Защитник

      

СВАДЬБА НА ПЛЯЖЕ

      Питер стоял на пляже между Локи и Стивом, а его ботинки утопали в мягком чуть влажном песке. Губы Локи тронула легкая улыбка, и он положил руку Питеру на плечо. Он должен был признать, что скучал по асгардцу. Как бы ни было приятно остаться наедине со своей новой семьей, Мстители были дороги сердцу Питера не меньше. Тор, Локи, Брюс и Роуди прибыли несколько дней назад и были первыми, кому сообщили об усыновлении.       На самом деле ничего особенного в этом не было. Обычная бумажная волокита. В тот вечер, после того, как все было улажено, Тони устроил им на веранде пикник, и Питер подумал, что смог бы привыкнуть к такой мирной жизни на Малибу. А затем они с Тони направились в лабораторию, чтобы заняться его машиной. Это был чудесный вечер.       Питер решил не менять фамилию. Тони, в свою очередь, давить или же требовать объяснений не стал. Он… он просто все понял и заверил Питера, что это его законное право. Ну, а Питер просто не мог себе представить, как можно забыть свою родную фамилию или брать, на худой конец, двойную — это было уже чересчур. Да и разве это отменяло тот факт, что Тони являлся его отцом? Имя не имело значения.       Несколько дней назад они сидели со своими гостями за обеденным столом. Брюс и Тор расспрашивали Питера об отпуске, а Локи, как всегда, держался чуть в стороне. Вроде бы и рядом, но не особо вступая во взаимодействие. Забавно, но Питеру он напомнил домашнюю кошечку, которая все еще тебя любит, но иногда издалека.       — Что ж… у нас есть для вас объявление, — начал Тони, поднимая свой бокал. Все отложили вилки в сторону, выжидательно поглядывая на него снизу вверх, — Питер… мой сын! — заявил Тони с гордой усмешкой. Брюс приподнял бровь:       — Да, мы в курсе, Тони. Ты же сам нам об этом сказал.       Питер, не удержавшись, фыркнул, а Пеппер с усмешкой закатила глаза. Тони выглядел оскорбленным. Сидящий рядом Роуди понимающе хмыкнул, очевидно, уже догадавшись, о чем велась речь.       — Официально, — уточнил Тони, и Роуди, улыбаясь Питеру, похлопал его по спине:       — Поздравляю.       — Да, поздравляю! — эхом отозвался Тор, поднимая свой бокал, — за всех вас, мои добрые друзья!       Остальные узнали об этом по прибытии после аналогичного чуть нелепого обмена репликами. Это определенно заставило Питера почувствовать себя неловко. Тони и правда был его отцом в течение долгого времени. А бумаги — лишь формальность, которую они должны были по закону соблюсти.       Во всех других отношениях ничего, в сущности, не менялось.       Все были предельно доброжелательны. Стив Питера поздравил, Сэм — похлопал по плечу, а Клинт даже приобнял. И вот они все здесь, все вместе, как одна большая счастливая семья. Питер спереди от алтаря наблюдал, как его новый отец и… да чего уж там, новая мать, сочетаются узами брака. Эта мысль поразила Питера как никогда прежде, когда Пеппер шла под руку с Хэппи, блистая своим великолепием и не сводя светящихся глаз со своего будущего законного супруга. Они оба так явно любили друг друга, что Питер и сам не мог сдержать улыбки.       Церемония не заняла много времени. Они провели ее на пляже, на закате солнца. Стив поженил Тони с Пеппер, а затем остальные радостно зааплодировали. Когда все закончилось, и они вместе пошли по проходу, Пеппер протянула руку, схватила Питера за плечо и потащила за собой, смеясь и хлопая в ладоши. Его семья. Его настоящая, законная и лучшая в мире семья. Это было не то же самое, как если бы вдруг с того света вернулись родители Питера или его дядя с тетей, но Питер был счастлив. Так, как никогда прежде.

