(Не)большое счастье

Маринетт когда-то услышала от Альи, что норма объятий для человека десять раз в день. Это помогает справиться со стрессом и успокоиться. Стресса в жизни хватало: акумы, контрольные, экзамены, сражения. Плюсом ко всему являлся недосып. Половина класса были заморенные и уставшие, а до конца учебного года было еще далеко. Как и до конца сражений с Бражником. Адриан и Маринетт едва держались на ногах. Вымотавшись после долгого и тяжелого дня сражений, контрольных, проверочных, практических и акум, ЛедиБаг расположилась на одной из крыш парижских домов, чтобы хотя бы немного подремать под чутким присмотром Нуара. Парень чинно сидел, почти не шевелясь, чтобы не потревожить напарницу, которая сопела на его плече. Его самого клонило в сон, но он решил прийти домой и так как следует выспаться. Тем более, не хотелось пропустить такой момент. Когда еще ему посчастливится увидеть Леди такой спокойной и безмятежной? Плечо затекло, рука, которую девушка обхватила во сне, тоже. Она все спала, иногда хмурясь в полу-сне. — Акума… Кот, там…акума… — пробормотала Леди, открывая глаза. — С пробуждением, — улыбнулся Адриан. — Геройская жизнь и во сне не оставляет. Выспалась? — Угу, — прошептала девушка, сладко потягиваясь. — А ты не спал? Нуар по-доброму усмехнулся, потянулся следом за ней и выдохнул. — Разве уснешь, когда прямо под боком самая милая девушка? Маринетт не разозлилась на подобное, как то было ранее, просто обняла Нуара, щелкнула по носу и тихо улыбнулась, пока он не видел. — Тогда можешь поспать сейчас. Давай, Котенок, спать, — похлопала она по коленям, отстранившись. Нуар только тихо усмехнулся и покачал головой. — У меня есть идея получше! — хитро блеснули его зеленые глаза, и Маринетт это совсем не понравилось. Где-то на крыше закурлыкали голуби, и раздался шелест крыльев. Кот недовольно фыркнул. Сжав пальцами нос. — Боюсь, поспать не удастся. И тут эти голуби. — Они уже улетели, — улыбнулась Маринетт. — Кстати, ты помирился с ней? — С подругой? Да. Она самый понимающий человек из всех, что я знаю. И, порой мне кажется, что не пересеклись наши пути, то я бы влюбился именно в неё. Вы очень похожи. В первый день нашего знакомства я подумал: а вдруг это она? Маринетт грустно выдохнула. Отчего-то на душе стало малость неприятно от того, что сказал напарник. Обида скользкими щупальцами пробиралась в мысли и душу. Было неприятно, больно и грустно. Леди тяжело выдохнула, положив голову на теплое плечо напарника. Подобное случалось уже не впервые. А началось всё как раз в тот момент, когда их дуэт стал разбавляться новыми героями. И почему-то сердце неприятно кольнуло, когда вместо традиционного стука кулачками Кот решил помочь Кагами и доставить её к матери. И с каждым разом она всё больше и больше боялась, что рано или поздно она его потеряет. — А ты? Твой друг извинился? — рука Кота заняла место на её плече. Нуар с долей беспокойства следил за моментально меняющимся настроением Леди. Только она улыбалась и была абсолютно спокойна, но сейчас её улыбка померкла, а по глазам читалась грусть. — Да. Ходил и извинялся весь день, хотя я говорила, что всё в полном порядке, и что я на него не сержусь. — Так что же сейчас служит причиной вашей грусти, Госпожа Букашечка? — Я же просила не звать меня так… — вздохнула Маринетт. Нуар тихо посмеялся и покрепче прижал девушку к себе. Боялся ли он когда-нибудь, что ЛедиБаг исчезнет из его жизни? Да он всегда этого боится. Это самый худший кошмар, который он когда-либо представлял себе. — Я помню, Жучок, я помню, — улыбается Нуар, ткнувшись носом в ее волосы. Объятия — между ними их так мало, но они так много значат для обоих. Они помогают успокоиться, вселяют надежду, да и просто делают счастливым. Верно Алья говорила, объятия — это прекрасно. Нуар вдруг замурлыкал себе под нос тихую мелодию, смутно знакомую Маринетт, она тут же подхватила мотив и, поудобнее обняв Кота, стала раскачиваться с ним в такт мелодии. Кажется, эту песню когда-то давно пели её родители. Где-то в далеком детстве, когда она была еще совсем маленькой. Интересно было узнать, откуда напарнику известна эта мелодия. И будто бы прочитав её мысли, Кот вдруг заговорил. — Красивая мелодия, а песня грустная. «It Must Have Been Love " мне мама пела. Она её очень любила. Папа не любил группу Roxette, но благодаря маме знал почти все её песни наизусть. Она прекрасно пела… — Мои родители тоже её любят. Говорят, что это песня и молодости. — Тоже семейка любителей хитов «восьмидесятых»? — посмеялся Нуар. Маринетт весело фыркнула, соглашаясь. Сидя сейчас здесь, в объятиях Кота она чувствовала себя дома. Им было просто легко друг с другом, словно они сотни лет знакомы. Будто так и должно быть. Этот вечер, крыша и они двое после тяжелого дня. Усталость приятными волнами прокатилась по телу. Они одновременно зевнули, а потом рассмеялись друг над другом. — Скажи, Миледи, а если бы того парня не было, то как бы всё было? — Ты о чём? — О нашем дуэте. — Кто знает, кто знает… — пробормотала Маринетт, поднимая глаза на Кота. — Во всяком случае, шансы бы у меня точно были, — довольно подытожил Адриан, перехватывая её взгляд. И он готов был поклясться всеми своими жизнями, что ЛедиБаг еще никогда не смотрела на него так по-особенному. В глубине души он конечно знал, что значит для неё очень-очень-очень много, ровно так же, как и она для него. Но Маринетт быстро отвернулась, так же привычно положив голову на плечо Кота. Париж шумел, изредка мимо пролетали птицы, а внизу почти каждую секунду сигналили машины. Всё было лучше, чем слушать взрывы и какие-нибудь бессмысленные глупые фразочки акум. А еще лучше всего было слышать смех друг друга и бесконечные подколки. Но и спокойно сидеть рядом друг с другом, обнимая, было тоже прекрасно. Ведь именно в объятиях и заключается небольшое тихое счастье.