Омега жопе не хозяин

Элли отдыхал полмесяца, в которые его никто не трахал и не доставал. Парень даже подумал, что все закончилось и вскоре он отправится домой, однако у дракона на него были большие планы. В один из тёмных радужных вечеров, кои бывали в этом месте каждую неделю, Лонтрах пришёл к Элли в отдаленную глубокую пещеру. Парень сидел на ворохе мягкого хлопка, пристегнутый за ногу толстой цепью к стене пещеры. Сидел он голышом, смотря в неровную каменную стену. Его грудь приобрела женские формы, как у любого рожавшего омеги, а соски обильно сочились молоком, от чего на теле парня виднелись белые подтеки. — Здравствуй, Элли. Твоё чрево уже должно быть готово, принять новое дитя. Я изнемогаю от желания, залить твоё лоно своим горячим семенем, — прорычал дракон, демонстрируя омеге свой хер, который, как показалось Элли, стал ещё больше по размерам. Омежка заерзал от вида этого инструмента, внизу живота жгло, а задница горела огнём от желания. Он встал. На хлопке осталось мокрое пятно. По внутренней стороне бедер потекла смазка, омегу чуть пошатывало. Он повернулся к дракону спиной, нагнулся вперёд и попытался впихнуть в свою задницу свою ладошку, сложенную лодочкой. Драконий член дрогнул от предвкушения. От запаха возбужденного Лонтраха голова Элли шла кругом, внутри все горело от желания. Омега пихал ладонь в свою задницу, массируя пальцами простату. Его ноги дрожали и подкашивались. — Ох, — выдохнуло существо, — Ты уже подготовился к моему размеру, сучка. Хочешь мой хер в свое очко. — Да! — вскрикнул парень и резко вынул руку из своей дырки. — Натяни меня! Оттрахай! Залей свою сперму до краев в моё блядское чрево! Лонтрах в один шаг оказался возле омеги, уперевшись головкой хуя в раскрытую дырку. Одно движение и половина огромной дубинки уже вошла в омежье лоно. Ещё движение и член скрылся целиком, а массивные, наполненные спермой яйца шлепнули парня по промежности. Цепкие лапы впились в округлые бедра, оставляя царапины. Омега закричал от боли и удовольствия. Он шире раздвинул ноги, уперся руками в стену и стал насаживаться на огромный драконий хер. Лонтрах с удовольствием наблюдал, как растягивается дырка Элли, когда ствол проникает внутрь, и слушал возбуждающие стоны. Однако это было не то. Огромный альфа хотел видеть, как двигается его дубина с другого ракурса, а потому он отошёл, выскользнув из ануса парня, рывком перевернул его и уложил на хлопковую подстилку. Ноги Элли оказались прижаты к животу, открывая драконьему взору и очко и живот. Головка с силой ткнулась внутрь. Там стало ещё уже от такой позы, от чего существо простонало, врываясь в самую глубь омеги. Элли закатил глаза и высунул язык от незабываемых ощущений, а Лонтрах с удовольствием наблюдал, как выпирает омежий животик от находящегося внутри хера. Парень был достаточно худой, а потому дракону было очень хорошо видно каждое движение огромной дубины. Резкий толчок и медленное движение назад. Существо размеренно вдалбливалось в податливое очко, сжимая лапами худые бедра. Омега стонал, что есть сил, и стоны его эхом отражались от стен пещеры. Это возбуждало Лонтраха ещё больше. Жар адским пламенем разливался по всему телу дракона. Существо вдалбливалось в омежье очко все быстрее и быстрее. Элли звонко вскрикнул, его сильно затрясло, а маленький писюн выдал небольшую порцию полупрозрачной спермы. Лонтрах ухмыльнулся и ещё немного ускорил темп, чтобы доставить мальчишке ещё большее удовольствие от оргазма. Очко омеги так сильно пульсировало, сжимая огромный драконий хер, что Лонтрах не выдержал и с громким рывком наполнил лоно своим семенем. Оба тяжело дышали, наслаждаясь моментами оргазма. С того дня прошло несколько недель, которые Элли не выходил из недр пещеры. В первую неделю он много спал, а в остальное время вытачивал из булыжника, что был в пещере, толстый рельефный елдак, который потом обтачивал другими камнями. Хер вышел замечательный. Достаточно гладкий, с подобием вен и прочих выпуклостей. Парень тут же поспешил его опробовать. Последующие недели омежка не слезал с каменного дилдо, кончая раз за разом и вновь насаживаясь на каменное изваяние. Лонтрах часто наблюдал за юнцом, тихо надрачивая свою дубину, но вида не подавал. Дракон выжидал начала токсикоза. Драконий эмбрион в человеческом чреве развивался долго. Связано это с тем, что в обыкновении самки этих существ откладывают яйца, однако слияние семени дракона с омежьей яйцеклеткой приводило к некоторым изменениям, и малыши появлялись на свет живорождением, однако развитие плода длилось два года. Лонтрах прекрасно знал об этом, а ещё он знал, что первые три месяца омегу трогать нельзя, иначе это