НОВОЕ ЛЕКАРСТВО

      Питер чувствовал себя несчастным. Больным. Уставшим.       Безумно уставшим.       И он не знал, что ему с этим делать.        После их поездки на Гавайи и возвращения в Нью-Йорк Тони отвез Питера к психотерапевту. На дворе стоял ранний август, так что до начала занятий в школе оставалось еще две недели, и Тони предложил Питеру начать принимать новое лекарство как можно скорей.       Не то чтобы Питер был так уж сильно подвержен депрессии. Напротив, в большинстве случаев он чувствовал себя вполне сносно, однако… случались и плохие дни. Дни, когда за что бы он ни брался, как бы удивительно всё ни складывалось, на душе скребли противные кошки.       И это всё не имело никакого смысла! У Питера были новые родители, которые его любили и заботились. Они вместе много путешествовали и посещали самые удивительные и невероятные места. Но все же Питер мог быть занят чем-то с Тони и Пеппер или сидеть в своей комнате и… просто валиться на кровать под прессом апатии и накатывавшей из ниоткуда пустоты. Иногда на огонек заглядывала и сосущая изнутри тревога, и Питер понятия не имел, как это остановить!       Однажды на Гавайях, оставшись на целый день в одиночестве, пока Пеппер с Тони выбрались в город, Питер весь день пролежал в кровати. Так его Тони и обнаружил — свернувшимся калачиком и уставившимся в стену. Питер и сам не знал, что это на него вдруг нашло, однако тело просто отказывалось шевелиться.       — Пит? Ты в порядке, дружок? — в ответ он лишь пожал плечами, чувствуя, как из глаз покатилась какая-то безэмоциональная слезинка. Тони провел большим пальцем по щеке Питера, а затем положил руку ему на голову, — Питер?       — Не знаю, — больше ему сказать было нечего. Питер просто не понимал, что происходит, — прости, я…       — Эй, все в порядке, малыш, — пробормотал Тони, откидывая его волосы назад, — давай-ка выведем тебя на свет божий, — Питер кивнул, позволив вытащить себя из постели, и они вдвоем вошли в гостиную огромного гостиничного номера с видом на пляж. Тони обнял Питера за плечи, а на заднем плане тихо заиграл какой-то сериал. Питер положил голову на плечо Тони, равнодушно наблюдая за происходящим.       — Прости.       — Это не твоя вина, Пит, — пробормотал Тони, целуя его волосы.       И когда они вернулись домой, Питер встретился с терапевтом. Вскоре начался прием препаратов.       Теперь же он чувствовал себя ну просто отвратно.       — Питер? — он поднял голову с дивана в башне и встретился взглядом с ярко-зелеными глазами возвышавшегося над ним Локи. Кинжальчик, прижатый к горлу, приятно грел кожу.       — Привет.       Этим утром Питер встал с кровати в полдень, и хотя было всего три часа дня, бодрости не было и в помине. Он перебрался с кровати на диван, встав лишь затем, чтобы захватить яблоко, а потом свернулся калачиком, слишком измученный, чтобы даже включить телевизор.       — С тобой все в порядке? — он лишь пожал плечами, прикрыв глаза, а затем холодная рука коснулась его лба, — Питер? — Локи подошел ближе и присел рядом на диван.       — Я очень устал, — пробормотал Питер.       — Пятница, как долго Питер спал прошлой ночью? — поинтересовался Локи у потолка, когда Питер снова погрузился в дрему. Его слегка подташнивало, но он подумал, что сон, возможно, мог бы решить эту проблему.       — Питер заснул в 22:30 и проспал до полудня.       — Ты что, заболел? — надавил Локи, слегка встряхнув Питера за плечо.       — Я просто устал.       По правде говоря, так отвратно Питер начал себя чувствовать с того самого дня, как неделю назад начал принимать новое лекарство. И он честно пытался вставать с постели, чтобы Тони не заподозрил чего неладного, но Стив, конечно же, заметил, что Питер больше не присоединялся к нему на утренних пробежках. Брюс обратил внимание, что Питер не так часто стал спускаться к нему в лабораторию. Но терапевт упоминал о возможных побочных эффектах. Так что Питер делал все возможное, чтобы вести себя адекватно.       — Пятница, пусть Старк немедленно сюда поднимается.       В следующее мгновение, как по волшебству, Питер увидел возле себя Тони.       — Привет, Паучок. Как ты себя чувствуешь?       — Полный отстой, — честно сознался Питер, впервые за всю неделю не покривив душой.       — Ох, — Тони придвинулся чуть ближе, перемещая Питера, пока его голова не оказалась на коленях Тони, — мне очень жаль, малыш, — он помедлил, а затем снова заговорил, — как насчет бросить лекарства? Мы попробуем что-нибудь другое, хорошо?       Питер кивнул, позволив Тони провести рукой по его волосам, и снова заснул.       Когда он проснулся, Тони всё ещё сидел рядом на диване.       

