Хождение по мукам, или коротко о сонном бреде.

-…Отелло? — немного сонно произнесла Анна и приподнялась. Солнце уже высоко. Девушка взглянула на настенные часы и в миг проснулась. «О НЕТ! ПРОСПАЛА!!!» — Анна довольно быстро поднялась с кровати. Как только одеяло сползло с неё, она поняла, что без одежды и раскраснелась, подумав не о том. Она наскоро оделась и поторопилась на учёбу к Рональду. Стук в дверь с немного сбитым после бега дыханием. — Опять ты. Я уж подумал тебя сожрали демоны вчера, — устало проговорил Ронни и в руки девушки упала толстенная папка, — Раз уж ты здесь, то значит поможешь мне разобраться с отчетами. Вообще сегодня нерабочий день, потому что Рудгара хоронят. Ну, видимо нерабочий для всех, кроме тебя. И меня. Потому что я остался сторожить Департамент, пока остальные тусуются на Поле Чудес. Ну и Отелло где-то болтается. В общем, разбирайся тут. Мне все равно, сдашь ты, или нет, Спирс приказал не гнобить тебя больше. Поэтому мне теперь фиолетово. Анна удивилась, но не показала этого, лишь кивнула в знак того, что поняла и принялась за выполнение поручения, выпросила ручку. Во время выполнения письменной работы приходилось делать короткие перерывы на разминку раз в несколько часов. Закончила она, когда на улице уже начало темнеть. Вздохнув, она выровняла отчёты и произнесла, возвращая одолженную ручку: — Закончила. — Молодец, — руководитель появился возле окна позади Анны. Внезапные появления это его конек, — Можешь катиться куда угодно. Но не за пределы Департамента. Без сопровождения запрещено это делать. Убьют еще. Грелль так и не появился. Куда-то исчез и всё. След простыл. Скорее всего он считает, что проблемы с демонами возникают из-за него. Исполняющий контракт попросту отказался от своей должности. Точнее, заставили его. Тем не менее, на него ведется охота, поэтому он предпочтет не находиться рядом с местом, где из-за него кто-то может погибнуть. Отелло только что выполз из лабораторий, уставший. Снова держится за грудь, где был расположен шов. На белой рубахе небольшие пятна крови. Шов начал понемногу расходиться от активных пробежек от одного аппарата к другому. И особо помочь ему сейчас никто не может. Так что он уполз в лазарет и уснул за своим столом так, что рука, покрытая небольшим количеством крови, была более чем заметна. Анна с нотками испуганности взглянула на Рональда. Её немного испугал внезапный его визит и то, что он сказал. Взгляд опущен, а на глазах скапливаются слёзы. — Неужели ничего нельзя сделать, чтобы помочь ему? Эта охота будет вечной? — спросила она. — Понятия не имею. Не нужно было выделываться тогда. Сделал бы чистосердечное признание, может быть и не убили бы в тот раз. Но нет, надо было идти дальше, до такого, что Уиллу пришлось убить его. Так что я не знаю, как эту кашу будут расхлебывать. Сейчас Грелль ушел, чтобы нас никто не трогал. Когда вернется, снова объявятся эти демоны их небезызвестным главарем. — Понятно, — произнесла она, сдерживая слёзы. — «Как же. Как же ему помочь?» — затем она решила спросить по другому поводу и, поднявшись со стула, собралась выйти из кабинета. — Завтра приходить к восьми? «Нужно найти способ помочь Греллю. Он ведь неплохой человек. Должен быть хоть какой-то способ. Хоть какой-то шанс на то, что всё будет хорошо» — Я уже сказал, повторю еще раз. Мне все равно. Можешь вообще не приходить. Только не мои проблемы будут, если не сдашь выпускной экзамен. — Поняла, — после сказанного она вышла из кабинета сказав напоследок, — Пока. По пути она раздумывала над двумя вещами. Как быть с детьми и как помочь Греллю. Дойдя до кабинета Отелло, она решила заглянуть к нему, чтобы спросить на счёт ночи и утра. Она увидела, что он спит, но что-то ей показалось не так. Одна рука держится там, где была рана и Анна, подойдя к парню, увидела кровь. Она уже было хотела позвать Уилла, но вспомнила, что его сейчас нет в Департаменте. Девушка крайне осторожно потрясла того, чтобы разбудить. — Отелло, Отелло, — будила она его. Бесполезная трата времени. Криминалист так вымотался за последнее время, что не в силах сейчас пошевелиться совсем. И прийти в себя тоже. «Рану нужно обработать. Но как??? Я не знаю, как и чем обрабатывать такую рану. Как же быть? Слишком рискованно. Я могу случайно сделать всё хуже. Что же делать? Что же делать?????» — паниковала она. Кровь в области сердца заставляла её паниковать. Нужна помощь врача, но Уилла сейчас нет рядом, а Отелло без сознания. «Если ничего не сделать — он может потерять слишком много крови» — проговорила она в мыслях. Глубоко вздохнув, она заглушила эмоции и стала искать на полках всё необходимое. Сложно быть уверенным, когда с детства тебя учили лишь убивать и беспрекословно исполнять приказы. Приходилось учиться из наблюдений. Как только она нашла тряпку, иголку, нитки, перекись водорода и бинты, разложила их на стол. — Потерпи немного, — произнесла она, после чего с трудом перетащила его на кровать. Она стала расстегивать пуговицы лабораторного халата, затем жилет и рубашку, теперь был виден немного разошедшийся шов, из которого лилась кровь. Она тряпкой убрала кровь и, вдев в иглу нить, стала зашивать разошедшийся шов, стараясь сделать это как можно аккуратней. Как