миллиона других. У темного не может быть такой теплый взгляд. Я уже видел этот взгляд у Аргуса. Этот взгляд говорит о том, что он сожалеет, что он не виноват в происходящем, что это все — нелепая случайность. — Евандер. — Король был непривычно холоден с сыном. — Расскажите мне, что случилось с моим братом? — требовательно попросил мальчик. Но Бенедиктус лишь неопределенно качнул головой. — Почему же вы молчите? — Евандер, твой брат мертв. Большего я не вижу смысла тебе рассказывать. — Король, на секунду сжав подбородок сына, отпустил его и отошел к окну. — Будь добр, принеси мне книги, которые вам с Аргусом прислала Мирабелла из своего родового поместья. — Прошу простить, но я сейчас занят их прочтением, — не скрывая обиду, ответил принц. — Тогда принеси мне все, кроме той, которую читаешь, — не поворачиваясь к сыну, ответил Бенедиктус. — Евандер, послушай… — Весь во внимании. — Мальчик скрестил руки на груди. — Теперь я не могу выбирать, кто из вас будет моим наследником. Звезды сами указали на тебя. И я не хочу портить отношения с моим приемником. — Вы всегда в сначала рассматривали интересы Аргуса, а уже потом мои. — Прими мои извинения, но… Вынужден признать, что ошибался. Несчастный случай, произошедший с твоим братом, сильно повлиял на наши с тобой отношения… — Интересно, почему? — фыркнул Евандер. — Вы отказываетесь мне что-либо рассказывать и считаете, что я буду относиться к вам так как и раньше? — Ты не понимаешь… — Бенедиктус решил не продолжать. Он с сожалением смотрел на сына. Одного он не смог уберечь, второй отказывается его слушать и был готов идти вслед за братом хоть на край света. — Если веришь, что твой брат жив, стань правителем. Возглавь отряд. И найди своего брата. — На что вы намекаете? — Никто не пойдет к темным просто так. Твоим подданным нужен руководитель. Стань им. Мое время уже на исходе. А твое солнце готово заменить мое. Так не оставляй же светлых без светила. Не дай наступить темноте. Не дай темным завладеть нами. — Я не пойду против них, если Аргусу это будет представлять опасность. — Евандер сверлил взглядом спину отца. — Я не позволю начинать какие-либо боевые действия, пока не смогу убедиться, что моему брату ничего не угрожает. — А если он пойдет против тебя? — король перехватил взгляд сына и тяжело вздохнул. — Брат никогда не поднимет оружие на брата.