УРОКИ ВОЖДЕНИЯ

      Занятия в школе продолжались уже целый месяц, когда они наконец-таки закончили собирать машину. Питер начал принимать новое лекарство, от которого поначалу хоть и клонило в сон, но в остальном все было на порядок лучше. Плохие дни никуда не делись, но с ног от апатии Питер уже не валился. А затем они закончили работу над автомобилем.       По цвету напоминало Человека-Паука — сочный красный. И, покрытый с головы до пят мазутом и пятнами краски, Питер знал, что именно следовало сделать дальше.       — Папа?       Тони посмотрел на него, и его взгляд потеплел, как бывало всякий раз, когда Питер обращался к нему подобным образом.       — Что?       — Ты научишь меня водить машину?       Мэй немного его учила — в основном, на автостоянках — так что азы Питер знал. Парковка, обратный ход. Однако единственным его практическим опытом вождения был тот странный угон автомобиля Флэша на балу.       — Конечно, научу, — усмехнулся Тони, жестом приглашая Питера следовать за ним. Вытащив из кармана ключ, Тони забрался на водительское сиденье, а Питер — на пассажирское. Тони изящно выехал из лаборатории через боковую дверь, специально предназначенную для автомобилей, а затем и на улицы Нью-Йорка.       Было уже поздно, так что улицы не были так оживлены, как обычно, и все же Питер нервничал. Будто почувствовав это, Тони протянул руку, положив ладонь ему на колено, а затем включил заводной рок. В радио был встроен Bluetooth, что было довольно круто, но Питер был уверен, что где-то в его недрах притаился и неизменный жучок. Теперь это казалось вполне разумным решением. Если бы Питера, когда он впервые встретил Тони, спросили, на сколько баллов он бы оценил идею напичкать датчиками GPS всю его технику, Питер бы уверенно заявил, что это вторжение в его частную жизнь. Он сказал бы, что уже вырос и не нуждается в подобном обращении.       Теперь же Питер чувствовал, что для Тони это своеобразный способ проявлять заботу.       Тони заехал на школьную парковку, не в Мидтаун, а в местную среднюю школу, и с улыбкой повернулся к Питеру.       — Ты готов?       Питер забрался на водительское сиденье, а Тони занял пассажирское.       — Ладно, Пит. Двигайся в обратном направлении. Если бы рядом с тобой были другие машины, тебе пришлось бы ехать прямо, пока не освободится дорога, но это не имеет значения, потому что парковка пуста. А теперь действуй.       Так он и сделал.       Сначала один круг, затем два, три, четыре. Питер останавливался у воображаемых знаков «Стоп», научившись осторожно нажимать на тормоз вместо того, чтобы ударять по нему ногой.       — Помедленнее на тормозе, если не хочешь получить хорошенькую взбучку, — посоветовал Тони с кривой усмешкой, отмахиваясь от его торопливых извинений. Они еще не занимались параллельной парковкой. Тони сказал, что просто хочет помочь Питеру освоиться за рулем.       Он показал ему, как пользоваться поворотниками, как проверять зеркала. Солнце уже садилось, и они включили фары, а затем потренировались их выключать. После двух часов занятий Питер почувствовал себя за рулем почти комфортно. В конце концов, это же была его машина, предназначенная только для него и частично собранная его руками.       — Что скажешь, Пит? Доедешь до дома?       Широко раскрыв глаза, Питер покачал головой, и Тони усмехнулся, похлопав его по плечу.       — Тогда в следующий раз?       — Пожалуй.       Они снова поменялись местами, и Тони включил радио еще раз, направляясь уже в сторону башни.       