приведёт к печальным последствиям. Лонтрах чувствовал связь с омегой. Это означало лишь одно: в чреве парнишки зарождалась новая жизнь. Дракон возбуждался лишь от одной мысли о том, что через пару месяцев юнец не захочет слезать с его хуя и будет просить ебать его ещё и ещё. Существо трепетало от этой мысли и остервенело дрочило каждый вечер. Время тянулось адски медленно, все три месяца со дня зачатия Элли не отходил от каменного хера, насаживаясь на него каждый раз, когда начинало зудеть в заднице. А зудело часто… Один из дней ничем не отличался от остальных. Омега проснулся от зуда, буквально подорвался с ложа и, зажав свой писюн в ладошке и раскорячившись, примерялся к каменной дубине. Его очко сильно пульсировало, смазка свободно вытекала из полностью открытого ануса, который уже не мог закрываться, от чего дилдо в миг стал мокрым. В совершенно нелепой позе, отклячив задницу как можно сильнее назад, Элли насадил свое очко на каменную головку и застонал. Краска залила его щеки, когда он почувствовал, что по руке обильно стекает что-то горячее, и оно не похоже на сперму. Однако стеснение быстро отступило, потому что волны удовольствия разливались по всему телу. Жёлтые струи брызгали в разные стороны, наслаждение накрыло омегу полностью, анус пульсировал, выделяя потоки смазки. Однако три оргазма подряд не помогли унять зуд в очке ни на минутку. Элли взвыл, что есть силы, и расплакался. На звуки пришёл довольный собой Лонтрах. Медленно прошёл вглубь пещеры, натирая свою дубину, и принюхался к омеге. Запах его изменился, а это означало лишь одно — пора. Аромат Дракона и его смазки ударил в нос Элли, словно нашатырь. Однако от этого запаха хотелось лезть на стену и рвать очко, а не отворачиваться, а потому омежка резво соскочил с каменного изваяния и в миг очутился на елдаке альфы. Дракон, не видевший секса три месяца, взвыл от возбуждения, его лапа потянулась к писюну омеги. Дракон и человек совокуплялись невероятно долго, делая перерывы лишь на еду и сон. Лонтрах ебал парнишку во всех позах, которые только мог принять омежка. Элли даже умудрился встать на мостик, чтобы получить новые ощущения от невероятно длинного и толстого драконьего хера. Очко омеги уже было не способно закрываться вовсе, а до появления малыша оставался ещё год. Элли еле передвигался по пещере, его пузо раздулось, будто внутри находился не один, а шесть младенцев. А маленький дракон продолжал расти в нем. Каждый день Лонтрах засаживал свой хер в очко омеги насколько позволяло его тельце, однако ширины драконьего достоинства уже не хватало, для удовлетворения парнишки. Смущенному дракону пришлось прибегнуть к помощи некоторых лесных жителей, способных контролировать свои размеры. В один из месяцев Лонтрах позвал Вибраха и поселил его в пещере вместе с омегой. В тот же день амератор обволок всем своим телом драконий хер, увеличив его ширину, и они пошли к Элли. Тот лежал на спине, разводя ноги, словно в гинекологическом кресле, и стонал. Из раскрытого ануса стекала жидкость, а писюн стоял колом. Омега плакал, хлюпал, вскрикивал и ерзал. — Оно чешется! — воскликнул мальчишка, — Я хочу трахаться, хочу хер, огромный хуище в свою жопу! Вставь мне! Дракона не нужно было просить дважды. Он в миг оказался около омеги и с громким хлюпаньем вогнал хер с амератором в растянутую дырку. Элли взвыл от удовольствия и громко застонал. Вибрах проникая своим телом в самые глубокие закоулки омежьего чрева, заставляя того дергаться и стонать ещё громче. Лонтрах же долбил юнца так, словно не видел секса лет пять. Большие когтистые лапы цеплялись за круглый живот, но не давили, дабы не нанести вред малышу. Омега извивался и кричал что-то невнятное, то поднимал, то опускал задницу и, казалось, хотел надеться своим очком на огромные яйца Лонтраха. Толчок, второй, третий. Омега спускает крохи безжизненного семени себе на лобок и вздрагивает от каждого последующего толчка. Две минуты Элли в прострации, и желание вновь захватывает его. Писюн вновь поднимается и напрягается до боли. Вибрах копошился в омежьем лоне, протискиваясь вглубь матки, прям к малышу. Омега высовывает язык, прогибается в спине, его глаза закатываются, а тело начинает мелко дрожать, потому что амератор начал сильно вибрировать. Дракон чувствует вибрации хером в самой глубине и лапами через живот юнца. От этого он толкается в омегу ещё чаще и резче. Вибрах вибрирует сильнее, постоянно перетекая. Писюнчик Элли напрягается и пульсирует. Омега срывается на визг, кончая на сухую, его тело била сильная дрожь, а чувство удовлетворения растекалось от низа живота по всему телу. Такие фокусы с Вибрахом и другими представителями