только с этим было покончено, нить крепко закреплена, а остаток обрезан, она обработала место шва перекисью водорода, затем задумалась, как перебинтовать. Решив излишне не трогать рану она застегнула рубашку, пиджак и халат, как они были. Убрала со стола взятые вещи и стала дожидаться пробуждения Отелло, надеясь, что всё впорядке. Лишь когда она со всем закончила, дала волю эмоциям и чувствам. Анна волновалась за парня. Жнец так и не пришел в себя даже спустя продолжительное время. Средь ночи в Департаменте снова стало шумно. Все уже вернулись и принимались вновь за работу. Пропущенный день придется отработать сверхурочно. Выходные у них только по субботам и воскресеньям, праздничных дней не бывает. Все пропуски необходимо отрабатывать, иначе будут нежелательные отставания от графика. Но Уилл на эту тему особо не переживал, поскольку всегда разбирался со своими делами на несколько дней вперед для подобных случаев или участий в затяжных расследованиях. И вот начальник вдруг решил вспомнить о том, что дал местному ненормальному учёному разрешение на использование лабораторий в целях проведения профилактических анализов, так что нужно было бы зайти к нему за отчётами по этому поводу. Но, стоило только лишь открыть в дверь лазарет, так сразу предстала картина, заставившая застыть на месте. Уже издалека было видно кровь. В голове роятся тысячи плохих мыслей с предположениями о том, что могло произойти. И только потом Уилл додумался подойти и прощупать пульс, чтобы убедиться в том, что ему не придется хоронить еще одного жнеца в ближайшее время. — Мисс Кроуфорд, вы можете объяснить, что произошло? — снова сухой и бесчувственный голос, как и прежде, будто ничего не было. — К-когда я сюда пришла, у него была кровь из шва, а сам он — без сознания. Вас не было и я сама обработала рану, — Анна невольно задрожала. Внешне незаметно, но ощутимо для неё самой. — Он долго не просыпается. Ей страшно за него. Боится, что допустила ошибку. Руки нервно мнут край своего пиджака. Тихий злобный вздох. Если опытные сотрудники продолжат до такой степени не беречь себя, то можно сразу прикрывать Департамент. Уильям поднял аккуратно поднял раненого Отелло на руки и направился к выходу, но, в паре шагов остановился. — По всем вопросам касательно медицины теперь обращайтесь ко мне. Судмедэксперт отправляется в отпуск. Я не могу постоянно находиться здесь и подшивать идиотов, которые намеренно не берегут себя, рассчитывая на то, что добрый начальник обязательно все на свои места поставит. Не уж. Всех в отпуск, — затем продолжил путь в свой кабинет. Анна непонимающе и удивленно посмотрела на Уилла, затем опомнилась и пошла за ним следом, всё ещё волнуясь за Отелло. — И-извините, я не поняла. Что это должно значить? «Он ведь не может устроить всем жнецам выходной… Или может?» — пыталась понять Анна. — Это должно значить, что всех раненых профессионалов я отправляю в отпуск. Так как таковой у нас один, то всего один жнец получит возможность не приходить на работу ближайшую неделю. Вас это не касается, мисс Кроуфорд. В вашем обучении нет ничего такого, что способствовало бы расхождению шва на вашей спине. Вам просто нужно быть аккуратнее. Иначе нам с вами придется видеться гораздо чаще, чем хотелось бы. Анна кивнула. Она только хотела спросить, как ответ сам собой нарисовался исходя из поведения Уилла. Не торопится, спокоен, не кричит. Значит Отелло в порядке. — М-можно будет его навещать? — спросила она. «Отелло будет грустить, если рядом никого не будет» — подумала она. — Я не могу отправить курсанта в качестве сопровождения для раненого шинигами. Это исключено. Вам нужно продолжать обучение. К тому же, на вашем месте я бы задумался о том, что будет, когда начнет расти живот и заиграют гормоны. Если вы будете мешать мне, или кому-либо еще своими женскими проблемами, мисс Кроуфорд, я заставлю вас избавиться от детей, которых вы так хотите себе оставить. Подумайте на этот счет. Раненый и без вашей помощи справится в санатории германского отделения. Она смиренно кивнула. Ей нечего было больше сказать. «Ну… Единственный вариант, который я нашла это…» — Поняла. У меня вопрос. Можно ускорить обучение? Чтобы успеть до того момента, как будет живот и другие проблемки. — Говорите со своим наставником на этот счет. Если он согласится перейти сразу к непосредственной практике, то ваша удача. Если нет, то это будут в любом случае ваши проблемы и ничьи больше. — Спасибо за объяснение. Всего хорошего, — проговорила она и пошла к кабинету Рональда. Снова стук в дверь. — Можно войти? — спросила она. — Я надеюсь, что ты понимаешь, что время уже два часа ночи и что тебе стоило бы пойти спать, а не доставать меня своими глупыми вопросами, — как обычно, блондин объявился за спиной. — Извини, можно поговорить по поводу обучения? — поинтересовалась она. — Тоесть тебе вообще все равно на то, что мне надо отдыхать, да? До завтра, — Ронни махнул рукой и ушел своей дорогой. Анна вернулась в квартиру Грелля, нашла нитки, зашила злосчастный порез на одежде и некоторое время не могла уснуть. Слёзы стекали по лицу сами собой. Ей не хватало Грелля. Обнимала подушку, которая пропитана его запахом, и плакала. Ей хотелось помочь ему, но она не знала как.