БРАТ

      Пеппер обнаружила Питера в его комнате. Прошло уже почти полгода с тех пор, как его усыновили. Рождество должно было наступить через пару недель, и Питер отчаянно ломал голову над подарками. Наверно, крутой набор LEGO для Неда. Дневник для его почти-возможно-своего-рода-девушки ЭмДжей. Пеппер обещала помочь Питеру испечь для команды печенье. Но что же дарить им с Тони? Что же такого хорошего Питер мог бы найти для своей новой семьи в качестве подарка?       Пеппер тихонько постучала в его дверь костяшками пальцев:       — Питер?       Он поднял глаза и улыбнулся. Было раннее субботнее утро, и он работал над домашним заданием, чтобы скорее разобраться с рутиной и освободить себе время для патрулей. Накануне, после школы Питер на час-другой выбрался на улицы в качестве Человека-Паука, но на зимние каникулы задали ну непростительно много. Тони только взглянул на список заданий и тут же пригрозил подать на школу в суд.       — Ты не можешь подать в суд на школу, Тони!       — Берешь меня на слабо?       — Тони!       В конце концов его отец сдался, но лишь после того, как настоял, чтобы Питер ни при каких обстоятельствах не переживал по этому поводу. Питер отсалютовал ему в бойскаутском жесте.       — Нет ни единого шанса, чтобы ты был бойскаутом, — безапелляционно заявил Тони, закатив глаза.       — Уверен?       — Я читал твое досье, Пит. Всё, что нарыл на твою скромную персону. И нигде не упоминалось о бойскаутах.       — Я мог быть тайным бойскаутом!       Тони фыркнул, легонько пихнув его в плечо, и Питер драматично повалился с дивана, закинув руку за голову.       — Мальчики! — предостерегающе крикнула Пеппер из кухни, когда он с грохотом приземлился на пол.       — Он меня толкнул! — крикнул Питер в ответ.       — Он первый начал! — Тони отпрянул назад, протянув руку, чтобы поднять Питера с пола, взъерошив ему волосы и ухмыльнувшись, когда он увернулся, хватая тетрадь с домашними заданиями, — отдай мне половину, и я тоже над этим поработаю.       Питер приподнял бровь:       — А разве это не жульничество?       Тони пожал плечами:       — Да какая разница? Ты уже все это знаешь.       Звучало… заманчиво?       — Питер, у тебя найдется минутка? — позвала Пеппер, прислонившись к дверному косяку и вырывая его из воспоминаний.       — О… конечно, — в то утро они все вместе позавтракали, а затем Питер вернулся в свою комнату, чтобы заняться уроками. Весь завтрак он нутром чуял, будто что-то было… ну, не совсем так. Странно. Тони с Пеппер казались малость взвинченными, но чутье молчало, так что Питер допытываться не стал. — Всё… всё в порядке? — Питер был совершенно уверен, что за последние пару дней не совершил ничего такого, что могло бы навлечь на его голову беду — никаких попыток скрыть тяжкие телесные повреждения и побегов на улицы после комендантского часа.       