его расы помогли омеге пережить второй год развития плода в тесном чреве. Малыш достиг таких размеров, что Элли не мог передвигаться самостоятельно, ему постоянно требовалась помощь. Схватки у омеги начались днем и продолжались до самого вечера, все это время парень орал, срывая голос и ждал местного врача, потому что сам родить он не мог. Существо приехало к ночи. Это было странного вида создание, вытянутое и прямое, словно палка, с длинными руками и пальцами, как ветки. Ноги его были словно корни, однако существо было из кожи и плоти. Элли даже показалось, что оно бархатное. Существо ходило с сумкой на бедрах, если их можно так назвать, а когти его были короткими, но острыми будто скальпели, и прятались внутрь по желанию существа. — Доброго времени суток, — проскрипело существо, — Меня зовут Палпель, я из рода хиртов. Кто у нас тут не может родить? Палпель с улыбкой подошёл к Элли, достал свои когти-скальпели и принялся за дело. Закончил он ближе к утру. Малыш дракоша появился на свет крепким и здоровым альфой, которого тут же забрал Лонтрах. Хирт осмотрел шрам на животе омеги, наклеил поверх чистый большой пластырь и хитро улыбнулся. — Ещё увидимся, омежка Элли. Буду ждать тебя у перехода через неделю. — Палпель удалился, оставив омегу отдыхать. Через шесть дней Элли отправился в дорогу. До перехода было недалеко, день пути. С Лонтрахом омега не попрощался, тот был сильно занят сыном. Шёл Элли все так же голышом, на пути ему уже никто не встречался, лишь древебри окружали тропу по которой он шёл. Пространство впереди слегка замерцало, а рядом кто-то стоял. Элли шёл вперёд. Дойдя до перехода омега остановился. — Здравствуй, Палпель. — На колени, омежка, — ухмыльнулся хирт. — Трахать будешь? — спросил Элли, но на колени опустился. Член хирта дернулся и начал подниматься. — Грудью на землю. И жопу руками пошире раздвинь. Омега выполнил приказ. Он не видел, что делает Палпель, и возбуждался от мысли, что его снова оттрахают. Его писюн окреп, а очко начало пульсировать от предвкушения. Хирт подошёл к парню сзади, держа в руках металлический вибратор. Игрушка в одно движение оказалась в очке омеги. Холодный металл приятно обжег внутренности парня, но больше ничего не произошло. Элли ждал, не понимая, что задумал хирт. Палпель стоял неподвижно с поднятым членом и внимательно смотрел на очко Элли, в котором плотно сидел вибратор. Со стороны казалось, что ничего не происходит, однако на деле хирт настраивал игрушку. Существо дернулось, с головки его члена потекла смазка. Хирт точным движением нанес ровный порез на каждую из ягодиц омежки и быстрым движением включил игрушку, пока из порезов не проступили капельки крови. Элли взвизгнул и дернулся. Металлическая штука в его дырке завибрировала. С каждой секундой вибрации становились сильнее, а сама игрушка кажется расширялась. Элли прогнулся в спине и двинулся назад, мечтая загнать игрушку глубже, но этого не случилось, ведь она не упиралась ни во что. Хирт внимательно смотрел на дырку омеги, его член подрагивал, а возбуждение накатывало волнами. Глаза омеги округлились от того, что он почувствовал в анусе странные ощущения. Хирт довольно ухмыльнулся, подошёл к парню сбоку и верится взглядом в его бок. Элли ничего не понимал. Жгучие, но приятные ощущения наполняли его изнутри. Все дело было в том, что Палпель видел то, что происходило внутри омеги. Металлический вибратор приоткрылся, а из него появились небольшие склизкие щупальца, которые неуверенно заскользили по стенкам омежьего очка. Щупалец было много. Около десятка. Они скользили, сжимались, извивались. Одно из них просочилось в матку парня. От всех этих ощущений Элли выгибался и стонал, словно его ебут три хера сразу. Крики и стоны разносились по округе громом. Хирт довольно подрагивал, от чего смазка толчками вырвалась из его члена. Щупальца стали двигаться активнее, одно из них упорно толкалось и извивалось, массируя простату парнишки. Омежка мелко задрожал, задергал тазом и громко закричал, а его писюн тонкой струйкой источал безжизненное семя. В этот момент Палпель наблюдал во всей красе, как матка Элли бурным потоком смазки затопила щупальца, а те продолжали барахтаться, продлевая оргазм омеги. Это зрелище так перевозбудило хирта, что его член выстрелил спермой высоко вверх. Альфе и омеге понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Элли расплывался в довольной улыбке, пока хирт слизывал капли крови с его ягодиц и вынимал игрушку. Очко омеги вновь не закрывалось, а член Палпеля успокоился. Хирт удалился тихо. Элли же поднялся на ноги, отряхнулся, попутно растирая по телу соки и сперму и, глубоко вдохнув, шагнул в переход…