Питер рассеянно проследовал за Пеппер в гостиную, где уже ожидал их Тони. За гигантским окном падали тяжелые хлопья снега, покрывая весь Нью-Йорк плотной белой шубкой. Питер немного полюбовался этим дивным пейзажем, а затем плюхнулся на диван.       — У меня неприятности? — слова прозвучали чуть нервно, и Пеппер тут же покачала головой, однако Тони ее опередил.       — А ты что-то сделал, чтобы навлечь на себя неприятности? — Питер покачал головой, и Тони криво ему улыбнулся, — тогда в чем дело?       — У тебя нет никаких проблем, милый, — вставила Пеппер, легонько пнув Тони в голень босой пяткой, — просто… нам нужно кое-что тебе сказать, — сердцебиение Питера резко участилось, и она с улыбкой сжала его руку, — в этом нет ничего плохого, обещаю. Просто… кое-что очень хорошее.       — Окей…       — Но, во-первых, ты же наш ребенок и это знаешь, да? — уточнила она. Питер снова кивнул, и Тони придвинулся вперед, положив руку ему на колено.       — Ты мой сын, Питер. Наш сын. Навсегда.       Питер кивнул чуть более серьезно, все еще недоумевая.       — Итак… — начала Пеппер, широко улыбаясь, — смотри, что мы тебе достали, — это был подарочный пакет, который Питер не без легкой тревоги развернул.       Внутри оказалась футболка.       Он вытащил ее, привычно ожидая увидеть что-то на тему Мстителей, а затем замер, когда прочитал слова.       «Лучший в мире старший брат»       — Старший брат, — прошептал Питер, переводя взгляд на Пеппер, которая чуть шмыгнула носом и провела пальцем под глазом, — ты… ты серьезно? — Пеппер кивнула, а Тони сжал его колено, — так вы… собираетесь стать родителями?       Пеппер наклонилась и положила руку ему на плечо.       — Мы уже родители, Питер. Просто теперь вместо одного у нас будет двое детей.       Ошарашенный, Питер обнял ее еще осторожнее, чем обычно, и Пеппер тихо засмеялась, целуя его в лоб. Затем он повернулся к Тони.       — Поздравляю! — Питер просто не мог в это поверить. Старший брат! У Тони и Пеппер будет ребенок, и они уже видели его как старшего брата! С ума сойти.       В детстве Питер всегда хотел иметь братьев и сестер, но мечтам этим не суждено было сбыться, ведь он переехал жить к Бену и Мэй. Они к продолжению рода не проявляли ни малейшего интереса, о чем Питер старался не задумываться. А вот Тони и Пеппер… Они уже усыновили его и хотят, чтобы он стал старшим братом!       — Спасибо, Паучок.       — А вы не знаете?.. Ну, там… девочка это или мальчик? — Питер не был уверен, какой вариант был круче. И то, и другое звучало одинаково здорово.       — Пока нет, — ответила Пеппер. Ее рука потянулась к руке Тони, а другая быстро коснулась все еще плоского живота, — не все так сразу.       — А вы кому-нибудь говорили?       — Только тебе, — усмехнулся Тони, — как насчет того, чтобы ты надел эту футболку, и мы позволили Мстителям прийти к своим собственным выводам?       Что Питер и сделал.       

ЗАЩИТНИК

      Тони, потягиваясь, зевнул и застонал, когда где-то в районе спины неприятно хрустнуло. Он становился слишком стар для всего этого дерьма. По крайней мере, так он сказал Пеппер, когда они весь день провели на совещаниях, что Тони приходилось делать примерно раз или два в год. Обычно Пеппер недурно справлялась и в одиночку, в то время как Тони был волен работать в своей лаборатории и проводить время с детьми.       С детьми.       У него было их двое.       Через несколько месяцев Морган исполнится три года. А Питеру через несколько недель двадцать. Двадцать. Тони не мог не вспомнить того пятнадцатилетнего мальчика, лежащего на больничной койке в окружении трубок и проводов с повязкой, плотно обернутой вокруг головы. Пятнадцатилетнего подростка Тони обнаружил рыдающим на коленях в окружении вещей своей покойной тети. Но были и хорошие воспоминания. Как Питер почти каждый день во время их отпуска мчался к океану, бросаясь в воду и заплывая так глубоко, как только мог. А как чудесно они проводили время в процессе сборки того автомобиля…       А уж тот день, когда Питер показался в лаборатории, сжимая в руке письмо из МТИ…       — Поздравляю, мистер Паркер, — усмехнулся Тони, приобнимая Питера за плечи, — я в тебе не сомневался.       — Ты ведь никого не подкупил, правда?       Тони рассмеялся, качая головой в притворном возмущении:       — Конечно же, нет! А теперь пойдем расскажем твоей маме!       Пеппер была в полном восторге.       И, конечно же, самым тёплым было воспоминание, когда они вдвоем нетерпеливо ждали в больнице. Питер позволил Тони взять себя за руку. Ну, для спокойствия.       — Ты и так уже отличный отец, Тони, — пробормотал Питер.       А затем Тони нежно передал ему в объятия малышку Морган и наблюдал, как он берет ее на руки. Они оба на мгновение уставились друг на друга, а затем Питер улыбнулся, поглаживая большим пальцем ее розовую щечку.       — Ну, здравствуй, Морган. Я твой старший брат, Питер.       Она называла его Пиитл.       Он называл ее Моргз.       Вскоре после этого Питеру нужно было уезжать в университет, и да, расставание далось им нелегко. Стоя в комнате общежития со своим сыном, Тони испытывал странную тоску.       — Ты захватил костюм?       — Думаешь, люди ничего не заподозрят, если в районе МТИ вдруг объявится дружелюбный сосед?       — Нет, люди обычно не очень хорошо умеют делать очевидные выводы. Мы просто скажем им, что он твой телохранитель, — Питер рассмеялся, но не без страха в глазах. На его шее слабо светился зеленый кинжал. Питер никогда с ним не расставался, — Пит, — Тони положил руку ему на плечо, — я так горжусь тобой, Паучок. Все будет отлично.       Питер обнял Тони, спрятав лицо на его плече, а Тони уже привычным жестом погладил его по спине.       — Люблю тебя.       — И я люблю тебя, Пит. Увидимся через пару недель. Звони в любое время.       — Конечно, Тони.       Был март, и Питер находился на весенних каникулах, любезно предложив посидеть с Морган, пока Тони и Пеппер займутся делами. Его измученные родители определённо заслужили этот редкий, в последнее время, выходной. Войдя в гостиную башни, Питер увидел Локи, сидящего в кресле с очередным романом. Когда Питер был рядом, Локи всегда прерывал свое добровольное заточение и проводил с ним столько времени, сколько мог. Тони также знал, что они переписывались, когда Питер был в колледже. И осознать это всё ещё порой бывало трудновато.       В тот день Тони обнаружил Питера на диване. На кофейном столике лежал раскрытый учебник, а в объятиях Питера сладко посапывала малышка Морган, чьи короткие каштановые волосики были аккуратно заправлены за уши. Питер обнимал ее одной рукой, а его собственная голова была запрокинута назад. Морган крепко зажала в руке кинжальчик, а другой кулачок прижала ко рту, посасывая во сне большой палец.       Кто-то накрыл их обоих одеялом, и Тони готов был все свои деньги поставить на Локи.       Даже во сне Питер обнимал Морган, словно охраняя от всех на свете невзгод.       Пробираясь так тихо, как только мог, Тони присел рядом с ними, с усмешкой кивнув Локи, что тот ожидаемо проигнорировал. Обхватив Питера одной рукой, Тони слегка потянул его на себя, заметив, как его рука еще крепче обхватила сестру.       — Привет, Паучок. Это я.       И чем он только заслужил всё это счастье?       Питер приоткрыл затуманенные сном глаза, сфокусировался на Тони и улыбнулся:       — Привет, пап.       — Сладких снов, малыш.       И, свернувшись калачиком возле отца и сестры, Питер снова заснул.       Всё было хорошо.